Читаем Перед пробуждением онлайн бесплатно

© А. Сагалова, перевод, 2017

© Азбука, 2017

Тень снова простерлась над Галактикой.

Сгущаются тучи войны. Страх царит там, где некогда правили мир и надежда. Могущество ПЕРВОГО ОРДЕНА все возрастает, и НОВАЯ РЕСПУБЛИКА может не устоять перед новым врагом.

Миллиарды и миллиарды существ населяют Галактику, но в самом сердце битвы будут лишь трое. Каждому из них выпадет великий жребий. Каждого из них ждет встреча с тьмой. Каждый из них вступит в борьбу, дабы достичь света.

FN-2187 — ШТУРМОВИК, прошедший обучение в войсках Первого Ордена. Штурмовик, в душе которого зародились сомнения. Девушке, которая называет себя РЕЙ, никто не нужен — ведь только в одиночку она сможет выжить на пустынной планете Джакку. Где-то среди звезд несет свою службу ПО ДЭМЕРОН. Он полон решимости, он всегда верил в Республику. Но зловещие силы грозят сломить его решимость и подорвать веру.

Вот три истории. Все это случилось за считаные месяцы, недели и дни до ПРОБУЖДЕНИЯ СИЛЫ.

В огневой группе их было четверо. ­Каждому то и дело приходилось предупреж­дать товарища об опасности. Когда по­всюду свищут бластерные заряды, довольно глупо орать что-то вроде: «Эй, FN-2187, берегись!» Поэтому парни из огневой группы договорились звать друг друга покороче. В присутствии офи­церов, особенно капитана Фазмы, они, конечно, упоминали только номера. Но в казарме и в бою у каждого было прозвище. Кто-то сам его придумывал, кому-то товарищи помогали.

Например, FN-2199 звался Девятки. Ему просто нравилось само слово, вот и все. А FN-2000 просил называть его Три Нуля. Он страшно радовался, что заполучил себе в номер кругленькую цифру. Три Нуля воображал, будто из-за этого он весь такой уникальный. Ноль, вообще-то, сомнительный повод для гордости, только Трем Нулям об этом никто не говорил. А сам он, видно, не особо задумывался.

Настоящее прозвище носил только FN-2003 — Копун. Он всегда был чуть медлительнее остальных, вроде как малость неуклюжий. И дело даже не в обычной нерасторопности, тут другое. Бывает, смотришь на него — на инструктаже, на тренировке или во время строевых учений, — и кажется, будто приказы до него не совсем доходят. Будто он плохо понимает, что должен делать и как.

FN-2187 в сокращенном виде был просто ­Восемь-Семь. Хотя лишний раз звать его кратким номером товарищи как-то не решались. Восемь-Семь был одним из самых способных штурмовиков всех времен — это охотно подтвердили бы и другие штурмовики, и инструкторский состав. Для инструкторов он был просто подарок, а не солдат — преданный, исполнительный, бесстрашный, толковый и сильный. Любой экзамен, любая проверка на профпригодность — и можно биться об заклад: Восемь-Семь всегда войдет в один процент лучших из лучших. В общем, FN-2187 был на верном пути к почетному званию идеального штурмовика Первого Ордена. Так, по крайней мере, все считали.

Кроме самого FN-2187.

FN-2003, он же Копун, остался брошенным на произвол судьбы.

FN-2187, Три Нуля и Девятки укрылись за остатками внешней стены. Стена эта, побитая бессчетными бластерными выстрелами и основательно потрескавшаяся, все еще могла служить надежным убежищем. По другую сторону стены находилась территория республиканцев, которую те отчаянно защищали. Под шквальным огнем противника FN-2187 и его товарищи не могли и носа высунуть из убежища. Ярко-синие стрелы с шипением проносились над головой и втыкались в землю вокруг. Заряды ударяли в стену с невероятной силой, толчки чувствовались даже сквозь броню.

— Вон, гляди, он опять. — Три Нуля толкнул FN-2187 локтем, показывая назад, туда, откуда они недавно вынуждены были отступить.

