Читаем Ничтожество (СИ) онлайн бесплатно

Известно ли вам такое понятие как домашнее насилие? Конечно же, известно. Безусловно, каждый человек, начиная от подросткового возраста, вплоть до самой смерти может дать краткое понятие этому термину. Всем нам известно, что насилие это в первую очередь вред живому существу. Но что, же на самом деле представляет собой домашнее насилие? Домашнее насилие, также семейно-бытовое насилие — насилие или дурное обращение одного человека по отношению к другому, совершаемое в домашних условиях. Именно такое понятие дают нам ученые в современное время. Но было ли такое понятие в прошлом, было ли домашнее насилие нормой, боролись ли с этой проблемой и правдива ли поговорка, «бьет — значит любит»?

В современном обществе проблема насилия, в том числе и бытового, является обыденной темой для обсуждения. Многие люди, предлагают множество способов справится с этой проблемой, но есть и те, кто и вовсе не считает насилие чем-то ужасным.

На данный момент люди выделяют пять видов домашнего насилия: физическое, сексуальное, психологическое и экономическое и эмоциональное.

Многим из нас непонятна проблема насилия лично, ведь не все из нас сталкивались с этим в жизни. Изначально моя работа подразумевалась как научная справка или исследовательская работа, но мне вспомнилась одна история из давно забытого прошлого. Дабы лучше понять тему домашнего насилия, я попытаюсь как можно внятнее объяснить, что же оно из себя представляет.

Эта история случилась достаточно давно, в то время, когда я был еще зеленым юнцом. К сожалению, мне не удастся назвать вам точную дату, имена или местоположение, описанное в моей истории, но я надеюсь, что дорогой читатель простит меня за мои ошибки и маленькие тайны.

Когда мне только исполнилось двадцать три года, мне наконец-то удалось найти стоящую работу. Мой старый друг Артем Парфенов помог мне с этой задачей, благодаря нему я устроился в компанию, которая только-только набирала обороты и начинала расти. Сначала меня приняли лишь на испытательный срок, работая в поте лица, я все же добился постоянного места. Компания не была огромной, но по прогнозам давала большие надежды. Я проработал в ней около пяти лет и до сих пор не жалею о времени, потраченном мною там. Уже в возрасте двадцати шести лет мне удалось стать главным помощником одного из управляющих директоров, мой начальник, Осип Григорьевич — был добрейший души человек.

У него был приятный и теплый характер, прекрасное чувство юмора и вполне обычная внешность. Парой он казался мне легкомысленным, создавалось ощущение, что он вечно отлынивает от своих обязанностей, но проработав с ним некоторое время, я понял, что на самом деле он очень собранный и серьезный человек.

Однажды, на одном из скучных офисных совещаний, так называемый совет директоров, принял решение об открытии нового филиала в другом городе. Решение приняли достаточно быстро, и естественно, как и полагается закону жанра или как я его называю закону подлости, почти все работу повесили на нас. Множество людей из нашего отдела были вынуждены, отправится в долгосрочную командировку.

Я был вполне готов к новой работе и более-менее полон энтузиазма. Морально я уже приготовился к сверхурочным. Ведь как говориться где новое дело, там и новый труд.

Собрав все необходимое, мы выдвинулись к месту назначения, по пути нам сообщили, что места на съемной квартире на всех не хватит и Осип Григорьевич заявил, что мы и еще один мой коллега поселимся у его родственника и влиятельного человека, который также помогает с открытием филиала.

Признаться, честно мне не особо нравится гостить у посторонних людей, новые знакомства и связи волновали меня, пусть и были в некоторой степени полезны.

Коллега, который должен был жить с нами, был моим хорошим другом. Звали его Виталий Лесницкий, работу в компании я начал за год до того, как он устроился, мы почти сразу нашли общий язык, да и работали в основном вместе. Уже спустя год нашего с ним знакомства, мы спокойно гостили друг у друга, вместе выпивали и разводили дружеские беседы на разные темы. Он был одним из немногих по отношению к кому я не был предвзят, пусть я и не любил новые знакомства, но общение с ним поднимало мне настроение.

Дорога до города заняла у нас почти три дня, он находился ужасно далеко. Нам очень повезло, что на дворе стояла весна, да и сам городок располагался на юге страны, хотя ветер там и был прохладный, снег уже почти растаял. Слякоти на дорогах почти не было и в воздухе весела влага.

На выходе с вокзала мне удалось застать прекрасную картину, уже давно пробившиеся молодые листочки деревьев и мелких декоративных кустиков сияли на солнце, на небе медленно плыло несколько облачкек, асфальт казался на удивление чистым, словно его как пол помыли вручную. Дороги были целые, почти без трещин, где-то и вовсе был уложен совсем новый, черный пласт асфальта. На улице было многолюдно, толпы людей суетились и спешили куда-то увлеченные своими делами, множество машин гудели на светофорах.

