Читаем Папочкина зависимость (ЛП) онлайн бесплатно
Папочкина зависимость (ЛП)
Перепутать женщин никогда еще не было столь губительным. После многих лет саморазрушения и обвинениях семьи в утрате своей любви я отказался участвовать в наших мафиозных делах. Но затем приезжает женщина из Индульгенции, и впервые за долгие годы мое тело оживает. Я могу чувствовать. Единственная проблема — девушка в моих объятиях. Та, которую я жажду, не та, которую я заказал. И она оказалась моей падчерицей. И что еще хуже, она хочет, чтобы я был ее папочкой. Я сменил одну зависимость на другую, но она может стать моим лекарством.
Романы / Современные любовные романы / Эро литератураДанный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях.
Над переводом работали:
Этот роман — полностью художественное произведение. Имена, персонажи и события, изображенные в нем, — плод воображения автора. Любое сходство с реальными людьми, живыми или мертвыми, событиями или местами совершенно случайно.
ПОСВЯЩАЕТСЯ
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
Глава 1
Голова раскалывается, виски пульсируют, тело ужасно ноет.
С трудом переворачиваюсь на другой бок и вдыхаю что-то пушистое. В панике задыхаюсь и сажусь, попутно кашляя и отплевываясь. Да что за черт? С отвращением вытаскиваю изо рта клочья волос, осознавая, что одна из шлюх, с которыми я был прошлой ночью, потеряла кучу волос во время нашего безудержного секса.
Я, наверное, слишком жестко трахнул ее.
Комната кружится перед глазами, я качаю головой из стороны в сторону, пытаясь сфокусироваться. Зажмурившись, глубоко вдыхаю, чтобы собраться с мыслями, и снова открываю глаза.
Прищурившись, я наконец могу увидеть разрушения моей спальни. Да, тут явно было весело. Повсюду валяются бутылки, разбросана одежда, использованные презервативы раскиданы по всем поверхностям. Большое зеркало лежит на полу, покрытое белым порошком.
Я провожу рукой по непослушным волосам.
Осматриваю зеркало и замечаю присосавшийся к нему розовый дилдо, и тут меня накрывают воспоминания о прошлой ночи, таранящие на меня, как грузовик из ниоткуда.
Что-то движется рядом со мной, и я возвращаюсь к реальности. Это «что-то» тянется к моему члену, и я снова падаю на матрас, позволяя ей взять его в рот. Другая девушка нависает надо мной, ее надутые сиськи касаются моего лица, и она тянется ко мне губами.
— Я же сказал, никаких поцелуев, — отчитываю я, сдавливая ее сосок, заставляя ее стонать так громко, что ее притворство становится очевидным. — Грязная шлюха, — бросаю я с наигранной усмешкой. Она хихикает, но ее радость не трогает меня, как и звуки, издаваемые Дженной, секретаршей моего отца, которая пытается засунуть мой член себе в глотку, но терпит неудачу, оставляя на моем животе мокрый след, который едва ли можно назвать эротичным.
Почему я не могу почувствовать хоть что-то?
Раздражающий звонок заставляет меня сжать челюсти, пока я изо всех сил стараюсь оставаться твердым в ее рту. Шум не утихает, и я хватаю телефон, кладу его рядом с собой на матрас и намеренно включаю громкую связь, зная, кто звонит.
— Томми?
Я зажмуриваюсь от раздражения, услышав требовательный голос отца. Его тон всегда полон гнева.
— Томми? — повторяет он, когда я не отвечаю.
Блондинка, которая не занята моим членом, целует мою шею, и мне кажется, что по мне ползают насекомые, пытаясь забраться под кожу. Вместо того чтобы расслабиться и достигнуть оргазма, я хочу, чтобы они обе прекратили. Боже, мне нужен еще один укол. Что-нибудь, чтобы заглушить чувства.
— Томми! — рявкает он, заставляя обеих девушек взглянуть в сторону телефона.
Скриплю зубами. Как он смеет лишать меня последнего удовольствия? Снова пытается испортить мою жизнь.
— Что? — сквозь зубы выплевываю я.
— Я хочу видеть тебя в своем кабинете. У тебя час, — грудь вздымается от злости на то, что он вторгся в мою жизнь. — И избавься от шлюх, — добавляет он, обрывая вызов, как бы напоминая, как мало я значу для него.
Да и вообще для кого бы то ни было.
С глухим стоном падаю обратно на подушку.
Конечно, он следит за каждым моим движением. Мне тридцать один год, а отец все еще следит за мной, как за ребенком. Интересно, понимает ли он, что шлюха, о которой он говорил — его любимая секретарша? Я ухмыляюсь от удовольствия при мысли о том, что могу вывести его из себя. Может, стоит сказать? Посмотрим, как ему понравится, если у него отнимут что-то столь важное.
