Читаем Папина Незабудка (СИ) онлайн бесплатно

Тимофей

Жму на дверной звонок.

Приглушенные шаги раздаются следом.

Леха.

Точно ждал.

Дверь квартиры гостеприимно распахивается, а передо мной знакомое лицо и улыбка до ушей.

- Здорово, друг! Товарищ. Брат.

Леха, как и всегда, с открытым дружелюбием протягивает мне свою большую теплую ладонь и, крепко пожимая ее, тянет меня к себе. Радостно обнимает, ритмично хлопает второй рукой по моей спине. Отстраняется. Смотрит на меня оценивающе.

- Ты все? В Москве "нагостился"? – усмехается он.

- Привет, брат! – приветствую я своего одноклассника и друга. – Насовсем. Уволился в запас.

- Ух ты. И куда работать пойдешь? – доброе лицо Савельева впервые становится серьезным.

Раздумчиво втягиваю воздух, через узкую щель губ и многозначительно оглядываюсь.

Не в подъезде же рассказывать?

Друг все моментально понял и поспешно отступил вглубь квартиры.

- Проходи, Тимоха. Сейчас ужин будет готов. Посидим как люди.

Прохожу в прихожую, закрываю за собой дверь.

- Раздевайся.

Ноябрь месяц. Снимаю верхнюю одежду, обувь. В Волгожанске[1] крепкие морозы - большая редкость. Однако будучи привычным к московской погоде я нацепил теплую куртку и шапку.

Друг суетится, выуживая мне из обувного шкафчика тапочки.

- Вот, - домашняя пара обуви четко приземляется в полуметре от меня, - надень. Так удобно.

Хозяин - барин.

Я надел и прошел вслед за ним в зал. «По пути» встретилась Таня, жена Лехи. Она выглянула из кухни. Доброжелательно поприветствовала и, заверив нас, что ужин будет готов через десять минут, снова исчезла в комнате, из которой доносились умопомрачительные запахи.

Желудок заурчал дрессированным псом. Поесть я люблю. Ульяна готовила очень вкусно… Стряхиваю щемящие ноты с души и думаю про еду дальше. Сейчас перейду на материнскую стряпню. Велик риск поправиться.

- Ну, давай рассказывай, Тима, - опустившись в кресло и закинув ногу на ногу, призывает друг, - коль не шутишь, что вернулся.

- Какие шутки? - присаживаюсь на диван рядом. - Мы с дочкой вдвоем остались. Куда я девятимесячного ребенка дену? В казарму потащу? Уволился. Приехал к матери. Свою квартиру сдаю. Пока Виолетта не подрастет, будем жить с бабушкой.

- А работать куда?

- Да меня уже позвали, - давлю улыбку. Приятно, когда друзья-товарищи помогают.

- Опять, Тимоха, погоны? – ерничает друг.

- Берут в прокуратуру. Помощником.

Леха эмоции не сдержал и громко присвистнул.

Да и куда ему? Далеко до тихони.

Он рубаха-парень, и главный в застолье и гулянии. Анекдоты травить, песни петь, бабушек пугать да разыгрывать. В общем, он всю жизнь душа компании, а душа коллектива не может быть спокойной.

- Служба в элитных войсках не прошла даром, - в восхищении и одобрении качает головой однокашник.

- Не только. Один товарищ помог, - расплывчато отвечаю я.

- Кто? – Леха прищуривается, ожидая ответа.

- Степан Петрович.

- А! – крякнул Савельев, расслабившись. – Знаем-знаем таких.

- Ну вот. В родном городе все равно спокойнее. Буду работать и дочь воспитывать.

Лехе явно хотелось сказануть что-нибудь оптимистичное, но осознавая нынешние обстоятельства, понимал – мне не до каламбура.

- М-да, - с печалькой протянул он и поглядел на настенные часы.

- Тань, у тебя там все готово? – громко спросил он.

Через секунду в проеме дверей уже стояла запыхавшаяся супруга друга.

- Готово, - кивнула она мужу, - проходите! – вежливо улыбнулась она мне, приглашая.

- Ага! Щас идем! – звонко отозвался Леха.

Татьяна скрылась в потемках коридора, а друг потянулся за мобильником.

- Тимон, шагай на кухню, - по-доброму и тихо посоветовал он. - Помоги жене моей тарелки расставить. Я через секундочку подлечу. Мне звякнуть надо. Буквально минута времени.

