Читаем Петля времени онлайн бесплатно

Дверь комнаты резко распахнулась, и через ее порог шагнул человек. Он был взволнован, и волнение это струилось от него невидимыми потоками. Вся его внешность свидетельствовала о его радости и возбуждении — от взъерошенных волос, до растрепанной рубашки. Глаза сияли победным блеском, а сквозь густую щетину, вернее уже бороду, была видна улыбка, придавшая совершенно безумный вид выражению его лица.

Едва он ступил шаг, как воскликнул:

— Я сделал ее! Она работает!

Но Андрея сидящего за своим столом это не волновало. Он по-прежнему сидел, закинув ноги на стол, и жуя кончик карандаша. Мало того, ученый даже не удостоил вошедшего своим взглядом, продолжая читать научную статью. Он слишком часто слышал эту фразу и уже не воспринимал ее всерьез.

— Послушай, — не унимался вошедший, — в прошлый раз мы допустили ошибку, глупую, да и только! Нам следовало всего лишь…

— Нет, — не выдержал Андрей, и, отбросив в сторону газету, прошипел, — это ты меня послушай. Мы вместе три года работали над этим проектом, не покладая рук. Днем и ночью расчеты, расчеты, сборка и прочее. Мы восемь раз проверяли действие нашего аппарата на сходство с теоретическим действием. Мы год собирали энергию на один единственный опыт, который разнес ко всем чертям пол университета. Благо никто не пострадал из посторонних. А мы? — Андрей повысил голос. — Помнишь сколько провалялись в реанимации? Еще пол года! Тебе мало?! Влад, ответь, мало?

Влад опустил голову, но отступать не желал.

— Да, согласен…

— Наконец-то! — Поднял руки к небу Андрей.

— …Нам не нужна была такая мощь. Чтобы достигнуть перемещения хватает энергии одного реактора.

— Что-о-о-о?.. Ты опять за свое?!

— Подожди, возьми себя в руки, и выслушай. Да, тот опыт был более чем неудачен. Но его последствия столкнули с мертвой точки новое направление для изучения вопроса. То, что произошло не более чем попытка проскочить на другой берег бурной горной реки, при помощи маленького соломенного плота. Тут ты прав — это глупо. Ведь чтобы попасть на противоположную сторону достаточно проплыть по течению, постепенно с ней сближаясь.

— Ближе к делу, — холодно сказал Андрей.

— Так вот, как ты помнишь, мы брали свободную ось перемещения нашего аппарата. Тут-то и кроется ошибка. Насколько ты помнишь частную теорию относительности, время замедляет свое течение по мере достижения объектом скорости света. Но только относительно объекта, и только его. И в момент превышения светового порога начинает идти вспять. Это основа эксперимента. Однако для крупных тел, таких как наша планета, время имеет свойство протекать относительно оси ее вращения, не знаю почему, но это факт. Именно из-за этой особенности, путешествие во времени, возможно, только при разгоне аппарата до сверхсветовой скорости в противоположную сторону оси вращения нашей планеты.

Влад торжественно замолчал, предоставляя возможность своему другу обдумать услышанное.

— Хорошо, допустим так, — начал Андрей. — Но как объяснить частичное замедление времени в пять процентов, которого нам удалось достигнуть в лаборатории?

— Очень просто — неполное совпадение перемещения объекта с осью. Именно из-за этого замедление столь мало. А как тебе шестьдесят процентов? — улыбнулся Влад.

Андрей раскрыл рот от удивления.

— Да ну! А, по-моему — ты врешь, — ответил он, придя в себя от шока.

— Хватит тебе, — обиделся Влад. — Я ведь не просто спорить пришел, а предложить тебе все самому увидеть.

— Хорошо, я посмотрю на твою машинку, но в последний раз. Если и сейчас это шутка — то больше ко мне не обращайся.

Друзья вышли из кабинета, Андрей запер дверь на ключ, и они отправились к лифту. Спустившись на сорок этажей вниз, они вышли, и миновали несколько испытательных залов в которых, как и обычно кипела работа.

О! Институт! Как гордо это звучит. Это величайшее творение человеческой фантазии. На протяжении ста лет возводился огромный небоскреб в виде пирамиды высотой более трех километров. И после в его недрах было собрано самое лучшее оборудование и материалы. Его сердце — средоточие семи термоядерных реакторов дающих жизнь этой махине. Его мозг — это миллионы самых передовых процессоров объединенных в один невероятно мощный компьютер. Его недра полностью автоматизированы и роботизированы для полнейшего удобства ученых. Именно тут творят лучшие умы планеты. Это место мечта, в которую попасть невероятно сложно, и возможно только тогда, когда в тебе от рождения пророс дар, заложенный внутри у каждого, но от чего-то слишком часто пропадающий невесть от чего.

Наконец, они подошли к Лаборатории Времени, в которой творил Влад. Он подскочил к двери, и услужливо открыв их, отошел в сторону.

Увиденное "убило" Андрея моментально, с первого взгляда — посреди огромной комнаты стояло обычное деревянное кресло, с прикрученными к спинке часами. Ученый широко улыбнулся, проклиная себя за то, что второй раз попался па подобный розыгрыш и, не останавливаясь, сделал крюк к двери, собираясь выйти. Но его остановил Влад.

