Читаем Одна из миллиона (СИ) онлайн бесплатно

Глеб

Трое симпатичных и хорошо одетых молодых мужчин явно привлекали внимание девушек за соседним столиком. Оттуда, словно отточенные стрелы, летели взгляды, и золотой пыльцой рассыпался нежный смех.

Но парни были заняты собственной беседой и на заинтересованных девушек никак не реагировали. Двое мужчин выглядели серьёзно — тёмные костюмы, ослепительно-белые рубашки. Третий щеголял красной кожаной курткой и драными синими джинсами.

Большие окна кафе были покрыты мелкой сеткой дождя, в каждой капле пылали огни ночного города. Напротив, через улицу, сияли мокрые вывески магазинов и фастфуда, проносились по дороге автомобили, мигали светофоры, метались неоновые всплески рекламы на огромном билборде…

Неделя, словно каменная шкатулка драгоценным камнем, была инкрустирована праздничной датой: компания отметила своё десятилетие. Три дня в магазинах шли акции, приуроченные к юбилею, к офису подтягивались партнёры с букетами, поздравлениями и подарками, в ресторане отгремел корпоративный банкет. Но теперь праздничная суета осталась позади.

— Всё, отстрелялись. Хорошо отпраздновали, — подвёл итог Виктор, руководитель отдела в компании «Мега-Инструменты». Он бросил быстрый взгляд в сторону хихикающих девушек, потом снял с пиджака несуществующую пылинку.

— Да, отлично всё прошло, — согласился Глеб, директор компании.

— Чувствуешь себя победителем?

— Есть немного. — Глеб улыбнулся. Вдруг вспомнил, как десять лет назад прямо в аудитории отвечал на звонок клиента. Это был самый первый клиент его интернет-магазина. Мужик заказал электродрель, и после лекций Глеб сам её и доставил по адресу — ведь тогда он был единственным сотрудником фирмы. А теперь, если посчитать филиалы, у него работает полторы тысячи человек.

— Где твоя роскошная невеста, Глеб? Почему её не было на банкете?

— Она в Нью-Йорке. Не смогла приехать.

— Вот как! Но ведь…

— Никита, а ты чего такой мрачный? — Глеб резко перебил приятеля, в знак извинения похлопав Виктора по руке. Ему вовсе не хотелось обсуждать с друзьями поведение невесты.

— Да надоело всё, — мрачно буркнул Никита. Он рассматривал бокал с коктейлем и перемешивал трубочкой кубики льда и листья мяты. — Устал.

Глеб и Виктор многозначительно переглянулись и рассмеялись. От чего мог устать Никита, этот прожигатель жизни и растратчик родительских денег?

— Устал веселиться? — предположил Виктор.

— Давай, братишка, рассказывай! — Глеб закинул руку на плечо другу, подёргал за воротник кожаной куртки. — Что стряслось? Поругался с очередной пассией?

— Да, поругался, — мрачно подтвердил Никита. — Достала.

— Так ты оглянись. Вон, красотки за соседним столиком с тебя глаз не сводят.

— Это они с тебя глаз не сводят. Чувствуют запах больших денег. Да ну их всех… Задолбали. Вокруг лицемерные, лживые девки, у которых одно на уме — выкачать из мужика побольше бабла. Стервы.

— Ого, вот это заявление! Ник, откуда столько злости? — удивился Глеб.

— А разве не так?

— Мне кажется, у тебя было столько чудесных девушек!

— Да неужели? Не знаю, не уверен… Попадаются одни вертихвостки, ни одной нормальной. Чтоб была честной, преданной… Все они одинаковы.

— Надо же, как ты заговорил! — удивился Виктор.

— Грустно от тебя такое слышать, Никит. Не ожидал, — заметил Глеб. — Но насчёт девушек — тут ты не прав. Не надо обобщать. У меня, например, есть Полина. Она честная и преданная, я в ней уверен на сто процентов.

— Я тоже не согласен и тоже могу привести пример. Вот у нас в отделе копирайтинга появилась новая девочка — Варвара, — поддержал Виктор. — На столе — чашка с фоткой жениха. На компьютерной заставке — тот же тип. А девчонка хорошенькая, глазастая. Не так, чтобы прям красавица, но очень милая. Уже кто к ней только не подкатывал — всем от ворот поворот.

