Читаем Оковы гнева (СИ) онлайн бесплатно

Прикованный цепью сидит он веками,

Его ярость страшнее, чем сотня цунами.

Он весь мир поглотит, и он всем отомстит,

Тем, кто счастье отнял, навсегда заточил.

Примечание:

Данное произведение будет довольно часто отсылать читателей к мифологиям разных народов. Мифология будет изменена для освежения её восприятия, но основные элементы я постараюсь оставить как есть.

Чаще всего именно тут будут мелькать отсылки к Скандинавской и Славянской мифологиям. Я попытаюсь адаптировать и упростить её для понимания общей картины, но некоторые вещи вам предстоит найти самостоятельно. Этот небольшой челлендж вы осилите с лихвой, я верю в вас!

P.S Глоссарий в вашем распоряжении.

Война богов.

Давным-давно на заре появления человечества, боги, которые сейчас зовутся «языческими» пришли на Терру, дабы дать людям знания, а взамен этому изучить их совершенство, чтобы стать ближе к создателю. Найдя мир людей, боги решили договориться с разными расами, дабы этот хрупкий мир не захлестнуло кровопролитие. Между ангелами и языческими богами был заключён мир, ведь их силы были равны. С демонами договориться не вышло, но обе стороны пришли к полному безоговорочному нейтралитету, не было в то время для них раздолья на Терре, не было в людях зла. Жнецы, следуя своему пути никак не связывались с другими расами, продолжая подчиняться лишь приказам своей госпожи-смерти.

Люди любимые создания всемогущего творца, созданные им по подобию его самого-из чёрного и белого. Они и творец были единственными, кто мог балансировать между крайностями двух противоположных сил. В те времена они не были извращены пороками и демоническими силами, они были подобны творцу, но сила и знания их были ничтожны. Языческие боги решили объединить усилия и сделать любимцев бога ещё совершеннее: миролюбивый Сварог, воинственный Один, мудрый Амон Ра, хитрый Огма и многие другие взялись за этот тяжкий труд. Каждый из богов хотел довести до идеала любимцев создателя- одни хотели дать им силу, другие разум, третьи так и вовсе желали создать из них армию и отомстить своему отцу.

Боги не пришли к соглашению и началась жестокая и беспощадная война, каждый пантеон навязал свою мифологию и уклад жизни, каждый из них изменял общество людей по своему подобию. Подражая своим богам люди становились такими же, как и они. Вероломство и тщеславие богов извратили чистоту их душ, люди нарушили равновесие своих душ. Сильнейшие из языческих богов грызутся и по сей день, почти все их дружественные кланы и пантеоны мертвы, их война принесла лишь боль для всего живого. Отныне живы и находятся на Терре лишь немногие из них. Большинство сбежали от войны в свои измерения, многие погибли, не желая предавать свои идеи, некоторые разделили сферы влияния на государства. Шаткий мир может нарушиться в любой момент и для этого нужен лишь шаг… Или клыки их собственных созданий…?

Материальный мир Явь был создан на стыке двух противоположных друг другу миров-Нави и Прави. Тёмные и Светлые силы опоясывали и сражались между собой с момента появлением Яви. Волею тёмных сил мир людей попал под влияние этой вечной борьбы. Люди слабы и беспомощны против мощи тёмного измерения-Нави.

Ожившие мертвецы всю историю пугали и ослабляли человечество. Боги дали людям силу и знания, чтобы дать отпор нечестивым. Сильнейшие люди, впитав этот бесценный дар на протяжении всей истории боролись с тёмных силами. Они делали это как можно более тайно и незаметно. Чем дальше заходил прогресс, тем сильнее и могущественнее становилось человечество.

Силы охотников за тёмными расцвели, и их сильнейшие представители во главе с самым могучим из людей начали великий крестовых поход против сил тьмы. Минуло десять веков с рождения того, кто звал себя сыном единого бога, именно он дал людям сильнейший толчок, дабы противостоять силами тьмы. Несколько сотен лет непрекращающейся войны против скверны на бренной измученной Земле дали свои плоды и вскоре последний бастион падёт и мир отчистится от созданий тьмы.

Сварог однажды сказал своим детям «тьма без света не может существовать, как и свет без тьмы, всё должно быть в как оно есть, иначе шаткое равновесие падёт и мир будет разрушен».

Где-то в Яви затерялся человек, наделённый могуществом за пределами добра и зла, о котором он даже не подозревает. Его сила поможет в последней битве против сил тьмы. Именно он — последний из носителей ярости «зверя» — силы, которая может изменить этот мир. Нарушит ли он равновесие или сохранив его, как завещали древние боги не знает, даже он сам.

Сон и сновидения — это проклятие или дар небес…?

