Читаем Одна для трёх онлайн бесплатно

Ирена Ларго

Одна для трёх

1

– Ксюш, меня Санек зовет на природу завтра смотаться, а одной стремно ехать. Там одни парни будут, да и то с параллельного курса. Давай с нами, а?

С лучшей подругой Дашей мы прихорашивались у зеркала в фойе кафетерия, не особенно торопясь присоединяться к однокурсникам. Отмечали окончание сессии. У кого удачное, у кого не очень.

– Завтра? Тебе же в понедельник на пересдачу, Дашуль, – хмыкнула я, поправляя темные гладкие длиной почти до попы, волосы.

Подруга легкомысленно пожала плечами:

– Да не парься, сдам я. До понедельника полно времени. Ксюшик, ну поехали! Парни молодые, симпатичные. Может, и тебе кого найдем.

– А ты откуда знаешь, что симпатичные? – подловила я.

– Знаю! – заговорщически подмигнула Даша, чем все-таки меня заинтересовала.

Не то, чтобы у меня были проблемы с выбором парней, но с бывшим я рассталась почти два месяц назад. А потом сессия, зачеты, экзамены: в общем, с тех пор у меня никого не было. Тем не менее душа требовала любви, а молодое тело тепла и ласки. 2

В общем, Дашка меня уговорила. В самом деле: лето выдалось невообразимо жарким, а я даже на пляже не была еще ни разу! Хорошо хоть, загар липнет ко мне быстро, и мне хватило недолгих прогулок по городу, чтобы ноги и плечи покрылись легким загаром.

Я натянула нежно-бирюзовый купальник, мой любимый, забытый с прошлого лета, и снова порадовалась, как хорошо он оттеняет мою загорелую кожу. Сверху нацепила белый шифоновый сарафан: купальник чуть просвечивал, но мне это показалось пикантным. В большую пляжную сумку побросала пару футболок и шорты, захватила солнечные очки и соломенную шляпу. Все, я готова.

А вот Дашу пришлось дожидаться. Я уже собиралась набрать ее номер, когда в наш двор, тихо рассекая по асфальту, зарулил огромный черный и блестящий гелик. И на время даже дар речи потеряла, когда передняя пассажирская дверца распахнулась, и оттуда высунулась Дашка. Помахала мне рукой:

– Ксюх, давай, садись!

Таких приятелей Дашки я не ожидала, честно. В голове гудело: «Куда ты собралась, дурочка, ты их даже не знаешь!». Но, боже, как же хотелось прокатиться на таком авто! Придушить бы эту правильную отличницу, что жила во мне, отравляла существование и лишала удовольствий.

– Да и черт с ней! – сказала я вслух и уверенно прошла к авто.

Мне любезно распахнули заднюю дверь, только оказалось, что сесть некуда: широченное заднее сидение целиком занимали трое парней. Все как один плечистые – протиснуться меж ними ни за что бы не вышло, и моя внутренняя отличница почти победила. Видно, не судьба мне поехать.

– Да ладно, садись, Ксюха, – вдруг улыбнулся парень, что сидел с краю: высокий брюнет с невообразимыми ямочками на щеках. Симпатичный.

Улыбка у него была теплая, а глаза карими и почему-то совсем не казались чужими.

– Парни, потеснимся? – спросил он у друзей.

– Потеснимся, – без улыбки кивнул тот, что сидел посередине – тоже брюнет, но с высокими острыми скулами и голубыми глазами.

– Садитесь, Ксения, – поддакнул третий, стройный подтянутый шатен.

Кареглазый с ямочками похлопал себя по коленям, приглашая сесть на них, и в первый миг я опешила.

«Иди домой, дура! Книжку почитай, кино посмотри», – ныла моя отличница.

«Заткнись!» – велела я и, обворожительно улыбнувшись мальчикам, вошла в гелик и аккуратно опустилась пятой точкой на колено брюнету.

Он захлопнул дверь, и гелик тронулся.

– Вадик, – представился парень с ямочками.

– Павел, – кивнул отстраненно вежливо второй брюнет, и на его холодных голубых глазах мне очень захотелось задержать взгляд.

