Читаем Обнулитель (СИ) онлайн бесплатно

Пролог

Ветер бил в лицо и сбивал с ног. Только что они преодолели сорок лестничных пролетов, и от спасительной взлетной площадки их отделял только этот коридор, разбитый, разгромленный снарядами. Враги сразу разгадали замысел беглецов: взлетно-посадочная площадка надежно экранировалась портативным щитом, разбомбить ее не удастся, а вот путь к ней легко отрезать. Сначала ракетами обстреляли нижние этажи здания, и сейчас там царил огненный ад, который и загнал их вместо гравилифта на лестницу. Потом несколько раз они натыкались на высадившиеся десант-боты и растратили почти весь боезапас в бою. Только у Мясника оставался один рожок к автомату, да у Белой - зарядпатрон к бластеру. Если им на пути встретится еще десант - придется прорываться зубами и кулаками.

Правда, сейчас ветер казался пострашнее любого врага. За стеной буйствовал дикий ураган, а развороченные стены превратили коридор в длинную трубу, в которой ветер разгонялся и со свистом мчался от одного края до другого. Двести метров. Ровно двести метров до спасения из ада. Врагам не достать их с борта корвета, а корвет ждет на площадке.

- Быстрее! Быстрее! - орал Мясник, прорубая могучей грудью дорогу сквозь вязкий ветер.

За ним шлось легче. Белая, Сноп, Доктор старались не отставать, и только в самом конце с трудом бежал Вадим. Несколько раз он падал: в последней стычке ему подбили ногу, и каждый шаг давался с трудом.

- Где это недоразумение?! - оглянулся Сноп, высокий десантник с мощными кулачищами, пробивающими бетонные стены. Сноп ненавидел Вадима, ненавидел за то, что его навязали группе высадке, и Вадим - слабое звено. Досадная помеха с какой-то маленькой провинциальной планеты со странным названием Земля. Он только тормозил группу, из-за него несколько раз останавливались "перевести дух", и может, из-за него-слабака и попали в засаду злотов.

- О-о-о, святые небеса! - Сноп плюнул, и густая слюна отлетела и шмякнулась об стену, припечатанная ветром. - Что ты там копаешься?! Быстрее шевели копытами или встреча со злотами тебе покажется раем!

Вадим виновато улыбнулся и попытался перейти на бег, но с резкой болью нога подкосилась, и он упал на пол с трудом успев выставить руки, чтобы не врезаться лицом в землю. Упал и зажмурился от боли и страха. Он ожидал гнева Снопа, его грозного рыка, привычных за сегодня тычков, но не дождался. С недоумением Вадим посмотрел вперед и теперь уже испугался по-настоящему - все напрасно, они погибли!

Мясник безвольной куклой повис в воздухе в зеленоватом стазис-поле, а впереди дорогу преградили три фигуры в серебристой облегающей одежде - злоты! С десяток боевых дронов, с трудом удерживая равновесие на ветру, стремительно приближались к беглецам, и дула их плазмометов злорадно блестели в лучах местного солнца.

- Добегались! - ветер донес обрывки смеха злотов. - Думали уйдете?!

Белая и Сноп растерянно смотрели то на Мясника, то на Доктора - он главный в группе, и сейчас они ожидали его слова, его действий. Доктор обернулся к Вадиму и рявкнул:

- Давай!

Вадим непонимающе уставился: что он хочет от него?

- Давай, твою мать! Что ты медлишь! - Доктор побагровел от злости. Теперь на Дока непонимающе оглянулся Сноп ("что можно ожидать от этой тряпки? Что он может дать и сделать?").

Наконец Вадим понял замысел Доктора, в животе похолодало. "Только не это, только не это, - кричало все тело. Он отрицательно закачал головой:

- Я не могу! Не могу!

- Давай, скотина! Или нас всех перережут! - Доктор подбежал и ударил Вадима по щеке. Перчатка боевого костюма, оснащенная электрошокером, кусалась жестче бойцового пса.

Вадим упал и заорал от боли.

- Ты сам попросил, Док! - прошептал он.

И когда в следующую секунду оторвал голову от пола, и Сноп, и Белая в парализующей догадке раскрыли рты: глаза Вадима без зрачков, белые как молоко, симметрично застывшая маска лица. Вадим снова закричал, и тело выгнулось дугой, приподняв его на колени, голова откинулась назад. Донеслись встревоженные крики злотов, пол рядом забурчал от всполохов выстрелов, но ветер сбивал заряды плазмы, и они лишь слегка подпалили комбез. Впрочем, стрелять уже было бесполезно! пол под Вадимом засеребрился от стекающего с него мороза, руки дрожали в напряжении, грудь вздымалась и тяжело опадала.

В ужасе Белая смотрела на покрасневший индикатор заряда оружия, перед глазами на вирт-экране замелькали тревожные строчки: "отказ имплантов плечевого усиления... отказ имплантов ускорения... отказ... отказ...". У Белой подкосились ноги, и Сноп подхватил ее под руки. Пожалуй, его лицо еще никогда не выражало такой ошарашенности! Теперь стало понятно зачем их направили сюда, и зачем навязали этого заморыша. Лучше сразиться со ста злотами, чем столкнуться с одним таким "недоразумением".

