Читаем Осколки. Книга 3 (СИ) онлайн бесплатно

— Я ждал тебя, — седой старик встретил меня погасшим взглядом, обреченностью и страхом, за ребенка, что жался к нему. — Ждал, но не думал, что моя смерть будет столь юной.

Сколько лет моему телу? 8? Или 9? Как это все не важно, тугая боль от изрезанного многочисленными рунами телу, рвущая разум и ошметки души от осознания потери…. Я желала мести, его смерти и страданий, специально уничтожила весь его род, оставив его последним, чтобы боялся, страдал от потери, как страдала я….

Но почему, почему же сейчас, глядя на этого проклятого палача я не чувствую ничего, кроме все той же рвущей боли. Скольких я убила? Сколько раз я умирала, в страданиях, лишь забрать хоть одного из рода де ла Куэва? Почему я решила, что будет легче? Хотя я существовала до сих пор лишь благодаря этой жажде их уничтожить.

Сердце сжалось от боли и осознания бессмысленности моего существования, устало я прошла мимо старика и рухнула в кресло. Когти застучали по резному деревянному подлокотнику, огляделась. Наверное, впервые за несколько десятилетий, я просто посмотрела вокруг. Они прятались от меня в небольшом замке туманного Альбиона, древняя рунная магия друидов должна была хорошо защитить их. Но только не от меня.

— Хочешь жить, гранд? — мой хриплый, надломленный голос показался мне столь отвратительным, что я поморщилась.

— Желаю жизни для внука, — в этом старом, некогда великом, инквизиторе, сохранилась гордость, стать, а страх был отнюдь не за свою жизнь.

— Это твой сын, гранд.

— Ты видящая, феникс, — на его лице отразилось изумление. Оно было понятным, мои родственники предпочитали развлечения и негу, — но темная магия уничтожает твое тело…

— Тьма и огонь не совместимы, — я кивнула, мое время подходило к концу, нужно быстрее закончить с ними. — Поэтому на меня не действовали предсмертные проклятия твоей родни, я щедро платила за их смерть своей жизнь. Забавно, правда?

— Я считал, что это проклятье той ведьмы губит мой род…

— Почему же, проклятье прекрасно справляется. — Я поднесла зудящую ладошку к глазам, кожа медленно тлела, обнажая кости. — Ты дашь мне слово. Слово Рода, что впишешь его в свой гримуар.

— Это серьезное требование, для умирающей, — я усмехнулась, это уже веселее, старик желает со мной сразиться.

— Я феникс, сейчас умру, но вскоре я воскресну. Злее, яростнее, сильнее, опытнее. Сейчас, моих сил может и не хватить забрать тебя с собой, инквизитор, но твоего сына уничтожить я смогу. Та сторона не так страшна, когда побывал там много-много раз. — Я замолчала, мне хотелось обвинять его, кричать, рвать когтями горло, но я смогла лишь бессильно выдавить, — ты судил моего мужа, сына и меня, инквизитор. И проговорил нас к смерти. — Горло перехватило от никогда не заживающей боли, будь прокляты воспоминания феникса, по щеке потекли слезы, тут же испаряясь от внутреннего жара. — Ты готов заплатить жизнь своего сына за смерть моего?

Великий инквизитор и судья молчал. Внимательно смотрел на меня, словно как раньше взвешивал все факты, чтобы вынести решение. Я ждала. Кончики когтей загорелись языками пламени, запах горелой плоти заполнял тесное, каменное помещение. Я ждала его решения, как много лет назад в страхе ждала его суда.

— Я дам слово Рода.

— Эй, Назар, тебя шеф вызывал!

— Меня нет, — громко проворчал Дариус, не открывая взгляда от свитка с формулой редкого зелья. Оно или нет? Темный пробежал глазами по составу зелья, пролистал справочник. Увы, но не оно, эта трава нужна была только свежей, а она вымерла еще лет двести назад….

— Дариус, шеф ждет!