— Ну-ну, — скептически хмыкнул Никита.

— Жених, между прочим, в отъезде. Он то ли во Франции, то ли в Англии, у него стажировка. Но наш Вареник — кремень. Сидит и ждёт. Всё по-честному.

— Может, она старая? Поэтому так дорожит женихом?

— Угу, старуха. Универ только-только закончила.

— Ну, тогда страшная, небось? — скривился Никита.

— Говорю же тебе — хорошенькая. Глаза голубые, точёный носик, русая коса. Уж наши парни перед ней гарцевали и выделывались — кто во что горазд. Никакого результата. А парней у нас много. Всех отшила.

— Ты сам-то к ней не подкатывал?

— Я женат, между прочим, если ты забыл. Да и вообще, у нас в компании за служебный роман — расстрел на месте. — Виктор кивнул на друга. — Глеб Николаевич нам строго запретил.

Никита оживился, пошевелил плечами, обтянутыми проклёпанной кожей, улыбнулся:

— Ха! Отлично. Давайте, я вам докажу, что все девицы одинаковы. Через неделю я пересплю с вашей неприступной Варварой.

— Спятил? — нахмурился Глеб. — Не вздумай. Не лезь к девчонке. Говорят же тебе, у неё жених.

— А что? Клянусь, она забудет о своём дурацком женишке, как только увидит мой спорткар.

— Да подъезжали к ней уже и на «мерсе», и на «порше», — усмехнулся Виктор. — Не прокатит, чувачок, обломаешься.

— Предлагаю пари! На что спорим? — загорелся Никита.

— Да на что угодно. Ты проиграешь.

— Ты так уверен в этой Варваре?

— Я уже два месяца за ней наблюдаю. Она влюблена в своего парня, и ей никто не нужен. Ты просто расшибёшь лоб о каменную стену.

— Спорим на тысячу баксов? Максимум через две недели я с ней пересплю.

— По рукам! — воскликнул Виктор.

— А вы не охренели?! — зарычал Глеб. Он разозлился, карие глаза полыхнули яростью. — Заключать пари на девчонку, к тому же, мою сотрудницу? Да я вас обоих урою!

— Глебушка, не горячись!

— Только попробуйте! Тебе, Никитос, я вывеску подпорчу, а тебя, Витя, лишу годового бонуса.

— Да что ты так кипятишься? Это всего лишь шутка! Просто я хочу доказать Никите, что встречаются порядочные девушки. И довольно часто. Наша Варвара на него даже и не посмотрит! — начал торопливо оправдываться Виктор.

— Вы два конченых дебила. Своими дурацкими играми вы поломаете девчонке жизнь. Короче, я вас предупредил. Ясно?

— Ладно, ладно, не надо так нервничать, — улыбнулся Никита и легко подтолкнул возмущённого друга локтем. — Всё, не злись. Проехали и забыли.

Но когда Глеб на секунду отвернулся, чтобы попросить у официанта счёт, повеселевший Никита сделал Виктору знак, что их договорённость в силе и они обсудят подробности предстоящей аферы чуть позже — по телефону.

Полина

Невеста позвонила в семь утра, чтобы перехватить Глеба до начала рабочего дня.

— Глебушка, как всё прошло? Ты же не обижаешься, что я не приехала? — проворковала Полина, моргая бесконечными ресницами. Она попыталась скорчить виноватую рожицу, но тут же себя одёрнула: хорошо понимала, что для двадцатисемилетней девы избыточная мимика — это угроза ещё более страшная, чем шоколадные эклеры на ночь.

— Поль, да всё нормально. Даже отлично, — ответил Глеб. Он уже успел смотаться вниз, в цокольный этаж здания, и позаниматься в тренажёрном зале, а потом принял душ, и теперь, свежий, практически голый, потрошил холодильник и одновременно любовался картинкой на экране смартфона.

Полина, как обычно, была неотразима. За океаном ещё не закончился предыдущий день. Глеб заметил серебристо-чёрное платье, сползающее с одного плеча, элегантное колье на шее. Светлые волосы, подстриженные идеальным каре, блестели и отливали золотом. Макияж был немного более ярким, чем это требовалось для такой красавицы. Полина, по мнению Глеба, могла бы вообще забыть о косметике.

