Читаем Невеста графа онлайн бесплатно

4 ноября, восемь часов вечера

В первый раз за всю их совместную жизнь Харви приехал в ресторан раньше жены и занял их любимый столик в углу зала. Диана оставила шаль у жизнерадостной гардеробщицы, улыбнулась милой беременной женщине, сидевшей в мягком кресле у входа, и устремилась к столику, где ожидал ее Харви. На столе в изящной вазе уже стояли двадцать восемь алых роз в честь ее двадцать восьмого дня рождения, а рядом лежала красиво упакованная коробочка.

— Я опоздала? — спросила Диана.

Харви встал, и она подставила щеку для поцелуя.

— Нет, это я пришел раньше времени. — Как истинный джентльмен, он подождал, когда его дама устроится, и только тогда сам сел напротив.

— Неужели никаких срочных вызовов? — улыбнулась Диана, радуясь, что они наконец-то вдвоем.

Все же Харви приложил усилие и не заставил себя ждать в ее день рождения. Он так часто в последнее время вскакивал и исчезал посреди ужина, или похода в театр, или даже секса. Так часто казался таким далеким, чужим, погруженным в собственные мысли. Иногда случалось, что он оставался ночевать в комнате для гостей, боясь нарушить ее сон, когда возвращался под утро.

Видимо, это была цена, которую должна платить жена такого талантливого кардиохирурга.

— Не сегодня, — ответил Харви. — Эд Джонсон меня прикроет. — Он вытащил из ведерка охлажденное шампанское, наполнил их бокалы и произнес тост: — С днем рождения, Диана!

— Спасибо, милый.

Шампанское было восхитительным. А ведь не так давно они могли позволить себе лишь самое дешевое красное вино и домашние спагетти. Сейчас на столе красными были только розы, и никто не посмел бы назвать их дешевыми.

Диана приподнялась и наклонилась к букету, чтобы вдохнуть сладкий аромат.

— Это для меня, да? — соблазнительно улыбнулась она, взглянув на мужа.

— И не только это. — Харви пододвинул к ней аккуратно завернутую коробочку. — Открой, прежде чем сделаешь заказ. Думаю, тебе понравится.

Как может не понравиться браслет из платины, бриллиантов и сапфиров! Не найдя подходящих слов от восторга, Диана поворачивала руку и так и сяк, чтобы посмотреть, как переливаются на свету драгоценные камни.

— Такой красивой вещи я еще в жизни своей не видела, — пробормотала она, когда к ней вернулся дар речи. — О, Харви, ты перешел всякие границы в этом году. Теперь я должна подарить тебе что-нибудь достойное на твой день рождения.

— Глупости, — улыбнулся он и протянул ей меню. — Что закажешь?

— Я разрываюсь между бараниной и лобстером.

— Бери лобстера, — посоветовал он. — Это же твое любимое блюдо.

— Хорошо. И еще, наверное, салат для начала.

Харви подозвал официанта, который ждал неподалеку.

— Моя жена заказывает овощной салат и лобстера.

— А вы, сэр? — почтительно спросил официант. Харви медленно покрутил в руках бокал с шампанским и лишь спустя секунду сказал:

— Мне достаточно шампанского, спасибо.

— Ты не будешь есть? — удивленно уставилась на него Диана. — Почему, дорогой? Ты себя плохо чувствуешь?

— Никогда еще не чувствовал себя лучше, чем сейчас, — заверил ее Харви. Затем достал из кармана кредитку и протянул Диане. — Дело в том, что я ухожу.

Диана не могла понять, почему по ее спине пробежал холодок. Но вся радость от этого вечера в момент испарилась.

Старательно делая вид, будто не понимает, о чем речь, Диана спросила:

— Ты хочешь сказать, что возвращаешься в больницу? Но я думала, ты…

— Нет. Я ухожу от тебя.

— Уходишь от меня… куда?

— Я разрываю наш брак.

О боже! Оказывается, это такая оригинальная шутка.

Диана рассмеялась:

— Здорово, Харви! Я практически тебе поверила.

На его лице не было ни тени улыбки. Он только с сожалением смотрел на нее.

