Читаем Отрави меня вечностью (СИ) онлайн бесплатно

Пролог

Она всё ещё боялась ночного леса, поэтому вздохнула с облегчением, когда узкая тропинка вывела на дорогу. Лунный свет лежал на камнях и траве голубыми бликами. Крикнула позади ночная птица, и она вздрогнула от этого внезапного звука.

Далеко впереди редкие огоньки обозначили городок вокруг замка ландграфа. Девушка брезгливо стряхнула с блузки налипшую паутину и потуже закуталась в плащ.

Тёплый ветерок донёс до неё запах дыма — кто-то впереди жёг костёр.

«Наверное, пастухи. В последнее время люди боятся ночи. И стараются не засыпать под открытым небом без веской на то причины».

Заскрежетал камешек под подошвой деревянного башмака. Она сжалась и постаралась, чтобы следующий шаг получился совсем неслышным. Костёр медленно приближался, всё чаще слышался мужской смех. И вот уже девушка смогла рассмотреть справа от дороги красные отблески на стволах, небольшую полянку и двух молодых парней.

Она накинула на голову капюшон и продолжила свой путь по левой обочине — очень уж не хотелось под тёмные своды леса.

— Девушка!

«Заметили».

— Что это вы делаете на дороге в столь поздний час?

— Хозяйка послала за свежими сливками, — тоненький голос дрогнул.

— Что? — поднялся с земли симпатичный парень со светлыми волосами. — Не слышно! Пойди-ка сюда.

— Не бойся, мы не сделаем тебе дурного, — второй пастух коренастый и бритоголовый поднялся с поваленного бревна и пошёл к ней навстречу. — Давай к нам. Согреешься и отдохнёшь. А как рассветёт, продолжишь свой путь до Квилинбрука.

— Спасибо, но я лучше пойду. Хозяйка у меня строгая. Если к рассвету не принесу свежих сливок, она побьёт меня палкой и заставит неделю ходить за свиньями.

— А ты что ли белоручка? — бритоголовый схватил её за руку. Не больно, но стало понятно — не выпустит.

Он повёл худенькую девушку в сторону поляны. А она еле успевала перебирать ногами в больших башмаках не по размеру.

— Нет, ваша милость, я…

Парни захохотали.

— Слыхал? «Ваша милость», — бритый усадил девицу на поваленное бревно рядом с блондином, волосы которого напоминали солому, а сам плюхнулся на низкий пенёк, торчащий из земли рядом.

— Будешь? — светловолосый протянул открытый бурдюк, от которого несло брагой.

Девушка невольно поморщилась и отвернулась:

— Спасибо. Что-то… не хочется.

— Брезгуешь, — парень скривился. При ближайшем рассмотрении его лицо, усыпанное оспинами, оказалось не таким уж привлекательным. — А я глотну, раз уж открыл.

— И мне передай, — в ожидании пока товарищ напьётся бритоголовый смотрел на путницу исподлобья.

Наконец её сосед по бревну напился вволю и передал заветный бурдюк второму пастуху, а сам сладко потянулся, подняв обе руки кверху:

— Эхх… хорошо-о-о… — опуская руки вниз, пастух завёл одну из них за спину девушки и приобнял за тонкую талию. — И тепло… — он сильнее прижал к себе девушку.

А та дёрнулась, пытаясь вырваться. Не получилось — объятья парня напоминали скорее тиски.

— Отпустите меня, пожалуйста.

— Пусти её, Тилли.

— Да я не держу, — светловолосый ослабил хватку, и ночная гостья качнулась в сторону, освобождаясь от рук мужчины, а потом и вовсе вскочила с бревна.

Капюшон слетел с головы, обнажая чуть спутанные блондинистые волосы длинные и густые.

— Не бойся нас, — бритоголовый медленно поднялся на ноги, не спуская глаз со стройной фигурки. — Тилли напугал тебя…

Она попятилась.

— Он просто не умеет обращаться с девушками, — голос его стал тихим, а шаги крадущимися.

Девушка спиной наткнулась на дерево.

— Гы-гы, — усмехнулся Тилли. — А ты, Виг, значит, умеешь. Ну-ну, покажи.

