Читаем Полное собрание сочинений. Том 7. Произведения 1856–1869 гг. О насилии онлайн бесплатно
Полное собрание сочинений. Том 7. Произведения 1856–1869 гг. О насилии
Серия: Весь Толстой в один клик
Проза / Русская классическая прозаГосударственное издательство «Художественная литература»
Москва – 1936
Электронное издание осуществлено в рамках краудсорсингового проекта «Весь Толстой в один клик»
Организаторы:
Государственный музей Л.Н. Толстого
Подготовлено на основе электронной копии 7-го тома Полного собрания сочинений Л.Н. Толстого, предоставленной Российской государственной библиотекой
Электронное издание 90-томного собрания сочинений Л.Н. Толстого доступно на портале www.tolstoy.ru
Предисловие и редакционные пояснения к 7-му тому Полного собрания сочинений Л.Н. Толстого включены в настоящее издание
–
Настоящее издание представляет собой электронную версию 90-томного собрания сочинений Льва Николаевича Толстого, вышедшего в свет в 1928—1958 гг. Это уникальное академическое издание, самое полное собрание наследия Л.Н.Толстого, давно стало библиографической редкостью. В 2006 году музей-усадьба «Ясная Поляна» в сотрудничестве с Российской государственной библиотекой и при поддержке фонда Э. Меллона и
В издании сохраняется орфография и пунктуация печатной версии 90-томного собрания сочинений Л.Н. Толстого.
Л. Н. ТОЛСТОЙ
1862 г.
Во всѣ времена, на всѣхъ мѣстностяхъ земнаго шара, между людьми повторяется одинъ и тотъ-же непостижимой фактъ: власть, законъ, сила, людская же сила, заставляетъ людей жить противно своимъ желаніямъ и потребностямъ. Что такое, эта непонятная сила, которой люди подчиняются, какъ силѣ тяготѣнья, не спрашивая себя: какой ея источникъ, гдѣ ея начало и есть-ли конецъ этой странной силѣ? Этотъ-то вопросъ я задаю себѣ и попытаюсь на него отвѣтить. На вопросъ этотъ можно отвѣчать двояко: отвлеченно, разсматривая понятіе силы и выводя источникъ ея изъ природы человѣка, и исторически, разсматривая проявленіе, развитіе или упадокъ, движение этой силы въ извѣстномъ обществѣ. – Что такое понятіе (силы) насилія?
Что есть единомысліе или согласіе многихъ лицъ въ извѣстномъ[4] обстоятельствѣ? Одинаковый образъ воззрѣнія на одно и тоже обстоятельство – общая мысль. Одинаковый образъ воззрѣнія или общая мысль есть образъ воззрѣнія или мысль, относительно справедливая для извѣстнаго[5] большинства. Слѣдовательно насиліе можетъ быть произведено только относительно справедливымъ большинствомъ. Но понятіе терпѣнія насилія заключаетъ въ себѣ понятіе терпѣнія поступка относительно несправедливаго для меньшинства или для однаго лица. Слѣдовательно насиліе есть совершеніе большинствомъ надъ меньшинствомъ поступка относительно справедливаго для большинства и относительно несправедливаго для меньшинства.
Почему при каждомъ насиліи въ каждомъ обществѣ есть двѣ справедливости: справедливость меньшинства и справедливость большинства? И какія общія свойства имѣютъ во всѣхъ обществахъ та и другая справедливость?
Для того чтобы отвѣтить на эти вопросы, необходимо принять за аксіомы два[6] положенія, которыя доказываются, но которыхъ доказательство привело бы меня къ слишкомъ длинному отступлению. —
1) Есть понятіе справедливости отвлеченной, общее всѣмъ людямъ и во всѣ времена, – идея справедливости, заключающая в себѣ идею равенства и свободы. —
[7]Вслѣдствіе столкновеній людей, нарушающихъ взаимно абсолютныя равенство и свободу, есть другая идея относительной справедливости, относительнаго равенства и свободы.