— Я бы, конечно, предпочёл, чтобы сейчас ты находилась на десять тысяч километров восточнее и была чуть менее одетой… Но что же тут поделаешь.

«Зато я всегда рядом! Забудь об этой предательнице!» — донеслось снизу бархатистое урчание Принцессы. Серебристо-белый меховой шар выписывал восьмёрки вокруг Глеба. Кошка обвивала пушистым хвостом голые щиколотки хозяина, топталась мягкими подушечками по его босым ногам, мурлыкала и настойчиво намекала, что она и диета — это два несочетаемых понятия.

— Поля, ты уже в Нью-Йорке?

— Да, недавно прилетела. Синтия меня встретила. Вот, она передаёт тебе привет.

— Хай, Глебушка, как дела! — залезла в кадр и помахала рукой Синтия, яркая зеленоглазая мулатка. Она успела обжечь молодого мужчину жадным взглядом.

— Привет!

На экране смартфона на секунду возникли пухлые шоколадные губы, сложенные сердечком. Это Синтия — там, в своей нью-йоркской квартире — попыталась поцеловать камеру, но Полина со смехом оттолкнула подружку.

— Глебушка, я тебя обожаю! — с лёгким акцентом прокричала откуда-то сбоку взрывоопасная, как концентрированный метан, мулатка. — Когда тебе надоест Полька, я выйду за тебя замуж. Обязательно!

Хозяин беглой невесты и голодной кошки смущённо улыбнулся, запустил пятерню в густую шевелюру и взъерошил короткие тёмные волосы.

— Не слушай её, Глеб, — засмеялась Полина. — А вообще она прелесть, правда? Скоро мы идём на дефиле. Я так рада, моя мечта сбылась… О, Синтия спрашивает, совсем ли ты голый. Она ужасно разволновалась.

— Голый? Да я практически в смокинге, — заверил Глеб, посмотрев вниз — на полосатые боксёры. Тут же наткнулся на укоризненный взгляд Принцессы. Нежное мурлыканье давно сменилось возмущённым сопеньем, в зелёных глазах сверкнула ледяная сталь. Ещё немного — и кто-то позавтракает хозяином!

— Я понял, понял, — прошептал Глеб Принцессе и полез в шкаф за кошачьим кормом.

— Ты точно на меня не сердишься, милый? — прощебетала с экрана Полина.

— Нет, малыш, нет!

«Сколько можно извиняться?» — хмыкнул про себя Глеб.

— Но ведь это даже не твой день рождения, — оправдываясь, жалобно пробормотала блондинка.

Сердце вдруг полоснуло жгучей обидой. За три года общения подруга могла бы понять, что десятилетний юбилей компании значит для него гораздо больше, чем день рождения.

В том, что он родился, не было никакой заслуги Глеба, за это надо было поблагодарить родителей и звёзды. А вот бизнес, созданный с нуля, на пустом месте, являлся его собственным достижением. Это то, во что он вложил душу, силы, время, нервы. Десять лет круглосуточной работы, взлёты и падения. Начинал практически с нуля, без опыта, связей, почти без денег. Сам написал сайт, наполнил товаром. Сначала даже обходился без офиса, всё делал из дома. Но каждый раз ставил перед собой новую цель и упорно к ней продвигался, не обращая внимания на неудачи.

Поэтому для него десятилетие компании — настоящий праздник.

Подготовку к корпоративному юбилею начали ещё летом и вот теперь отпраздновали с королевским размахом. Полина как раз должна была вернуться из Штатов, где на пляжах Майами она подрумянивала своё безупречное тело. Но Синтия раздобыла пригласительные на неделю высокой моды в Нью-Йорке, и Полина, конечно, не смогла упустить волшебный шанс…

Глеб посмотрел в окно. С высоты четырнадцатого этажа открывался вид на осенний город. Всё пылало золотом, сияло солнце. Глеб вспомнил, как в течение трёх дней его поздравляли друзья, родные и деловые партнёры. Настроение было приподнятым. А то, что невеста не разделила с ним один из ярких моментов жизни…

Что ж, ладно. Он как-нибудь переживёт.

