Читаем Осада онлайн бесплатно

Действующие лица:

Ветеран - мужчина лет 35-40. Одет в рубашку, застегнутую на все пуговицы, пиджак, камуфляжные брюки и армейские ботинки. Подстрижен коротко и очень аккуратно.

Юноша - молодой человек лет 18-20. Одет по моде.

Первый воин.

Второй воин.

Третий воин.

Икар.

Богиня.

На сцене сидят Ветеран и Юноша. В глубине сцены закрытый занавес. Свет на сцене приглушённый. В центре сцены высокая мачта.

Когда зрители входят, Ветеран и Юноша уже находятся на сцене и уже ведут беседу. О чём они говорят не слышно, в основном, говорит Ветеран. Как только зрители расселись, и прозвучал третий звонок, свет на Ветеран. и Юношу усиливается, и становится слышно, о чём они говорят.

Ветеран. А вот ещё история… только вот покурить хочется. У тебя есть сигареты?

Юноша. Нет, нету.

Ветеран. Не куришь?

Юноша. Нет.

Ветеран. А вот это ты молодец. А я вот курю. Спортом занимаешься?

Юноша. Не-а.

Ветеран. А вот это зря! Спортом надо заниматься. Это обязательно. Ты же мужчина и должен быть защитником. Надо же всё время себя поддерживать. Я вот поддерживаю. Я всегда готов. Холодной водой обливаюсь. Всегда слежу за новостями, читаю газеты. Нужно всегда быть в курсе, а как же?! Я вот уже в твоём возрасте был готов… в любой момент. Особенно, когда узнал, что попаду на войну… Я и так-то был готов, а тут ещё сильнее стал готовиться и не только физически, но и морально, потому что всё время была мысль: как я поведу себя в первом бою. И что такое первый бой, это же интересно, как там, что там… Вот я тебе сейчас расскажу, как это было. (Встаёт и пытается всё показывать). В общем, мы так шли…, идем так, а погода хорошая, ребята все идут, все веселые, все молодые. Ну, идём мы…, а они как дали! Всё неожиданно и ничего не понятно, все как побежали куда-то. И никто ничего не говорит. Никто и ничего. А тут один упал… Кричит как ребенок. Тут все закричали, а эти лупят!… (Садится на место). Вот так всё было. Понимаешь? То есть, совсем не так, как я готовился, и как себе представлял. Страшно, грязно, ничего не понятно. Это уже я потом привык… (Ищет по карманам. Достаёт зажигалку). Очень курить хочется! (Прячет зажигалку). Но та последняя осада… Она просто поделила всё на то, что было до и то, что было потом. Да-а-а, эта последняя осада! (Задумывается, трет ладонью губы). А потому что наши враги, наши соперники, они тоже молодцы, они же ведь не хотели, чтобы мы пришли и их победили. Они как думали, что мы придём, и они нас победят. Но и мы так не хотели, чтобы мы пришли, и они нас победили. Мы думали, что мы придём и их… И мы победили!!! Мы победили! Потому что, если встречаются два равных соперника, то побеждает тот, у кого сильнее что?

Юноша не сразу реагирует. Видно, что он отвлёкся, что весь этот разговор его тяготит, ему надоело.

Юноша. Что?

Ветеран. Что «что»?

Юноша. Вы сказали… дух?

Ветеран (Машет рукой). Да дух! Ты вообще знаешь, что такое дух?

Юноша. Ну,… знаю. Это… характер, воля к победе…

Ветеран(Перебивает. Передразнивает). Характер!… Ничё ты не понимаешь. Знаешь, какие были ребята? Если бы любому из наших ребят перед той нашей последней осадой сказали бы, что ты после этой осады вернёшься без ноги, а ты вернёшься без руки, а ты вообще не вернёшься, потому что тебя убьют. Причём сказали бы, что это будет точно, не «может быть без руки или без ноги», или «возможно убьют», а точно. Понимаешь, точно! Всё равно, никто бы не отказался. И все бы пошли в этот последний поход.

Звучит музыка. Появляется Богиня. Она медленно подходит к мачте и поднимает флажок, на котором нарисовано солнце. Свет с поднятием солнца становится ярче. В глубине сцены звучат военные команды. Звуки шагающих военных колонн, клацанье оружия. За занавесом движутся тени. Подняв флаг, Богиня уходит.

Ветеран. А знаешь, какие раньше были люди! Богатыри! Таких щас нет, хотя где-то, конечно, они должны быть, как без них-то? Но я что-то не встречаю… Я люблю с людьми поговорить. Но сейчас и поговорить-то не с кем! Я вот с кем-нибудь начинаю говорить… А мне достаточно пятнадцать минут и мне всё понятно о человеке. Ни с кем больше пятнадцати минут не разговариваю. Не о чем сейчас с людьми разговаривать, а вот раньше были люди! Богатыри! Хотя были, конечно, не только богатыри, были ещё… Женщины…

Юноша (Усмехается).