— Я не шучу. И прежде чем ты начнешь задавать вопросы, я хочу кое-что тебе сказать. Я встретил…

— Другую женщину? — она издалека услышала свой голос.

— Ну, ясно, что не другого мужчину!

— Понимаю. — Очень аккуратно, чтобы не пролить ни капли, Диана поставила бокал с шампанским на стол. — Эта женщина… и как долго ты с ней…

— Уже некоторое время.

Когда Диане было шесть лет, она упала в бассейн и, если бы не ее отец, наверняка бы утонула. Но она до сих пор помнила то чувство, когда понимаешь, что тебе не хватает воздуха и страх парализует все тело. Двадцать два года спустя ее охватило то же чувство.

Она была готова ухватиться за любой шанс и поэтому пробормотала:

— Но у вас это не может затянуться надолго. Тебе вскоре надоест эта связь… А я не буду на тебя обижаться, все забудется… Я обещаю! Мы соберем наш брак по кусочкам и начнем все заново.

Так обычно поступают женатые люди, когда сталкиваются… с трудностями.

Харви взял ее за руки и слегка встряхнул.

— Послушай меня, Диана. Это не простое увлечение. Рита и я безумно влюблены друг в друга. Я связываю с ней свое будущее.

— Нет! — Диана напряглась, стараясь высвободить руки. Тон мужа, которым он обычно объявлял своим пациентам диагноз, сводил ее с ума. — Ты любишь меня! Ты говорил это сотни раз.

— Но не в последнее время.

— Мне плевать! — Она больше не могла контролировать свои эмоции. — Я не позволю тебе разрушить то, что мы так долго создавали! Я заслуживаю лучшего… мы оба заслуживаем.

Харви отпустил ее руки и резко выпрямился, словно желая отдалиться от нее как можно дальше.

— Прекрати, не закатывай истерику, — шикнул он.

Она замолчала, еле сдерживая рыдания, подступившие к горлу.

— Тогда к чему все это? Шампанское, розы?

— Сегодня твой день рождения, — пожал плечами Харви. — Ты же знаешь, что я очень тепло отношусь к тебе. Мне хотелось подарить тебе что-нибудь значимое, чтобы это событие запомнилось.

— И именно в этот день заявить, что наш брак не удался, конечно, тоже входило в твои планы!

Харви покачал головой.

— Перестань, Диана. Не могу поверить, что ты так сильно удивлена. В последнее время наши отношения были не те, что прежде. Что-то угасло между нами.

— Нет. Я чувствовала перемену только в тебе. Но я думала, что это из-за напряженной работы в больнице. — Диана взглянула на розы, на браслет, на обручальное кольцо и, наконец, на мужчину, с которым прожила восемь лет. Она снова рассмеялась, если этот жалкий писк, сорвавшийся с ее губ, вообще можно назвать смехом. — Не зря обычно говорят, что жена все узнает последней.

— Я вижу, ты шокирована. Но в конце концов ты поймешь, что так будет справедливо. Лучше прямо сейчас разойтись по-человечески, чем потом ненавидеть друг друга.

— Это лучше для тебя.

— Для тебя тоже. — Харви осушил бокал и встал. И снова, как настоящий джентльмен, каковым всегда себя считал, он наклонился и поцеловал Диану в щеку. — Приятного аппетита, дорогая. Ужин за мой счет.

И направился к тому месту, где сидела беременная женщина. Она встала ему навстречу, он обнял ее, нежно поцеловал в губы, и они вышли из ресторана. Он вел ее так аккуратно, будто она была сделана из стекла и могла в любую минуту разбиться.

Беременна…

Муж оставил ее ради женщины, которая ждала ребенка. Ребенка, которого он отказался дать ей, Диане.

В этот момент Диане показалось, что внутри нее что-то умерло.

12 июня, четыре часа дня

Позади остался Экс-ан-Прованс, откуда Диана на старой арендованной машине отправилась в Бельвю-сюр-Лак.

