Читаем Околдованная онлайн бесплатно
Околдованная
Жизнь Аланы Эйвери далека от нормальной. Большая часть её семьи — Стражники, воины, избранные защищать человеческую расу. Сколько она себя помнит, её всю жизнь готовят стать одной из них. Поэтому, когда она избрана стать Хранительницей, то есть следователем, решающим различные паранормальные преступления и убийства, её жизнь радикально меняется. Теперь Алане нужно посещать Академию Хранителей, чтобы освоить свою новую роль защитника правопорядка. Там она и встречает Джексона Грея, который становится её партнером и, по совместительству, оказывается оборотнем. Джексон умный, дерзкий, сексуальный и… он постоянно выводит Алану из себя. Несмотря на конфликт Аланы и Джексона, в её новой жизни всё идёт хорошо, но ровно до момента убийства её дедушки. Алана полна решимости выяснить, кто убил её деда, даже если придётся воспользоваться помощью Джексона. Однако, чем больше она узнаёт о случившемся, тем больше понимает, что у её семьи и Академии Хранителей слишком много секретов.
Самиздат, сетевая литература / Любовно-фантастические романы / Любовное фэнтези про оборотнейВнимание!
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим Вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.
Глава 1
Я единственный человек в этом клубе.
Всё хорошо, если не считать моего кузена Джейса Хэйла, который по совместительству является ещё и моим лучшим другом. Хотя людьми нас назвать можно только с натяжкой, ведь по нашим венам течёт кровь Стражников. По крайней мере, я так думаю.
Фактически, я ещё не получила метку Стражников как у Джейса. Огненное кольцо проявилось у него около года назад, когда ему стукнуло шестнадцать. Его родители, моя тетя Эйслин и дядя Лэйнен, были в полном восторге от того, что он унаследовал нечеловеческую силу. Это очень удобно и полезно, как, например, сегодня, когда почти каждое создание, окружающее нас, обладает невероятной силой и может легко убить обычного человека.
Мои родители, Алекс и Джемма Эйвери, постоянно мне говорят, что это дело времени, рано или поздно метка проявит себя. Мои мама, папа, да и всё мое огромное семейство носят метку Стражников — бойцов, защищающих человеческую расу от всех ужасов, проявляющих себя в ночи. Эти вещи люди обычно не замечают и не верят в то, что такое вообще существует. Поверьте мне, это всё не выдумки. Большое спасибо Стражникам, которые надирают задницы и рискуют своими жизнями каждый день. Благодаря им большинство людей никогда не сталкивались с вампирами, оборотнями, феями и остальными, как людям кажется, вымышленными существами.
В то время, как я нахожусь в помещении, кишащим ими.
«Чёрная Темница» — один из многих клубов в городе, созданный специально для любителей окунуть свои ноги, клыки, третьи глаза и остальные конечности на тёмной стороне. Чтобы попасть в это заведение, нужно соблюдать дресс-код: одежда тёмных оттенков. Поэтому сегодня я надеваю чёрные джинсы, обтягивающую чёрную водолазку и ботфорты, которые делают мои ноги визуально длиннее. Кроме того, чтобы попасть в клуб, нужно быть обладателем метки Бессмертных. Джейс и я не бессмертны, но благодаря Блэр, младшей сестре Джейса, владеющей чёрной магией, мы получаем временные метки на предплечье — обычную иллюзию, созданную магией. Неземные фиолетовые глаза являются моей изюминкой — удивительное наследие моей семьи. Такие же глаза ещё у моей мамы и дедушки Джулиана.
— Что именно мы ищем? — спрашивает меня Джейс, пока мы танцуем.
Огоньки мерцают вокруг нас, а блёклый туман обволакивает мои ноги, будто я постепенно захожу в море. Большинство из присутствующих выглядят как люди, пока не приглядишься. Тогда-то и замечаешь светящиеся глаза, чешуйчатую кожу и когти на руках.
— Мы ищем кое-кого. Я же тебе сказала.
Он скрывается за туманом, покашливая, когда тот касается наших лиц.
— Ты продолжаешь говорить про этого «кое-кого», но так ничего и не объясняешь.