Глаза на хорошеньком личике расширились. Не смея пошевелиться, она только и могла, что смотреть, как бритоголовый парень приближается к ней мягкой неслышной походкой.

«Должно быть, он — хороший охотник,» — почему-то подумала девушка и обхватила руками ствол молодого дуба. От этого движения грудь её выпятилась вперёд. А «охотник», который уже нависал над ней, не смог удержаться — поднял руку к завязкам плаща и потянул за шнурок.

Плащ упал на траву.

Она же отвернула голову в сторону.

И осталась стоять перед сильным мужчиной в ночной рубашке да тёмной юбке, надетой просто поверх. От прерывистого дыхания её круглые груди поднимались и опускались под грубой тканью, а соски затвердели и, наверное, стали заметными.

— Покажу… — голос Вига, и без того низкий, осел, а дыхание стало тяжёлым.

Облапив груди заплутавшей служанки, он начал поглаживать их и мять, намеренно задевая большими пальцами бусинки твёрдых сосков. Дыхание девушки сбилось.

— Должно быть ты очень сильно торопилась за сливками, раз забыла надеть корсаж и платье, — он опустил ладони на тонкую талию, нашёл завязки на юбке и начал развязывать их дрожащими от нетерпения руками.

— Смотри-ка не дрыгается, — светловолосый пастух подошёл поближе и с интересом рассматривал происходящее.

Тем временем чёрная юбка тоже упала на мягкий мох, бритоголовый прижался к блондинке всем телом и начал ощупывать зад. В бедро ей уткнулось…

«Что-то твёрдое…»

— Ох…

В ответ на короткий стон девушки Виг еле слышно усмехнулся. Он начал ловко собирать подол ночной рубашки. А одна рука перемесилась вперёд и, поглаживая девичью коленку, поползла вверх.

— Панталоны ты тоже забыла в спешке, — в голосе Вига слышалась глумливая радость. — Признавайся, не шла ты ни за какими сливками, — пальцы его достигли промежности и, чуть помедлив, погрузились в мягкие скользкие складочки.

— А-а-а… — выдохнула девушка легко и сладко, и незаметно отставила ногу чуть в сторону.

— Мокрая… готовая… — грубые пальцы пастуха умело ласкали её между ног, а вторая рука пыталась задрать сорочку повыше. — К любовнику шла, — с какой-то мстительной радостью заключил Виг. Два пальца его нырнули внутрь и задвигались с хлюпаньем в узкой горячей дырочке.

— Да-а, — выдохнула она.

— И кто он? Может, мы его знаем? Того, кому повезло иметь такую сладкую девочку?

— Конюх… — произнесла девица с закрытыми от наслаждения глазами.

— Главный конюх самого ландграфа? — присвистнул Тилли. — Он же старый.

— Нет… О-о-ох… Просто конюх. Ганс.

— Ты знаешь какого-нибудь Ганса? — спросил Тилли у бритоголового.

— Не знаю и знать не хочу, — Виг вытащил пальцы из девушки и занялся более важным делом — развязыванием собственных штанов. — Помоги лучше. Стяни с этой… сучки платье. Видишь, как развезло, еле на ногах стоит.

— Ага, — парень услужливо подхватил полы светлой ночной рубашки и медленно потянул вверх.

Девушка с затуманенным взором, как во сне поняла руки, помогая пастуху избавить своё дрожащее тело от лишней липнущей от ночной духоты льняной ткани.

— Хороша… — бритоголовый сжал упругие груди с торчащими розовыми сосками, нехотя выпустил их из рук и сделал пару шагов назад.

В лунном свете и бликах костра обнажённое тело девушки выглядело совершенным, а на милом лице желание боролось со стыдливостью. И побеждало. Рот её был приоткрыт. Руки всё так же сжимали позади ствол дерева. Ноги бесстыдно расставлены в стороны, а между ними…

— Ух… — кровь застучала в голове пастуха.

Не медля больше ни секунды, Виг окончательно освободился от своих башмаков и штанов. В два шага приблизился к жаждущей продолжения девушке и, направив свой торчащий орган рукой, резко вошёл в неё. Раз. И два. Глубоко. Мощно. Во всю длину.

— О-о! О-о!.. — прерывисто застонала блондинка и обхватила мужчину за плечи и шею, прижимаясь теснее и подстраиваясь под заданный темп.