- Обнулитель! Этот ублюдок - ОБНУЛИТЕЛЬ! - заорал он не своим голосом, и в первые в жизни по его ногам побежали струи мочи.

Вадим внезапно перестал орать, голова резко приняла вертикальное положение, и последнее, что запомнил Сноп это ударная волна, которая сметая все на своем пути пронеслась навстречу злотам, а за ней стены, пол, потолок покрылись мглистой изморозью от внезапно нахлынувшего холода...

- Обнуление завершено! - отчеканил Вадим бесцветным голосом, и молочная белизна спала с его глаз.

Больше вокруг никого не было: ни злотов, ни дронов, ни людей. Остались лишь оболочки.

Глава первая. Убийца поневоле.

- Эй, Вадим! Ты не опоздаешь? - из-за приоткрытой двери раздался голос матери. - Под тридцатник лбу, а все в игрушки играешься - не стыдно?!

Вадим посмотрел на часы и больно ударился коленом об стол, соскочив со стула. Вот ведь засада! Через полчаса электричка, а на нем из одежды только легкие шорты. С утра Вадим собирался на дачу к бабушке, но как всегда засиделся за игрой, и дотянул до последней электрички. Оставалось только одно: или бежать сломя голову до платформы, или остаться до утра и выслушать сначала от матери, потом от отца какой он неблагодарный свинтус, который не может выкроить для любимой бабушки и одного дня. Вадим на секунду представил всю эту сцену и решил во чтобы-то ни стало успеть на электричку. В спешке переодевшись в потертые джинсы и рубашку, прихватив ветровку на всякий случай, он рванул к двери.

- Ты лопату забыл! - крикнула вдогонку мать, - и поцелуй там от меня бабушку. Скажи, что мы с отцом приедем в субботу.

"Лопата-то зачем, если у бабки есть своя?" - поморщился Вадим, но опять решил не спорить, и подцепив под мышку уже предусмотрительно завернутую матерью в мешок лопату выбежал на улицу.

Небо на западе лениво алело, Солнце распухло красным диском с неровными краями, и Вадим с досады хлопнул себя по лбу: забыл очки дома, когда причесывался, а, значит, теперь придется прищуриваться и привыкать к тому, что время от времени очертания предметов будут искажаться. Из-за врожденного астигматизма без очков окружающий мир порой принимал затейливые формы: сплюснутая как раздавленное яблоко луна, вогнутые люки колодцев, кривое, вот как сейчас, Солнце. Но вернуться за очками - опоздать на электричку, и получить еще и лекцию на тему сыновьей несобранности... нет это выше его сил! Как-нибудь и так обойдусь, решил Вадим и побежал в сторону "железки". В конце концов, искажения не такие уж и сильные, привычно, а копать огород можно и без очков - немудрена наука. Да и бабушка отчитывать за такие мелочи точно не станет, может даже у нее и запасные очки для любимого внука припасены.

В таких раздумьях он сначала и не расслышал протяжного гудка электропоезда, и только когда до путей оставалось совсем немного, и Вадим увидел замедляющуюся ленту электрички, понял, что безнадежно опоздал. И все же припустил с такой прытью - хоть на Олимпийские игры отправляй! Мозг лихорадочно искал выход, и вскоре нашел, надо было всего лишь срезать немного путь "по железке" через кусты, через канаву, и тогда он еще успеет. Электричка стояла на платформе обычно две минуты - этого времени вполне хватило бы успеть.

Огромными скачками парень перемахнул через канаву, только рассевшиеся для музыкального шоу лягушки в ужасе брызнули в стороны, вот и один путь перескочил, второй. О нет! только не это - Вадима так поглотила электричка, что он не разглядел товарняк, который уже вплотную подошел к платформам и вот-вот отрежет ему путь. Тогда ему уже ни на какую электричку не успеть. Рельсы тяжело гудели, земля дрожала под натиском тяжелогруженных вагонов, ветер донес маслянистый запах нагретой смазки от поезда, - неужели не успеет? С тоской он смотрел как с другой стороны замедляется электропоезд - через считанные мгновения он встретится с товарником, и все кончено!

"Пан или пропал!" - промелькнуло в голове, и Вадим в последнюю секунду пролетел под самым носом "грузового" локомотива и оказался зажат между двумя поездами. По ушам больно ударило волной грохота, захотелось притормозить и закрыть уши, но тогда-то все полетит насморку, и приходилось терпеть. Вадим бежал по ходу электрички, опасливо косясь на стучащий молотом "товарняк". "Только бы не затянуло" - испуганно било сердце. Страх этот, конечно, глупый - скорость поездов слишком мала сейчас у станции для такого печального исхода, но в кошмарах почему-то всегда так и происходило: Вадим стоит у платформы и проходящий мимо товарняк утягивает его за собой под стук колес, - и на этом месте он неизбежно просыпается.