Улыбаюсь. Леха неисправим. Опять какие-то у него секреты!

Вика

- Да!

- Тебя где носит? – в трубке раздается претензионный шепот брата. С наездом еще.

Закатываю глаза.

Как он меня достал контролировать! Вот честное слово…

- А что?

- Я же тебе сказал: вечером приезжай на ужин.

Голос братца так и вибрирует, видимо, что-то задумал, но его подвохи меня только умиляют.

- Ну, ты же меня пригласил. Значит, у меня есть выбор, приезжать или нет, - рассудительным тоном подмечаю я.

- Ноги в руки и живо ко мне! – заводится брат.

Еще одно пререкание и он психанет, точно психанет. А мне порой, как его единственной младшей сестренке, нравится его злить.

Смеюсь.

- Хорошо, - уступчиво мурлычу, - я как раз последнюю клиентку обслужила. Через пять минут выхожу.

- О'кеюшки! – подобрев, роняет брат и отключается.

Прибираю свое рабочее место. Выключаю свет. Сегодня я последняя. И на выходе из салона красоты, отдаю ключи охраннику, расписываюсь в журнале.

Мне повезло. Работаю в самом центре города в модном салоне красоты «Императрица». Всем управляет администратор, хозяин салона припеваючи живет в столице. Поэтому у нас тихо, спокойно, легко. Работа, зарплата и никаких конфликтов.

Для меня это важно. Потому что я не с первой попытки нормальную работу в родном городе нашла. А в «Императрице», к своему большому удивлению, я уже больше двух лет проработала.

Из центра я быстро добралась на попутке до дома брата. Он, кстати, живет недалеко, а вот моя квартира находится в спальном районе нашего города.

Лифт не работает, но на третий этаж можно подняться и по лестнице.

Звоню.

Открывает брат.

- Лёш, ты меня порой поражаешь! – с порога начинаю отчитывать брата. - То пропадаешь на несколько дней, то на ужин зовешь.

Бросаю сумку на тумбочку в прихожей. Нагибаюсь, подняв ногу, расстегиваю ботильон.

- У меня вчерашний суп остался. Кто будет доедать? – определив свою обувь на место, выпрямляюсь. – Опять Вася?!

Шумно выдыхаю, а после лишаюсь дара речи, когда в коридоре появляется Тимофей Суворов. Тим. Блин… Черт! Надеюсь, мои волосы не так сильно растрепались, пока я молнии на ботинках расстегивала.

- Привет! – хлопая глазками, выпаливаю я. Только потом я позволяю себе поправить густую длинную челку.

- Привет, - он дружелюбно смотрит на меня своими этими глазами. Знаю, я какой у них цвет. Насыщенный ореховый. Редкий и… манящий. Черт! Блин…

- Что за Вася? – с обаятельной улыбкой спрашивает Суворов, подперев плечом стену прихожей.

Чуть вскидываю подбородок, с апломбом отвечаю:

- Это мужик, с которым я живу, - и чуть мягче добавляю: - вот уже два года.

Не меняя серьезного выражения лица, я не спеша прохожу мимо Тимофея.

Пусть ест вот такие новости.

Он прослеживает за мной взглядом, явно размышляя над моими словами.

- Это викин кот, - не стесняясь, сдает меня брат, - а я не понял, бурманцы, что, капусту едят?

- Все едят, когда по три недели не кормишь, - «пугающе жестоко» шучу я.

Кто бы знал, как я балую своего Васю!

Брат шутку уловил и натянуто засмеялся.

Остановившись напротив кухни и обернувшись к мужчинам, напоминаю:

- Лёш, ты, кажется, звал меня на ужин, а не на допрос, - плавно перевожу взгляд на Тимофея, - и давайте со мной.

Заскакиваю на кухню и с облегчением выдыхаю.

- Привет, Танюш, - обнимаю и целую жену брата в щеку.

- Привет, проходи, Вик, все уже стынет.

- Димасик где?

Моему племяннику всего шесть лет, а он, как президент, вечно занят! Очень рано развиваться стал. В школу пошел раньше. Кружки и секции для него обычное дело.

- На тренировке. Сосед приведет. Мы мальчишек по очереди на тренировки водим.

- Спортсмен!

- И не говори! – воодушевленно отзывается Таня.

Так как мужчины поели, то они сели пить чай, а я пробую приготовленные блюда.

Поначалу у меня было желание вести себя скромно, и поесть, как птичка. А потом я подумала, чего это я буду женатого человека стесняться?