– Костя, – отсалютовал третий. Костя, как и Вадик вызывали во мне куда больше теплых чувств, чем Павел.

В дороге познакомились. За рулем был Санек, парень Даши. Саня и Дашка встречались уже почти месяц, и все у них было очень серьезно. А Вадик, Костя и Паша подруг не имели, по крайней мере, по крайней мере, мне ничего о них не сказали, а значит, руки у меня развязаны. Я улыбнулась им, всем троим, и в очередной раз поерзала, пытаясь устроиться удобней на коленках Вадика.

Я понимала, что я делаю. И более того, делала это намеренно: уж очень истосковалась без секса. Хотя бы разового, а там как пойдет. Я еще очень молода, и вполне могу устроить себе веселые выходные.

Я догадывалась, что секса мне в эти выходные не избежать – с кем-то из этих троих. Но все парни были симпатичными, горячими, пожирали меня взглядами и нравились мне очень даже. Дорога не близкая, и у меня было полно времени, чтобы выбрать.

Вадик, скорее всего, захочет форсировать события и не упустит случая меня полапать в дороге. Как-никак, моя почти что голая попка, прикрытая только полоской купальных трусиков и полупрозрачным шифоном, сидела на его коленях – крепких, мускулистых, обтянутых тканью джинсов. Гелик шел ровно и плавно, но нет-нет, да подскакивал на выбоинах, и каждый раз моя попка, подпрыгнув, приземлялась нечто все больше и больше твердеющее в штанах Вадика.

Чувствуя себя последней стервой, я иногда даже нарочно ерзала на его коленях и прижималась к бугру в джинсах еще плотнее.

Но Вадик держался.

Несколько раз за поездку он горячо, почти судорожно выдохнул мне в затылок. Иногда на тех же выбоинах будто подавался ко мне бедрами. Но руки его не коснулись меня ни разу. И сальных шуточек он не отпускал.

Моя отличница даже притихла и заскучала немного… 3

Километров через тридцать за окном гелика показалась вывеска придорожной кафешки, и Даша, обрадовавшись, воскликнула:

– Ребят, стоять, мне носик припудрить надо.

– И мне отлить надо, останавливай, Сань, – хмыкнул Костик.

Гелик припарковался. Даша и Костя мгновенно выскочили и направились внутрь. Искоса глянув на прибалдевшего от наших соприкосновений Вадика, вышла и я. В туалет мне не хотелось совершенно, но хотелось размять ноги хоть немного.

Ступив на вымощенную камнями дорожку возле кафе, я отлично понимала, что парни рассматривают меня прямо сейчас и наверняка отпускают скабрезности. И мне почему-то было это приятно.

Дразня их, я сцепила руки в замок и потянулась, встав на носочки. Понимала, что и без того короткий сарафан поднялся вверх, оголив бирюзовую полоску купальных трусиков. Но и этого мне было мало. Решив, что ремешок на босоножке перекрутился, я грациозно наклонилась, попкой как раз в сторону гелика. Мая внутренняя отличница матюгнулась в ответ и обиженно замолчала.

Устав же позировать возле гелика, я и впрямь решила прогуляться. Обошла кирпичное здание кафе и оказалась на прелестного вида полянке – как же здорово здесь пахло сосновым лесом.

Надышавшись вдоволь, я свернула за угол, и моя внутренняя отличница громко ойкнула. Я почти что уткнулась носом в грудь второго брюнета из машины – Павла. Острые скулы, такие, что о них можно порезаться, и холодный взгляд голубых глаз.

– Ну ты и сучка оказывается, Ксения, – насмешливо выговорил он. – Всю дорогу Вадюху изводила. Я б на его месте уже давно тебя трахнул, плевать, что рядом есть кто-то.

Ростом он оказался головы на две выше меня, и веяло от него чем-то настолько горячим, пьянящим, что я почти лишилась дара речи. Но тяжело сглотнула и собралась:

– Ты не на его месте, дружок, окстись.

