Читаем Очарованный меч онлайн бесплатно

— Нет, нет и еще раз нет! — Старый маг попытался было проскользнуть в свою комнату, но Натка его опередила.

Шустрая девица перегородила дорогу, застыв со своей метлой в дверях и не выпуская учителя из кабинета.

— Что значит «нет»? — спросила она воинственно. — А это ничего, Марчун, что я на тебя уже почти год как проклятая пашу? Стираю, убираю, отмываю от твоих вонючих зелий котлы, а ты за все труды мои каторжные каких-то два жалких салта пожалел!

— За труды твои каторжные я тебя магии обучаю, неблагодарная девчонка! А это дорогого стоит!

— Дорогого! — фыркнула Натка. — Паре примитивных заклинаний обучил и…

— Сразу же об этом пожалел! — рявкнул маг. — Вся кухня вдребезги! Одной только посуды разбила на золотой кнар. Чтоб больше я заклинаний бытовой магии из твоих уст не слышал!

Энергичный магический посыл Марчуна отодвинул девицу в сторону, и кипящий от негодования маг скрылся в опочивальне, сердито захлопнув за собой дверь. Натка удрученно вздохнула. Номер не прошел. А те сережки на рынке ну такая прелесть!

Поставив в угол уже ненужную метлу (для кого теперь стараться, изображая трудолюбивую пай-девочку?), Натка плюхнулась в кресло Марчуна и забарабанила пальчиками по столу, обдумывая планы мести. Как же его достать? Слабительное в суп подсыпать? Нет, это слишком мелко. Надо этому скупердяю так удружить, чтоб до печенок пробрало! Надо… надо… Однако думалось плохо. Перед глазами все еще стояли те изумительные сережки. Это сбивало с мысли.

Тихо звякнул колокольчик входной двери.

— Входите, — сердито буркнула девица, нажимая ногой на педаль под столом.

Хитроумная система подпольных рычагов разблокировала запоры, создавая впечатление, что сработала магия, и в комнату вошел высокий крепкий парень лет двадцати пяти. Судя по висящему на поясе мечу, обшитой металлическими бляхами кожаной кирасе и стальным наручам, это был наемник. Опытный, не раз побывавший в деле. Об этом говорили застарелые шрамы, видневшиеся из-под кирасы, и свежий рубец на его могучем бицепсе левой руки. Рубец был настолько свежий, что невольно наводил на мысль о решающей битве при Энире, довершившей разгром доригранцев, которая произошла всего неделю назад.

Натка окинула симпатичного наемника критическим взглядом и опять вздохнула. Если бы на ней сейчас были те сережки, он бы в нее влюбился. Непременно бы влюбился, несмотря на конопушки. Разве хоть один нормальный мужчина сможет пройти мимо такой красоты? А без сережек у нее шансов нет.

У огненно-рыжей ученицы Марчуна было сезонное обострение стервозности. Оно накатывало на нее каждую весну, так как в этот период на ее курносом носике и румяных щечках обильно выступали веснушки, которые, как она считала, делали ее дурнушкой. От этого так сильно портился характер, что очередной маг выкидывал ее на улицу, не закончив обучение, и на всякий случай накладывал заклятие недосягаемости на свое жилище для маленькой вредины. Марчун был третий учитель за последние три года.

— Что надо? — хмуро спросила Натка.

— Да мне бы это… меч зачаровать, — неуверенно пробормотал наемник, топчась у двери. — Чтоб служил верно и жизнь мою хранил, пока не восстановится справедливость.

— Ни фига себе заява, — фыркнула девица. — Еще какие пожелания будут?

— Ну, чтобы не очень приметен был. Мне говорили, что тут маг живет…

Сидящая за столом сердитая девица мало походила на мага.

— Живет. Только не всем он по карману. Да и не возьмется он за такой заказ.

— Это еще почему?

— По кочану! Пока не восстановится справедливость… — передразнила Натка клиента. — Нет, я в принципе тоже за мир во всем мире, но это уж слишком. Пока жив род человеческий, о справедливости можешь не мечтать!

— Ах, ты вот о чем, — сообразил наемник. — Ты неправильно меня поняла. Я говорю о справедливости по отношению к хозяину этого меча.