Экс-ан-Прованс — потрясающий по красоте город с богатой историей и культурой. Именно там двадцать девять лет назад семнадцатилетняя француженка оставила американской супружеской паре своего незаконнорожденного ребенка.

В этом городе родилась Диана. В этом городе ее зачали.

Все имена, даты и события были так четко запечатлены в ее памяти, что она с легкостью могла воспроизвести то письмо, которое нашла в столе отца после его смерти.

Сначала проблемы с мужем встали для Дианы во главу угла. Миллионы раз она спрашивала себя, где ошиблась. Пыталась понять, что ей нужно было сделать, чтобы не дать ему уйти. Но в конце концов она поняла, что сохранить семью было не в ее силах. Харви разлюбил ее и хотел начать новую жизнь с другой женщиной. Она осталась одна, а он — нет.

Однако семи месяцев вполне достаточно для страданий по мужчине, который доказал, что недостоин ее слез. И буквально неделю назад ее отчаяние исчезло, испарилось как дым. Незаметно для нее самой Диана стала вспоминать Харви не с чувством досады, а только с равнодушием. Она даже была ему благодарна. Впервые в ее жизни она была абсолютно свободна и могла не волноваться, что ее поступок может причинить ему неприятности.

Именно поэтому она ехала сейчас по югу Франции, наслаждаясь великолепными видами — озера, виноградники и поля с цветущей лавандой. Здесь, если ей повезет, она раз и навсегда скинет с себя статус скучной и покорной жены доктора Харви Ривза.

— Ты шутишь! — воскликнула Кэрол Бреннер — та единственная подруга, которая осталась с Дианой после ее разлуки с мужем, узнав о планах Дианы.

— Почему ты так думаешь? — спокойно спросила девушка.

— Потому что это безумие, вот почему! Ради бога, ну неужели тебе мало досталось в последние семь месяцев?

Диана пожала плечами.

— Не зря же говорят — что тебя не убивает, то делает тебя сильнее.

Кэрол, чтобы сделать акцент на своих словах, начала ударять в такт каждому слову указательным пальцем по столу:

— Что-то я не заметила, чтобы ты стала сильнее, подруга. Если говорить честно, выглядишь ты отвратительно.

— Да ладно тебе, — резко проговорила Диана. — Хватит ходить вокруг да около! Выкладывай напрямую, что ты обо мне думаешь.

— Извини, но это правда. Ты так похудела, что тебе скоро можно будет принимать гуманитарную помощь, как жительницы какой-нибудь захудалой страны третьего мира.

Диане было сложно поспорить с этим. Так как ей уже не требовалось больше готовить изысканные блюда для мужа, она порой вообще не утруждала себя готовкой. За день она могла съесть лишь кусочек сыра и какой-нибудь фрукт.

— Да ты в последнее время как корабль без якоря! Не знаешь, куда плыть, не имеешь понятия, какой на дворе день, сколько времени, — вдохновенно продолжала Кэрол. — И сейчас, видимо со скуки, ты объявляешь, что собираешься ехать в какую-то глушь, чтобы найти свою биологическую мать? — Она закатила глаза. — А потом ты скажешь, что уходишь в монастырь, да?

— Это не со скуки, — спокойно произнесла Диана. — Я хотела это сделать последние несколько лет.

— Извини, дорогая, просто я… растерянна. Будучи твоей самой близкой подругой столько лет, я и понятия не имела, что тебя удочерили.

— Я сама до восьми лет не догадывалась об этом. Но даже тогда я раскрыла это абсолютно случайно.

Кэрол была явно ошеломлена.

— Боже мой, кто решил скрывать это от тебя?

— Мама.

— Но почему? Что постыдного в усыновлении ребенка?

— Дело не в этом. Она боялась. Мое удочерение прошло тайно. И хотя отец проследил, чтобы все документы были в порядке, удочерение все равно было не совсем традиционным. Когда моя мама поняла, что это уже не секрет, в нашем доме все пошло наперекосяк.

— Почему? — затаив дыхание, спросила Кэрол.

Глубоко вздохнув, Диана попыталась восстановить события того времени по порядку, хотя теперь это было довольно сложно сделать…

Девочка примчалась из школы и сразу побежала к маме.

