Читаем Огарок (СИ) онлайн бесплатно

1.

Спускаться с этажей Луиза опасалась. Нижняя система запутана, без карты не разберешься, а сколько историй о невернувшихся рассказывают после летучек... Но план есть план, и Клара Игнатьевна, поправив очки, проинформировала:

- И на нулевом этаже ты должна быть не позже 15-00, чтобы успеть обратно к вечернему отчету. Визит краткий, Луиза, думаю, там мы бессильны - подопечный закостенел в своих пороках. Предыдущему инспектору ничего не удалось сделать.

Луиза побрела собираться - для Нижней системы не годилась приличная одежда, и с обувью надо быть осмотрительнее: устойчивая, непромокаемая.

В гардеробной никого не было, Луиза оформила на терминале запрос и присела на табурет возле окна выдачи. Коллеги старой закалки рекомендовали мимикрировать, одеваться как население, однако Луиза все равно не слилась бы с толпой и не сошла за местную - поэтому она выбрала темно-синий комбинезон с флисовой подкладкой, высокие черные ботинки, серо-стальной плащ с глубоким, максимально скрывающим лицо, капюшоном.

Не то инспектор, не то наркоторговец.

Каской, положенной по инструкции, Луиза сознательно пренебрегла - попадешь под обвал, каска не спасет. Что толку в целой голове, если ноги раздробило или позвоночник сломан?

Переоделась в своем кабинете - инспекторам ее стажа положены были комнаты просторнее, но Луиза привыкла к первой клетушке и менять не спешила. Тут все родное: угловой стол, шкаф-пенал для личных вещей, жаропрочный сейф, скрипучий стул, только терминал недавно поставили новый, почему-то ярко-оранжевый и стилизованный под портативные компьютеры прошлого, реклама преподносила это как "сочетание современной мощности с уникальным ретро-дизайном! Почувствуй себя гением прошлой эпохи за нашим ноутбуком". Кто из снабженцев и зачем решил оснастить кабинет Луизы такой игрушкой - она не знала.

Взяв планшетку, универсальный ключ, гуглы, Луиза проверила личное дело нарушителя и отправилась выполнять гражданский долг. После утренней летучки коридоры Социального Управления, СУ, опустели - все разбежались по подопечным. Луиза шла синим коридором к лифту, и эхо ее шагов, неожиданно громкое, металось от одной закрытой двери "под дерево" к другой, поднималось к светящемуся ровным холодным светом потолку, устремлялось в боковые ходы.

На средних этажах в кабину начали набиваться люди, заняли все скамьи вдоль стен, толклись в проходе. Входили и выходили - кто выше, кто ниже, но уже к пятому лифт опустел - только Луиза, сидящая в углу, осталась в нем и одышливая толстая бабка с грязным клетчатым баулом. Не разобрать, от баула гнилью разило, от бабки или смердел плесенью, прелью и мокрой землей сам воздух Нижней системы, слякотного и грязного подножья города. Баба, сипя, пялилась на Луизу. Четвертый этаж, - отсчитывало табло над дверью, третий, второй.

Луиза надела гуглы.

Лифт замедлился. Первый. Открылись двери, баба поволокла баул к выходу, бормоча:

- За людей нас не держат чистенькие, ишь, в масках, пердеж чтоб не нюхать, ишь, носики морщат.

Ладно. Пусть так - даже лучше так, лучше пусть высокомерной считают. Желудок прыгнул к горлу - лифт тронулся на нулевой. Расстояние большое - но не потому, что потолки здесь высокие, а потому, что ярусы нижней системы отделены друг от друга камнем, многими метрами камня. Луизе стало душно, она приподняла маску и задышала ртом - не помогло. Волглый смрад забил гортань, носоглотку.

- Нулевой этаж. Конечная. Лифт дальше не идет, просьба освободить кабину.

Вернув маску на место, Луиза шагнула в открывшиеся двери.

***

Нижняя система хотя и причисляется к этажам, не продолжает дома Верхнего города. Нет здесь ни зданий, ни проспектов, ни подвесных мостов, и флайнибус не протиснется узкими, низкими коридорами. Нижняя система - лабиринт штреков, прорубленных давным-давно под коммуникации. Здесь случаются обвалы, в низинах может скапливаться газ, и есть нерукотворные ходы, лазы, проточенные водой и временем, туда свернешь - заплутаешь, не выйдешь. У лифтов, в центре, убирают, а чуть в сторону - и пол засыпан каменной крошкой, вместо светящегося потолка - старинные фонари, а еще дальше - первозданная тьма и тишина, и будто дышит что-то, разевая жадную пасть. Шагни в нее - проглотит, как и не было Луизы.

Про призраков, огромных крыс и Двуликую, про Черного Землекопа и Светлую Даму - конечно, детские страшилки, и не престало взрослой даме, инспектору СУ, верить в это.

А поди не поверь, когда шуршит по углам, ты жмешься к стене под фонарем, гуглы пытаются нащупать сеть, карта на планшетке не синхронизируется с твоей локацией, и вокруг - никого.

И вода где-то капает в жестяной таз: тынц-тынц-тынц.

