Читаем Первая книга онлайн бесплатно

Подмигни красивым глазом,

Помани к себе на небо —

Прибегу туда же сразу,

Да туда, где ещё не был.

К тем приду, кого не знаю.

Погляжу, чего не видел.

Ах, что за жизнь у вас чудная!

Вот бы жить такою жизнью!

Вот бы жить, да вот бы славить!

Да гореть такой звездою.

Позови меня, и я ведь,

Может быть, чего-то стою.

Может, я горел бы тоже.

Может, мне бы в свет смотрели.

Может быть, такое может

Быть на самом деле?!

Я брошу всё, и даже счастье,

Только позови меня скорей.

И со всей своей энергией и страстью

Я хочу звездой сгореть.

Мама, спой мне этой ночью

Что-нибудь из детства.

Назови меня сыночек

И прижми к груди согреться.

Расскажи мне тихо сказку,

Чтобы мне спалось здорово.

Чтобы я увидел снова

Детство в деревенских красках.

Чтобы я увидел счастье,

Где нет в твоих глазах печали.

Где мы в наивной детской страсти

Ничего не замечали.

Где нет мучительных страданий,

Где сердце ни о чём не ныло.

Где всё ещё так радостно и мило.

Где нет проблем и оправданий.

Спой мне тихо песню, мама,

Успокой больную душу.

Твой покой мне ох как нужен.

Ах, отчего его так мало?

2006.

Рушатся мысли и чувства заветные —

Всё же тревоги правы.

Нет, я не верю, что стану поэтом,

Увы! Увы!

И мысли, и чувства – всё без ответа,

А вы? А вы,

Написанные когда-то, —

Как грусть, как грусть.

Все убежали куда-то.

И пусть, и пусть.

Но если бы вспыхнуть душой

Да с вами сгореть без остатка!

И с чувством в смертельной схватке,

И с сердцем в последний бой!

Но я не стану, не стану поэтом,

Как жаль, как жаль!

Ни счастье, ни радость – ничто не воспето,

Ни грусть, ни печаль.

И дальнее эхо по ветру, по ветру:

«Прощай, прощай…»

Нет прежней радости, и счастья больше нет.

И прежней искренности в строках нет, не будет.

Я очень много потерял за пару лет

И с парой вверенных чужих и милых судеб.

Я искренне теперь не рассмеюсь,

Не утону в мечтаниях и спорах,

Что очень, очень скоро

Пройдут печаль и грусть.

Что ж, пусть пройдут, теперь мне всё равно.

Пусть будет так, как будет.

Пусть кто-нибудь решит и всё рассудит,

Пусть кто-нибудь допьёт моё вино.

Я всё утратил, искренность ли чувств,

Утратил нежность, страсть и силу

Сердца, что когда-нибудь любило,

И пламень дерзких уст.

Я стал другим, былого больше нет,

И прежнего, увы, уже не будет.

Я очень много потерял за пару лет

И с парой дорогих ушедших судеб.

2010.

Капал, и капал, и капал —

Тонкие пальчики оземь.

Плакал, и плакал, и плакал

Маленький дождик в осень.

Может, его напугал тёмный лес?

Какая-то чёрная птица?

А может, среди незнакомых мест

Он просто успел заблудиться?

– Так это, милый, не так это?

Только шагов твоих

Я не слышал печальней такта,

И тише не слышал их.

– Я сегодня гулял в лесу —

Он очень красивый в осень,

И средь ёлок, берёз и сосен

Я рыжую встретил лису.

Мы будем играть, веселиться,

Будем бегать по грязным лужам.

Вы не правы, мне не грустится.

Я сегодня и весел, и дружен,

Я сегодня кому-то нужен.

Может, лисе, может, птицам,

Может быть, грязным лужам,

Может быть, грустным лицам,

Что панихиду служат.

Дни и ночи много-много,

На душе моей тревога

Снова говорит.

На столе горит свеча,

Жадно в тишине треща.

По кому горит?

Может быть, она по мне?

Может, по моей стране?

Может, просто так?

За стеной играет скрипка.

Кто-то тихо дверью скрипнул

Грустной скрипке в такт.

Может, кто пришёл за мной?

Может, за моей страной?

Может, это друг?

Снова выглянул в окно.

Ночь. Уже темным-темно.

Я увидел вдруг:

Тряпка ночи чернь черна.

Как бельмо висит луна.

Тишина ночи.