И ойкнула снова, поскольку Паша, совершенно не применяя силы, умудрился прижать меня животом и грудью к холодной стене кафешки. Я попыталась его ударить, но он перехватил мое запястье и завел его за спину. Прижался к моей спине и – о боже… я не крутила задницей на его коленях, но бугор, что уперся прямо в мою попку, оказался даже внушительней, чем у Вадика! Тело Паши было горячим, жарким, а стена холодной, как лед. И этот контраст, вихрь ощущений чуть не сорвал мне крышу.

Прижатая парнем к стене кафешки, я текла как последняя сучка, перебирала ногами и отклячивала попку. И как через слой ваты слышала, что он мне говорил.

– Хочешь, чтобы я тебя отымел, сучка, прямо здесь? Скажи, хочешь?

Я вздыхала в ответ и чувствовала, как он оглаживает мою попку через шифон юбки, как сжимает мои бедра огромными грубыми лапами и теснее, легкими толчками вжимает меня в стену, ударяясь своими бедрами о мои.

– Скажи, что хочешь?! – напирал он, дыша мне прямо в ухо. – Скажи это!

– Я… хочу…

– Что хочешь? Говори, сладкая девочка, говори…

– Хочу, чтобы…

Отличница внутри меня протестовала, злилась, обзывала меня последними словами. Неужто я и правда могу сказать это вслух? И, главное, неужели я действительно хочу, чтобы едва знакомый парень, лица которого я даже не видела сейчас, отымел меня на улице, у сраной придорожной кафешки?

– Говори! – напирал Паша.

– Я хочу… чтобы ты…

Он сжал мою ягодицу так, что я негромко вскрикнула и на выдохе простонала:

– … чтобы ты меня выебал прямо здесь, как последнюю шалаву!

Я чуть расставила ноги, готовая принять его – но Паша вдруг отступил. Отпустил мою руку и освободил меня.

– Знаю, что хочешь, Ксюша, – сказал он почти с сожалением. – Но не могу. У нас с Владом уговор. Прости.

– Какой уговор? – опешила я, обернулась – но Паша уже шагал прочь.

А я осталась в полной растерянности.

Нужно было срочно что-то решать. Уйти? Дожидаться здесь попутки или дальнобойщиков, которые бог знает что со мной могут сделать? Или ехать с Дашкой и парнями дальше – в полную неизвестность? Парни тоже могли сделать со мной все, что захотят… но почему-то мыслей об этом я начинала еще сильнее течь.

Мое тело все еще горело, между ног было горячо, влажно и… пусто. Я хотела Павла, до одури хотела. Но раздвигать перед ним ноги СНОВА теперь уж не собиралась из принципа!

Из всех троих невольно я, кажется, выбрала Пашку, но переспать в эти выходные собиралась с кем угодно, но не с ним! Разозлившись, я вернулась к машине, уже заведенной: Даша и Саня снова сидели спереди, Вадик и Паша позади. Только Костик подошел вместе со мной и, извиняясь, нырнул в машину.

Уговор у них, значит! – кипела я. Ну погодите!

И, вместо того, чтобы снова усесться на такие удобные колени Вадима, невозмутимо стала пристраиваться к Косте.

– Ты не против? – спросила я парня с прохладной улыбкой.

– Да нет… – опешил тот.

На Вадима с Пашей я даже не глядела.

4

Член у Костика встал на первом же подскоке гелика на яме. Встал в полную величину, упираясь всей мощью мне в попку. Сам Костик тяжело дышал и иногда даже постанывал, хотя я старалась вести себя очень прилично, решившись, наконец, целиком довериться своей отличнице.

В суматохе собственных переживаний я даже не сразу сообразила, что Костя уже давно оглаживает мое право бедро – то, что было дальше от глаз других парней. Он жадно и сильно сжимал мою разгоряченную кожу, спускался бархатистой ладонью до самого колена и снова поднимался вверх. Проделал так раз пять или шесть. Потом все чаще его рука стала возвращаться через переднюю сторону моих бедер. Невзначай цепляла край юбки, а то и ныряла под нее. Останавливались его пальцы только у начала линии трусиков.

Опомнившись, я поерзала и чуть отстранилась.

На некоторое время меня оставили в покое. Если не считать пожара, что бушевал внизу моего живота. Кажется, трусики и шифоновое платье промокли насквозь. Да что там трусики: я наверное и на джинсах Кости оставила огромное мокрое пятно, поэтому он так возбудился!