FN-2187, присев на корточки, осторожно выглянул. На взгляд постороннего, все штурмовики в одинаковой броне неотличимы друг от друга. Но вмонтированные в шлем приборы изливают на любого солдата почти непрерывный поток информации: телеметрические данные, координаты для управления огнем, погодные условия — в общем, все, что угодно, вплоть до количества зарядов в бластерной винтовке (ну, это-то как раз неплохо). И стоит одному штурмовику взглянуть на другого, приборы в шлеме тут же высвечивают личные данные. На то и нужен встроенный компьютер, чтобы распознавать друга и врага. Так что приборы мигом поведали FN-2187, что Копун скорчился за корпусом взорванного республиканского спидера. И что до него 29,3 метра.

FN-2187 увидел и кое-что, чего Копун видеть не мог: слева к FN-2003 подбирался отряд из пяти республиканцев. Восемь-Семь вскинул винтовку и прицелился, но тут же понял, что бесполезно — слишком далеко. Стреляй не стреляй — все равно промажешь.

— Ему конец, — выдохнул Девятки. — Бросаем его и двинули дальше.

— Он один из нас, — отозвался FN-2187, опуская винтовку.

— У нас приказ, — вмешался Три Нуля. — Нам туда, — добавил он, указывая большим пальцем себе за спину, в сторону базы. — Если вернемся за ним, от нас мокрого места не останется.

Никто не видел, как FN-2187 нахмурился под шлемом. Ну да, у них приказ, да, кругом враги, да, Три Нуля прав. Им приказано захватить на вражеской территории позицию, которую противник защищает с помощью тяжелого автобластера. Кто бы там ни палил из этой штуковины, свое дело он знает. На глазах у Восемь-Семь и его товарищей два отряда штурмовиков скосило подчистую при попытке приблизиться. Удивительно, как это Копун еще жив. А может, и не удивительно. FN-2187 не сомневался: тот парень, что жмет на курок, ­намерен жахнуть, когда кто-нибудь прибежит спасать злополучного товарища. Что, собственно, он, FN-2187, и собирается сделать.

— Время-то идет, — напомнил Три Нуля.

FN-2187 бросил через плечо взгляд на вражескую территорию. Местность неровная, укрыться есть где — можно двигаться перебежками под прикрывающим огнем. Правда, чем ближе к автобластеру, тем труднее будет обеспечить прикрытие, ну да ладно. Если делать все с умом, может, и удастся проскочить.

— Три Нуля, заходи слева. Девятки, ты справа, — приказал FN-2187. — По моей команде. Держитесь внутренней стены.

— Так мы всю операцию провалим, — проворчал Девятки.

— Держитесь внутренней стены, — повторил FN-2187. — Пошли!

Три Нуля и Девятки не в восторге от его указаний, это уж яснее ясного. Но они штурмовики, а это значит: получил приказ — выполняй, да поживее. Поэтому оба сорвались с места, а Восемь-Семь выдержал паузу в несколько секунд, дождавшись, пока его товарищи отвлекут огонь противника на себя, и только тогда ринулся вперед. На этом направлении местность была ничуть не лучше, чем на вражеской территории, — ухабистая, непроходимая, заваленная обломками металла и камней. Над землей стелился черный дым от горя­щих двигателей. Первый десяток метров Восемь-Семь одолел прыжком, а дальше помчался от укрытия к укрытию, низко пригибаясь, отчаянно петляя и время от времени перескакивая через препятствия.

Он покрыл уже половину расстояния, но тут республиканцы заметили его и подняли тревогу. Их клич разнесся над всем полем битвы, и по FN-2187 незамедлительно открыли огонь. Он нырнул вперед, плюхнулся в только что возникшую воронку и на мгновение замер. Потом отважился приподняться на локтях. Дважды выстрелил и снова распластался в воронке. Перекатился вправо и пальнул еще трижды. Двоих противников снял. Вот и отлично.

Правда, осталось еще трое, и все в него целятся.

FN-2187 включил передатчик:

— FN-2003, проверить обстановку слева и справа!