Как-то мне не по себе.

Сел и встал – не стал сидеть,

Стоя помолчим.

Знать, не зря горела свечка

И играла в этот вечер

Скрипка грусти в такт.

Может быть, она по мне.

Может, по моей стране.

Но не просто так.

Листаю тонкую тетрадь.

Стихи как откровение души —

Какая всё же благодать!

Пиши.

Пиши. Ничто не утаи

И ни о чём не позабудь.

Мечты и помыслы твои

Сжимают грудь.

Всё напиши, всё выскажи как есть.

Как заповедь, как исповедь.

И будь неистов, ведь

По смерти не воскресть.

Но смерти нет.

И ты благословен, покуда пишешь.

И каждый стих задуман, как ответ —

Вот чем живёшь и чем ты дышишь.

– Ах, посмотри, какая грусть!

Какая боль и трепет в лицах!

И сердце хочет жить и биться,

Но знает – жизни не вернуть.

Скажи, наверно, мне всё это снится?

Ах, отчего я не проснусь.

– Нет, ты не спишь, и жизнь не сон.

И эта боль тебе не снится.

И эта грусть, и этот стон,

И глупых судеб вереница.

Ах, если б это был лишь сон.

И всё-таки взгляни вокруг,

И ты увидишь: есть иное,

И есть влюблённые, и эти двое

Впредь не разнимут нежных рук.

Есть беззаботные мгновенья,

И звонкий смех в забавах детских,

И счастье чьих-то планов дерзких,

Восторг и радость, изумленье

И искренность улыбок встречных —

Чужих и близких – в знак ответа,

И радость в мелочах – простых и вечных.

Скажи, ты видишь ли всё это?

– Я вижу, вижу, мир прекрасен!

Какой весёлый трепет в лицах!

И сердце хочет жить и биться,

И жизнь начнётся с новой страстью.

Скажи, наверно, мне всё это снится?

– Нет, ты просто разделил чужое счастье.

Ты знаешь, я не люблю просить,

Но мне сегодня отчего-то грустно.

Сегодня тягостные чувства

Меня решили погубить.

Ты просто посиди со мною рядом,

Не нужно ничего ни говорить, ни делать.

Я буду занят сам своим уделом,

А больше ничего не надо.

Я помолчу немного сам с собой,

Подумаю о чём-нибудь, осмыслю.

Я соберусь с серьёзной мыслью

Над жизнью, смертью, над судьбой.

Как и теперь, я думаю порой,

Что значит моя жизнь в судьбе других.

Что значат этот самый стих

И все стихи, написанные мной.

Не нужно возражать и соглашаться,

Я знаю, ничего не значат.

Давай же выбросим тот лист, который начат,

Давай научимся прощаться.

Хоть и не склонен я грустить,

Но мне сегодня отчего-то грустно.

Какое всё-таки ничтожное искусство —

Никчёмной жизнью жить.

Есть стихи, от которых грустно,

Что написаны просто так.

От безделья, не для искусства,

Не от души и не сердцу в такт.

Не от большого таланта, нет.

Из навязчивых слов и фраз.

Просто так, просто чушь, просто бред.

Написанные на раз.

Написанные без права, да.

И даже бывает обидно —

Что за чушь! Это правда,

Есть стихи, за которые стыдно.

Какой октябрь! Какая нежность!

Я влюблён в эту тихую осень,

В её красивую и лёгкую небрежность.

И первый снег с листвою в россыпь.

Мне мил печальный шорох листьев,

И редкий нежный тёплый дождь,

И ветер, что играет-злится,

И ветви клёнов, кашляющих в дрожь.

Мне мил октябрьский рассвет

И тишина октябрьской ночи.

И свет луны, такой печальный свет,

Когда всё ласково, заботливо молчит.

Какая грусть! И всё-таки легко.

Всё как-то по душе и очень близко.

И свежей россыпью октябрьских стихов

Мне хочется душой излиться.

Скрой досадную грусть,

Не тревожь понапрасну

Ни детей, ни себя.

Не вздымай тихо грудь,

Не вгоняй себя в краску,

Пока дети глядят.

Потерпи, придержи,

Им ведь тоже досадно,

Что у матери жизнь

Вся не складна, не ладна.

Им ведь тоже печаль.

Им ведь тоже беда

И тревожное детство.

И от этих начал

Им потом никуда

Не сбежать и не деться.

Какое небо!

Какая нежность!

Какая тишина и безмятежность!