Попробовала все блюда, похвалила Танюшку за особый дар из простых ингредиентов приготовить шедевр. Обсудила с ней некоторые нюансы приправ, и положила в тарелочку еще.

И съела!

- Отличный аппетит, - подает голос Суворов.

- Работаю много, - вытираю губы салфеткой, и не тороплюсь заглядывать ему в глаза. Но через секунду все же вскидываю взгляд.

Вот что он так на меня смотрит?

Словно кот на сметану. Пусть об Ульяне думает… Нечего тут пялиться на васькино добро!

Вот не понимаю я, зачем меня брат сегодня позвал? Надо же, совпало так, что с Тимофеем увиделась. Редко он к нам в город наведывается. Вот сейчас зачем приехал? Скорее всего, маму свою проведывать.

- Дорогие мои, - так уж у меня заведено, что к Леше и Тане я одновременно обращаюсь, используя данное словосочетание, - поеду я. Завтра будний день. По записи клиенток тьма.

Брат пытался что-то пропыхтеть в знак протеста, но я ему в свою очередь напомнила о его работе. И на том успокоились.

Тимофей, к моему удивлению, тоже заявил о желании ехать домой.

Что ж, выйдем вместе.

Когда мы двинулись ближе к прихожей, вернулся Димасик. Сосед проводил его до самой квартиры и завел в дом. Хорошо, когда есть друзья, есть взаимовыручка. Когда не все за бабки.

Своего единственного племянника я люблю и по возможности балую. В последний раз подарила ему ролики, шлем и защиту на руки и ноги.

Для меня он любимый зайка. Не могу удержаться и тискаю его, расспрашиваю о минувшем дне, и Дима мне все рассказывает.

Кратко.

Нам надо уходить, а ребенку отдохнуть и поесть.

- Пока, малыш! – треплю Димасика за щеку.

- Пока, Вика.

Прощаюсь с моими дорогими и с Тимофеем выхожу на лестничную площадку.

Спускаюсь, не дожидаясь его, только вот шаги Суворова раздаются позади.

Оба не проронили и слова, пока не вышли под козырек и не оказались на улице.

И тут я останавливаюсь, поворачиваю голову, Тим сделал тоже самое и теперь смотрит на меня.

- Я на машине.

- Тогда подвезешь.

Вика

Повернуть на девяносто градусов и внезапно поменять маршрут – это я могу. Меня ничего не сковывает и ничего не держит. Я свободная молодая девушка двадцати четырех лет. Самостоятельная. Ни у кого на шее не сижу.

Стройная, симпатичная. Красивая! Мода, стиль – это все про меня. Трудно будет найти человека, который видел меня в неряшливом виде.

Брат?

Ну да, брат. Но когда? Когда еще с родителями жили и учились в школе. Я в школе, а он в колледже.

А сколько после этого прошло? Лет семь. Восемь. Не меньше.

Я всегда стильно одета. С фигурой проблем нет, хотя жру не меньше среднего кабанчика.

Еще у меня есть одно правило: я пока себе глаза не «нарисую» – людям не показываюсь и из дома не выхожу.

Нашла идеальный макияж для своих темных глаз. Со стрелочками и серебристыми тенями.

Обязательно делаю укладку. У меня модная стрижка, требующая особого ухода за волосами. Локон должен быть уложен к локону, иначе с волосами чуть ниже плеч вполне себе смогу составить конкуренцию Кузе Домовенку.

Сейчас я знаю, что прекрасно выгляжу. Хорошо, что я на ужин к брату приехала из салона, в котором работаю, а не из дома в обычный выходной день. Потому что, несмотря на то, что я каждый день, словно одержимая, слежу за состоянием макияжа и прически, но в выходной день, бывает, не скрою, могу надеть что-то в стиле кэжуал. А это делает меня домашней что ли.

В данный момент в моем образе все просчитано до миллиметра. Вот только мужчины не запоминают детали, но на уровне подкорки у них откладывается впечатление, которое на него произвела та или иная дама.

Эффект на Тимофея был произведен. Сложно было этого не заметить. Но ценность сего факта состояла в том, что это мой первый и возможно последний удар женственности по его мужскому эго.

Ведь раньше Тим меня не замечал, и для него я всегда была младшей сестрой его кореша. А потом я от Леши узнала, что он давно любит и обхаживает лучшую девочку в школе – свою одноклассницу – Ульяну Карпову.