Он лапал её тело потными ладонями, то спускал их вниз и сжимал круглый зад, то тискал груди. И при этом, казалось, усиливал мощность толчков. И ускорялся.

— А-а-а… а-а… — тонкие прядки волос прилипли к её взмокшему лбу.

Глаза она всё чаще закрывала, чтобы объёмнее чувствовать разливающееся по телу наслаждение.

И всё же она бросила один короткий взгляд на Тилли, который тоже обнажил свой член и сейчас поглаживал его руками, мечтательно закатывая глаза.

Виг кончил внезапно.

«А я?..»

Он отвалился от её разгорячённого тела, и стало зябко. Но на место товарища тут же пристроился второй пастух.

Орган его был чуть длиннее, но Уже. Движения — более резкими и неумелыми. Ей пришлось взять процесс в собственные руки. Обхватить его спину и надавливать на ягодицы, чтобы добиться нужного угла и темпа.

— Сла-адкая девка. И не сопротивляется, — Тилли оказался более разговорчивым. — Повезло нам сегодня. Да, Виг? — проговорил он, ритмично дёргая задом.

— Ага, — бритоголовый расстелил на траве пару плащей и прилёг на них, пожёвывая травинку, и рассматривая небеса.

— А прошлая, дура… Сама виновата, — Тилли запыхался, но явно не собирался молчать.

— Прошлая? — томно уточнила девушка.

— Ревнуешь? — хихикнул Тилли. — Зря. Ты лучше её во сто крат. А-а-а… давно так не трахался… — захлебнулся он слюной, наверное, от удовольствия. — Зельда… мы её по разику… А она… И было бы отчего. Тебе же нравится? Ну, скажи… Нравится то, что мы сейчас делаем? А?

— Да, — ответила она только для того, чтобы прекратить расспросы.

— А та с моста сбросилась. Дура, — припечатал он свои выводы сильными резкими толчками.

— О-ох… — девушка содрогнулась всем телом от пика ощущений. Закрыла глаза, откинула голову и сжала пальцами свой сосок. Немного прокрутила и… — О-о-о-о-о… — выгнулась дугой от сладостной муки, которая пронзила её между ног, и разлилась изнутри частыми дрожащими волнами…

Но насладиться приятными ощущениями ей не дали. Прижимая нежную спинку к шершавому стволу дерева, её натягивал на себя не шибко опытный, но жаждущий собственного извержения юнец.

— Так, значит, девушка сбросилась с моста?.. — уточнила блондинка, когда смогла перевести дыхание.

— Ага… вон с того, — рукой он неровно указал в сторону замка ландграфа, стоящего на возвышенности.

Слева пологий холм подрубала излучина реки, которая вытекала из гор, покрытых густыми лесами, и в горы же убегала. В стародавние времена растекалась она широко и весьма высоко поднимала свои бурные воды. Вот тогда-то анты, которые жили раньше на этих землях, и построили акведук.

Шли столетия — девушка читала об этом в книгах — империя антов пала, рождались и умирали в муках войны княжества и королевства. Много их было: батавы, убии, хатты, квады, семноны, гауты… Они заключали военные союзы, торговые коалиции и даже вековые связи, основанные на родстве. Одни становились богаче, хитрее. Других ждало поражение. Время стёрло в песок всё то, что они построили, а люди этому помогли. Воины под другими флагами. С другими именами на устах. И должно быть, не все племена и короли удостоились чести попасть в историю.

Города и те за тысячу лет оказались под жирной землей. Девушка видела их обломки, торчащие, как старые зубы из-под мягкой зелёной травы.

А мост остался.

«Точнее, акведук. Но люди сломали сложную систему подачи воды в город, и используют это величественное строение, как мост. Да что говорить? От древнего Аруниума давно ничего не осталось. На руинах построили замок. А вокруг лачуги для простых людей… Та девушка, Зельда, должно быть, жила в Квилинбруке…» — в горле путницы неожиданно встал комок.

Она попробовала представить себе эту Зельду. Растрёпанные волосы, испачканное платье. И отчаянье настолько невыносимое, что его хватило на прыжок.