— Демоны! — Дариус раздраженно захлопнул справочник, взял со спинки стула мятый темно-синий пиджак служащего следственного комитета, а именно, секретного для смертных, отдела по расследованию магических преступлений. Они, конечно, занимались и обычными преступления, с участием людей, но именно в этот отдел задействовали для предотвращения и сокрытия преступлений с участием темных, ведьм, фениксов и прочей нечисти. Ведь никто из них не желал второй Великой Инквизиции и клановых войн. Поэтому и поддерживали нейтральный статус и разделенными территориями. Еще совсем недавно Дариус был простым оперативником, занимающемся по сути грязной работой, выследить, задержать, то всего пару месяцев назад сдал зачет на теоретика и эксперта-зельевара. Благодаря оперативной работе, он совсем не походил на своих новых сослуживцев, ни мощной, мускулистой фигурой, обвешанной как холодным, так и огнестрельным оружием, ни весьма хмурым и резким характером. Несмотря на отсутствие магических способностей, его как минимум опасались, а из-за дружбы с комиссаром Альваро и откровенно сторонились, предпочитая избегать неприятностей.

— Звал? — Дариус без стука вошел в кабинет Альваро, вольготно устраиваясь в кресле.

— Да, — Альваро встал и плеснул им по стану янтарного коньяка, — вот, читай.

— Отпишись им, что я в командировке, — Дариус с отвращением убрал от себя прошение от своих родственников, — придумай что-нибудь.

— Придумай уже что-нибудь со своим дедом, он упорно пишет мне жалобы и прощения, чтобы тебя отпускали на семейные торжества.

— Аль, я уже несколько раз просил изгнать из рода, пару раз пробовал сам, но сил не хватает, хранитель не отпускает. Уже соглашался дать им этого наследника, но дед настаивает на женитьбе. — Дариус покрутил в руке стакан, рассматривая на свет жидкость, — но ты ведь меня не для этого позвал в конце рабочего дня. Что случилось?

— Заходил Артур, — стакан в руке Дариуса лопнул, стекло посыпалось на пол, темный стряхнул жидкость с руки, — прошло уже восемь лет, со дня смерти Анны, а ты все так же резко реагируешь. — Альваро поставил перед хмурым Дариусом новый стакан.

— Семь с половиной. — Поправил Дариус, делал большой глоток. — Прошло семь с половиной лет. Что хотел Артур, он давно уже не подавал жалоб. У него ведь дочь родилась?

— Да, три года уже. Собственно, именно столько он и не трогал тебя.

— Так что же изменилось? — Альваро сделал вид, что не заметил, как его друг отрешенно поглаживает темный женский браслет, который когда-то подарил Анне.

— У нее оказывается была ячейка, до востребования. И пару месяцев назад завершился срок хранения. Служащие оповестили владельца, что срок истек, в общем, Артур принес содержимое. Посчитал, что это может помочь в расследовании. Сам он не открывал. Я не стал открывать, решил, что для тебя это важно.

Дариус аккуратно взял протянутую небольшую коробку, медленно провел по поверхности. Казалось, что совсем недавно ее тонкие пальцы касалась этой вещи. После смерти Анны, у него не осталось ни одной вещи на память о ней. Ее тело быстро кремировали, прощание было закрытым, но Дариус все равно находился под стражей и лишь через пару месяцев с него полностью сняли обвинения.

Наконец, Дариус медленно раскрыл коробку. Внутри находился тонкий браслет с несколькими кулонами-камнями, сложенный в несколько раз лист бумаги и белый незапечатанный конверт. Раскрыв последний, Дариус увидел небольшую стопку распечатанных фотографий. Перед его глазами снова была улыбающаяся, счастливая девочка в розовом кружеве обнимающая Артура. Вот Анна постарше с более серьезным выражением лица. Еще одно фото, в ее квартире, здесь она уже в привычном для Дариуса возрасте. Здесь Анна, сонная и растрепанная обнимала со спины Артура и на вытянутой руке фотографировала. Неровная, но такая уютная композиция. Дариус улыбнулся. Как же редко она улыбалась….

