Читаем Обожженный (ЛП) онлайн бесплатно

ВНИМАНИЕ! Текст предназначен только для предварительного и ознакомительного чтения.

Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика строго запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

+ 18 и старше

+ 18 и старше

Перевод, редакция, вычитка, оформление, обложка: группа https://vk.com/true_love_books

Лейси Харт

«Обожженный»

Аннотация

Трэвис

После происшествия шеф заставил меня выйти на пенсию.

Быть пожарным – все, чего я когда-либо хотел и ради чего жил.

Ну, кроме моей двенадцатилетней дочери, Эбби.

Растить ее как отцу-одиночке, а тем более, вечно занятому пожарному, было нелегко, но жизнь никогда такой и не бывает.

А потом был звонок из другого, хорошо известного мне города.

И пригласили в мой родной город, обратно в Кэнон.

Я покинул этот маленький город много лет назад, оставив позади многое, в том числе… ее.

Софи

Я никогда не собиралась оставаться в Кэноне, своем родном городе.

Но я вернулась сюда из большого города после колледжа и потери Трэвиса.

Я тратила свое время на преподавание в школе или чтение книг дома.

За что и заслужила репутацию «старой девы».

Но мое скучное существование неожиданно оживилось.

Девочка с рыжими волосами и изумрудными глазами появилась в «Усадьбе», ресторане его матери.

Он вернулся? Неужели Трэвис появился в Кэноне?

Глава 1

Трэвис

Я услышал пожар в доме еще до того, как в него вошел. Моя команда боевого расчета 32 в Риджфилде рассредоточилась по периметру и работала за пределами дома, пока Томми, один из парней, которому я больше всего доверял в своей команде, и я, уверенно прокладывали себе путь в доме на небольшом ранчо на Рекер-стрит, куда мы получили вызов несколько минут назад. Нам не потребовалось много времени, чтобы понять, что это деликатная ситуация. Как только мы вошли в парадную дверь, навстречу нам вырвались дым и жар. Мы оба работали достаточно долго, чтобы знать, что делать, как работать и как двигаться, чтобы найти тех, кто находился внутри. Соседи сказали нам о том, что думали, что где-то здесь находились мать и дочь, и нам нужно было их вытащить.

Я двинулся через гостиную и увидел, как пламя начало лизать ковровое покрытие и потолок. Нам нужно было двигаться быстро и добраться до спальни, чтобы кого-нибудь найти и вытащить отсюда как можно быстрее. Мы с Томми быстро двигались по коридору. Я взял на себя инициативу, проверяя двери, чтобы убедиться, что люди были в безопасности, пока мы не добрались до дальней спальни. Дым и пламя начали быстро заполнять коридор, и я пошел быстрее, чтобы открыть дверь и войти внутрь.

Там мы нашли мать, женщину лет тридцати, с явно испуганным лицом, прижимающую к себе дочь. Девочка быстро взглянула вверх, когда мы вошли в комнату, и выглядела не больше, чем лет на пять или шесть. Женщина начала кричать что-то по-испански, и никто из нас ничего не понимал, что она говорила. Томми потянулся к ней и поднял ее с кровати. Я пытался заставить женщину передать мне дочь, чтобы мы могли безопасно выйти, но она прижимала девочку к себе крепче и крепче. Мы не понимали друг друга, и я не мог тратить время на споры с ней. Я решительно начал двигаться обратно, к входной двери.

Томми, женщина и девочка внимательно следили за мной. Пламя стало сильнее, чем когда мы вошли, и теперь поглощало потолок, отрезая путь к выходу. Когда я дошел до входной двери, сквозь черный, поднимающийся вверх, дым, я повернулся к женщине и Томми, чтобы вытащить их к выходу. Прежде чем я смог добраться до них, рухнул потолок, и девочка упала на пол передо мной. Инстинкт взял верх надо мной, и я поднял девочку с пола прежде, чем пламя достигло ее, и выскочил за дверь. Я быстро передал девочку одному из своих коллег пожарных и повернулся, чтобы вернуться. И дошел до переднего крыльца, когда дом рухнул под тяжестью пламени, воды и дыма, и я провалился по пояс. Почувствовал грубый удар по голове деревом и понял - это был кусок пола, который прошел через мой костюм и ногу. Сочетание боли, жара и дыма было подавляющим. Мой разум устремился к Томми и женщине, к девочке и к моей собственной дочери, которая ждала меня дома. Я думал об Эбби и о том, что с ней произойдет, и в тумане увидел, как она улыбалась мне рядом со знакомым лицом, которое я давно не видел. Я отключился, борясь с темнотой и видениями.

А потом я проснулся.

Глава 2

Трэвис

— Пап, я зову тебе уже минут десять.

Эбби посмотрела на меня таким расстроенным взглядом, какой бывает у каждого двенадцатилетки, когда они думают, что знают больше, чем их родители. Я только что открыл глаза после того, как снова увидел этот сон, с которым был слишком хорошо знаком последние два месяца или около того; с тех пор, как получил травму. С момента инцидента мне дали инвалидность и, хотя расследование пожара и тех событий очистили меня от каких-либо нарушений, я все еще чувствовал тяжесть вины за то, что там произошло. Я с трудом пытался идти вперед каждый день ради Эбби, пытаясь сделать последние дни ее летних каникул немного лучше, пока не началась снова школа. Конечно, она этого не понимала.