Ах, как давно я счастлив не был!

Ах, как давно! Теперь уж и не вспомнить

Вкус сладостного счастья на губах.

Печаль и грусть в неласковых глазах,

И душу болью-судорогой сводит.

Мне б бросить всё, покинуть этот мир,

Мир, потонувший в грязи ноября,

И жизнь, прожитую как будто бы зазря

В глуши неубранных квартир.

Какое небо! Какая нежность!

Там тишина, покой и безмятежность.

Я подарю вам шар земной

Под голубыми небесами.

С одной единственной страной,

Которую вы, впрочем, сами

Вольны придумать,

Дать названье

И всё, что захотите дать.

И будет мир придуман вами.

И в вашей воле мир создать.

Творите всё, что вам угодно,

Свой каждый миг и день свой каждый.

Так некогда уже природа

Была сотворена однажды.

И после, если захотите,

Вокруг невидимой оси

Вы шар земной в руках вертите,

Как апельсин.

Ах, эта осень! Какая осень!

Вперемешку золото и кровь.

И ты, в глаза мне глядя, нежно спросишь:

«Скажи мне, это ли любовь?»

И я отвечу: «Счастье и любовь».

И мы закружим с листопадом

Осенний вальс под первый снег.

И ты со мной, со мною рядом,

И нас счастливей в мире нет.

Осенний вальс под первый снег.

Ах, эта осень! Ах, это счастье!

Ах, эта прелесть жёлтой красоты!

Ах, как не хочется с тобою мне прощаться!

И так не хочется терять свои мечты.

Ах, эта боль осенней красоты.

Ах, эта осень! Эта грустная осень.

Я один в упоении ласковых чувств.

Снег ложится на мокрый асфальт, словно проседь,

И на сердце щемящая тонкая грусть.

Ты меня о любви не спросишь.

Мне уже ничего не вернуть.

Если б я был художником, было бы счастье,

Я б, как стих, написал твой портрет.

Я б был предан ему всей душою и страстью,

Я б забыл, что тебя рядом нет.

Я б его полюбил, как никто никогда,

Такой чистой открытой любовью.

Я всю ласку, всю нежность ему бы отдал,

Я бы верил, что ты со мною.

Если б я был художником, было бы счастье,

Но я не художник, нет.

Боль останется болью, страсть останется страстью,

Но не я напишу твой портрет.

Снегопад, снегопад, снегопад,

Скрой следы её туфелек тонких,

Чтобы смех её звонкий-звонкий

Мне не вспомнить уже никогда.

Чтоб забыть её ласковый взгляд

И нежную грусть улыбки.

Заметай, заметай, снегопад,

Все печали и все ошибки.

Заметай, заметай, заметай,

Ничего не желаю помнить.

Что же снег твой проклятый тает.

Давай-ка ты лучше спой мне.

Спой, да так, чтобы вон из души.

Чтоб ни голос, ни взгляд не остался,

По которым когда-то грустил.

Пой, снегопад, пой, снегопад, пой, снегопад, и пляши.

Да мало ль в кого я влюблялся.

Да мало ль кого я любил.

А теперь затяни заунывную,

Что-то хочет душа погрустить.

Как любил я когда-то милую,

Как её не могу забыть.

В тонких книжках будут строчки,

А меня уже не будет.

Мои сыны и мои дочки,

Мои маленькие люди.

И, быть может, в уголочке

Кто-то даже ночь загубит

С тихой грустью в одиночку,

Что меня уже не будет.

В тонких книжках будут строчки,

И, быть может, книжку купят.

И тихонько в уголочке

С наслажденьем ночь загубят.

А быть может, той же ночкой

Кто-то в книжку палец сунет,

Замарает книжку в слюнях,

Может, даже в книжку плюнет —

Не понравилось ни строчки.

Вечер поэзии. Милая девочка,

Мне бы только начать писать,

А потом никуда не денется

Рифмы красивая стать.

А потом никуда-никуда

Не разбегутся проказницы-мысли.

Мы удержим их, и тогда

Уловим нам нужный смысл.

Мы напишем с тобой обо всём,

О чём нашим душам захочется.

О радуге под дождём,

О счастье, об одиночестве.

И ты увидишь, по тонким строкам

Будут, будут слова бежать,

То бурлящим, то нежным потоком

Будут нас и манить, и звать.

Будут звать нас в свой чудный мир,

Где от ритма захватит душу.