Из лифтового холла - низкого, метра два с половиной - и тесного, максимум тридцать квадратов - в нижнюю систему вели ходов, черных провалов в стенах.

Луиза повторила гуглам запрос: в какую мне?

Соединение не может быть установлено.

- Кто-нибудь! - Лиза активировала голос.

Тынц-тынц-тынц. Шур-шур-шур. Крыса? Или не крыса, а что похуже? Или обитатели Нижней системы следят за ней из темноты?

- Люди!

Надо взять себя в руки - не первый раз она на нулевом и, увы, не в последний. Всего лишь тесное, душное и грязное место, где живут неблагонадежные элементы, по природной склонности предпочитающие норы благоустроенному жилью. Они, небось, и на поверхность-то никогда не поднимаются. Бледные пещерные грибы, а не люди, вот кто они.

В третьей слева двери мигнул свет. Еще раз мигнул. И запрыгал, приближаясь, луч фонарика. Луиза только сейчас почувствовала ватную слабость страха, заполнившую ее до краев. Фу такой быть. Стыдно.

- Добрый день! - голос звучал, как всегда, отчетливо. - Вы мне не поможете?

Луч фонаря замер, потом снова пришел в движение, и в лифтовой холл выбежал парень лет двадцати. Никакой не бледный, а очень даже румяный, одетый вполне прилично - в широкие брюки и свободный свитер, сползший с одного плеча так, что видна ключица.

- Давно лифт ушел? - спросил парень, погасив фонарь.

- Минут десять. Вы мне не поможете? Мне нужна Параллель 3-Л, грот семь. А гуглы сеть не ловят.

- И не поймают, у нас сеть еще утром легла, обещали к завтра только сделать. Крысы кабель попортили. 3-А - это вам во-он в тот коридор. Отсчитываете третий по левую руку поворот, ну а там спросите, седьмой - недалеко от входа, точнее не подскажу.

- Спасибо большое! - обрадовалась Луиза. - А то я уж возвращаться думала. Страшновато тут у вас.

- Да нормально, - в ожидании следующего лифта парень не против был поболтать, - как обычно. Моя бабушка вон этажей боится, говорит, люди так и снуют: и слева, и справа, и под ногами, и над головой - жить невозможно. Ни разу на этажи не поднималась, ей на пятом-то, у тетки, страшновато. Но по вещалке смотрела и осуждает. А вам вот у нас неуютно... По работе?

- Да, - и поспешила добавить, - я из Социального Управления. Профилактическая беседа.

Парень поскучнел.

- А-а. Ясно. Нечасто ваши нас вниманием балуют.

- Ну, - растерялась Луиза, - как направляют, так и...

- И правильно. Нечего вам у нас делать. Я вам так скажу: не трогайте нас. Кому наверх хочется - вот лифт, поднимайся. Не поднимаются? Не хочется. Дайте людям жить спокойно.

- Я же подневольный человек, - она принялась оправдываться, - мне сказали...

Затренькал звонок - приближался лифт.

- Вот тот ход, - напомнил парень, - третий коридор по левую руку. Не заблудитесь. Заплутаете - садитесь на месте и ждите. Только не орите, мало ли, вдруг трещина, обвал будет. Ждите, вас хватятся - и найдут. Удачи!

Он исчез в кабине, и Луиза осталась одна.

- Будто я хочу здесь у вас находиться, - подумала она перед закрывшимся дверям лифта. - Меньше всего на свете хочу!

Проверила сеть - нет сигнала - и, покрепче сжав планшетку, пошла работать.

***

В коридоре оказалось темно - фонари здесь почему-то не горели, должно быть, силовой кабель тоже попортили крысы. Луиза подсвечивала путь экраном планшетки, ругая себя за забывчивость - тут вечные перебои, в Нижнюю систему не ходят без дополнительных лайтеров. Подобная беспечность простительна рядовому члену сообщества, но инспектору СУ приходится бывать в разных ситуациях. Сегодня ты не взял лайтер, отправляясь на нулевой, а завтра, как говорит Клара Игнатьевна, гуглы дома забудешь?

Пальцами левой руки она касалась стены - влажной, будто потеющей, и холодной. Нулевой не отапливается, и тут естественные плюс восемь-десять, влажность... Кажется, что под пальцами - шершавый бок огромной рыбы или ящера. Того самого, раскрывшего пасть в ожидании путника, ящера из детских страшилок. "Одна девочка не слушалась воспитательниц, пробралась ночью к лифту и спустилась на нулевой".

Первый провал - Луиза замирает, повернув голову влево. Кажется, из коридора доносится музыка. Ну, совсем близко. Она продолжает путь, пальцы снова нащупывают бетон - шкуру! - стены.