Было около трех часов дня, отойдя от здания вокзала, мы направились на парковку, где нас ждал маленький микроавтобус и черная машина. Я, Виталя и Осип Григорьевич сели в машину и отправились к так называемым родственникам моего шефа, а остальные мои коллеги усладились в автобус, который повез их на съемную квартиру.

Дорога выдалась долгая, я чертовски устал, на машине мы ехали больше часа, как сказал водитель, от вокзала ехать дальше всего, а Осип Григорьевич подметил, что лучше бы мы летели на самолете.

Приехав к месту назначения и выйдя из машины, я чуть не замер от удивления. Предо мной стоял огромный трехэтажный коттедж, который буквально сиял своей ослепительностью.

Посреди огромной территории, стояло не менее огромное здание. Оно было высоким и широким, да настолько, что мне так и не удалось разглядеть задний двор и сад расположенный неподалеку. Недалеко от будки охраны и высокого забора располагался огромный вольер, в котором метались три собаки и, не переставая, лаяли в нашу сторону. От всей этой непонятной картины у меня замер дух, да и большие собаки навивали на меня ужас. В их глазах так и читалась ярость, словно они были бы рады выбежать из этого огромного вольера и вцепиться одному из нас в ногу или куда-нибудь еще.

Виталя был удивлен не меньше моего, пусть он не показывал это так явно как я, но глаза его были раскрыты так широко, что казалось, вот-вот выпадут. В отличие от нас, наш шеф не был так удивлен этой картине, казалось, что для него это было обыденностью.

«Ну да, где он, а где мы» — подумал я, и продолжил осматривать все вокруг. Но не успело пройти и пяти минут как нас пригласили войти внутрь. Изнутри это место было похоже на дом какого-нибудь известного и богатого актера или певца. Нас встретил огромный холл, из которого вел коридорчик в две разные стороны, а наверх поднималась лестница. Внутри все было ни как снаружи, если на улице нам открывался роскошный, красивый и современный дизайн, то внутри царила атмосфера чего-то старого.

На стенах висели красивые портреты, а перила лестницы были украшены узорами готического стиля, ну или по крайней мере мне так казалось. На самом деле это место вызвало у меня странные ощущения, казалось, что у хозяина этого дому и вовсе не было вкуса в интерьере. Даже мне непросвещенному человеку в этой области являлось странным сочетание нескольких стилей в одном. «Может это сейчас мода такая» подумал я в момент, когда рассматривал весь оставшийся интерьер.

Сняв верхнюю одежду, мы прошли в середину холла. Откуда-то сверху раздался громкий и немного хриплый голос.

— Мы вас ждали. Я думал вы приедете чуть раньше. — Произнес высокий и статный мужчина, спускаясь по лестнице.

За ним же следовало еще три человека, двое молодых парней, один из которых был одет в серый классический костюм и молодая девушка с распущенными волосами.

— По пути мы застряли в пробке, да и путь с вокзала не близкий. В следующий раз будем лететь на самолете. А я вот думал, что ты меня у дверей встретишь, неужели не рад видеть родного брата? — отвечал Осип Григорьевич мужчине.

Спустившись в низ, мужчина плавно подошел к брату, и они крепко обнялись, после чего Осип Григорьевич повернулся и сказал:

— Позвольте вам представить, это мои подопечные, которые приехали со мной по работе. Виталий Лесницкий отличный кадр и трудолюбивый работник и мой не заменимый помощник Влад Костров, я рассказывал тебе о нем, когда мы созванивались.

Подойдя ближе, мы поприветствовали хозяина дома, пожав его руку по очередности.

— Что ж, тогда позвольте и мне кое-кого вам представить. — Сказал он и обернулся к людям позади себя. — Это мой третий сын, Александр — он указал на парнишку, стоявшего в середине, после чего парень подошел ближе и также пожал нам руки и обнялся с нашим шефом в знак приветствия — А это мой помощник, Владимир, по всем вопросам можете обращаться к нему. — И наконец, жемчужина нашей серой семейки, моя дочь, Ксения. — Указал он на девушку, что последовала примеру брата и поприветствовала нас со всем уважением.

Что же касается внешности этих четверых, то мне бы хотелось рассказать о каждом по порядку. Глава семейства, Игорь Николаевич, как я уже говорил, был высоким и статным мужчиной. У него были темные и немного посидевшие каштановые волосы, и карие глаза. На лице мелкими крупинками были видны веснушки, он был одет в голубю рубашку, серые брюки, а на шее аккуратно был завязан серый полосатый галстук. Отличительной чертой этого человека был огромный шрам на шее и холод, который царил при его присутствии. Он создавал образ серьезного и холодного человека, он вовсе не был прост и улыбчив как его брат Осип Григорьевич, и, судя по отчеству, отцы у них были разные.