Последовал треск помех, затем раздался голос Копуна:

— Никого не вижу!

— Да не у меня, у тебя! Налево смотри!

Передатчик снова разразился помехами — ­FN-2187 даже поморщился. Оглохнуть можно, честное слово. Он перекатился назад и осторожно подполз к краю небольшой воронки. Копун тем временем открыл огонь по остаткам все еще подбиравшегося к нему республиканского отряда. Теперь-то FN-2187 торопиться некуда. Он тщательно прицелился и трижды спустил курок своей блас­терной винтовки. Последний вражеский солдат упал.

— За мной! — заорал FN-2187.

Можно было и не орать: FN-2003 уже и так выбрался из своего укрытия и мчался к товарищу со всех ног. Восемь-Семь перекатился на спину, осво­бодив Копуну место в укрытии рядом с собой. Тот съехал в воронку и дружески врезал FN-2187 по нагрудной пластине. От души врезал — звук вышел, словно в дверь грохнули со всей силы.

— Спасибо, 2187! — выпалил Копун. — Спасибо, дружище. Я-то думал, вы меня бросите.

— Ты один из нас. — FN-2187 указал в сторону вражеской территории. — От меня не отставай.

— Я прямо за тобой.

FN-2187 помедлил еще секунду, переводя дух, и выпрыгнул из воронки. Копун полез следом. С республиканской базы как будто стали палить пореже, но Восемь-Семь понимал, что это только так кажется — враг стреляет с той же частотой, просто сейчас огонь рассеянный. Все идет по плану: FN-2187 специально разделил Три Нуля и Девятки, чтобы рассредоточить внимание противника. Только так у него был шанс проскочить к Копуну. Правда, теперь Три Нуля и Девятки отрезаны от них с Копуном и пришпилены к месту. Им не вырваться.

Но в этом есть и преимущество, внезапно со­об­разил FN-2187. Пока вражеский огонь рассредоточен, можно прорваться к блиндажу с автоблас­тером, к цели всей операции. Главное, не зевать и сохранять выдержку.

FN-2187 припустил быстрее. Он слышал, как пыхтит за спиной Копун, изо всех сил стараясь не отстать. Но теперь за Копуна можно не беспокоиться, вдруг понял FN-2187. Важно успеть выполнить приказ и сделать это быстро — тогда уже не важно будет, поспевает Копун или нет. Он, ­FN-2187, справится и обеспечит успех операции. Но дело даже не в этом. Если он справится, все его товарищи уцелеют.

Перед ним заклубилось дымное облако, прореженное красными и синими вспышками бластерных зарядов, — Три Нуля и Девятки обменивались выстрелами с противником. FN-2187 слышал звук своего дыхания, усиленный шлемом, чувствовал, как кровь пульсирует в висках. Вот он, блиндаж, совсем близко, прибор в шлеме показывает: два­дцать метров, пятнадцать, десять...

Его засекли, но это уже ничего не меняло. В бункере засуетились; FN-2187 видел, как рес­публиканские солдаты, заметив несущегося к ним штурмовика, спешат развернуть ствол в его сторо­ну. Наверняка струхнули при виде белых доспехов. Еще бы: символ целостности, силы, могущества и мастерства — в общем, всех достоинств штурмовика Первого Ордена — вот что такое эти доспехи.

Перед самым выстрелом Восемь-Семь бросился на землю и вперед ногами проскользнул к краю бункера. Одной рукой он прижимал к груди винтовку, другой нашаривал на поясе гранату. В последнюю секунду он покатился и, налетев боком на стену бункера, со всей силы нажал активатор. А потом точным мягким движением зашвырнул гранату внутрь. Почти сразу же последовала вспышка и прогремел взрыв. FN-2187 почувствовал эхо, по броне прокатился отголосок взрывной волны.

На миг воцарилась гробовая тишина. Ее нарушало только тяжелое дыхание самого FN-2187.