— Это другое дело. Десять золотых, — заломила цену девчонка.

— Сколько?!! — ахнул наемник.

— Десять золотых кнаров, — невозмутимо сказала Натка.

— А у меня всего два салта…

Глаза девчонки загорелись:

— Ха! Чтоб великий Марчун за каких-то жалких два салта марался? Забудь!

— А в городе других магов нет? — спросил расстроенный наемник.

— Ты в нашем городе впервые?

— Впервые.

— Тогда нет!

— Чего тогда нет?

— Кроме меня и Марчуна, других магов в Кардамане нет! — нахально соврала девица.

— А ты маг?

— Конечно! Иначе чего я здесь сижу?

— Слушай, красавица, — наемник двинулся к столу, просительно глядя на конопатую вредину, — а может, ты для меня меч зачаруешь? Очень уж серьезное дело мне предстоит.

— Красавица… — радостно закивала головой Натка. — Звучит как песня. Продолжай. Я так люблю подхалимаж!

— Какой еще подхалимаж? — обиделся наемник. — Ты действительно симпатичная девчонка, и я…

— Все! Уломал. Гони сюда два салта и свою железку. Зачаровывать буду.

Наемник поспешил выложить на стол деньги и грозный, отливающий хищной синевой меч с узорчатой черной рукоятью на которой была выгравирована надпись «Темлан».

— Ого! — Хотя в оружейном деле Натка была почти полный ноль, дешевое ангалузское железо от благородной бушеронской стали отличить могла. Такой меч стоил не меньше пятидесяти золотых кнаров, а вот хозяин его, похоже, сидел на мели. Впрочем, это было не ее дело.

— Имя?

— Зачем тебе мое имя? — насторожился наемник.

— А на кого я меч зачаровывать буду, бестолочь, на себя? — рассердилась девица, воровато косясь на дверь, за которой скрылся Марчун. Если старый скупердяй надумает выползти из своей конуры, сделке конец, и не видать ей очаровательных сережек, так изумительно подходящих под цвет ее изумрудных глаз. Не видать как своих ушей… в смысле в своих ушах их не видать.

— Тарбон, — слегка поколебавшись, еле слышно шепнул наемник.

Натка покосилась на рукоять. Наемник торопливо перевернул меч так, чтобы гравировка созерцала столешницу, а не потолок.

— Значит, Темлан, — хмыкнула девчонка.

— Да тише ты!

— Не дрейфь, Тарбон. Имеешь дело с профи. Что такое профессиональная этика, знаешь?

— Знаю.

— Это радует. Я маг высочайшей квалификации. Такие маги своих клиентов не сдают. Так, не дыши. Сейчас я твой меч зачаровывать буду.

Натка прикрыла глаза, припоминая заклинание. Пару лет назад она подслушала, как ее первый учитель зачаровывал меч начальника городской стражи Брадмина. Слух у нее был хороший, и она, радуясь удаче, записала заклинание в свой девичий дневник. Эх, его бы сейчас сюда! Но бежать в свою комнатушку за шпаргалкой как-то несолидно. Ладно, будем работать по памяти, решила ученица мага и забормотала заклинания, лаская мысленным взором несравненные сережки в виде розовых цветочков с изумрудным глазком, которые скоро сделают ее первой красавицей Кардамана и начнут штабелями укладывать кавалеров возле ног…

— Ты что делаешь? — завопил Тарбон.

Натка распахнула глаза.

— Упс…

На столе лежал все тот же меч. Вот только рукоятью его теперь служил обрубок толстого зеленого стебля, а гардой лепесточки розового цветка, из изумрудного центра которого торчал клинок.

— А чё, красиво получилось. И главное, теперь твой меч никто не опознает, — обрадовала Тарбона Натка.

— Это точно… — пробормотал ошарашенный наемник. — Нет, меня такая работа не устраивает.

— Почему? Очень симпатичный меч. Служить верно будет, зуб даю!

— На кой сдался мне твой зуб! Мне меч нормальный нужен! Возвращай все быстренько назад.

— Еще чего!

— Я сказал, расколдовывай меч!

— Я его не заколдовывала, а зачаровывала, — возразила Натка.

— Ну так разочаровывай назад! — начал закипать наемник.