— Папа, ты вообще меня слушаешь?

Я посмотрел на Эбби и увидел, что она стояла на пороге и ее рыжие, до плеч волосы, раздувал ветерок из кондиционера в моей спальни. Она уже была одета в футболку и шорты, и была готова к следующему жаркому, августовскому дню и теперь подталкивала меня к тому, чтобы куда-то пойти.

— Что случилось? – спросил я ее, когда протер глаза и вытолкнул себя из постели. Рана в моей ноге зажила хорошо, к счастью, но оставила мне шрам, и я немного хромал после операции и физиотерапии. Я немного поморщился, Эбби взяла меня за правую руку, помогла пройти через дверь и выйти на кухню.

— Я говорила, что этот парень снова звонит по телефону. Адвокат, — вздохнула она и передала мне беспроводной телефон из кухни. В этот момент я не был уверен, о каком адвокате говорила Эбби, потому что их было так много в течение нескольких недель, поэтому я просто взял телефон и начал говорить.

— Алло, — грубовато сказал я в телефон, пока шел наливать себе кофе. Эбби быстро подошла и налила его мне, поэтому я не пролил ни на пол, ни на стол. Храни ее Господь.

— Мистер Трэвис Стоун? – услышал я скрипучий, любопытный голос на другом конце телефона. Он явно не был адвокатом из профсоюза, компании по инвалидности или любым другим юристом, с которыми я разговаривал последнее время.

— Да, кто это? – спросил я, уже теряя терпение. Я слышал, что разговаривали по громкой связи, потому что во время разговора со мной человек на другом конце провода шуршал бумагами.

— Мистер Стоун, это Ирв Роджерс, я юрист в городе Кэнон. Я оставлял вам несколько сообщений, но вы не перезвонили.

Кэнон был местом, о котором я думал, что давно оставил позади. Конечно, у меня все еще была семья и друзья, которые там жили, хотя и не так много, как было, когда я уехал оттуда, чтобы пойти в колледж. Я был уверен, что знал, почему этот парень сейчас звонил.

— Что я могу для вас сделать, мистер Роджерс? – на моем лице появилась улыбка, после того, как я назвал его мистер Роджерс, когда представил его сидящим в красном свитере и слипах. Я усмехнулся и сделал глоток кофе. Эбби посмотрела на мен так, как будто у меня было две головы и вздохнула, вернувшись к чтению своей книги.

— Это все еще вопрос о вашем отце и его имуществе, мистер Стоун. Мне очень нужно, чтобы вы приехали сюда и мы все уладили.

Я медленно потягивал кофе, чтобы еще немного прочистить голову. Весь бардак с моим скончавшимся отцом произошел через несколько дней после пожара и у меня почти не было времени, чтобы это осознать. Я пропустил похороны, хотя знал, что все равно не пошел бы туда. Мы с отцом не разговаривали с тех пор, как родилась Эбби, и я не думал, что у него было что-то, что можно было бы назвать имуществом, которое можно было бы кому-то оставить.

— Разве это не то, с чем мы можем разобраться по телефону или электронной почте, или по факсу или еще как-то? — сказал я ему, когда поставил на столешницу свою чашку.

Я слышал, как Эбби сказала:

— Кто сейчас пользуется факсом? – когда хихикнула надо мной. Я выгнал ее из кухни обеими руками, она захлопнула книгу и направилась по коридору в свою спальню. Я сел за кухонный стол, пытаясь разобраться в том, что говорил этот парень.

— Не думаю, мистер Стоун, — сказал он дрожащим голосом. – Есть бумаги и бланки для подписания в юридических целях. Думаете, вы сможете выбраться сюда?

Я знал, что мог поехать туда, но вопрос, скорее, был в том, хотел ли я поехать. У меня была инвалидность, скорее всего, навсегда, и не было ничего, что держало бы меня здесь, в Риджфилде, который, хотя и был намного больше, к сожалению, был не более захватывающим, чем Кэнон.

— Конечно, я могу быть там завтра, — ответил я.

— О, замечательно, — ответил он. Я слышал, как перекладывались бумаги. – Прекрасно. Просто приходите завтра ко мне в офис. Я здесь с девяти. Мой адрес 24 Reese Place. Вы знаете, где это?

«Я провел там первые двадцать лет своей жизни, приятель» — подумал я. И глубоко вздохнул, прежде чем ему ответил.

— Да, думаю, что помню, где это, — пытаясь говорить не слишком саркастично.

— Отлично, тогда увидимся завтра. Хорошего вам дня, — сказал мистер Роджерс, повесив трубку.

Я нажал кнопку на телефоне и положил его на стол. Поднялся и немного застонал, когда услышал хруст в колене. Посмотрел вниз на свою ногу и проследил взглядом по той части шрама, которая была видна, поднимаясь вверх по правой ноге, от колена, и исчезая под краем моих шорт для сна, где продолжался вверх по бедру. Я выпрямился и пошел по коридору в комнату Эбби.