— Поторопитесь, блядь, доведите меня до оргазма, у меня дела, — рявкаю я на женщин, как последний подонок. Закрыв глаза, представляю, что это она отсасывает мне, единственная женщина, которую я когда-либо любил, та, с которой мечтал провести всю жизнь. Единственная, кого я целовал, и единственная, которой отдал бы свое сердце. Ту, которую у меня отняли.
Я облокотился на спинку офисного дивана, раздражение нарастает при мысли о том, что я здесь, в то время как мог бы быть дома в постели с двумя женщинами, которые обслуживали мой член. Мое тело жаждет кайфа, который иногда приносит секс. Он снимает напряжение и ослабляет желание полностью уйти в наркотики.
Отец с презрением смотрит на меня, словно его глаза видят все грязные подробности прошлой ночи. Я ерзаю под его взглядом, дергая воротник рубашки, и чувствую, как жар охватывает меня, а пот собирается на лбу, несмотря на то, что во рту сухо, как в пустыне.
— Опять ломка? — он вздыхает с нотками осуждения в голосе.
Наши взгляды встречаются.
— Нет. Я же сказал, теперь только по выходным.
— Ммм, — он качает головой, словно не верит ни одному моему слову. Он долго изучает меня, затем проводит пальцем по губам.
В глазах отца я никогда не буду достаточно хорош. Даже после того, как я женился на Зене, чтобы помочь с его бизнесом, я все равно не оправдал его ожиданий.
— Мне нужно уехать по делам, — снова вздыхает он.
Я не понимаю, зачем он мне это говорит — обычно его дела меня не касаются. Вместо того чтобы обращать на него внимание, я отвожу взгляд, показывая свое безразличие. Весь смысл моего брака с Зеней заключался в том, чтобы они оставили меня в покое с моим наследством, но они захотели большего. Они приняли меня за дурака. Я должен был тогда понять, что будут дополнительные условия для получения наследства. Ублюдки ожидали, что я подарю им наследника, не меньше. Я фыркаю при воспоминании.
— Дочь Зени собирается погостить у меня, — добавляет он, и я смотрю на него в недоумении. — Она вернулась из школы-интерната на каникулы, — его тон звучит почти грустно из-за того, что он не сможет увидеть ее.
Я закатываю глаза. У моего отца больше сочувствия к чужим детям, чем к своим собственным.
— И какое это имеет отношение ко мне? — спрашиваю, как бессердечный ублюдок, коим и являюсь.
Почему я должен заботиться о ее ребенке? Особенно учитывая, что они даже не сообщили мне о ее существовании. Где мои братья получили невинных невест, я получил вдову с прицепом. Она испорченный товар. Как и я, наверное.
— Она будет жить у тебя, — он смотрит на меня.
Моя спина выпрямляется, я подаюсь вперед, едва сдерживая ярость.
— Только через мой труп! — с ядом выплевываю я.
Он поднимает руку, как бы останавливая меня, как дрессированного пса.
Я знаю, что лучше не спорить с ним. Видел, на что он способен в гневе и на что может пойти, чтобы добиться своего. Если не насилием, то манипуляциями. Мои кулаки сжимаются, тело вибрирует от гнева из-за очередного вторжения в мою жизнь.
— Она будет жить у тебя, — его взгляд пронизывает меня, такие же темные, мертвые глаза, как у меня.
Мои губы непроизвольно раздвигаются для возражений.
— А как же остальные? Разве она не может остаться с кем-то из них?
Отец широко открывает рот и поднимает брови в удивлении.
— Твои братья работают, Томми. У них свои обязанности, а у тебя свои, — его взгляд не отрывается от моего.
— Она не моя гребаная ответственность, — рявкаю я в ответ. — Я узнал о ней только после смерти Зени. Я даже не знаю этого ребенка и не хочу знать, — сжимаю губы, пытаясь удержаться от дальнейших комментариев.
Он тяжело вздыхает, не скрывая разочарования.
— Джейд. Ее зовут Джейд. И ты будешь заботиться о ней, как о своей собственной, — он поднимает бровь, и в его тоне нет места для обсуждения.
Я ошарашено издаю странный звук, словно захлебываюсь. Единственная женщина, с которой я хотел бы иметь ребенка, давно ушла, и я точно не хочу возиться с чужим ребенком. То, что у него есть слабость к маленькой сироте, не значит, что она есть и у меня.
С тех пор как Зеня умерла шесть лет назад, отец стал для этой девочки лучшим родителем, чем когда-либо был для нас. Я избегал ее при любом удобном случае, поэтому легко было не пересекаться с ребенком, который по закону является моей ответственностью. Еще одна вещь, которую они мне подсунули. Скриплю зубами от несправедливости.
До сих пор отец не просил меня ни о чем, касающемся девочки, поэтому я никогда о ней и не спрашивал. Зачем мне? Я живу своей жизнью, она живет своей.
— Как долго тебя не будет?
— Шесть недель.