«…в горную реку с 30-метровой высоты…»

От этой картины лицо её застыло. Огромный зрачок уменьшился в точку, вопреки законам природы, писанным для человеческих тёплых существ. Она прикрыла веками радужки и потянулась губами к шее… К загорелой шее охваченного похотью пастуха Тилли, который дёрнулся в ней в последний раз, забился в судороге оргазма. И негромко, но протяжно застонал.

Мягкие губы нежно поцеловали его влажную жирноватую кожу, язычок слизнул солёный пот, оставляя особый состав слюны. Она мягко его куснула, как бы играя. А в следующую секунду пара острых клычков вошла в горячую плоть пастуха. В то самое место, где под тонкой кожей среди шейных мышц и сухожилий пряталась пульсирующая артерия с вкусной кровью…

— М-м-м-м…

Она пила его быстро. Так быстро, чтобы силы поскорее покинули это сильное молодое тело, которое теперь само пыталось вырваться из железных объятий хрупкой на вид хищной нелюди. Чтобы крупные зубы во рту, который она крепко зажимала своими пальцами, перестали пытаться её укусить. И чтобы сам он поскорей перестал мычать что-то нелепое своему товарищу.

«Наверное, просит о помощи. Вряд ли пытается предупредить. Эти твари считают нас исчадиями зла. Но сами думают лишь о себе в минуты смертельной опасности».

— Что, Тилли, кончил? — лениво спросил его Виг, даже не взглянув на парочку, затихшую вдруг у дерева.

— Ага, — ответила девушка озорным голоском вместо светловолосого. — Знаешь, Виг, он, кажется заснул. — Дочь ночи отвернулась от бритого, на случай, если тому вздумается повернуть голову к дереву, и аккуратно уложила мёртвого Тилли окровавленным передом вниз.

— Иди ко мне. Продолжим, — Виг потянулся и почесал волосатый живот. Меж его крупных бёдер шевельнулся и опал мягкий член.

— Я к ручью. Скоро буду. — Она исчезла в кустах босая и голая.

«Пьяная от крови… Вот только рано ещё терять голову. Дело пока не окончено».

Она опёрлась коленями на мшистые камни и втянула носом тонкие ароматы летней ночи, смешанные с запахом холодного железа, и от этого ещё более яркие.

Где-то рядом проснулась корова. Мыкнула. Быстро поднялась на ноги и поспешила вглубь леса, оправданно опасаясь хищника, похожего на человека.

Ледяные капли лесного ручья ошпарили разгоряченную кожу, но растворили кровь, которая темнела на груди и, наверняка, испачкала лицо и шею.

Она ещё раз плеснула на себя водой. Ещё. И ещё… Она бы не смывала. Ей нравился этот сложный запах, напоминающий одновременно вкус отцовского ножа из той далёкой, но ушедшей невозвратно жизни, зреющие яблоки в летнем саду и пряное вино, растекающееся по нёбу.

«Но Виг… Он сильный. И скоро рассвет. А возиться с ним так не хочется…»

Она направилась прямиком к пастуху.

Он лежал на плаще и поглаживал свой ставший твёрдым небольшой, но толстенький пенис с крупной блестящей головкой. Девушка села прямо на него и плавно задвигалась.

— Я не хочу торопиться, — томно проговорила она. Склонилась над его лицом, поцеловала в щёку, в подбородок, коснулась губами губ. — Ты мне понравился, Виг, — тонкие пальчики погладили его голову, шею и плечи, и снова вернулись к бритой на днях голове.

— Так приходи, белоручка, — он попытался дотянуться губами до нежной холодной ладошки. — Приходи ко мне каждую ночь, — Виг расплылся в улыбке.

Да так и замер, когда она свернула ему шею.

В одно движение.

Он даже ничего не понял.

— Мы развлеклись бы с тобой по-другому. Так, что ты долго визжал бы от боли и умолял о пощаде… Если бы у меня было время, — она плюнула ему в лицо. — Бедняжка Зельда. И все те другие девушки, которые остались на твоей совести.

Пить его блондинка не стала — Тилли сполна утолил жажду крови, слабую, ведь она на днях осушила крупную лань — тело Вига, траченое временем и крепкими напитками её, тем более, не привлекало, а запах его крови, в которой притаилась дурная болезнь, на сытый желудок скорее вызывал дурноту.