Ветеран. Ну, чё ты хихикаешь? Да женщины! Но они тоже были не такие, как сейчас. В них было что-то женско-богатырское… Они были всегда добрые, не то, что сейчас… Вот придешь с боя, а она тебе, пожалуйста… Стол накрыт, всё чистенько, аккуратненько, она улыбается. Пожалуйста! Всё, пожалуйста! Понимаешь? Щас тоже, конечно, есть ничего, симпатичные, я ничего не говорю. Бывает, идёшь, смотришь, вроде, красивая идёт, но присмотришься, подойдёшь поближе, попытаешься заговорить, и видно - всё - целлофан! Поролон, понимаешь? А раньше были ребята!!! Хотя у нас был один маленький такой, щуплый. И если кто-то не знал, что он из нашего отряда, то подходили и спрашивали: «Это ваш что ли?!». А он был наш! Он был хоть и маленький, зато очень хитрый. Просто природа ему силы не дала, зато что-то в башку вложила. Очень был хитрый! Щас тоже хитрых полно. Куда ни плюнь, всё в хитрого попадешь. Но ваши хитрые всё себе-себе. Всё им мало. А наш был молодец! Причём все знали, что если он что-то делает, то делает для того, чтобы ему, в первую очередь, было хорошо, но на него никто не обижался. Почему? А потому что он сделает себе хорошо, но при этом, собака, так сделает, что и тебе тоже хорошо. А когда тебе хорошо, чего обижаться? Правильно? Вот какие были люди. Но остальные ребята были настоящие богатыри. А один у нас был вообще… Огромный, здоровый, но при этом красивый. Не такой, как сейчас. Щас все такие (кривляясь) кра-си-вы-е. А наш был по-мужски красивый. То есть, если пройдёт, приятно посмотреть. А если приятно смотреть, это же значит красивый человек, правильно? Правда, у него с речью что-то было. То есть, так вот грамотно и серьезно с ним, как со мной не поговоришь.

Юноша. Понятно. (Усмехается).

Ветеран. Да не понял ты. Его может в детстве напугали. Хотя нет, если человека пугают, он заикается. А он как-то говорил… Ну, как-то (изображает) «бу-бу-бу, бу-бу-бу…». Мы его так и звали Бубнила. А он отзывался. Я встречаю его и говорю: «Привет, Бубнила». Тот: «Бу». Вот и поздоровались. Очень он был здоровый, но при этом был не дурак. Он был очень умный. Вот, например, тебе история такая про Бубнилу… Расположились мы однажды в лесу с отрядом. Разбили лагерь. Это так в нашей военной терминологии называется. Мы ничего не разбивали, мы лагерь разбили… Понимаешь?

Юноша в это время отвлёкся и нажимает кнопки на своём телефоне.

Ветеран. Э-э-э, ты что делаешь?

Юноша. А что?

Ветеран. Нормально?! Я с ним разговариваю, а он кнопки нажимает.

Юноша. Да я вас слушаю, чего вы?

Ветеран. Ты слушаешь, но не слышишь, по глазам же видно.

Юноша. Да слышу я!

Ветеран. Знаешь, дружок, если тебе не интересно так и скажи. У меня много дел, мне тут с тобой время терять не охота. Скажи: «Мне не интересно». И всё, я пойму.

Юноша. Не-не, мне интересно.

Ветеран. На твоём бы месте я послушал. Таких историй тебе никто не расскажет.

Юноша(Едва заметно усмехается). Это точно.

Ветеран. Так вот и послушай. Расположились мы в лесу, надо было отдохнуть. А мы располагались всегда просто, но красиво. У нас сразу костерок, шалашик из еловых веточек. Все разложено аккуратно… А оружие всегда при себе. Ты запомни, оружие твоё всегда должно быть с тобой.

Юноша. Почему?

Ветеран. А ты сам подумай. Когда война кругом, что с собой нужно всегда иметь? Телефон? Нет! Оружие. Вот ты даже отойдёшь в кусты, приспичило тебе, а там, в кустах враг. Что ты будешь, кнопки свои нажимать: «Алё-алё, тут враги!». Когда война, нужно всегда оружие иметь при себе.

Юноша. Понятно.