А потом, на очередном подскоке, Костик умудрился просунуть ладонь между своим бедром и моей попкой. Ловко забрался пальцами под резинку трусиков и через мгновение уже скользил в моей смазке, которой было много как никогда. Его пальца купались в ней, будоражили скользкие от влаги половинку моей попки, возбужденные до предела края моих нижних губок и жадно пытались проникнуть глубже…

Моя внутренняя отличница требовала, чтобы я надавала Косте пощечин, обозвала уродом и попыталась уйти – но я уже не могла этого сделать. Я была слишком возбуждена грубыми ласками Паши у стены кафешки. Я еще помнила его прикосновения. Его холодный взгляд, который жег, как огонь. Послав отличницу к чертям, я глубоко прогнулась и охнула, когда пальцы Костика мягко ткнулись в оголенный и напряженный до предела клитор.

– Ты чего, Ксюш? Все хорошо? – побеспокоился Саня с места водителя.

– Да… все хорошо… – выдохнула я. – Хорошо…

Я начала ерзать попкой – сначала легонько, а потом активней и активней, помогая пальцу Кости дрочить мой клитор. Только Костю больше интересовала моя дырочка, что была чуть ниже. Именно туда он, изловчившись, засунул палец на две фаланги. Я была не против, я уже ничему не противилась. Расставила ноги чуть шире и купалась в мягких волнах удовольствия.

Я даже не сразу заметила, что Пашка, сидящий с Костей рядом, уже совершенно не стесняясь положил руку мне на колено. По-хозяйски поднялся вверх, задрав юбку, и отвел в сторону полоску моих трусиков на бритом лобке. Моя киса теперь была оголена, выставлена на обозрение трем парням: Вадя, конечно, тоже смотрел на нас, затаив дыхание. Прохладные строи воздуха из кондиционера гелика обдували возбужденный клитор, делая каждое прикосновение парней острым и особенно чувствительным.

– Сладкая девочка, хорошая, – шептал мне в ухо Костик, скользя фалангой пальца в моей норке.

А я, затаив дыхание, ждала, когда начнет действовать Павел. Он положил свою лапу на мой лобок, основанием ладони надавил на низ живота, отчего моя вагина уже начала трепетать, сжимая со всех сторон палец Костика. А Паша свои пальцы аккуратно уместил на моем скользком от выделений клитор. Горящий возбуждением клитор. Напряженный настолько, что пары легких щекочущих прикосновений, чтобы мой мир взорвался на тысячу осколков.

По моему телу пошли сильнейшие конвульсии, я инстинктивно сжала бедра, закусила губу, чтобы не застонать в голос. Закрыла глаза и долго еще переживала сладкие судороги внизу живота. Я не сразу поняла, что вагина зажала палец Кости, и опомнилась, только когда и он шумно застонал в мой затылок и сделал несколько движений бедрами, недвусмысленно давая понять, чего хочет.

Я не была эгоисткой. Еще чувствуя разливающееся по телу тепло, еще не позволяя убрать пальцы с клитора и из вагины, я завела руку за спину и нащупала огромный бугор в джинсах Кости. Неловко расстегнула молнию, и сразу мне в ладонь выпал сухой горячий орган.

Я больше не беспокоилась, что парни что-то увидят. За своей спиной я ритмично сжимала в ладони член Костика, двигала ладонью, гоняя шелковистую шкурку вдоль по стволу. Слушала, как он тяжело дышит и сама до боли закусывала губу, чтобы не застонать от удовольствия.

Саня и Даша может и догадывались о чем-то, но погромче включили музыку и делали вид, что не замечают.

А я все еще плыла на волнах пережитого удовольствия. Костя меня не бросал. К одному пальцу в моей норке он присоединил второй и, словно на маленький член, насаживал меня на свою руку. Делал мне приятно и Пашка. Он почти не касался больше клитора, поняв, как быстро я взрываюсь, но гладил и сжимал всю мою киску, трогал скользкие губки и ритмично давил основанием ладони туда, где была матка.

Он делал мне очень приятно. И, пожалуй, стоило ответить ему любезностью, тем более что у меня была свободная рука.