Сын его, Александр, внешне был многим похож на отца. Я бы даже мог назвать его молодой версией Игоря. Такие же карие глаза и каштановые волосы, немного ярче выраженные веснушки на лице, почти такой же высокий рост. Но в отличие от худощавого отца парень казался крупнее и мускулистее, вот только от него не исходила такая, же серьезная аура. Он скорее казался более легкомысленным. После нашего приветствия, он больше не смотрел в нашу сторону и только и делал, что наблюдал за телефоном. А после нескольких минут разговора с отцом просто взял и ушел.

Сестра его, Ксения, в отличие от брата была очень воспитана и мила. У нее были светлые каштановые волосы, мягкие черты лица и белоснежная кожа, глаза ее были не как у отца и брата. Они были ярко-голубыми. Вплоть до самой шеи ее лицо было усыпано веснушками, что просто непросто не делало ее великолепной красоткой. Не подумайте, что я так пытаюсь ее оскорбить. Ксения была миловидной и красивой девушкой, она сразу же понравилась мне. Как сейчас говорят, «Полностью в моем вкусе». Под левым глазом у нее была маленькая родинка, что делало ее еще более выделяющейся. Казалось бы, как родинка может выделить человека, они же у всех есть. Но Ксения выделялась.

После нашего скромного знакомства мы сразу же направились на второй этаж, где нам показали расположение наших новых комнат. Комната Виталика располагалась почти возле лестницы, а моя в самом конце длинного коридора. Комната Осипа Григорьевича была на третьем этаже недалеко от комнат самих хозяев. Также на третьем этаже располагался кабинет главы семьи и мини-библиотека.

Моя комната выглядела вполне обычно, ну если можно, так сказать. Поскольку она являлась гостевой, то кровать была двуспальная и большая, сама же комната была просто огромной. Впрочем, как я понял, все большое было особенностью этого дома. Посреди комнаты было два больших окна, занавешенные огромными, синими шторами, рядом с первым окном располагался чайный столик и два миниатюрненьких кресла. В комнате также стояли два шкафа, книжная полка, письменный стол и небольшой деревянный комод. Сама комната была в серых и голубых оттенках, был натянут белый натяжной потолок.

В комнате Витали все было немного по другому. Его комната была в красно-коричневых оттенках. На окнах висели плотные бардовые шторы с золотыми швами. Большая двуспальная кровать была заправлена в красно-коричневые одеяло. В отличие от моей комнаты, комната Витали была значительно меньше, и если моя казалась очень пустой, то его выглядела более уютной. В ней точно также стоял столик и кресла, была книжная полка, большой шкаф и письменный стол. На стенах, как и у меня, висело несколько красивых пейзажей.

Разложив свои вещи, я направился в комнату Витали, тот все еще раскладывал документы на столе. Уже завтра утром мы отправимся на место, где нас ожидает куча разных отчетов и еще множество бумажной волокиты.

Не успели мы еще разобрать все по места, как настало время ужина и одна из служанок. Спустившись вниз к столовой, я заметил, что не главы дома не его дочери там не было. За столом сидели лишь мой начальник и Александр.

Сев по местам мы все принялись трапезничать, еда была вкусной и простой, ужин проходи спокойно. Вчетвером мы быстро нашли общий язык, у меня сложилось крайне положительное впечатление о сыне Игоря Николаевича. Он был энергичным и юмористичным парнем, которого в той же мере что и меня интересовали дела компании и возня в документах.

Я с давних пор жил один и уже давно съехал от родителей, поэтому такие вечерние беседы за едой уже давно не входили в мою жизнь. Впрочем, ранее я тоже никогда не собирался за ужином у стола и предпочитал, есть в одиночестве.

Мы болтали о делах компании и о том, как трудно бывает работать с новичками в своем деле. Осип Григорьевич сидел с нами недолго и вскоре пошел отдыхать. На первый взгляд Александр был неплохим парнем и даже очень приятным, но что-то в нем все равно меня отталкивало.

— А как же Ксения? Она уже поужинала? — спросил я, глядя в глаза Саши.

— Она сегодня слишком устала и решила не спускаться на ужин. — ответил мне он и как-то изменился в лице.

— Сколько ей лет? 17?18?

— В прошлом месяце ей исполнилось 17. — с хладнокровием отвечал он.

Мне стало ясно, что эта тема вовсе не нравится нашему собеседнику, это же подметил Виталя. Почти сразу мы перевили тему нашего разговора, а спустя несколько минут и вовсе покончили с трапезой.

Я не любил находиться в гостях и в принципе заводить новые отношения, признаюсь честно, меня часто отталкивало от людей.

Чувствуя себя обязанным, я помок служанке помыть посуду и убрать за собой со стола. Во время уборки мы с ней мило разговаривали и шутили.

— У этого дома занятные хозяева. — с восклицанием промолвил я.

— Да, это так. Они очень влиятельные и выдающиеся люди. Если бы не их странности, я бы сказала идеальное начальство.

— Какие странности? — я был крайне удивлен ее словами.

Она медленно вздохнула и остановилась на месте. Посмотрев на меня крайне грустным взглядом, она ответила: