Читаем Перельдар онлайн бесплатно

Жизнь движется по замкнутому кругу. Все повторяется снова и снова, и не в нашей власти что-либо изменить, исправить… Сколько женщин рода Корнел выходили замуж по принуждению, по расчету родителей, дабы увеличить благосостояние семьи и укрепить положение в обществе. С одной стороны власть, деньги, драгоценности, а с другой — жизнь с чужим человеком, слезы в подушку, ожесточение от осознания беспомощности перед лицом Долга.

Ида Корнел стояла возле окна роскошной гостевой комнаты и с тоской смотрела вдаль. Там на горизонте догорала узкая лента заката, скоро ночь вступит в свои права окончательно. Последняя свободная ночь, потом свадьба и все. Конец. Нет, вряд ли небо упадет на землю, когда она скажет перед священником свое «Да!», или когда будет с фальшивой радостью принимать лицемерные поздравления гостей, или когда этот маскарад закончится и ей придется исполнять свой супружеский долг. Иду передернуло от отвращения. Граф Ричард Ролби старше ее на тридцать пять лет! Он старик! Как там сказала мать в ответ на возмущение дочери? Тем лучше, умрет быстрее! Но она не желает жить и ежедневно ждать чьей-то смерти! Ей претит улыбаться кому-то только потому, что это входит в ее обязанности. Она не хочет спать с ним и рожать ему детей.

Отец на все возражения только пожал плечами и ответил сквозь зубы, что согласие невесты в принципе и не требуется, что уже все давно решено и через неделю состоится церемония бракосочетания. Конечно, этот брак принесет семье несомненную выгоду. Породнившись с Ролби, Корнел значительно поднимутся по социальной лестнице. Отец Иды был всего лишь баронетом, тогда как она станет графиней. К тому же граф баснословно богат: владеет двумя городами, рудниками, в которых добывается серебряная руда, обширными лесными угодьями и заливными лугами. А ее семья имеет всего лишь фамильный особняк и маленькую деревню. Кто же в здравом уме откажется от такого выгодного предложения?

И вот она здесь в родовом замке Ролби стоит у окна и смотрит на умирающий закат. Завтра свадьба и все. Конец. Хотя еще есть безумная надежда на какое-нибудь чудо, которое позволит ей избежать замужества. Вдруг ее родители передумают? Или передумает сам Ролби? Или… дальше по списку значились такие события, как появление прекрасного принца на белом коне (обязательное условие!), который похитит ее и увезет в свою далекую страну. Ида даже представляла себе, как волнуясь, красавец признается в любви и попросит стать его женой. И тогда она с придыханием скажет «Согласна!», и они будут жить долго и счастливо и умрут в один день. Ида никогда больше не увидит своего алчного папочку, высокомерную мать и заносчивого младшего братца, который буквально заходится от восторга, расписывая, чем будет владеть семья после смерти старого супруга сестры.

В глубине души девушка знала, что ей придется смириться с решением родных. Чудес не бывает. Если бы только можно было сбежать! Но как это сделать, не имея сообщников? Да она не выйдет даже за ворота замка!

Ида почувствовала, как новой жаркой волной вновь поднимается ярость, и резко выдохнула, стараясь удержать контроль над эмоциями. Ее бесила эта затея со свадьбой. Невесту даже не потрудились спросить подобающим образом, все предложения графа носили чисто финансовый характер и предназначались родителям. Как же, будет такой занятой человек, как его сиятельство интересоваться мыслями и желаниями какой-то там девчонки, даже если это будущая жена! К черту! Она не может стать собственностью Ролби, как этот город у подножья родового замка!

Иде вспомнилось детство: в глазах семьи она всегда была только вещью, которую можно продать. Отец и мать никогда не относились к ней как своему ребенку, своей маленькой девочке. Вся забота, нежность и любовь предназначались исключительно младшему брату Оскару. Никто никогда не ласкал ее, не говорил ободряющих слов. Будучи малышкой Ида могла неделями не видеть родителей, ее окружали слуги, гувернантки и учителя. Весь день был расписан буквально по минутам: девочку учили наукам, танцам, рукоделию, езде верхом, правилам хорошего тона — всему тому, что должна уметь и знать истинная леди, будущая жена какого-нибудь лорда. Ида беспомощно стукнула кулаком по мраморному подоконнику.

Дверь распахнулась, и в комнату вплыла служанка: вертлявая рыжая девчонка лет семнадцати. Эта особа обращалась с будущей хозяйкой с плохо скрытой неприязнью, дерзила и ехидничала напропалую. Ида попробовала отказаться от ее услуг, но Ролби холодно взглянув на невесту, пробурчал себе под нос что-то о капризных дамочках. Иду до сих пор мучили неприятные воспоминания: от нее отмахнулись как от глупого ребенка. Это было слишком унизительно. Тем более что невесте уже успели доложить о любовной связи между хозяином замка и этой девчонкой. Чего хотел добиться Ричард Ролби, приставив любовницу служить его будущей жене, остается загадкой. Наверное, хотел полюбоваться, как две молоденькие дурочки будут делить старика.

Вместе со служанкой в дверь вошло еще одно существо, которое постоянно терлось возле Иды в эти предсвадебные дни: большой серый пес. Он раздражал девушку едва ли не больше, чем наглая прислужница, Ида терпеть не могла собак.

И сейчас эти двое ворвались в ее комнату без стука и дозволения, разрушив хрупкое душевное равновесие. Ани, кажется, так зовут особу, распахнула шкаф и вовсю рылась в вещах хозяйки, а псина улеглась у камина и уставилась на Иду своими темными, как ночь глазами.

— Ты должна стучать, прежде чем войти! — резко сказала девушка, желая поставить на место зарвавшуюся простолюдинку.

— Что? — рассеянно поинтересовалась Ани и чуть улыбнулась, сверкнув идеальными зубами. — Ах… Ну, ладно, буду.

Это «буду» разозлило Иду еще сильнее, потому что лишило ее возможности накричать и выплеснуть накопившееся напряжение.

— Выгони собаку! — потребовала она.

— Нельзя, хозяин очень любит своих малышей и не позволяет обижать их. Они могут ходить и лежать, где им вздумается.

— Пусть так, но эту конкретную собаку можно выпроводить из моей комнаты?! Я так хочу!

— Хотите на здоровье! Пса трогать запрещено и точка. Командовать будешь, когда хозяйкой станешь! — переходя на «ты» заявила служанка.

Ида быстро подошла к нахалке и с удовольствием залепила ей звонкую пощечину. Глаза девчонки мгновенно вспыхнули злобой, она даже дернулась для ответного удара, но вовремя спохватилась. Если бы она рискнула поднять руку на аристократку, то вполне могла ее лишиться — и это в лучшем случае. Ани рванула к двери, спокойный голос госпожи остановил ее на пороге:

— Ты куда? Приготовь для ужина зеленое платье. Живо!

Вообще Ида не любила роль высокомерной гордячки, потому что таковой в действительности не была, но если возникала необходимость, играла блестяще. Девчонка сникла, закусила свою пухлую губку и покорно вернулась к шкафу. Пес, правда, остался лежать на прежнем месте, но ничего справимся и с ним.

Ани помогла будущей хозяйке облачиться в великолепный темно-зеленый наряд, расшитый мелкими изумрудами, длина которого позволяла разглядеть чудесные туфельки ручной работы на тонком каблучке. Бархат нежно облегал фигуру. Служанка хотела соорудить госпоже какую-нибудь вычурную прическу, но Ида побоялась доверить волосы этой интриганке, мало ли что у нее на уме, и сама заплела косу. Выпроводив Ани за дверь, девушка подошла к зеркалу. Не удержалась. Наряд был сшит специально для последнего ужина перед свадьбой. Родителям хотелось сразить Ролби наповал красотой его невесты. Изабелла Корнел сама выбирала фасон, цвет и отделку, стараясь максимально подчеркнуть достоинства хрупкой фигурки дочери и скрыть все недостатки. Ида была не такой высокой, как ее мать, что обычно ставилось ей в вину, но обладала милой внешностью. Белую, почти прозрачную кожу лица освежал нежный, но едва заметный румянец. Мечтательные карие глаза сияли светом осеннего утра, а длинные пушистые ресницы придавали им особое очарование. Изящный носик имел обыкновение слегка морщиться, когда его хозяйка была чем-то недовольна или раздражена. Тонкие губы хранили мягкую тень улыбки. Лицом девушка была похожа на свою прабабушку, портрет которой висел в семейной галерее.

— Я как тепличное растение, этакий цветок из оранжереи. Все восторгаются красотой лепестков, а потом спрашивают у хозяина, сколько он стоит, — эти мысли испортили удовольствие от нового платья.

А вот злорадство от своей слишком простой прически совершенно не шедшей к зеленому великолепию она все-таки испытала. Мать будет в ярости. Ида в последний раз бросила взгляд на свое отражение в зеркале и только сейчас заметила, как пристально смотрит на нее пес. От почти человеческого взгляда девушку бросило в дрожь. Но псина широко зевнула и закрыла глаза.

В дверь постучали, пришел слуга проводить госпожу к ужину. Долго шли по коридорам, спускались и поднимались по широким лестницам, крытых коврами, мимо картин, портретов, гобеленов — для ужина граф выбрал столовую, располагающуюся в его личных апартаментах.

В голове Иды созрел план: ей было необходимо поговорить с Ролби наедине и со всей откровенностью. Она скажет ему, что станет плохой женой, что они совершенно не подходят друг другу и все в том же духе. Может быть, тогда он передумает. Настроение немного улучшилось. И почему она не додумалась до этого раньше? Теперь, конечно, еще не поздно. Не поздно! Ида так увлеклась обдумыванием предполагаемого разговора, что чуть не врезалась в спину остановившегося слуги.

— Леди Ида Корнел! — громко возвестил он и сделал шаг в сторону, пропуская гостью.

Во главе стола сидел хозяин замка, по правую руку от него расположилась дочь Ролби от первого брака: особа шестнадцати лет от роду с постным ничего не выражающим лицом, место слева от графа оставалось пустым и видимо предназначалось для невесты. Далее сидели ее родители, а чуть ниже разодетые в пух и прах совершенно незнакомые господа. Мужчины встали при появлении девушки и тут же уселись обратно, не дожидаясь, пока она займет свое место. Нахалы! Но Ида проглотила проявление пренебрежения и спокойно приблизилась к столу. Граф на несколько мгновений задержал на ней свой заинтересованный взгляд и изрек:

— Изабелла, Ваша дочь красавица, — и, дождавшись, когда Ида усядется на свой стул, очень тихо добавил: — Я рад, что купил тебя!

Ида замерла. Она не ослышалась? Он сказал — купил?

— Что Вы себе позволяете? — принуждая себя говорить столь же негромко, спросила она.

Ролби, уже было вернувшийся к застольной беседе, снова обратил на девушку свое внимание.

— Злость тебе идет, я постараюсь, чтобы ты злилась почаще, — прошептал он, наклоняясь к ней.

Со стороны, наверное, это выглядело довольно мило: жених что-то шепчет невесте, а она краснеет. Усилием воли Ида заставила себя остаться на месте и натянуть на губы хоть какое-то подобие улыбки. А Ролби тем временем взялся представлять гостей, девушка кивала и говорила, что ей приятно познакомиться с господином таким-то.

Подали ужин. Прислуга в шикарных ливреях бесшумно меняла блюда, подливала в бокалы драгоценные вина. Звенел хрусталь, стучало столовое серебро о дорогой фарфор.

Ида сидела и смотрела на веселящихся за столом людей. Ее отец что-то говорил своему соседу и едва ли ни лопался от чувства собственной важности. Мать несколько раз бросала на нее взгляды полные одобрения. Как разве не будет разноса по поводу прически? Очень жаль.

— Не сиди с таким кислым лицом, улыбайся! — сказал ей граф. — Черт возьми, я женюсь на ледяной королевне?

— А что если это так? — с надеждой спросила невеста, не зная как реагировать на колкие замечания жениха.

— Эта прическа совсем не подходит к твоему платью, — продолжал Ролби, игнорируя вопрос девушки. — Почему Ани не позаботилась о твоих волосах?

— Я не позволила ей! — с вызовом заявила Ида.

— Давай договоримся, чтоб это было в последний раз. Ни каких я хочу — не хочу, я позволила — не позволила. Завтра ты должна сиять счастьем и улыбаться как можно шире. Ани сделает тебе прическу. Это ясно? — в общем гаме Ролби мог говорить совершенно свободно.

— Что Вы себе позволяете, — медленно, едва сдерживая ярость, выговорила Ида. — Мало того, что так фамильярно говорите со мной, так еще и имеете наглость отдавать приказы.

— Моя дорогая, для Вас это будет новостью, но здесь я всегда отдаю приказы, — жених пригубил вино. — Подумайте над этим.

— А если я сейчас встану и уйду отсюда?

— О, это будет очень забавно. Ваша мамочка упадет в обморок, а Ваш папочка кинется за Вами. И поверьте мне, он Вас вернет и заставит извиниться. Вы готовы унижаться перед таким количеством посторонних людей? — граф улыбался. — Но прежде чем вы совершите этот или какой-нибудь другой поступок, запомните, свадьба состоится, несмотря ни на что. Даже если Вы разденетесь и станцуете на столе. — злорадно заявил Ролби и отвернулся к своей дочери.

В душе Иды зашевелился ужас. Ее песочный замок рассыпался в пыль. Этот отвратительный брак будет заключен. Она уже видела себя, сидящей рядом со своим господином и тревожно заглядывающей ему в глаза. Вот какая судьба ее ожидает.

Ида слышала рассказы досужих кумушек о том, что граф жестоко обращался со своими женами. Обстоятельства смерти каждой из них были более чем туманные, но доказательств указывающих на Ролби не было. Тогда она сочла все это сплетнями. Но теперь к девушке пришла уверенность в правдивости этих сведений. У Ролби до нее было три жены, она станет четвертой. И от этого ни куда не денешься!

Перед внутренним взором стройными рядами проносились картины из ее возможного будущего. Она станет таким же забитым созданием как другие до нее. Родители не поверят ни единому слову дочери, даже если она решится рассказать им о вызывающем поведении графа. Да они ее дьяволу продадут, если тот предложит достойную цену.

Ида сидела, опустив глаза в свою тарелку, и ковыряла золоченой ложечкой воздушный торт, который подали на десерт. За весь ужин она так и не смогла заставить себя проглотить хоть кусочек из тех изысканных кушаний, которые сменяли друг друга на белоснежной скатерти. Хорошо еще, что никто не обращал на нее внимания, исключая самого хозяина. Ролби с неизменной сладкой улыбкой шепотом отпускал ей сомнительные комплименты, наслаждаясь вынужденным молчанием невесты.

Наконец, подали ликеры и фрукты — это означало конец официальной части банкета. Ида резко поднялась из-за стола. Мужчины удивленно уставились на нее, но все же заставили себя встать.

— Прошу прощения, я вынуждена вас оставить. Завтра трудный день, — Ида заставила себя быть любезной.

— Конечно, моя дорогая. Вам просто необходим отдых, Вы бледны, — сочувственно ответил Ролби, целуя ей руку.