А если подумать, то ему это даже на руку. Когда Полина возвращалась из своих бесконечных поездок, с ней приходилось нянчиться, как с новорождённым младенцем. В путешествиях она легко обходилась без преданного рыцаря, но рядом с женихом почему-то превращалась в беспомощное существо. К тому же, её постоянно нужно было развлекать. Выставки, театры, рестораны, шоппинг — Глебу никогда не удавалось вписать запросы Полины в свой загруженный график.

Так что, Нью-Йорк и модное дефиле — отличный вариант. По крайней мере, Полине есть чем заняться.

— Я отработаю, милый, — пылко пообещала блондинка. — Вернусь и отработаю, тебе понравится. — Её глаза в обрамлении густых ресниц, точно такие же карие, как и у Глеба, полыхнули огнём.

— Договорились. — Глеб вывалил в миску Принцессе паштет и погладил кошку. Та одарила хозяина укоризненным взглядом — «ну, наконец-то, дождалась!» — и припала к кормушке.

Глебу показалось, что он встроился в мысленный поток Принцессы:

«С этой Полиной с голоду помрёшь! Сколько можно парить мужчине мозг? Осталась в Нью-Йорке? Вот сиди там и не ной. Чего теперь названивать? Мы и без Полины прекрасно проживём. Боже, какая вкуснятина! Нобелевскую премию изобретателю этого паштета!».

— Поля, вот ты дура! — Синтия возмущённо встряхнула гривой чёрных вьющихся волос. Её русский (благодаря маме, коренной москвичке) был почти безупречен. — Ты упустишь шикарного мужика! У тебя его просто уведут. Господи, какие у него плечи…

Девушки готовились выйти из дома, но процесс затягивался. В последний момент Полина решила поменять серебристо-чёрное платье на зелёное, а Синтия в десятый раз переобулась. Босоножки с тончайшими золотыми ремешками улетели в сторону.

Красавица-мулатка арендовала небольшую квартиру в небоскрёбе на Манхэттене, из панорамного окна с затемнёнными стёклами был хорошо виден Центральный парк, совершенно роскошный в это время года. В густом полотне зелени уже появись охровые и лиловые вкрапления.

— Если бы у меня был такой мужик! — с завистью вздохнула Синтия. — Вцепилась бы зубами и коготками и ни на минуту не выпускала бы из виду.

— Я и вцепилась, — Полина вытянула вперёд руку и продемонстрировала кольцо. Крупный квадратный бриллиант, поймав луч солнца, брызнул разноцветным фейерверком.

— Ты умотала за океан. Не вернулась вовремя, проигнорировала важную дату, — с назиданием напомнила Синтия.

— Ты сама соблазнила меня пригласительными билетами.

— Я же не знала, что у Глеба юбилей фирмы.

— А представь, как не хочется возвращаться в нашу деревню! Тебе-то хорошо, ты в Нью-Йорке живёшь.

— Ты тоже живёшь в большом городе. Это вовсе не деревня!

— Провинция.

— Полли, но у тебя там любимый мужчина. Что ты тянешь? Выходи за него замуж. Три года уже никак не решитесь.

— Не знаю. — Полина вздохнула. — Ужасно боюсь потерять свободу. На моих путешествиях и развлечениях придётся поставить крест. Глеб такой правильный, основательный, он сразу же начнёт требовать детей. Фу! Как представлю… Растяжки, варикоз… Потом вся эта возня с младенцем — памперсы, бутылочки, распашонки. Нет, не хочу!

— Да уж.

— А ещё у него кошка противная! Она меня бесит!

— Откуда она вообще взялась?

— Какой-то друг отдал на передержку, да потом так и оставил, потому что у его ребёнка вдруг обнаружилась аллергия на шерсть. А Глеб и эта пушистая стерва буквально прикипели друг к другу. У них теперь любовь. Она меня ненавидит, ревнует. Шипит на меня, представляешь?

— Ну, кошка — существо нежное. В любой момент может сдохнуть, — засмеялась Синтия. — Съест чего-нибудь не того и ариведерчи! Тоже мне, нашла проблему!