— Мамочка, — выпалила она, — что значит «удочерить»?

Диана и раньше знала, что ее мама была слаба здоровьем и при малейшем волнении кидалась к таблеткам, но в этот раз она сразу догадалась, что слово «удочерить» было запретной территорией. Мама выронила из рук чашку чая и схватилась за сердце.

— Матерь божья, Диана, — прошептала она, — почему ты это спрашиваешь?

Испугавшись, что произвела на маму такое впечатление, Диана начала поспешно объяснять:

— Сегодня Мерил Хэмптон разозлилась на меня, потому что я выиграла конкурс по орфографии, мы подрались, я назвала ее дурой, а она сказала, что меня удочерили. Я сказала ей, что это неправда, а она говорит, что правда, потому что это ей мама рассказала, а мама никогда не обманывает.

— Я всегда говорила, что нужно заклеить этой женщине рот клеем!

В этот самый момент в комнату зашел папа и радостно спросил у жены:

— О ком ты говоришь, любимая? И почему так воинственно?

— Мисс Хэмптон, — начала Диана, так как мама не могла подобрать нужных слов, — сказала Мерил, что меня удочерили. Но ведь это не так, да? Диана никогда не забудет тот взгляд, которым обменялись ее родители. И то, как папа посадил ее себе на колени и тихо произнес:

— Это правда, моя сладенькая.

— Ох! — Диана жутко расстроилась, так как думала, что это какая-то болезнь. — Я умру?

— Нет, конечно! Это просто значит, что…

— Дэвид, пожалуйста! — перебила его мама. — Мы решили, что никогда…

— Это ты решила, Бетти, — твердо ответил отец. — Если бы я все сделал по-своему, то наш ребенок узнал бы правду от нас, а не от посторонних. Но теперь уже поздно, мы ничего не исправим. Так что нужно рассказать все сейчас. — Он снова повернулся к Диане и, нежно поглаживая ее волосы, сказал: — Мы тебя удочерили, Диана. Но, несмотря на то что родила тебя другая женщина, нам очень повезло, что именно мы вырастили тебя. Ты понимаешь?

Пытаясь соединить все кусочки головоломки воедино, Диана спросила:

— Это значит, что у меня две мамочки?

— Да.

— Дэвид!

— Но ты наша дочь, единственная и самая любимая, — продолжал он, не обращая внимания на выкрик жены.

Все еще ничего не понимая, Диана нахмурилась.

— А кто моя вторая мама и почему она не живет с нами?

В этот момент мама — первая мама — закатила глаза к потолку и жалостно заныла.

— Никто не знает этого, — твердо сказал отец. — Она была слишком молода, чтобы растить тебя. Она знала, что мы будем для тебя замечательными родителями, и поэтому оставила тебя нам. Потом она вернулась к себе домой, а мы привезли тебя сюда.

— Теперь я понимаю, почему ты хочешь побольше узнать об этой женщине, — сказала Кэрол, выслушав историю Дианы. — Думаю, вполне логично интересоваться своими корнями, особенно когда вокруг них столько секретов. Единственное, что я никак не могу понять, почему ты так долго ждала?

— Все очень просто. Каждый раз, стоило мне только поднять эту тему, мама ложилась в постель минимум на несколько дней. «Неужели тебе нас мало? — плакала она. — Может, мы недостаточно сильно любим тебя? Разве мы не дали тебе хорошее образование? Неужели ты хочешь причинить нам такую боль?»

— Ого! — воскликнула Кэрол. — Я, конечно, знала об ее импульсивности, но это чистой воды шантаж!

— Она ничего не могла с собой поделать, — попыталась оправдать свою маму Диана. — Она была безумно не уверена в себе. Не знаю почему, но, сколько бы я ни уверяла ее, что она и папа — мои единственные родители, она всегда боялась потерять меня. С ее точки зрения, мое желание найти свою настоящую мать означает, что они не справились с ролью родителей. Поэтому я перестала задавать вопросы и мы продолжили притворяться, будто ничего и не произошло. Но я никогда не переставала надеяться найти ответы.