...на ночь воспитатели включают им звездное небо и "звуки летней ночи". В спальне шелестит листва, по потолку медленно ползут созвездия и планеты, изредка мелькает тень летучей мыши или наползает облако. Квакают в отдалении лягушки - недавно группу водили в зоопарк, лягушки вживую оказались гораздо гаже, чем в записи, Настя даже визжала. Луиза тоже визжала, но никто не слышал. Александра Сергеевна обещала, что Луиза скоро освоится с голосом, но пока ей очень трудно его активировать и подчинять себе. Настя сидит на кровати, завернувшись в одеяло, и рассказывает специальным таинственным тоном, остальные пять девочек слушают. "Одна девочка не слушалась воспитательниц и спустилась ночью на нулевой. Вышла из лифта, и он тут же уехал. И темно кругом. Она пытается вызвать - а сети-то и нет. И аварийной кнопки на стене нет. Вдруг девочка слышит - кто-то зовет ее по имени. Каааатенька, Кааатенька. И ей показалось, что это мамин голос, мама зовет. Катенька пошла вперед. Ничего не видно, только голос все громче: Каааатенька, иди ко мне". Женька хватает Луизу за руку, и Луиза, благодарная подруге за это, сжимает ее пальцы. Почему-то врачи считают, что Луиза должна бояться огня. Александра Сергеевна провела целую работу. Огня Луиза давно не боится. Она боится темноты - повязку с глаз не снимали долго, и Луиза жила в темноте, не совсем различая явь и сон. Только во сне мамин голос был. Как в этой жуткой истории.

Второй провал. Луиза поднимает маску, вытирает пот с лица. Непозволительно расклеилась, фу такой быть, Луиза! Поднимешься - бегом к психологу, прорабатывать.

... "девочка шла-шла, шла-шла. Голос - то ближе, то дальше. То, вроде, мама зовет, а то непохоже. И как-то пришептывает, причмокивает, будто поцеловать Катеньку хочет"...

Луиза пошла быстрее, еще быстрее. В ушах стучало.

"И вот Катенька чувствует - тепло стало. И голос уже кругом, отовсюду: Катя, Катя! Катя вспомнила, что у нее в кармане лайтер, зажгла его - а перед ней сидит чудище, как огромная лягушка, и вместо коридора - ее пасть. Катя, я твою маму съело! Катя, я твоего папу съело! И тебя, Катя, я ее съело!!!"

Третий провал. Луиза повернула в коридор, сломя голову кинулась вперед - кажется, да нет, не кажется, там свет, там человеческие голоса. Коридор расширился, потолок - обычный, светящийся, пусть и очень тусклый, стал выше. Железные двери, попадающиеся через неравные промежутки, были подписаны белой облупленной краской: 1, 1А, 1В... Луиза хрипло дышала, не в силах унять сердцебиение. Сама себя напугала. А если кто видел? Тут идти-то от лифта, наверное, метров сто, а успела в штаны наложить. Срам какой.

Она постучала в седьмую дверь.

- Хто, блядь? - неласково пробасили изнутри. - Колька, ты, паскуда?

Луиза расправила маску и активировала голос.

- Социальное управление, инспектор Луиза Штерн. Яков Котко дома?

- Ну?

- Яков Данилович, впустите меня. Я нахожусь здесь с официальным визитом. Вы вправе отказаться меня впустить, в этом случае Социальное Управление привлечет полицию для оказания содействия. Откройте, это всего лишь профилактическая беседа.

- Хуилитическая. Хули вам, блядь, надо? - бормотал, приближаясь, бас. - Вот, блядь, государству родному делать нехуй, бабла, блядь, полно, все на берегу морском живем, шоколад жуем.

Дверь распахнулась. Внутри было светлее, и Луиза видела только силуэт лохматого мужчины на голову выше ее.

- Агаааа, - протянул Яков Данилович. - Новая пани инспекторка. Ну, как говорят на нулевом, доброго времени. Проходите, не стойте. Чаю, кофе, какао? Пива, самогоночки?

В гроте стоял тяжелый дух многодневной пьянки. На круглом столе, придвинутом к узкой кровати, были навалены какие-то свертки, высились бутыли, на тарелках пушилась плесень - белая, роскошная, как натуральный мех. Вообще повсюду были ящики, коробки, мешки, набитые черти чем. Луиза критически осмотрела единственный табурет и решила не садиться. Яков плюхнулся на кровать.

- Ну? Чем обязан? И где моя дражайшая инспекторка Вера?

- У меня нет данных о Вере. Яков Данилович, - Луиза включила планшет. - Я направлена сюда для проведения...

- Как-как вас зовут?

- Меня зовут Луиза Рустамовна Штерн, я направлена к вам для проведения...

- А почему вы, Лиза Руслановна, с какой-то, не побоюсь выражения, стрёмной хренью на лице? Воняет вам у нас? Заразиться боитесь?

Луиза зажмурилась под гуглами и досчитала до трех. Вдох-выдох.

- Моя маска связана с моим состоянием здоровья. Яков Данилович, это к делу не относится. Давайте приступим. Итак, по нашим данным, вы уже третий месяц не имеете постоянного места работы и регулярного заработка.

- Вы из налоговой?

- Н-нет, я - инспектор СУ...

- А тогда зачем вам о моих заработках знать?

- Яков Данилович, наше ведомство занимается, прежде всего, условиями, в которых живут граждане города. Наша цель - достойный уровень жизнь для каждого. Если у вас нет средств на пропитание, жилье, медицинскую - в том числе, наркологическую - помощь, мы готовы протянуть руку...