Читаем Оставьте это профи (СИ) онлайн бесплатно

1. Арина

— Что нужно сказать?

А что нужно? Все по-честному: он меня обидел — я ему кулаком в нос.

— Арина!

— Он пелвый начал.

Первый! Первый! Первый!

Блина, ну почему я не могу сказать вслух «р». А этим болванам только бы посмеяться.

Обиженно надуваю губки.

— Арина, ты не хочешь, чтобы я позвонила маме?

Учительница… она всегда такая. Я только два месяца хожу в школу, а ее уже ненавижу.

Иногда думаю, что крестная права, и лучше сразу выйти замуж.

— Я не буду извиняться, — отворачиваю голову.

Еще чего?

— Арина!

Блина. Кто вообще ее просил возвращаться пораньше?

— Она не будет извиняться, потому что невоспитанна, я сам слышал. Так ее папа сказал. Потому он и бросил ее.

— Не плавда! Это мы его блосили!

Со всей силы становлюсь на рыхлую ногу одноклассника и бегу прочь.

Так болит сердечко и слезы градом текут.

— Дулак! — ворчу под нос.

Он не знает! Никто не знает, как папа обижал маму! Я видела, все видела!

Забегаю в спортзал и присаживаюсь на скамеечку.

Вытираю рукавами слезы.

— Мы сами ушли от папы.

Опускаю голову на колени.

Сначала я немного грустила, но теперь радуюсь, что мама нашла другое жилье и они больше не ссорятся.

У меня хороший папа, действительно, но когда выпьет…

Всхлипываю.

В тот день он пришел в школу и от него очень плохо пахло. Он кричал на учительницу, а в конце сказал при одноклассниках, что я такая же, как мама невоспитанная и он больше не может нас терпеть.

После того случая меня все обходят стороной. Мало было, что все смеялись из-за моего «р», еще и это прибавилось.

— Доченька.

Быстро вытираю слезы. Не хочу, чтобы мама увидела меня заплаканной.

— Пливет, мамочка, — улыбаюсь.

Поднимаюсь на ноги и сразу обнимаю за талию.

— Пойдем домой.

Гладит по голове.

Она измучена, по голосу слышу.

— Что-то случилось? — поднимаю голову.

— Солнышко, нам снова нужно искать жилье, — садится на корточки. Как-то странно улыбается, но я вижу в ее глазах слезы.

— Мама, это из-за папы? Потому, что он вчела кличал под двелью квалтилы?

Вздыхает, но улыбается.

Так и знала.

— Мама, — кладу руки на ее щечки, — у нас все будет холошо. Ты сама говолила, что я твое солнышко. И я буду ялко светить нам.

Она снова расстроена.

— Конечно, ты мое солнышко. Однако, возможно, нам придется сменить и школу.

О, спасибо, святые яйца! Это отличный подарок.

— Я не плотив, — киваю головой.

— Мое золотце.

Поправляет мои кудри.

Ненавижу когда так делают… Будто я маленький ребенок, а мне уже целых семь лет, между прочим. Но маме этого не говорю, она и так постоянно плачет. Смотрит в телефон и плачет.

Несколько раз я пыталась посмотреть, что там, но не знаю пароля.

— Пойдем, нам еще чемоданы собирать.

Моя мами — самая лучшая.

Мне нравится ее так называть. Не так, как все.

Обнимаю её за шею крепко-крепко.

Болит сердце. Трудно смотреть, как она держится, изо всех сил старается быть сильной.

Крестная Верун, всегда говорит, что я должна быть вежливой и не расстраивать мамочку.

Я сама это понимаю, но из-за таких болванов как Ванька, я совершаю плохие поступки.

— Пойдем.

Хорошо, что мама не пришла раньше…

— И сегодня ты наказана, никакого компьютера, я все видела.

А нет, увидела, потому и расстроилась.

Приехав домой, сразу достаю свой чемодан. Собираю вещи и выкатываю его в коридор.

— Я готова. А куда мы едем?

— Пока не найдем жилье, поживем у Верун. Надеюсь, недолго, — из другой комнаты показывается чемодан, а за ним и мама.

— Океюшки.

Ура! Обожаю крестную. Она все-все на свете знает и главное — умеет хранить тайны.

Где-то через час мы уже были у крестной. Она живет в небольшом домике за городом.

Здесь круто, особенно летом.

— Привет, моя моделька! — расцеловывает меня от подбородка ко лбу.

Это самый неприятный момент, но я готова немного потерпеть. Уж хочется услышать ее следующую жизненную историю.