<Въ природѣ человѣка лежитъ идея абс[олютной] справедливости и потребность приводить отн[осительную] спр[аведливость] къ абсол[ютной].>
2) Человѣческая природа имѣетъ свойство отъ[8] болѣе частной идеи переходить къ высшей, но никогда на оборотъ. —
<3) Въ ходѣ исторіи человѣчества идея относительной справедливости, постоянно измѣняясь, приближается къ идеѣ абсолютной справедливости.>
4) Идея передается насиліемъ и словомъ.
Принявъ эти положенія, отвѣтъ на вопросъ, почему есть всегда справедливость большинства и справедливость меньшинства, – отвѣтъ становится ясенъ. – Почему насилованное меньшинство или одно лицо считаетъ несправедливой идею справедливости большинства?[9] Всѣ люди <на нижайшей степени развитiя> должны были быть согласны между собой, имѣя одни и тѣ-же потребности. Ежели же явились несогласныя съ другими лица, то только вслѣдствіи того, что[10] справедливость большинства для нихъ есть несправедливость, т. е. у нихъ есть другая справедливость, высшая. Какъ скоро они не раздѣлили идею справедливости большинства, большинство это употребило противъ нихъ насиліе. Но идея насилія противуположна идеѣ общей справедливости – свободы и равенства; вслѣдствіе чего насилованное меньшинство не могло понять идеи относительной справедливости большинства и нашло ее несправедливой. Т. е. составило себѣ другую идею справедливости, болѣе общую, болѣе близкую абсолютной справедливости и потому исключающую первую. Но идея имѣетъ свойство не быть уничтоженной ничѣмъ, кромѣ болѣе общей, заключающей ее идеи. Поэтому болѣе общая идея меньшинства осталась, и лица большинства стали раздѣлять ее, и наконецъ новая идея стала идеей большинства, употребила насиліе и стала менѣе справедлива, а старая идея – идеей меньшинства и въ свою очередь подверглась насилію и породила новую болѣе общую идею, и т. д., и т. д.
[11]Итакъ насиліе является только вслѣдствіе общей идеи, а болѣе общая идея только вслѣдствіе насилія. – Только такимъ путемъ развивается болѣе и болѣе общая идея справедливости во всемъ человѣчествѣ и до безконечности приближается къ недостижимой вѣчной идеѣ справедливости. —
Насиліе всегда остается, но въ области болѣе общей идеи оно всегда менѣе, чѣмъ въ области болѣе частной идеи; ибо самая общая идея справедливости включаетъ въ себѣ идеи общей свободы и равенства и отсутствія насилія, а самая частная идея справедливости заключаетъ въ себѣ только идеи частной свободы и равенства и права насилія.[12] —
Достиженіе общей идеи справедливости, и совершенно[е] уничтоженіе насилія, слѣдовательно, возможно бы было тогда, когда бы все человѣчество въ одно время имѣло одну и ту же идею. Самое далекое состояніе человѣчества отъ общей идеи справедливости и самое полное насилій было бы то, когда каждое лицо имѣло бы свою особую частную идею справедливости. <Очевидно, что въ первомъ случаѣ жизнь человѣчества прекратилась бы отъ отсутствія потребностей жизни, во второмъ случаѣ – отъ безчисленности противуположныхъ потребностей. Въ первомъ случаѣ уничтожается цѣль дѣятельности, во второмъ одна дѣятельность исключаетъ другую. —> Вѣчное движеніе отъ низшихъ областей идеи справедливости къ высшей есть вѣчная задача человѣчества. Чѣмъ ближе къ <первому и> общему, тѣмъ оно стоитъ выше (дальше на пути развитія, дальше потому, что не можетъ возвратиться назадъ), чѣмъ ближе къ второму случаю, тѣмъ ниже. <Задача его есть уничтоженіе насилія посредствомъ насилія.>
[13]Слѣдовательно, отвѣчая на вопросы, которые я себѣ задалъ сначала, говорю. Сила, которой подчиняются люди противъ своей воли и которую называютъ деспотизмъ, насиліе, есть относительно менѣе справедливая идея, хотящая подчинить себѣ болѣе справедливую идею. —
Причина этой силы есть разномысліе людей, конецъ ея есть единомысліе. —
Что такое есть разногласіе и[14] согласіе?[15] – Отъ чего то и другое происходить? И чѣмъ достигается единомысліе?[16]
1)
2)
[17]Что приводитъ къ единомыслію? – Мысль. – Какъ она передается?