Мир затрепетал, застыл и внезапно померк. Только что здесь был вражеский аванпост, по­всюду валялись тела убитых штурмовиков, а теперь все исчезло и возникли четыре голые стены и идеально гладкий металлический пол. Поле боя сменил обычный зал для симуляций — просторный, пус­той, холодный и безликий. Высоко на одной из стен теперь можно было различить смот­ровое ­окно — тонированное, кто внутри, не разглядишь.

Из скрытых динамиков зазвучал голос капитана Фазмы:

— Симуляция боевой задачи завершена. ­FN-2187, FN-2199, FN-2000, FN-2003, явитесь для подведения итогов и оценки ваших действий.

— С боевой задачей они справились, — пожал плечами генерал Хакс. — Что есть, то есть.

— Они справились только благодаря умелому руководству FN-2187, — уточнила капитан Фазма.

Они стояли бок о бок у смотрового окна и наблюдали за огневой группой, которая как раз в полном составе выходила из учебного зала. Трое из четверых были в приподнятом расположении духа — хлопали друг друга по плечу и по спине, явно довольные тем, как все прошло. Но четвертый, FN-2187, чуть отставал от товарищей. Он словно сам по себе, мысленно отметила Фазма. Они с Хаксом видели, как FN-2187 помедлил на выходе и бросил взгляд в сторону смотрового ­окна. Интересно, что у него на уме?

— Он держится особняком, — произнес Хакс, поворачиваясь к капитану. — Все признаки способного лидера: неотделим от группы, но в то же время сохраняет дистанцию.

— Если, конечно, дело именно в этом, генерал.

— Вас что-то тревожит? — Хакс поднял брови. — Я готов вас выслушать.

— Эти штурмовики — лучшие из всех, что когда-либо были в Первом Ордене, — ответила Фазма. — Я наблюдала их на всех этапах обучения — от призыва до учебных боевых заданий. Эта группа — просто образцовая.

— И все же что-то вас беспокоит, капитан. Что же?

— Нет, с этой группой все в порядке.

Хакс вздохнул, с трудом скрывая раздражение.

— Пожалуй, FN-2187 — один из лучших штурмовиков, с кем мне доводилось иметь дело, — заметила Фазма.

— Судя по тому, что я видел, трудно не согласиться.

— Но в то же время его действия весьма крас­норечивы. Это решение разделить группу и вернуться за FN-2003 — ведь тут и кроется проблема. Он чересчур отзывчивый. В этом-то и опасность. Вы же слышали его слова?

— «Ты один из нас»?

— Да, сэр. Я целиком и полностью за сплоченность в коллективе, генерал. Но вы же понимаете: штурмовику полагается иметь приоритеты. Он должен быть предан не своим товарищам, а Первому Ордену.

Хакс снова повернулся к окну и воззрился на опустевший зал для симуляций.

— Ну так разберитесь с этими нежелательными явлениями, капитан, — сказал генерал. — Где бы вы их ни обнаружили.

Помещение для инструктажа как две капли воды походило на все остальные секции базы, откуда Фазма наблюдала за обучением своих подопечных. Одинаково безликие комнаты, взгляду зацепиться не за что. Хотя бесцветными эти помещения не назовешь: целый набор оттенков серого плюс неизменный черный, ну и, конечно, красный (впрочем, его обычно приберегали для символики Первого Ордена). Настоящая пестрота появлялась, лишь когда штурмовики-кадеты стаскивали шлемы. Прямо-таки буйство красок: бледное лицо и светло-карие глаза Копуна, пронзительно-голубые (аж мороз по коже!) глаза и рыжие волосы Девяток, уже затянувшийся, но очень заметный на смуглой щеке Трех Нулей шрам. И собственное лицо FN-2187, возникавшее в гладкой столешнице или изредка в зеркале, когда образцовый штурмовик готовился к проверке.

В доспехах все его товарищи одинаковы, и, понятное дело, так и положено. Они же просто солдаты — без лиц, без имен, разница только в наборе букв и цифр. Но FN-2187 так нравились эти редкие моменты, когда становились видны отличия и особенности. Когда из-за белой брони хоть на минуту выглядывал живой человек.