Когда я еще ходила в садик, Верун часто забирала меня потому, что мама работала, а отец…

— Пливет!

Теперь нужно пережить допрос.

— Как школа? — поднимает на руки.

Как ей объяснить, что я уже большая, и меня не нужно носить на руках.

— Клестная, ты сама говолишь, что холоших девочек должны носить на луках пални, тогда почему ты постоянно меня носишь?

Скрещиваю руки на груди, выпятив нижнюю губу.

Это же безобразие!

— Все верно, а пока у тебя нет кавалера, буду носить я.

Снова целует.

— О-о-о, святые яйца! — подкладываю ладонь под подбородок. Закатываю глаза к небу, тяжело вздыхая.

— Что это еще за яйца? — хохочет.

— Как?! Ты не знаешь, что есть святые яйца?

Подбрасываю вверх бровь.

— Объясни.

Душится со смеху.

— Велун, святые яйца — мой талисман, они всегда мне помогают. У меня есть два делевянных. Их мама купила на лынке и одно, — поднимаю пальчик вверх, — настоящее. Оно не полтится, потому что сделано пелед плаздником Пасхи.

— А-а-а, ты о тех яйцах! — снова хохочет.

— Конечно, а ты о каких подумала?

Что-то она от меня скрывает, и я буду не я, если не узнаю.

— Мами, а ты завтла лаботаешь? — кладу подбородок на плечо крестной.

— Да, полдня.

Круто-о-о! Значит, я буду с Верой.

Может, что-нибудь интересное расскажет.

Она знает мега крутые истории.

— Ты иди, разложи вещи, а я с мамой поговорю на кухне. Только не подслушивать! — ловит за носик, больно сжимая.

Так всегда. Как только дело подходит к разговору — я должна уходить.

— Окей.

Тяну чемодан за собой и сразу сворачиваю в комнату. Я уже знаю, какая моя, мы здесь не в первый раз.

Бросаю вещи на кровать и тихонько подхожу к двери. Легонько открываю, чтобы не скрипели. В этом доме все двери скрипят, крестная говорит, что так задумано, они «поют».

— Ксюня, не плачь.

Крестная обнимает мою мамашу.

— Подумаешь, найдем новую квартиру.

— Знаю, но я уже не могу Арине в глаза смотреть. Она будто понимает и одновременно смотрит на меня такими жалостливыми глазами. Сердце разрывается, еще и Вадим…

— Чего опять надобно этому мерзавцу?

Почему у нас так? Почему мой папа не любит маму? Обижает ее, ведь она же хорошая.

— Денег, что он еще может хотеть. Уже год, как мы развелись, а он до сих пор портит нам с дочерью жизнь. Еще и в школу припёрся, я случайно сегодня услышала.

Возвращаюсь в комнату.

Слезы снова катятся по щекам.

Я очень хочу, чтобы моя мама была счастлива. Чтобы никогда больше не плакала.

Но как это сделать, пока не знаю.

Умываю лицо в ванной, чтобы взрослые не увидели, что я снова плакала, иначе поймут, что все слышала. Переворачиваю чемодан и одним движением все втрамбую в шкаф.

Надеваю тапки и смело выхожу на кухню.

Нет никого, только мамин телефон лежит на столе и светится — разблокирован.

Оглядываюсь по сторонам — чисто.

Быстро изучаю картинку на экране: моя мама, веселая и улыбающаяся, обнимается с незнакомым мужчиной и надпись: «Мой Ян».

Да, а это уже интересно!

2.

— Доброе утро, Моделька! Уже одиннадцать, а ты все ещё спишь.

— Доблое, — потягиваюсь. — А можно, я еще чуть-чуть, сегодня же суббота?

Я всю ночь искала этого Яна, будь он не ладен!

Не нашла. Оказывается, не так и велика сила соцсетей, как ее восхваляют.

Сначала я искала в угле, но там их десять и еще несколько ноликов. Я даже прочесть не смогла.

Решила бросить фото, которое честно украла с маминого телефона, но… ничего.

Думаю, у меня есть только один выход: убедить Верун, чтобы мне помогла.

— Нельзя, — раздвигает шторы. — Мама скоро вернется, а ты еще не завтракала.

— Океюшки, — поднимаюсь с кровати.

— Жду на кухне.

Крестная идет, а я быстро умываюсь.

У меня не так много времени, чтобы расспросить крестную. А отступать я не собираюсь. Мами говорит, что трудности на пути к цели, делают желаемое только слаще.

Очень хочу, чтобы моя мама была счастлива.

Если она скучает по Яну, или как его там, я готова его искать.