1) Одни и тѣже условія жизни (народности, государства).
2) Близость, удобство сообщеній.
3) Совпадете интересовъ въ одномъ обстоятельствѣ.
4) Удобство передачи мысли, заключающее въ себѣ самое удобство передачи (книгопечатаніе) и удобство восприниманія (образованіе). —
<Послѣднее включаетъ въ себѣ всѣ другія условія; ибо ежели бы мысль передавалась мгновенно, то не было бы различныхъ государствъ не было бы>
По степени общности мысли человѣчества, существуютъ орудія ея передачи. 1) Война, религія, торговля и наконецъ[18] книгопечатаніе.[19] —
Власть и мысль. Но власть, или насиліе, владѣла мыслью, употребляла ее – имѣла свои орудія: 1) народность, 2) войну, торговлю. Мысль имѣла свои орудія. Проповѣдь, выборъ, книгу. Чѣмъ общее, тѣмъ слабѣе орудія власти, тѣмъ сильнѣе орудія мысли.
Теперь время сознанiя этой силы. —
Рукопись, автограф Толстого, заключает в себе два полных листа писчей бумаги in-folio, всего 8 страниц, из них последняя не исписана. Бумага фабрики Рейнера, довольно плотная. Почерк крупный и четкий, особенно в начале рукописи; но с 3 страницы он становится более беглым и неровным, а последние две страницы по всем признакам набросаны торопливо, в виде конспекта, долженствовавшего только закрепить мысль автора и подлежавшего дальнейшей обработке; поэтому изложение этой части лишено связности и стилистической отделки. Рукопись вложена в обложку, состоящую из листа писчей бумаги фабрики Никифорова-Новикова; на 1 странице обложки, вверху, подпись: «Гр. Л. Н. Толстой» в середине рукой С. А. Толстой написано: «Ясная Поляна. 1 Статья».
За отсутствием каких-либо прямых указаний, рукопись можно датировать лишь приблизительно, исходя из внешних признаков: качества бумаги и характера почерка. Рукопись написана на бумаге фабрики Рейнера, которую употребил Толстой в конце 1850-ых и в начале 1860-ых гг.: на ней написано несколько отрывков «Казаков» и значительная часть «Семейного счастья» (1858—1862 гг.); позднее бумага этой фабрики уже не встречается в обиходе Толстого. Что касается почерка, которым написана рукопись, то он по своему общему характеру более приближается к почерку раннего периода творчества Толстого (1850-ых гг.), так как в нем еще совсем нет той связности и округленности в начертании букв, которые составляют характерную особенность почерка Толстого в более поздний период и которые постепенно устанавливаются только во второй половине 1860-ых гг.
Рукопись хранится в архиве Толстого в Всесоюзной библиотеке им. В. И. Ленина.
Отрывок печатается впервые.
В настоящий том входят произведения 1856—1869 гг.
Кроме рассказа «Поликушка», печатаемого по тексту «Русского вестника», в этот том включены варианты к этому рассказу, извлеченные из черновых рукописей Толстого, а также шесть произведений, опубликованных после его смерти: «Тихон и Маланья», «Идиллия», «Сон», «Оазис», «Зараженное семейство» и «Комедия в 3-х действиях».
Впервые печатаются следующие наброски и рассказы художественного содержания в большинстве Толстым не озаглавленные. «Отрывки рассказов из деревенской жизни», «Рождественская елка», «Анекдот о застенчивом молодом человеке», «Степан Семенович», «Убийца жены» и четыре драматических отрывка: «Дворянское семейство», «Практический человек», «Дядюшкино благословение» и «Свободная любовь».
Группу отрывков философского содержания, впервые публикуемых, составляют: «О характере мышления в молодости и старости», «О насилии», «О религии» и «Философский отрывок».
В число впервые печатаемых отрывков публицистического содержания входят: «Заметка о Тульской полиции» и «О браке и призвании женщины».
В текстологических работах настоящего тома деятельное участие принимала А. И. Толстая-Попова.