Мир муз и мир пьяных лир.

Слушай, милая девочка, слушай.

Слышишь, слышишь, играет музыка?

Неповторимый мотив и стиль.

Это играют музы

На своих инструментах стих.

Поэзия – это чудо,

И прекрасней искусства нет.

Посмотри, разве ты забудешь,

Как читает стихи поэт?

Так прекрасно, так вдохновенно.

То спокойно, то в шёпот, то в крик.

Посмотри, как заслушались все мы

В этот чудесный миг!

А ты знаешь, что Александру Блоку

В ответ на «Стихи о Прекрасной Даме»,

Может быть, на «Незнакомку»

Пели птицы в небесной дали?

Ну, скажи, разве это не чудо?

Нет, прекрасней искусства нет.

Милая девочка, ты никогда не забудешь,

Как читает стихи поэт.

Всемирный день поэзии.

Пишите стихи разные.

Ходите босиком по лезвию,

Красивые и безобразные.

Пишите, мужчины и женщины.

Пишите, богатые и бедные.

Пишите о войне, пишите о нежности.

Кто пишет быстрей, а кто медленней.

Поэты! Поэты! Поэты!

О, сколько вас талантливых и разных!

И хочется верить, что нету

Ни одного с разумом.

Поэзия только от сердца —

Пишите и рвитесь в клочья.

Чтоб кто-нибудь мог согреться

Поэзией от одиночества.

Чтоб от ваших стихов душа

Болью болела прекрасной.

Чтоб зачитываться и дышать

И чувствами задыхаться.

Поэзия – это дар.

Но не будем красивых слов.

Но коль дар вам от Бога дан,

Так пишите же про любовь,

Пишите про чувства и дружбу,

Пишите про боль и грусть,

В словах оставляя душу,

В ритме оставляя пульс.

Пишите про горе и счастье.

Пишите про Мир и дом.

Пишите, как больно прощаться.

Про зарево за окном.

Пишите душой и сердцем.

Пишите о самом разном.

Чтоб кто-нибудь мог согреться

Поэзией – чудом прекрасным.

Мерцание звёзд не заметно.

Дыхание ветра чуть слышно.

Колокол церкви медный

Далёко гласит о Всевышнем.

Ничем не приметный, не праздник,

Как и другие, будний.

Ах, сколько таких не разных,

Ничем не приметных будет.

Я хотел бы другого счастья,

Быть любимым одной тобой,

С неподдельной тревогой и страстью,

С преданностью и любовью.

Чтобы был нам прекрасным праздником

Каждый последующий, новый,

Неповторимый и разный,

Господом день дарованный.

А если же ты отобрана

Иль тебя от природы нет —

Благослови же, Господь, и одобри

Умереть мне в расцвете лет.

И если есть в смерти счастье,

Я другого бы не просил,

Пусть со мною придёт прощаться

Та, которую я любил.

В тебя влюблён поэт, и это много значит.

Когда поэт тобой живёт и дышит,

Он целый мир переиначит,

Перерифмует, перепишет.

Он в дар тебе преподнесёт

Всю красоту и таинство Вселенной.

Весь мир к ногам – таинственный и бренный —

В созвучье рифм, как в плеске вод.

Одну тебя боготворит,

В любви признается мелодией стиха.

А помнишь, с губ его стекал

Тихим звуком нежный ритм?

И ты внимала, он читал.

Был звук стиха, как звук молитв.

О, как силён в любви поэт!

Как он могуч в прекрасном даре!

Но как бессилен и бездарен,

Когда любви с поэтом нет.

Когда в тебя влюблён поэт,

Достаточно ль тебе красивых строчек,

Которые он пишет тихой ночью

И шепчет полусумасшедший бред

Нежными устами, строчка в строчку,

Как исповедь последних лет?

Достаточно ль тебе его любви?

Смотри, в хрусталь разбившаяся оземь.

Осколки хрусталя лови.

В последнюю несбывшуюся осень

Он уйдёт, не попрощавшись, до зари.

И что ни делай, что ни говори,

Ты вся застынешь в трепетном вопросе

Об оборвавшейся любви.

Взбунтует ветер в твоём простоволосье.

Тонкий томик на углях сгорит,

Куда его бесцеремонно бросят,

Где в нежных строках он тебя боготворит.

Всё бескрайнее и одинокое,

Будь то пустыня или душа,

По общему принципу, одинаково

Построено в звонкий шаг.