— Что у нас сегодня на завтрак? — усаживаюсь на табуретку.

Верун шаманит у плиты, покачивая попкой и, даже, не реагирует на мой вопрос.

Соскальзываю под стол, подкрадываюсь сзади и изо всех сил бью ладонью по мягкой части.

— Мать моя женщина!

Крестная подпрыгивает от неожиданности, рукой затрагивает сковороду, которая громко падает на пол.

Мой завтрак очень быстро растекается по полу.

— Ой, — накрываю ладошками ротик. Часто хлопаю ресничками и опускаю глаза.

— Теперь будешь кушать кашу. Я хотела тебе яичницу с колбасой предложить, а теперь ее котики стрескают.

— Извини, — опускаю плечи, поднимаю глаза полные слез на Верун, ну очень стараюсь быть похожей на котика из «Шрека».

— На меня, мои же методы не действуют, так что ты особо не старайся.

Забыла, что это она научила меня этому приёмчику.

— Холошо. Клестная, я хочу тебе что-то сказать…

Это идеальный момент, надеюсь, что Вера забудет о завтраке, и даже, возможно, поможет.

— Говори уже, — вздыхает.

Убирает с пола еду, а я быстренько возвращаюсь на свое место.

— Я, вчела, случайно, ну, совелшенно случайно… — трясу руками. Смотрю на крестную серьезно, ведь не лгу.

Рассказываю её о фото, о том, как перебросила его себе на мобильный и не уверенно показываю.

Сердечко очень колотится в груди. Теперь одна надежда на мой талисман. Надеюсь, они мне помогут и на этот раз. Ибо я очень боюсь Веру, когда она злится.

Однажды, когда мы жили здесь, крестная пришла из парикмахерской и это было ужасно. Она в гневе — ведьма. Лучше не злить ее.

— Я тебе расскажу, — ставит на стол тарелку с налистниками и чай.

М-м-м, вкусняшка. Надеюсь, они с творогом.

— Но под грифом «секретно».

— Под чем?

Закатывает глаза.

— Никто не должен узнать — ни-ког-да! Иначе, твоя мама меня убьет.

Смешно вываливает глаза, протягивая большим пальцем у шеи.

— Я — немая, как лыба!

За это и люблю Верун, она всегда со мной разговаривает, как со взрослой. Хотя я и есть взрослая, мне уже семь, ну, почти.

— Твоя Мами и Ян познакомились… — вдохновенно рассказывает, пока я пью чай.

— Значит, Ян, — показываю на фото в мобильном, — и есть любовь моей мамы?

С удивлением смотрю на крестную.

— Моделька моя, не просто любовь, а единственная!

Поднимает указательный палец вверх.

У меня уже есть план.

— Мы же банда? — скрещиваю два пальца на руках. Демонстрирую маминой подруге и своей персональной фее.

— Конечно, — смешно кривит лицо.

— Найдем Яна?

Складываю ручки, смотрю жалостливым взглядом, как она меня учила.

— Ну, найдем и что дальше?

— А дальше… — уверенно поднимаюсь на ноги, выпрямляю плечи, и вытягиваю руку перед собой, — а дальше… оставьте это плофи!

Крестная заходится громким смехом на всю кухню.

— А если он женат?

Выпячиваю нижнюю губу от обиды.

— Но ты говорила, что настоящую любовь нельзя забыть до смерти?

Что же это за любовь такая, что они разошлись?

— Моделька, дело не в этом, — лицо сразу становится серьезным. — Иногда людям приходится расставаться с любимыми, — как-то странно говорит, подняв верхнюю губу, — и не потому, что хотят, а потому, что так нужно. А когда мама узнала, что у нее будет такая маленькая Моделька, она решила рассказать об этом отцу малышки. Вот и все.

— Выходит, что во всем виновата я?

Не сдерживаю слез.

— Нет! Ты что, Арина!

Сразу же оказывается рядом, прижимает к себе.

— Я не понимаю, — обнимаю Веру за шею.

— Просто твоя Мами, слишком правильная, вот и все. Я говорила, как ей нужно было поступить, но она… Неважно. Давай лучше найдем его, и тогда будем думать, что делать дальше.

— В самом деле? Ты — лучшая, — целую в щечку.

Улыбаюсь, но все еще грустно и тяжело на сердце.

— Моделька, не могу я тебе отказать, правда, не знаю, удастся ли найти его.

Отпускает меня. Присаживается на соседний стульчик. Несколько секунд что-то обдумывает и берет в руки телефон.

— Придумала. Пойду, позвоню, а ты, — прищуривает глаза, — не подслушивать.