Он делает шаг назад, и его ярко-голубые глаза сияют в изумлении. Как и я, он полностью одет во всё тёмное, в его ремень вдеты ножны, а на запястьях браслеты, делающие его образ более нахальным. Он похож на плохиша, однако ярко-синие глаза и светлые волосы добавляют некой слащавости в его внешний вид.
— Алана Эйвери, в какие неприятности мы влезли на этот раз?
— Если я тебе расскажу, обещаешь не читать мне длинную лекцию о том, как не принимать плохих решений?
Его губы изгибаются в усмешке.
— Ну, если бы ты не принимала столь дурацких решений, в этих лекциях не было бы необходимости.
— Да, или ты бы мог смириться, что твоя изумительная лучшая подруга иногда творит безумные вещи, и, заметь, мы всегда остаёмся безнаказанными.
— Однажды нам несдобровать.
— Если ты так переживаешь, может, не будешь за мной таскаться?
— Только представь, сколько неприятностей ты найдёшь на свою задницу, если я перестану это делать, — говорит он, изгибая бровь.
— Я могу позаботиться о себе, — я смотрю на огоньки, которые двигаются в такт музыке. — Все думают, что я не смогу о себе позаботиться, потому что у меня до сих пор нет метки. Я знаю, что делаю, и я не слабачка. — Все почему-то забывают, что я тоже часть этого мира. С самого рождения.
Черты его лица становятся мягче.
— Никто не считает тебя слабой. Ты ещё тот крепкий орешек. Просто мы забоимся о тебе. Столько всего может произойти с тобой, пока метка не проявила себя.
Я заправляю прядь моих длинных каштановых волос за ухо.
— Я понимаю, прости, что ною. Просто иногда это сводит меня с ума.
Он пододвигается ближе ко мне и шепчет:
— Поэтому мы здесь? Ты просто хочешь доказать, что в состояния позаботиться о себе?
— Меня иногда пугает, насколько хорошо ты меня знаешь, — вздыхая, говорю я.
— Кем бы я был, если бы не понимал тебя. Я к тому, что мы лучшие друзья с пелёнок. А это чертовски долго!
Я согласно киваю.
Наши родители — лучшие друзья, а его мама — сестра моего отца. Нам предназначено быть лучшими друзьями. Думаю, что это даже к лучшему. Я — любитель безумств и приключений, а Джейс не теряет голову и всегда за мной приглядывает. Мне кажется, у него даже развилась чуйка на тот момент, когда я собираюсь искать приключения на свою задницу.
Главная причина, по которой я решила пойти в «Чёрную Темницу», — информация о том, что здесь будет Анастасия. Благодаря огромному количеству человеческих жизней на своём счету у неё высокий статус в вампирской иерархии. Хранители давно уже следят за ней, но пробраться к вампирше из-за её отменной интуиции и охраны, которая выдает её присутствие, практически невозможно.
— И всё-таки кого ты тут выискиваешь? — спрашивает Джейс, двигаясь ко мне ещё ближе из-за надвигающейся на нас толпы.
Я делаю виноватое лицо и, толкая кого-то только что врезавшегося в меня, сообщаю имя Джейсу.
Его глаза расширяются.
— Пожалуйста, скажи, что ты шутишь. Не говори мне, что пришла сюда попытаться казнить… — в панике он оглядывает толпу, затем приближается ко мне. — Мы никогда не сможем убить её. Она слишком могущественна.
— У нас есть шанс застать её одну, — бормочу я. — Она такая сильная только благодаря своим охранникам. Убери их, и она обычный старый вампир.
— Не просто вампир… — его голос полон сомнений. — Даже если получится выловить её, охрана никуда не денется.
— Не совсем. Я точно знаю, что где-то около полуночи она одна поднимется на крышу.
— Откуда ты знаешь?
— Нууу… — я виновато закусываю губу. — Может быть, меня предупредил кое-кто из тех, кто видит будущее.
— Ты разговаривала с Эллиотом? — он сжимает челюсть. — Ты же знаешь, он не самый надёжный Провидец. Скорее всего, он надул тебя, чтобы подставить.