— Гони еще два салта! — нахально заявила девица.

— Что?!! — чуть не задохнулся от возмущения Тарбон. — Да ты у меня последнее отобрала!

— А медальон? Он как минимум на кнар потянет! На нем цепочка золотая, да и сам явно не из меди сделан.

Наемник невольно схватился за висящий на груди медальон, видно, испугавшись, что и его сейчас уведут, а потом рассвирепел окончательно:

— Значит, еще два салта тебе? Ах ты… — Тарбон попытался сцапать со стола свои деньги, но Натка оказалась шустрее.

И надо же было Марчуну именно в этот момент выйти из своей опочивальни. Увидев лежащий на столе меч с чем-то розовым в цветочек вместо рукояти, он в первый момент невольно прыснул, потом перевел взгляд на что-то прячущую за спиной в кулачке девчонку, растерянного наемника, все понял и побагровел.

— ВОН!!! — Магическим порывом Натку и Тарбона вместе с его мечом вынесло за дверь. Что ни говори, а Марчун был сильный маг. — И больше близко к моему порогу не подходи! Будь проклят тот день, когда я взял тебя в ученицы, дрянная девчонка!

Дверь жилища мага захлопнулась перед копошащимися на мостовой девицей и ее облапошенным клиентом.

— Меня-то за что? — изумился наемник. — Я же пострадавшая сторона!

— Это я пострадавшая сторона, — поднялась с земли Натка. — Такого доходного места из-за тебя лишилась! Он же без крова меня оставил, паразит.

— Нет, ну это уже наглость! — возмутился Тарбон. Наемник закинул свой меч в ножны и чуть не заплакал, глядя на гламурную рукоять. — А ну, давай расколдовывай мой меч обратно.

— Фигушки. — Натка бы расколдовала, но не знала как. Заклинание снятия случайного или неправильного колдовства маги с ней еще не проходили.

— Тогда гони мои деньги назад!

Девчонка показала наемнику кукиш, потом, решив, что этого недостаточно, добавила к первому кукишу второй, повертела ими перед носом Тарбона, после чего развернулась и двинулась в сторону базара. Внутреннее чутье ей подсказало, что Тарбон рыцарь. Рыцарь до мозга костей. Рыцарь, которому практически с пеленок вдалбливали простую истину: женщину нельзя бить даже цветами, и она не ошиблась. Наемник переминался с ноги на ногу, растерянно глядя ей вслед.

— Рохля ты! — тяжко вздохнув, обругал себя Тарбон. — Рохля и размазня.

И тут меч на его поясе заволновался.

— Это еще что такое?

Что это такое, наемник понял, когда ножны, в которых находился меч с несуразной рукоятью, потянули его за поясной ремень, вслед за нахальной девчонкой, умыкнувшей у него последние деньги.

А ничего не подозревающая Натка уже лавировала между узкими торговыми рядами Кардаманского базара, спеша к заветной цели. Лавка торговца бижутерией была еще открыта, и, что самое главное, милые ее сердцу сережки по-прежнему лежали на прилавке. Они дождались ее! Их еще никто не купил!

— И не уговаривай! — заволновался купец, увидев Натку. — Два салта и ни пферингом меньше.

Беднягу можно было понять. Девица уже третью неделю доставала его, яростно торгуясь из-за этих сережек, не имея при этом ни одного медяка в кармане, и, что интересно, умудрилась сбить цену с целого кнара до двух салтов, но больше он не намерен был уступать. Торговать себе в убыток — это уже слишком!

— Прогоришь ты когда-нибудь из-за своей жадности, Абу, — попеняла Натка купцу. — Не был бы ты таким жлобом, научила бы тебя нормальному бизнесу.

— А что такое бизнес? — заинтересовался Абу.

— Темнота! Элементарных вещей не знаешь, а за прилавок сел. Вот отдал бы мне эти сережки даром, я бы тебя вмиг научила, как по-настоящему разбогатеть.

— Так уж прямо и разбогатеть? — прищурился купец.

— За неделю оборот в три раза увеличишь. Всё с твоего прилавка сметать начнут!

— Это как это? — азартно подался вперед Абу.

— Есть у меня в резерве один маркетинговый ход, — таинственно прошептала юная авантюристка, — отбою от покупателей не будет. Ну что? По рукам?