Один вагон, второй, третий - электричка хоть и замедляется, но обгоняет Вадима, и он из последних сил делает еще одно усилие, и еще ускоряется. Легкие горят, пот застилает глаза, и может поэтому он не замечает, как электрическая дуга вдруг проскакивает между пантографом электрички и проводами над товарником, и в следующую секунду Вадим словно впечатывается в мягкую пушистую стену, перед глазами все идет разноцветными кругами, тело проваливается в зябкую мглу, и он летит в искристую трубу.

Смотритель Тормс терпеть не мог высоких гостей. Станция, которую ему вверила Служба сообщений Системы маленькая, тихая. Здесь все выверено и выстроено годами, если не десятилетиями. Торговцы, ученые, путешественники и простые работяги - все они каждый день сотнями прилетают и улетают, и даже десятая часть их не требует столько внимания сколько всего одна единственная гостья, со своей свитой, которую без ее особого статуса в повседневной сутолоке и не заметишь, если не присматриваться.

- Этар Тормс, вы просили напомнить, - зазвучал в голове голос виртпомощника, - Мтара Лиона прибудет через десять минут.

- Чтоб ее подкинуло и стукнуло! - пробурчал Тормс оправляя перед зеркалом парадный мундир, шрам на правой щеке покраснел от раздражения.

- Задача невыполнима, этар Тормс! - мгновенно отозвался вирт-помощник, - отключение и резкое включение гравиустановок вызовет многочисленные травмы у пятидесяти пяти целых и восьми десятых процентов живых существ на станции.

Смотритель прикусил губу и ничего не ответил: вирт-помощника ему выделили самого дешевого и тупого, куцые электронные мозги которого не в состоянии отличать пустое бурчание от приказа.

- Вы настаиваете на выполнении приказа? - после секундной паузы спросил помощник, - если да, то я вынужден запротоколировать ваши действия как нарушение устава транспортного сообщения Системы и заблокировать ваш доступ к управлению станцией.

- Неет! - спохватился Тормс и легким касанием руки к виску перегрузил вирт-помощника (этому фокусу подучил его знакомый хакер, который и дописал кое-какие полезные функции помощнику, например, на случай, если придется сбросить "случайно" лог-файлы разговоров). Помощник располагался в миниатюрной клипсе, которая крепилась на кожу ближе к уху. Она с легкостью снималась и надевалась, но без воли носителя отцепить ее можно было разве только взорвав голову.

Теперь несколько минут можно перевести дух без посторонних ушей. Впрочем, еще есть станционный искин, но его-то как раз начальник и не опасался: то ли он был еще тупее вирт-помощника, то ли наоборот слишком умный, но глупыми угрозами Тормсу не досаждал (впрочем, иногда смотрителя станции бросало в пот от мысли, что искин просто "стучит" на него "втихую" - может поэтому он и застрял в этой дыре уже пятый год, и, возможно, останется тут на всю жизнь.

Обдумывая эту страшную перспективу Тормс чуть не опоздал на встречу высокой гостьи, и когда добрался к посадочной платформе, ее корабль уже пристыковался. К счастью, самой мтары Лионы пока нигде не наблюдалось. Начальник охраны с непроницаемо важным лицом и представитель Торгового Ряда станции - с кислым, только и ожидали начальника, чтобы занять место по правую и левую руку от него.

"Стерва - заставляет ждать. Показывает мне мое место" - с досадой подумал Тормс, который не терпел задерживаться в стыковочной зоне больше пяти минут: тут всегда так тесно и шумно, и так много всякого отребья. С неудовольствием Тормс подметил сколько народу толпится рядом с вип-зоной поглазеть на настоящую матрону, представительницу высшего клана Системы.

- Неужели нельзя было разогнать эту шушеру? - с раздражением процедил он начальнику охраны.

Но ответить тот не успел, створки шлюза плавно разошлись, из стыковочного коридора бесшумно выскользнуло двое телохранителей в белой броне и застыли по бокам от шлюза. На груди у них красовались семь алых треугольников в синем круге - символ клана Семи.

Мтара Лиона следовала за рослым солдатом, напоминавшим глыбу своими размерами. Замыкали шествие еще с десяток мордоворотов с бластерами наперевес. Остановившись в десятке шагов от встречающей делегации солдат сдвинулся в сторону, и начальника станции одарила улыбкой сама блистательная мтара Лиона, пятая дочь Прародителя клана Семи. Высокая, с миловидно вздернутым носиком, и черной родинкой на правой щеке, она поразила Тормса своим сходством с его первой любовью, ее бабкой, некогда вскружившей голову юному кадету летного училища.

- А-а, смотритель Сторм, - пропела гостья, - вы очень любезны.

"Точно стерва, даже фамилию исковеркала, зараза" - вздохнул про себя мужчина, но вслух ограничился дежурным приветствием, словно и не заметил ошибку. Он предложил матроне свою руку, но она возмущенно посмотрела на него как на придурка, отчего Тормс покраснел и скис.

- Не стоит, начальник, - процедила мтара, - я не привыкла пачкать руки перед обедом.