На следующем фото, Дариус с удивлением видит себя, спящего, усталого, а рядом, с легкой, затаенной, счастливой улыбкой разглядывающего его, Анна… И надпись тонким черным маркером внизу ее почерком: «Дариус и Анна». Этого просто не могло быть. Анна никогда на него так не смотрела. Дариус прикрыл глаза, проведя рукой по волосам, взлохмачивая заметно отросшие волосы. Чуть дрогнувшими пальцами он взял и следующее фото и замер.

— Не может быть, — не сдержал он удивленного вздоха. — Альваро, это просто невозможно.

— Разорви меня демоны, — Альваро выхватил фото всматриваясь в спину Дариуса, на которой четко виднелись линии магической печати. — Печати не фиксируются камерами.

Дариус быстро листал следующие фотографии, несколько подряд и на всех изображена его печать на спине, на некоторых кадрах виднелись тонкие пальцы Анны, словно указывающие на определенные фрагменты. На этих фото Анна фиксировала именно печать.

— Здесь на обороте дата, — после слов комиссара Дариус тут же перевернул свою и увидел аккуратно срисованную руну и мелким, разборчивым почерком словно заметки, однако на непонятном ему языке. — Когда это было? Ты помнишь?

— Да, помню, после первой нашей практики, на каникулах, я ее вытащил из какого-то притона и отвез на ее квартиру. Перед тем балом, помнишь?

— А вы знатно порезвились, если ты спал беспробудным сном, пока тебе фотосессию проводили….

— Заткнись, — Дариус перевернул все фотографии с изображением его печати и на каждом обороте были скопированы руны и заметки на непонятном языке.

— Эксперта по рунам ко мне в кабинет, быстро! — Альваро отдал короткий приказ по внутренней связи, — Анна знала. Мы ведь полностью исключили этот вариант, Дар! Мы полностью исключили, что Анна могла быть темной или связанной с нашим миром. Она была смертной, но она знала. Знала про твою печать, знала кто я такой. Как такое вообще может быть?!

— Комиссар? — тихий стук оборвал мысли Альваро.

— Входи, что ты можешь сказать о этом? — эксперт взял в руки фото, внимательно рассматривая саму печать и оборот на каждой. Время шло.

— Это восхитительно! Хотел бы я пообщаться с этим умельцем, это настоящий прорыв!

— Ближе к делу, — рыкнул комиссар. — В чем суть? Что не так с печатью?

— С первого взгляда вполне стандартная печать для блокировки дара темного, точнее запечатывая его силы. Но видя вот эти фрагменты печати, я могу сказать, что она отличается. Вот тут и здесь изменения. Нужно проводить сравнительный анализ, мне нужно время. Но эта восхитительная работа, мы всегда лишь копировали заклинания и печати, а тут полный разбор на элементы. И раз она разбирается на составляющие, следовательно, ее можно собрать в принципиально новое составляющие, отвечающее совершенно другим целям, — аналитик увлеченно делал заметки своей будущей работы и судя по горящим глазам уже грезил новыми открытиями. — Кто это сделал? Еще работы есть? Чья эта печать?! Этого слишком мало для работы!!!

— Пока меня интересуют данным именно по этим. Все можешь расшифровать, понять — предоставить через 4 часа.

— Как удалось печать зафиксировать на цифровом носителе? — прежде чем аналитик ушел, поинтересовался Дариус.

— Видишь, внизу символ? Это простейшая печать истинного видения, используются еще детьми, чтобы лучше видеть плетения печатей и заклинаний. Этот умелец, как я вижу, просто маркером вплел его в основную печать, а когда необходимость пропала, просто стер. Потрясающе. Никто даже не предполагал, что такие непреложные знания, оказались ошибочными…. Восхитительно…. — бормоча под нос, аналитик полностью поглощенный открытие покинул кабинет темного комиссара. Альваро хмуро оглядел Дариуса.