— Постой, это не то… — сказал тот.

Он подскочил к небольшим рычажкам, торчавшим из пола, и ударил ногой один из них.

В стене раскрылся проем, в котором исчезла платформа с "кресельным вариантом машины времени", а вместо нее появилась другая несущая на себе аппарат более серьезного вида. Машина представляла собой большой каркас в виде шара. В центре располагалась кабина с двумя креслами, а под ней, судя по всему, начинка, или аппаратура. Еще чуть ниже — реактор, негромко жужжавший и светившийся бледным голубым цветом.

— Ну и ну! — Протянул Андрей. — Знаешь, ведь тебе только реквизитором в Голливуде работать — ты бы добился успехов… Эта штука — он окинул взглядом аппарат, — будет поэффектнее всех предыдущих. Если бы работала — цены ей не было бы.

Влад засмеялся.

— Садись…

— Что — я? Ты все-таки решил покончить жизнь самоубийством, — прищурился Андрей, — и меня прихватить захотел, за компанию, как говорится. Так вот, конкретно заявляю: я еще пожить хочу. А в ад сам ползи — у меня и тут дел валом, — заявил ученый и развернулся, намереваясь выйти.

— Не говори вздора, — вздохнул физик и положил Андрею руку на плечо, — даже если что пойдет не так, нас спасет силовое поле, которым закрыта кабина. И университет тоже. После первой аварии все лаборатории закрыты этими полями. Теперь безопасность на первом месте у нашего руководства. Ты ведь это прекрасно знаешь.

Наступило недолгое молчание, после которого, Андрей демонстративно поднял руки, показывая, что сдается, и спросил:

— Куда садиться?

— На правое кресло. — Влад указал на сидение рядом с маленькой приборной панелью.

Андрей, не смотря на то, что по профессии был превосходным историком, очень часто погружался с головой в бездонные океаны цифр и расчетов физики и математики. И ему доставляло не мало удовольствия видеть готовый к использованию аппарат, созданный в недрах машинных цехов Института по его чертежам. Но сравниться со своим товарищем он естественно не мог. Рожденный ползать летать не умеет. Куда ему тягаться с природным талантом. Но и последствия в случае неудачи, не шли ни в какое сравнение.

Мало ли что в этот раз придумал этот гений? Но, вдруг он опять шутит?

Историк с еле заметной самодовольной улыбкой устроился на черном кожаном кресле, пристегнул ремни безопасности. Затем кивнул, показывая, что готов к опыту.

Влад ответил таким же кивком и пробежался по клавишам клавиатуры. Комнату накрыло защитное поле, и загорелась маленькая красная лампочка на панели контролера, внимательно следившего за всеми экспериментами. Физик отошел к другому компьютеру и, набрав очередной пароль, отключил подзарядку батарей машины времени, переведя ее в автономный режим. На приборной панельке вспыхнул зеленый огонек, обозначавший готовность к прыжку в двадцать пять процентов. Следующий пароль включил нагнетатель защитного поля машины, и загорелся второй огонек — пятьдесят процентов. После включения реактора — третий — семьдесят пять.

После этого Влад уселся на свое кресло и принялся щелкать переключателями. Поле накрыло каркас, обозначив полную готовность.

Андрей сообразив, что его товарищ не шутит, крикнул:

— Стой!

Но было уже поздно. Рука физика опустила рычажок и на друзей навалилась темнота.

Ее бездонный колодец наполнился диким ревом, разрывающим обманчивую тишину беспамятства. Вскоре тьма стала рассеиваться, превращаясь в сплошное море мелькающих с невообразимой скоростью разноцветных пятен. Они становились ярче и ярче пока не превратились в единое слепящее свечение. С его приходом появилась боль, рвущая тело на тысячи мелких частей.

Кричал ли Андрей, он не помнил. Но все исчезло так же быстро, как и появилось. В уши ударила давящая тишина, изредка прерываемая звуками капающей воды. Тело болело так словно по нему проехался укатчик асфальта. Ощущение реальности приходило так же болезненно, как и осознание того, что произошло нечто невероятное, и возможно непоправимое.

Межвременье

Холодная пустота заполняла собой все вокруг. Она была огромна, и как многое другое имела свой конец. Но для того, что в ней обитало, она была безгранична и непреодолима. Сколько Оно в ней блуждало… один… два… шесть или миллиард лет? А невидимая граница по-прежнему была далека, но уже не так желанна как ранее. Теперь она не более чем в звук…, вернее мысль.

Оно не обладало телом или какой либо формой — просто сгусток разума, затуманенный еще более древней, чем Оно само идеей. Идеей объединяющей всех избранных и дающей им силы, молодым и старым, или таким как оно достигшим своего мертвого совершенства.

Да, они избраны самим Временем, Они доказали свою верность и стали хранителями своего властелина не имеющего власти над ними. Именно Они и стали его олицетворением и незаменимым составляющим любой жизни.