— Шесть? — я в ярости. — Шесть чертовых недель?
— Томми, если ты хочешь продолжать свой образ жизни, как прежде, тебе придется сделать перерыв на шесть недель. Всего шесть недель, — он разглаживает ладонями рубашку, показывая, что разговор закончен.
Я откинулся на спинку кресла. Он снова наказывает меня. Единственная его власть надо мной — деньги. Без него у меня ничего нет, и он это знает. И я, черт возьми, это знаю.
Проведя рукой по волосам, я пытаюсь придумать план. Может, нанять ей няню? Или сиделку? Поручить это домработнице?
Да, да, так и сделаю. Я могу продолжать жить своей жизнью, пока за ребенком присматривают. Шесть недель. Я справлюсь. Моя жизнь не изменится.
— Она должна быть в безопасной обстановке, — добавляет он, словно читая мои мысли.
Он не имеет в виду ее проживание со мной как форму защиты, потому что это само собой разумеется. В нашей мафиозной семье мы все защищены. Нет, он имеет в виду мой образ жизни: наркотики, алкоголь и секс.
— Я серьезно, Томми. Никаких наркотиков. Шесть чертовых недель, — он смотрит мне в глаза.
Ха, как будто это так просто.
— Ладно, — выдыхаю я. — Когда она приедет? — встаю и направляюсь к двери, заканчивая разговор.
— В субботу, — произносит он, когда я выхожу, но я слышу нотки надежды в его голосе, и меня от этого тошнит. — Присмотри за ней, — произнес он едва уловимо.
Глава 2
Всю неделю я был на взводе, как черт знает кто, но теперь готов выпустить пар. Поэтому, когда раздается звонок в дверь, оповещая о прибытии моей субботней девушке из «Индульгенции», я мчусь вниз по лестнице, как настоящий наркоман, готовый к следующей дозе.
Проходя мимо зеркала внизу, я самодовольно улыбаюсь своему отражению. Мне повезло с внешностью, по крайней мере, шлюхам, которых я трахаю, везет спать с красавцем. Я с нетерпением открываю входную дверь и вижу перед собой молодую женщину с большими зелеными глазами, полными неуверенности. Осматривая ее с ног до головы, я замечаю ее растрепанный вид: она вся промокла, и меня злит, что машина явно не высадила ее у дверей, как обычно. За ее спиной льет дождь, и она дрожит, привлекая мое внимание к ее наряду.
Она выбрала школьную форму. Уголок моих губ приподнимается от восторга. Это что-то новенькое и необычное, и мой член сразу реагирует, напрягаясь и пульсируя от одного только взгляда на нее. Мои яйца сжимаются от желания, особенно когда я смотрю на ее дрожащие губы и напряженные соски, умоляющим, чтобы их пососали и поиграли с ними. Я провожу рукой по своему затвердевшему члену, давая ей понять, насколько мне нравится ее наряд. Ее глаза расширяются в невинном удивлении. Черт возьми, она очаровательна и аппетитна одновременно. Я собираюсь развлечься с ней. Уже много лет мой член не реагировал так на женщину.
Мой рот жаждет ощутить ее вкус, а член стремится поглотить ее и наполнить, пока влага из ее киски не потечет по бедрам. Блять, да.
Ее промокшие волосы прилипают к лицу, а распущенные черные волны ниспадают на плечи, вода стекает по белой школьной блузке, которая плотно прилегает к телу, становясь прозрачной из-за сильного ливня. И, черт возьми, я благодарен за это. Ее сиськи натянуты, соски идеального размера, так и хочется взять их в рот, покусывать и ласкать, помечая как свои.
Плиссированная школьная юбка доходит ей до бедер, и мне не терпится задрать ее до талии, опуститься на колени и почтить маленькую сирену, посланную терзать меня нечистыми мыслями.
Черт, на этот раз «Индульгенция» превзошли сами себя. Нужно отправить владельцу, Оскару О'Коннелу, смс с благодарностью. При этой мысли у меня подрагивают губы.
Моя рука вырывается, и я с силой хватаю ее за запястье, заставляя удивленный вздох сорваться с ее губ. От одного только вздоха по моему телу пробегает электрический разряд, оживляя меня и мой член, из кончика которого струйками вытекает предэякулят, пачкая при этом мои брюки. Никогда еще у меня не было такой реакции на обычное прикосновение.
Затаскивая ее внутрь, я поворачиваю ее лицом к себе и прижимаю к стене.
— Тсс, непослушная малышка.
Мой взгляд скользит по ее телу, и она резко втягивает воздух, затем покусывает нижнюю губу под пристальным моим взглядом.
— Ты выглядишь как маленькая шлюшка. — я прижимаюсь к ней, и мой твердый член упирается в ее маленькое тело. — Такая непослушная малышка.
Я нежно провожу большим пальцем по ее нижней губе, а мой голос ласково шепчет.