— Она еще и самородок я смотрю. Руны не требуют собственной темной энергии, достаточно внешних накопителей и артефактов. — Альваро рассуждал вслух об общеизвестных вещях, пытаясь сосредоточиться от ускользающей мысли. — Кто-то обучал ее, а учитывая характер ее познаний, этот кто-то обладает уникальными знаниями, которые мы уже утратили. Каждый темный род имеет собственный гримуар, хранителя рода и соответственно обособленные знания. После истребительной войны смертных с применением ядерного оружия, многие Старейшины и Главы Родов погибли, язык, на котором писались ранние заклинания в Книге Роде, сейчас просто утерян. Мы воспроизводим старые заклинания, но печати никогда не подлежали изменениям. И если кто-то из существующих родов обладал такими знаниями, как минимум использовали, чтобы поднять свое влияние…. Проверь всех изгнанников и отлученных от Рода на взаимодействие с Анной. Поднимай ее дело. Работаем.

И работа закипела, нужные специалисты срочно отзывались с выходных, отдел заполнялся шумом и гамом. Дариус перелистывал дело Анны, вчитываясь в отчеты с учетом новых знаний и упорно не видел ее связи с его миром. Анна была странной, но вполне себе человеком. Ни посещения лавок ведьм, отсутствие артефактов…. Лишь ее постоянные отлучки, исчезновения наводили подозрения, но опять же никаких зацепок. Пусто. Провозившись до самого утра, раздраженный темный пошел в кабинет Альваро, по дороге раздобыв стакан крепкого кофе, щедро налив в него коньяк, привычка, перешедшая от Анны, и всегда вызывающая у него ностальгию….

— Что у тебя? — не обращая внимания на заправляющегося у него в кабинете Дариуса, Альваро устало поднял глаза от документов, в беспорядке раскиданный по столу. Привычный величественный лоск Альваро стал не таким явным, из-за усталости, однако величие сквозило в отращенном небрежно пиджаке, и взлохмаченной прическе.

— Ничего. — Дариус раздраженно швырнул дело Анны на стол. — Чисто, просто человек. Зацепиться не за что.

— Мы не знаем, кто ее отец. — Альваро забрал у Дариуса стаканчик с кофе и довольно отхлебнул. — Нашим так и не удалось раскопать эту информация. А накрывать генетическим поиском каждый Город…

— Не нужно. Артур ее брат.

— И ты молчал?! — Альваро раздраженно встал из-за стола вышагивая по кабинету.

— Тогда это было не важно, а сейчас, впрочем, тоже. Только что лишь подтверждает ее вполне чистокровное человеческое происхождение. — Дариус вполне спокойно вернул себе свой кофе, — я узнал это практически перед ее смертью, — его пальцы чуть дернулись, но ему удалось сохранить ровное выражение лица, — и меня настойчиво попросили сохранить в тайне.

— Значит мы лишь отбрасываем вариант ее темного происхождения. Человек. Жозефина, ее мать, имеет дар артефактора, взаимодействие ее с темные более чем активно, однако Розанну многие неофициально тестировали на дар артефактора, чтобы приобщить дар к Роду. Не было даже этого дара. Она более чем обычная смертная….

— Шеф! — в кабинет без стука ворвался один из темных служащие, удостоившись недовольного взгляда Альваро, но все получив снисходительных раздраженный кивок, темный сделав глубокий вдох быстро продолжил, — шеф, в одной из допросов подельников Садовника, есть упоминание о его встречи с девочкой в розовом платье, имени он не говорил — к делу это не относилось, но мы можем заново допросить….

— Отлично, дальше я сам, — темный поклонившись, покинул кабинет, Альваро сдергивал с кресло слегка мятый пиджак, оглядев его кинул обратно, пройдя к шкафу.

— Садовник?