Киваю головой.

Да, зачем мне подслушивать? Не тот случай. Сейчас нужно думать о другом.

Блина, надеюсь, что он не женат и еще любит мою Мами.

А если у него есть дети?

О. святые яйца!

А если их много и они младше меня, им же нужно менять подгузники?

Фу-у-у.

Однажды я видела новорожденного ребенка: маленький, хорошенький, но орет — ужас. А, вдруг, потом еще наделает в памперс, а мне нюхать.

Как вспомню, большие холодные муравьи бегут по коже.

— Через полчаса мне перезвонят и…

— Привет, я дома!

Мами!

— Все, тихо, — подмигивает крестная.

Верю, обычно так и происходит, как она говорит. Я многому научилась именно у крестной, да и сейчас учусь.

Как только мама появляется на кухне, целую ее и крестную и бегу в свою комнату. Немножко поиграю в телефоне, так полчаса быстро пройдет.

Но, как говорится, взрослые: не все сложилось, как я хотела.

Пообедав, мама заставила меня идти на прогулку, а Вера, подмигнув, села в авто и уехала по своим делам.

— Пока мама в душе, — в комнату заглядывает крестная, — у меня суперские новости.

— Говоли, говоли же!

Тащу Веру к кровати, заставляю сесть и усаживаюсь на коленях.

— Я нашла Яна!

Ура!

— Он женат? Есть дети?

Фыркает.

— А ты задаешь правильные вопросы, Моделька.

Нажимает пальцем на нос.

Морщусь. Хорошо, что хоть не целует.

— Рассказывай, пока Мами нет, — оглядываюсь на дверь.

— Итак: разведен, детей нет. Живёт в соседнем городе с родителями.

— Такой взрослый и живет с родителями?

Удивительно. Я, как вырасту, буду жить сама. Куплю квартиру, чтобы никто не имел права меня выгнать, а маме — домик за городом, о котором она мечтает.

— У него отец умер, вот он и остался за мамой ухаживать.

Значит он добрый… Это супер!

— Клестная, — перебираю пальчики на руках, — но как же они встлетятся?

— Ян тоже ветеринар, но сейчас не работает по профессии. Однако, иногда заменяет коллег. А это значит? — кривится.

— Что?

Не дышу.

О, святые яйца, не оставляйте меня!

— Что твоей Верун пора в отпуск.

— А причем здесь ты? — закатываю глаза.

— Я позвоню Яну и попрошу поработать вместо меня две недели. Он приходит, а тут хоп — и твоя мама. Я все придумала, даже договорилась с главным, чтоб поставил их в одну смену. Правда, есть еще одна ма-а-а-аленькая проблемка: боюсь, твоя маман может опять сделать ноги.

— И что будем делать? — не думала, что будет так тяжело.

— Вот здесь нужно хорошо поработать. Договорилась?

— Конечно. Ты — лучшая. Но я думаю, что стоит плосто позвонить и сказать, что моя Мами его еще любит.

— Ага, и мы вдвоем тогда живем под березой в парке, — фыркает. — Твоя мама нас выгонит из моего дома. Запомни: нужно действовать хитро, чтобы никто не заметил, что мы здесь феячили.

Хитро… хм.

— Оки, но ведь ты не поедешь в отпуск? Не оставишь меня одну?

Вера всегда уезжает на пляж.

Если сейчас уедет, боюсь, я не справлюсь.

Громко вздыхаю.

— Нет, не запланированный отпуск, который мне, кстати, не оплачивают, я буду работать свахой. А теперь, — достает телефон из кармана брюк, — ты на стреме, а я звоню.

Бегу к двери и, немного приоткрыв, заглядываю в коридор.

— Чисто, — шепчу.

Как настоящую профи наблюдаю, но очень внимательно слушаю, что говорит Вера.

— Добрый вечер, Ян Васильевич? Прекрасно. Мне вас порекомендовали коллеги. Я работаю в клинике.

И так смешно кривит лицо, что я забываю все. Хихикаю, прикрыв ладонью рот.

— Арина!

Блина, Мами!

Трясу руками перед собой, но Вера не смотрит. Подбегаю к Вере и дергаю за руку.

— Тогда договорились: в понедельник в девять. Спасибо, что согласились подменить меня. До свидания!

Ура он согласился!

— Я что-то пропустила?

Мама стоит сзади и гневным взглядом смотрит на меня.

Блина, кажется, наш план горит по швам, или идет по швам. Не важно, но, кажется, нас поймали с поличным.

3. Ян

— Готов?