Я осторожно постучал в дверь и ждал, пока она разрешит мне войти. Это было то, к чему я все еще привыкал: что ей было двенадцать лет и девочке требовалось больше уединения, чем в те дни, когда она умоляла меня оставить дверь своей спальни открытой, чтобы было не так темно. Когда она не ответила на мой стук примерно десять секунд, я медленно открыл дверь.

Эбби сидела за столом, в наушниках, слушая музыку по телефону. Она печатала на своем ноутбуке, когда я подошел к ней сзади и положил левую руку на ее плечо.

Эбби развернулась, глядя на меня удивленными глазами и захлопнула ноутбук.

— Папа! – закричала она на меня. – Ты должен был постучать, прежде чем войти. – Эбби вытащила наушники, схватила ноутбук, встала и села на кровать.

— Ты должна была ответить, когда я стучал, — сказал я ей. Поскольку это не было аргументом, который я хотел использовать прямо сейчас, я решил отпустить ситуацию.

— Тебе нужно собрать вещи. Нам нужно ехать в Кэнон. – Я осмотрел ее комнату и едва узнал. Исчезли украшения маленькой девочки, которые она вешала на стены всего год назад или около того. Теперь на ее стене висели плакаты музыкальных групп. Исчезли принцессы Диснея, которых заменили лица певиц, актрис, спортсменов и писателей, которые я едва узнавал.

— Почему мы едем в Кэнон? Мы едем к бабушке? – глаза Эбби загорелись от перспективы встречи с моей матерью. Они были чем-то вроде родственных душ и моя мама была единственной женщиной – образцом для подражания, который Эбби имела в своей жизни с самого рождения.

— Да, мы увидимся с бабушкой, но у меня есть еще кое-какие дела. Мы пробудем там недолго.

— Как долго? – спросила Эбби. Она уже доставала свой чемодан из шкафа и укладывала вещи в пакет.

— Я не уверен, — ответил я ей. – Посмотрим, как все пойдет.

— Без проблем, — ответила Эбби. – В этом городе все равно для меня ничего нет.

— Ты слишком молода, чтобы казаться такой пресыщенной, — сказал я. – Пойду, начну собирать вещи.

— Хорошо, — сказала она, провожая меня до двери. – Буду готова через десять минут. – Эбби закрыла дверь перед моим носом. Я собирался снова открыть дверь, но передумал и просто отправился в свою комнату, чтобы начать собираться. По крайней мере, поездка в Кэнон будет легкой для одного из нас.

Глава 3

Софи

Я сидела в своем классе, пытаясь изучить учебную программу для нового учебного года, который начнется всего через неделю или две. И все время обнаруживала, что витаю в облаках, глядя из окна на газоны, которые недавно косил садовник и дальше, и дальше за ними, где почти можно было увидеть заднюю часть палатки с мороженым Стернса. Я услышала, как едва слышно вздохнула, размышляя о мире, который находился за пределами школьных стен, за палаткой Стернса, за старым участком Говарда, где у него была ферма в течение нескольких поколений, и даже за пределами шоссе 32 и остального мира.

Легкий стук в открытую дверь кабинета отвлек меня от мечтаний. Я повернулась и увидела Мэри Коннорс, учительницу восьмого класса по математике, которая стояла в дверях и улыбалась. Она медленно подошла к моему столу и присела на его уголок.

— Что случилось, Мэри? – спросила я ее, когда закрыла свой планировщик. Я все равно уже знала, что не добьюсь сегодня большего.

— Что со мной? Что с тобой? – с упреком, сказала она мне. – Я стояла там пять минут и наблюдала за тем, как ты смотрела в окно, как ты смотрела, как растет трава. О чем ты мечтала?

Я схватила свой планировщик и пару книг со стола и засунула их в свой рюкзак, тот же кожаный рюкзак, который мне удалось сохранить со времен колледжа.

— Ничего особенного, — рассеянно сказала я ей, когда закрыла рюкзак. – Просто наслаждаюсь последними днями уходящего лета, я думаю.

— Сомневаюсь, — с сарказмом сказала Мэри. Примерно восемь лет назад мы с Мэри начали преподавать здесь, в средней школе Кэнона. Подумать только, прошло уже восемь лет, даже трудно представить.

— Ну, вот опять, — сказала Мэри, шутливо толкнув меня в плечо. – Мы должны сделать что-то, чтобы вытащить тебя из депрессии. Как насчет того, чтобы поужинать сегодня вечером?

— Не знаю, Мэри, — сказала я ей, когда мы медленно шли по недавно отполированному полу коридора.

— Давай, Софи, — прикрикнула на меня Мэри. – Что ты собираешься делать? Провести еще одну ночь дома, читая…, — она потянулась к моему открытому рюкзаку и схватила одну из книг. – Рассказы Генри Джеймса? Одна мысль о нем заставляет меня заснуть.

— Нет ничего плохого в чтении, — сказала я, выхватывая книгу из ее рук. Я поставила свой рюкзак на пол и положила книгу обратно, на этот раз убедившись, что сумка закрыта.