Когда-то оно имело тело но, время неумолимо и плоть исчезла, так же как и остальное — память, чувства и свобода — оно стало заложником себя самого, добровольно обрекая на бесконечность и одиночество, пока кто-то не исполнит, что должен, что предсказано Летописью. И свобода вольется в бесплотные жилы, Оно обретет забвение.

А пока, Оно чувствует и запоминает что должно. Это — цель.

Несколько минут он лежал, неподвижно собирая растраченные на борьбу с болью силы.

Андрей слушал, как капают капельки воды, срываясь с невидимого пещерного свода. Не смотря на то, что он четко ощущал реальность, он не мог поверить, что произошло то, о чем ему говорил друг. Все что угодно только не это.

— Влад, ты где? — спросил он.

— Где, где? В Караганде! — Раздался голос Влада. — На кой тебе понадобилось лезть руками в панель?! — Путешествие, казалось не оставило на нем никакого отпечатка, потому что говорил он так же как и всегда.

Едва прозвучал вопрос физика, в мозгу всплыли воспоминания, как в попытке прекратить прыжок, он хотел дотянуться до кнопки аварийного выключения, но задел совершенно другую. Теперь, черт знает, что с ними было.

— Ты идиот! — продолжал между тем Влад, — ты понимаешь, что из-за тебя мы теперь в неизвестном времени? А если бы вообще что-нибудь сломалось? Мы бы взлетели ко всем чертям! Да, конечно, поле выдержало бы, но ведь пережить внутренний взрыв невозможно! Так называемое путешествие в один конец!

— Откуда ты знаешь, что путешествие произошло, может мы в лаборатории? — спросил историк, неестественно хриплым голосом. И тут же понял, какой глупый он задал вопрос.

— Оттуда!

— Тогда где мы?

— В пещере.

— А во времени?

— Без понятия.

— Что теперь мы будем делать?

— Обустраиваться на новом месте обитания. А там… — но Влад не договорил. Его лицо побледнело, а глаза широко раскрылись. Руки стали трястись…

— В чем дело? — насторожившись, спросил Андрей. Он знал, что такой вид только у приговоренного к жуткой казни, и понял что что-то не так.

— Н-не в ч-чем…

— Тебе плохо?

— Нет. Просто голова закружилась. — Он размял виски. — Теперь все нормально. Нам следует осмотреться, соорудить укрытие. Мне потребуется много времени для починки машины, и еще немного на подзарядку аккумуляторов…

— А потом мы вернемся обратно! — закончил за друга Андрей.

— Д-да… — отрывисто ответил Влад и отвернулся к выходу из пещеры..

Андрей оставался сидеть на кресле. Слабость все еще одолевала тело, но двигаться он уже мог. Хоть и с трудом.

Немного наклонившись, он приоткрыл крышку багажного отсека, и с негромким возгласом, выхватил оттуда свои любимые эвкалиптовые леденцы, которые вошли в его жизнь под словом — привычка. Андрей нервно растерзал бумажную упаковку и с вздохом облегчения закинул в рот зеленую конфету. Нервы немного успокоились, получив удовлетворение от выполненного требования.

Покопавшись еще немного, он вооружился ножом, блокнотом, ручкой, и еще несколькими вещами, которые, по его мнению, могли пригодиться куда быстрее различного вооружения.

После этого историк отправился к выходу из пещеры, где его ожидал Влад.

Товарищ его уже был во всеоружии — его любимая бронекуртка, собранная им лично, была увешана ножами всех размеров и видов, а за спиной красовался арбалет, весьма внушительного вида. На поясе — аптечка, и кинжал. Влад развернулся на шаги, и удивленным взглядом осмотрел своего друга.

— И это все?!..

— Ну да.

— Нет, — отрезал он, — пойди, возьми арбалет и еже одну такую куртку, — физик ткнул пальцем на свою. — Мы пойдем на разведку.

Первая вылазка дала совершенно неожиданный результат.

Пещера, в которой они оказались, находилась почти на вершине одной из гор, возвышающихся над островом. О том, что это остров можно было не сомневаться — осмотр с вершины это полностью подтвердил. У подножия гор были обширные джунгли, среди которых было что-то вроде города. А там вроде как должны быть люди.

Слава Богу, что хоть не среди динозавров…

Спуск к подножию был очень тяжелым. Каменистый склон горы так и норовил уйти из-под ног, а сверху с завидной периодичностью срывались обвалы. Несколько раз эти мини-лавины пересекались с дорогой путешественников, но все обошлось. К вечеру друзья вошли в плотные заросли джунглей, которые с упорством взбирались по склону все выше и выше, покрывая его густым зеленым ковром.

Едва друзья вошли в изумрудный лес, как сразу же поднялся шум — животные, почуяв вторжение на свою территорию, тотчас подняли тревогу. Однако быстро успокоились, потому что им никто не причинял вреда. Шум постепенно утих, и в чаще раздавались негромкие выкрики наиболее недоверчивых особей, заглушаемые шелестом листвы.

Когда солнце уже скрылось за горизонтом, Андрей и Влад вышли на небольшую поляну, заканчивающуюся высоким обрывом. Прямо под ним раскинул свои каменные улицы древний город.