Мое сердце было разбито вдребезги, и его осколки возможно до сих пор валяются в доме наших с Лешей родителей.

Ну что, Суворов, теперь-то ты меня заметил?

Заметил!

Женское самомнение затеяло со мной роковую игру.

Играть я и не думала…

Но соблазн стремительно возрос.

Особенно, когда мы просто по разные стороны могли спуститься со ступенек лехиного подъезда. И никогда, никогда больше не испытать инстинктивного чувства обоюдной охоты, обоюдного желания.

Обоюдного…

Тот самый миг, когда я выпорхнула на крыльцо, затормозил в сознании, предупреждая, что еще один шаг и все! Я лишусь шанса побыть с ним рядом, испытать то, что так страстно желала, что снилось мне по ночам, что грезилось в полумраке.

И понимание того, что я не хочу сейчас его отпускать, круглой воронкой закрутило в груди.

Сжало.

Потребовало действий.

Я остановилась.

Повернула голову.

И посмотрела на него.

Когда наши глаза встретились, я ни о чем в тот миг не думала.

Но я чувствовала.

Ощущала, как горит за грудиной это чертово желание, чтобы он что-нибудь сделал.

Сказал.

- Тогда подвезешь, - бездумно, совершенно бездумно бросила я и шагнула к нему.

В одном шаге: грация, женственность и… мечта. Мечта о нем. И только сегодня она может исполниться. Здесь и сейчас.

Пусть будет. Возможно это единственный шанс, способ избавиться от Тимофея в моей голове.

Когда он, не задумываясь, кивнул мне в ответ, я уже поняла, что все будет.

Мы идем в сторону припаркованных машин.

- Я закурю?

Вскидываю брови.

- Да. Конечно, - на миг теряюсь я. - Чего ты спрашиваешь? Взрослый мальчик.

Остановившись около хэтчбека винного красного цвета, я наблюдаю, как в темноте вспыхивает пламя, а затем маленький круглый огонек.

Суворов отходит на пару шагов назад, желая исключить меня из зоны доступа дыма и специфического запаха. Снег противно скрипит под его ногами.

- Так ты куришь?

- Иногда, - Тим медленно выдыхает струю дыма вверх.

- Но не в машине.

- Нет, - мотает головой.

Оно и понятно. Нет-нет, не хочу думать о ней!

Гоню мысли прочь и смотрю на него.

В густых сумерках лицо Тима плохо видно, но когда он затягивается, маленький огонек освещает его, будто набросок картины, статую в парке.

Он стал более мужественным, сильным. Таким, каким я и хотела. Каким представляла его в своем воображении.

Но этот мужчина чужой. Был. Есть. И будет.

И только сегодня в мозг закралась мысль, что он может быть моим.

Вопрос: а действительно ли я этого хочу?

Да.

Другого шанса у меня не будет.

Теперь я это не только инстинктивно чувствую, но и осознаю это желание.

Покончив с сигаретой, Суворов впрыснул себе что-то в рот. Спустя секунду я поняла, что это был освежитель дыхания.

- Поехали.

Отомкнув машину, он обошел ее и открыл мне дверцу.

- Спасибо, - ровно выдала я, опускаясь на пассажирское сиденье и избегая прямого взгляда.

И тут произошло невообразимое.

Оказавшись с Тимофеем в непосредственной близости, мое сердце бросилось вскачь. Я так ясно ощущала его «бух-бух», что невольно испугалась, как бы мое сердцебиение и внезапное волнение не разоблачил Суворов.

Отворачиваюсь к окну.

Шум мотора, скрип снега под шинами.

Кажется, пронесло.

- Куда?

Называю адрес. Интонацию голоса стараюсь держать ровно.

- Так ты с Васей живешь? – иронизирует он.

- Да, - хмыкаю я, - уже два года.

По его виду заметно, что история с котом его умиляет.

- Что смешного, Тим?

Впервые позволяю себе его назвать по имени.

Тим.

Когда это происходит, он мельком глядит на меня.

- Я слышал, ты в Москву уезжала.

Слышал он. Леша рассказал. Гад!

Это моя самая нелюбимая тема! Вот вообще никак. Не собираюсь этого скрывать и всем своим видом показываю, что не желаю об этом говорить.

- Было дело, - отворачиваюсь к окну.

- Чего не позвонила?

Неожиданно слышу я.

Он сейчас серьезно?