Абу задумчиво пожевал губами, глядя на рыжую лисичку, ласкающую взором разлюбезные ее сердцу сережки. Бизнес, маркетинг… — звучало пугающе. Явно какие-то магические заклинания, но, если эта недоучка начнет здесь колдовать, — лавке конец. О фантастической способности юной колдуньи выворачивать наизнанку любое, даже самое простейшее заклинание, знал уже весь город, а потому, когда она начинала ворожить, народ просто разбегался. Но после пары инцидентов, последствия которых пришлось разгребать ее учителям, мэр города категорически запретил ей колдовать в общественных местах без присмотра своих менторов.

— Согласен. Зови сюда Марчуна и по рукам!

— А зачем нам Марчун? Я его в магическом плане уже давно переросла. Мне у него учиться больше нечему. Да и не собираюсь я колдовать…

— Выгнали, — сообразил Абу. — Два салта и сережки твои.

— Жлоб! — вынесла свой вердикт Натка, выложила на прилавок два салта и сцапала сережки. — Зеркало дай.

Наконец-то вожделенная добыча в ее руках! Нацепив сережки на уши, девушка начала любоваться на свое отражение в зеркальце, услужливо поданное ей купцом.

— Ну, как я тебе? — спросила она торговца.

— Упасть и не встать! — заверил ее Абу, радуясь завершению сделки, а самое главное тому, что настырная девчонка наконец-то отстанет от него.

— Тогда чего не падаешь? — спросила девица, разглядывая в зеркальце свой задорно вздернутый конопатый носик. С новыми сережками в ушах он выглядел гораздо симпатичнее.

— Шаровары с утра новые надел. Жалко их в пыли валять. Еще что-нибудь покупать будешь?

— Перебьешься.

— Тогда гони зеркальце назад.

— Я же говорю: жлоб! Нет в тебе размаха. Мог бы в довесок к сережкам презентовать. Ой…

— Что «ой»?! — обеспокоился Абу.

— Ничего. Держи, скупердяй.

Девица вернула зеркало купцу и поспешила к выходу с базара. Причина для поспешного бегства у нее была. В последний момент она увидела в зеркальце за своей спиной облапошенного наемника. Он был еще достаточно далеко, но двигался, продираясь сквозь базарную толпу, явно к ней. Вот настырный! Все равно ведь с нее брать больше нечего. Денежки уже тю-тю! А сережки свои она ему без боя не отдаст. Выбравшись с базара, Натка нырнула в ближайшую подворотню, шмыгнула на соседнюю улицу, проскочила пару кварталов, свернула еще в один переулок, сделала крюк через центральный проспект Кардамана и, решив, что окончательно запутала следы, остановилась перевести дух, прислонившись к изгороди какого-то дома. Однако надежды ее не оправдались.

Через затрещавший плетень, под лай дворовых псов, перевалился взмыленный наемник. При этом ему явно мешал меч, из-за которого он перевалился так неловко, что рухнул на землю у самых ее ног.

— Вот оно! Началось, — изрекла слегка ошарашенная Натка.

— Что началось? — поднялся с земли Тарбон.

— Кавалеры штабелями возле ног укладываться начали.

Наемник на всякий случай оглянулся. Кроме него, поблизости от вздорной девицы ни одного кавалера не наблюдалось.

— Не зря я все-таки за сережки целых два салта отвалила. Красота — это страшная сила.

Наемник посмотрел на конопатую девицу, оценил взглядом сережки, перевел взор на рукоять своего меча и… рухнул. До него дошло. Натка сердито смотрела на оглушительно хохочущего наемника, катавшегося в пыли возле ее ног, и потихоньку сатанела.

— И как это понимать? — ледяным тоном спросила она.

— Как бурное проявление восторга. Считайте, что сразили наповал… — простонал сквозь смех Тарбон. — Вот только что мы теперь делать будем? — Наемник поднялся с земли и начал отряхиваться.

— Что будешь делать ты — не знаю, а лично я — домой, — решительно сказала Натка.

— У тебя есть дом?

— Пока нет, но скоро будет.

— Пока мой меч за тобой собачкой бегает, придется тебе выделить мне в своем доме комнату.