Для одних сон — это время погружения в мир фантазий, уход от реальности, который создаётся разумом каждого человека, подстать его внутреннему миро. Кто-то внезапно становится богат, да на столько, что государь готов сделать тебя своим зятем, а впоследствии и наследником. У других, откуда не возьмись, появляется слава и почёт, которых многим так не хватает вне мира грёз, у третьих желания попроще — лишь тёплый дом, любящая жена и сытое брюхо.

Но есть и обратная сторона медали и это кошмары — время сновидений, когда твоя же душа хочет сыграть над тобой злую шутку и начинает строить козни в виде ужасных образов, и ситуаций, невзирая на то, что ты есть часть своей собственной души.

Потери, боль, отчаяние, необъяснимая чертовщина и прочие малоприятные вещи в кошмарах — это лишь иллюзия разума, которая даёт понять то, что природа человека неизменна, люди всегда будут бояться того, что не способны понять или исправить.

Страх и крайняя степень его выражения — панический ужас крайне неприятные чувства, особенно в тех случаях, когда человеку совершенно не понятно, вызвавшая это чувство причина сковывающего ужаса, который превращает любого из нас в оцепеневшее от страха животное.

Это ощущение в очередной раз напоминает каждому из нас, что мы всего лишь люди, а никакие не венцы творения высших сил.

Есть и второй тип людей — те, кто просто проваливается в дрему, без каких-либо снов, видя лишь мглу перед своими глазами и такие люди, по моему мнению, являются самыми счастливыми, ибо лучше уж не иметь сновидений, чем лицезреть очередной полуночный кошмар. Счастливчики.

Но я не могу себя причислить к тому или иному типу людей, для меня ночь — это время борьбы с самим собой и с каждым годом эта борьба становится всё труднее и ожесточённее.

Возможно, я просто умалишённый, которого давно пора отправить к местному знахарю или ведьме за советом, но слава моему умению держать рот на замке я никому не проболтался о своей проблеме.

Лёжа в ночи в тёплой и уютной постели одеялко нежно окутывает моё тело, но я чувствую неловкость, тяжесть и напряжение. Складывается ощущение, что если я потеряю концентрацию над своим же сознанием во время пребывания в царстве морфея, то всё моё естество исчезнет, оставив лишь оболочку бывшего меня. И тогда в этот мир придёт оно-нечто, как мне кажется, скрывающиеся в каждом из нас.

Этот тяжёлый крест лёг на меня за мои прегрешения в прошлой жизни? Возможно и так. Оно просыпается, лишь только чует приближение ночи, эта тварь начинает терзать мою душу без видимых на то причин и продолжается это до рассвета. Видимо, я проклят с рождения.

Я одержим нечестивыми? Нет! Будь я одержим, то не смог бы войти в святыню всех христиан-церковь, точно бы не смог.

Не может это быть влияние нечистого, я чувствую — это часть меня, словно я сражаюсь с самим собой, с тем звериным, что есть внутри каждого человека, ибо все мы по своей природе просто извращённые звери, хоть и кичимся о своём превосходстве над ними.

Дурак, хватит думать об этом!

Проклятие! Происходит эта пытка столько, сколько я себя помню. Из ночи в ночь я страдаю, мой разум уже на пределе, как мне это надоело!

Лишь иногда это нечто даёт мне передышку от ночных терзаний, видимо для того, тоже набраться сил, для моих дальнейших истязаний. Возможно только смерть будет избавлением от этого проклятия?

Сегодня одна из тех ночей, когда мои мучения достигают своего апогея…

— К чёрту, всё, сегодня мне точно не удастся поспать!

Ночь с воскресенья на понедельник была особенно светлой и безветренной, складывалось впечатление, словно луна и звёзды решили устроить праздник и всем миром собрались над одним клочком земли, а затем начали торжество, тем самым одарив всё пространство под ними холодным бледно-серебренным светом. Ночные краски, освещаемые ночными светилами, создавали сказочную умиротворяющую атмосферу.

Путешественник, который забрёл бы сюда по воле случая мог подумать о том, что его занесло в волшебную страну, но это конечно же было не так.

Под призрачным лунным сиянием открывалась панорама всех прилежащих территорий. Величественные горные массивы, что словно великаны нависали над всеми и вся, они отбрасывали огромную и могучую тень, тем самым показывая жалким смертным о том, что они лишь песчинки в великом круговороте жизни и смерти.

Горы окружали долину со всех сторон, будто бы защищая долину, именуемой «долина Волотов», от врагов со всех сторон, единственным входом в долину являлось узкое ущелье, через которую в данный момент просачивался направленный луч света, который словно маяк вёл путников дальше.

В свете ночных светил показался древний и тёмный смешанный лес, появившийся за долго до появления людей в этих местах. Края этого леса не было видно даже с самой высокой точки этих самых гор. Оттого он и звался «бескрайним», но то было лишь одним из его названий.