Ветеран. Молодец! Так вот…, расположились мы. Надо было быстренько перекусить. А у нас с этим всегда был полный порядок. Даже если ничего нету, мы всё равно найдем. Мы так были научены. В лесу, ни в лесу, всё равно не пропадем. А в лесу же благодать. Тут взял веточку, там - почечку, травинку, листик какой-нибудь, грибок. Да хоть шишку! Вот упала с ветки шишка. Такой как ты, что сделает? Ногой её пнёт, а мы нет. У нас всё в дело. Витамины же! У нас в отряде один из всего мог всё приготовить. Так готовил! Однажды взял мох…

Юноша. Мох?!

Ветеран. Я тоже удивился. Говорю ему: «Это же мох, куда ты его?». А он говорит: «Подожди! Вот я сейчас приготовлю, ты попробуешь, и тогда скажешь». Приготовил он. Я попробовал…

Юноша. Вкусно?

Ветеран. Причём здесь вкусно. Это тебе не конфета. Это мох. Это полезно! Потому что всё натуральное! Природное всё! Поэтому готовить легко и быстро. Ты вот запомни. Послушай меня и запомни. Вот пойдёшь куда-нибудь с компанией в ресторан, закажешь поесть. И если тебе будут готовить долго, когда еду принесут, скажи им: «Унесите! Это ненатуральное». Запомни… Так вот, быстренько мы еду приготовили, только присели поесть, как появляется командир: «Так, ребята, нужно выдвинуться вам в такое-то место». Ну, «выдвинуться» это не значит подвинуться. Это у нас у военных означает пойти в определённое место. Место я тебе называть не буду, тебе не надо. Это военная тайна. А командир продолжает: «Немедленно надо выдвинуться в определённую точку, в определённое время. Встретить там соперника и уничтожить». Как ты понимаешь, приказ командира не обсуждается.

Юноша. Это я уже понимаю.

Ветеран. Поесть мы, конечно, не смогли, сразу вскочили, взяли с собой только… Что? Правильно! Оружие. И выдвинулись в определённое место. Но пришли раньше определённого времени, соперников ещё не было. Что делать? Надо осмотреться, место не знакомое. Туда сюда посмотрели, видим вдалеке домик. А домик - это что?

Юноша. Что?

Ветеран. Запомни, любой домик - это местное население. А с местным населением нужно что?

Юноша. Ну, говорите. Я не знаю.

Ветеран. С местным населением нужно аккуратно войти в контакт. Потому что они - местные, они тут живут. А ты пришёл, ты - не местный. Они могут много рассказать полезного. А могут и не рассказать. Надо войти в контакт, но аккуратно. Мы сразу кого послали?

Юноша. Кого?

Ветеран. Ну не Бубнилу же! У него же контакт-то не аккуратный, жёсткий у него контакт. Мы Хитрого послали. Почему? А потому что он - хитрый. Не знаю, как, но он с любым войдёт в контакт, легко. Он ушёл, вскоре возвращается, говорит: «Ребята, всё нормально, там только один дед…». Дед, понимаешь?

Юноша. Ну, понимаю. Дедушка.

Ветеран (Раздражённо). Нет, не дедушка! Дедушка, - это который с бабушкой. А это дед. Один. Старый такой человек, а не дедушка. Я же тебе точные термины говорю!

Юноша. Ну, хорошо, хорошо.

Ветеран. Не перебивай, вообще! Я важную историю рассказываю. Так вот, Хитрый говорит нам: «Там сидит дед, старый человек там сидит». Мы тоже туда пошли, тоже стали входить в контакт, мол, здрась-те, как здоровье, что у вас и как? А он говорит: «Да вот, сижу». А я ему: «Чего сидишь, дед?». А он: «Да вот, ногу вывихнул». А я: «А ты лечись», - говорю. А он: «Куда мне. Я тут один. Таблеток никаких нету. И сходить некому». А я ему: «Дед! Ты же старый человек, какие таблетки? Там же химия, там всё ненатуральное. Тут же вся аптека у тебя под рукой». Взял я подорожник, поплевал, приложил. Говорю ему: «Завтра перевязку сделаешь сам. Сам, потому что мы сейчас уйдём. У нас тут важное дело, про которое я тебе говорить не буду. Сам сделаешь перевязочку, и будешь как новенький. Кстати, ты наших соперников тут не видел?». То есть, понимаешь, я в контакт уже вошёл, а значит можно спрашивать о важных сведениях. Дед говорит: «Не видал». Тогда я ему: «Ну, тогда мы пошли, если у тебя никаких просьб нету». Дед подумал и говорит: «Ребята, есть у меня маленькая просьба, у меня тут кони…». Мы как услышали слово «кони»! В наше время коней-то уважали. Любили коней. А ты, наверное, и коня-то не видел живого.

Юноша. Видел я.