— Джейс, он бы не поступил так со мной… я знаю, что многие недолюбливают Эллиота, но он правда неплохой парень. И ошибся лишь раз, но никто не может его за это простить.
— В тот раз он слишком налажал. И пытался менять увиденное будущее, зная, что это запрещено. Из-за него мог настать апокалипсис. И этого не произошло только потому, что его вовремя поймали.
— Это было очень давно, тогда он ещё учился управлять своими способностями. Даже ты делал ошибки во время учебы. Джейс, мне правда жаль, но я обязана это сделать. Ты понимаешь, как давят мои родители. Они постоянно говорят о моей метке и спрашивают, не проявилась ли она. Говорят, что, если она не появится, меня отправят куда-то в безопасное место. Знаешь, как это меня беспокоит?
Он удивлённо смотрит на меня.
— Они хотят тебя увезти?
Я киваю.
— Они подумывают отправить меня в какую-нибудь школу-интернат на другом конце страны. До выпуска.
— Но тебе нельзя уезжать, — он грустно улыбается. — Без тебя моя жизнь будет отстойной.
— То есть ты мне поможешь, да? Помоги доказать, что я сильнее, чем все думают, — я сжимаю его руки. — Джейс, пожалуйста, скажи «да».
Он виновато смотрит на меня.
— Я не хочу, чтобы ты уезжала, но и не могу позволить тебе пойти на самоубийство. Это слишком опасно. Извини, но я вызову поддержку.
Я открываю рот, начиная говорить, но он перебивает:
— Я не хочу ругаться. Не могу позволить тебе рисковать своей жизнью.
— Мы постоянно рискуем. Этот раз ничем не отличается.
— Взяв Анастасию на себя, — он понижает голос и достает телефон, — ты подписываешь себе смертный приговор. — Он набирает что-то на экране. — Мы придумаем другой способ не допустить твоего переезда, хорошо?
И опять получается, что я слабая и непослушная. После вызова подмоги тут появится миллион Стражников и перетянет одеяло на себя.
— Они не запрещают тебе помогать, — он пытается меня успокоить.
Я выдавливаю из себя улыбку.
— Да, конечно.
Однако, он не прав. С тех пор, как мои родители заняли высокий статус среди Стражников, все знают меня. Так же, как и то, что моя метка до сих не проявила себя. Это означает, что мне нельзя работать со всеми.
Он прячет телефон в задний карман.
— Они уже в пути. Мне нужно следить за обстановкой, пока они не появились. — Хочешь домой?
Я трясу головой.
— Нет, только скажи, мои родители тоже в этом подкреплении?
Он смотрит за мое плечо.
— Не думаю.
— Надеюсь, что они не приедут, иначе мне конец. Тогда мы даже не увидимся до моего отъезда. — Я проглатываю ком в горле.
Знаю, что веду себя как ребенок, но мысль о том, чтобы уехать от семьи и Джейса и покинуть мой привычный мир, сводит с ума. Я надеялась, что сегодняшние события помогут мне остаться. И этот шанс ускользает от меня.
Всё не должно было обернуться таким образом. Обычно Джейс поддерживает меня, даже если это опасно. Хотя, в последнее время он стал серьёзнее и ответственнее. Я виню во всём метку. Она изменила его, и он стал больше похож на других Стражников.
В день, когда его метка проявилась, у меня возникло чувство, что я потеряла своего друга. Я всё ещё до смерти люблю Джейса и сделаю для него всё, что угодно, но между нами возникла стена, и теперь мы видим всё по-разному.
Я скучаю по своему старому лучшему другу, который плевал на всё и был готов нырнуть вместе со мной в любую опасность с закрытыми глазами.
Если бы только эта дурацкая метка проявилась. Тогда бы всё было по-другому.
Как будто прочитав мои мысли, что-то так прожигает мою шею, словно мне набивают татуировку. Это оно — метка проявляется! Конечно, мне надо проверить самой, прежде чем заявить это во всеуслышанье.
— Мне нужно в туалет. — Я кричу Джейсу, чтобы он услышал.
Он смотрит сначала на часы, а потом с сомнением на меня.
— Уже почти полночь. Уверена, что ты идешь в туалет, а не на крышу?
Я подношу руки к груди, делая вид, что оскорбилась.
— Думаешь, я бы стала врать своему лучшему другу?
Он смотрит будто сквозь меня.
— Мне стоит отвечать на этот вопрос?
— Ой, ладно, я врала тебе пару раз, но только, чтобы защитить тебя. — Я отхожу от него и пихаю кого-то локтями. — Я правда не лгу. Мне действительно нужно пописать. — Я мило улыбаюсь какому-то парню с золотистыми волосами, который смотрит на меня с отвращением. — Что? Не притворяйся, будто ты этого не делаешь.
Может, он и правда не ходит в туалет, всё зависит от того, кто он. С такими блестящими волосами и сияющей кожей он может быть Пикси.
Пикси закатывает глаза и поворачивается к женщине с белоснежными волосами, с которой он танцевал до этого.
Горделиво улыбаюсь Джейсу.
— Видишь? У меня есть опыт выходить из разных ситуаций.
Он слегка улыбается.
— Иди уже в туалет и возвращайся к бару.
Я разворачиваюсь и проскальзываю через толпу в сторону туалета. Когда я прохожу мимо громилы в кожанке, он хватает меня за талию и прижимает к себе. Его руки двигаются вверх по моему телу, и меня почти выворачивает.
Я оттесняю его, толкая плечом в грудь.
— Чувак, я не любитель вампиров. Извини.
Его клыки поблескивают.
— Спорим, я изменю твое мнение. — Он пододвигается и делает вид, что сейчас укусит меня.
Я провожу пальцами по его лицу, потом отталкиваю.
— Ни за что. Этого никогда не произойдёт.
Он шипит на меня, и моё сердце готово выпрыгнуть из груди. Но, несмотря на то, что вампиры легко могут оторвать голову, если нужно, я выгляжу спокойной.
Расправляя плечи, я прохожу мимо него и отталкиваю, когда он снова влезает в моё личное пространство. Он рычит, но, к счастью, не идет за мной.
Я отдаляюсь от танцпола, и ближе к столикам дым рассеивается. Я не смотрю в глаза тем, кто зажат по углам вампирами, присосавшимися к шеям людей, хоть мои руки и чешутся от желания достать нож и швырнуть в сердце каждого из них. Если бы я была уверена, что метка точно проявилась, то уже сделала бы это. Вместо этого я сжимаю кулаки и продолжаю идти по коридору к туалету.
Как только дверь за мной закрывается, начинает мигать лампочка. Я переживаю, что она может полностью погаснуть, прежде чем я увижу метку.
Однако лампочка не гаснет. Я подхожу к умывальнику, чтобы оказаться ближе к зеркалу. Проверяю, чтобы кроме меня тут больше никого не было, ведь последнее, что мне нужно, чтобы кто-то лишний узнал, кто я.
Когда я уверена, что тут никого нет, то разворачиваюсь к зеркалу спиной, оттягиваю волосы в сторону и мгновенно хмурюсь.
— Проклятье. — Единственное, что выделяется на моей шее, — это красное пятно, которое, вероятно, появилось, когда фея ударила меня своим крылом по шее.
Я позволяю своим волосам упасть обратно на плечи и хватаюсь за умывальник передо мной. Понимаю, что не конец света, если я не стану Стражником, но это будет означать, что я и моя семья с друзьями будем принадлежать разным мирам. Это уже начинает отдалять нас друг от друга. Так я стану обузой для всех, кого люблю, и глубоко внутри я понимаю своих родителей и не виню их за то, что они хотят уберечь меня от этого мира и стиля жизни. Они хотят защитить меня, я понимаю. Но это всё равно отстой.
Вдруг дверь открывается, и заходит низкая фигуристая женщина с огненно-рыжими волосами. Следы засохшей крови на её лице и выпирающие клыки указывают на то, что она вампир.
Видно, что она под кайфом от выпитой крови, но при виде меня её глаза тускнеют. Она осматривает меня, и её ноздри подрагивают, выдавая, что она пытается понять, что я. Но она не поймёт этого благодаря магии от временной метки Бессмертных.