Впритык с лесом находились поля, засеянные пшеном, рожью, капустой, горохом, свеклой, репой и другими съестными овощами со злаками. Все эти поля находились так близко к бескрайнему лесу, что если бы не частокол, то они фактически находились бы в лесу. Правее того самого леса вырисовывалось очертание небольшого городка.

Между городом и лесом протекала река, находившая своё начало с одного из горных хребтов, имя реке была «Хрустальная». Бесшумной струёй она текла вниз и круто заворачивала в сторону бескрайнего смешанного леса, растворяясь в его чащобе, от которой так и веяло мистической таинственностью.

Эта тихая и широкая река отражала в себе луну и звёзды, делая ночь более светлой. Отражения звёзд и луны в реке давали великолепную картину, достойную величайших поэтов и сказителей. Вода в этой реке была настолько чиста, что отблески ночных светил доставали дна и показывали иллюзию, того будто бы дно было устлано серебром, золотом и драгоценными камнями.

Вокруг была необычайно тихо. Сверчки не пели свои серенады, ночные звери и птицы не шуршали в листве и траве, рыба не плескалась в реке. Только лишь звук лопастей небольшой мельницы и еле слышное течение реки нарушали эту волшебную ночную тишину. Рядом с мельницей располагался мост, сделанный из громадных обтёсанных каменных блоков, которые были явно древнее всего того, что сотворил человек в этой долине.

У местных жителей и их ближайших соседей бытовало мнение, что могучие великаны-волоты, проживавшие тут тысячу лет назад сделали этот мост, когда решили переселиться подальше из леса. Почему же они решились покинуть свои лесные владении стоит только догадываться, могучие великаны бежали от того, что человеческий разум едва ли способен понять. Одно люди знают точно, волотов больше нет на свете, ну а если и есть, то точно не здесь, не в этих местах.

Чуть поодаль от мельницы находилась пристань, служащая для хранения, товаров, которые вот-вот должны будут отравиться к более крупному город, который находился в двух днях пути. Среди товаров в основном был мех, пушнина, инструменты, изделия из глины и металла. Съестные припасы так же отправляли, но хранили их не на пристани, а погружали непосредственно перед отплытием.

Пристань представляла собой сооружение из нескольких бараков, в которых хранились товары до отправки, добротным помостом из дубовых брёвен и ладьями на которых впоследствии и будут доставлены грузы.

Странно, но никто и не думал охранять все эти постройки и корабли, видимо местные жители настолько дружны и уверены друг в друге, что и воровство как таковое кануло в небытье.

Луна продолжала своё движение, представляя обзору сначала дорогу, плотно притоптанную повозками, лошадьми и людьми. Эти признаки указывали, что городок служил перевалочным пунктом, где торговцы и путники оставались на постой.

Ночное светило неумолимо двигалась по часовой стрелке и через какое-то время нависло над городом и, рассеяв остатки тьмы, показало его как на ладони.

Когда лунный диск оказался в зените, у горной подошвы, показался бледный язычок красного пламени, который начал своё движение вверх горной гряды, ведущей к одному из множества холмов.

Поднимался огонёк без спешки, изредка колыхаясь из стороны в сторону, то разгораясь, то затухая он отбрасывал от себя куски материи, которые отлетали на пару метров и тут же сгорали, не оставляя от себя и следа.

Не прошло и четверти часа, как огонёк практически достигнув вершины холма, прекратил своё движение, но всего на мгновение. После недолгой заминки он взмыл в воздух, и достиг вершины в мгновение ока.

Через некоторое время под призрачным лунным светом, который щедро освещал этот холм, появился силуэт человека и воткнутого среди двух камней факела, который и был тем язычком пламени.

Отряхнувшись, от пыли и каменной крошки полуночник вновь взял факел в руку, и поднес его к заранее подготовленному каменному кострищу, которое, похоже, использовалось по назначению уже не первый раз. Огонь тут же взялся за ветки и небольшие брёвна.

Под треск сгорающих дров и веток холм налился тёплым красновато-жёлтым светом и фигура, чьи очертания до этого момента были видны лишь примерно, предстала в полном обличии.

Человек был очень и очень приличного роста не свойственный жителям тех мест. Рост тёмной тени составлял чуть меньше, чем два метра.

Даже по силуэту можно было понять, что это был мужчина, который обладал внушительной мускулатурой: широкими плечами, сильными руками и ногами. Крепко сложенный он не был взбитым как кузнец или ярморочный силач, но всё же было понятно, что силы ему не занимать.

Из одежды на нём была косоворотка серо-зелёного цвета, которая была заправлена в портки с поясом, за которым висел кинжал, больше похожий на скрамасакс. На ногах парня находились кожаные сапоги коричневого цвета.

Потянувшись, он вновь отряхнулся от пыли и крошки, которые никак не хотели покидать его тело при восхождении в гору, отчего его огненно — рыжие, жёсткие, густые и гладкие волосы, разросшиеся до плеч, ритмично развивались в такт движением их владельца.