Читаем Неприкасаемые онлайн бесплатно

Книга является второй в серии «Безжалостные люди». Все книги в серии ПРО ОДНИХ ГЕРОЕВ. Так что ОБЯЗАТЕЛЬНО читать все книги по порядку, КРОМЕ 0.5!

Тропы: ирландская/итальянская мафия, брак по договоренности, от врагов до возлюбленных, герои с серой моралью, безбашенная героиня, она — глава мафии, месть, пытки, герой-собственник, их семьи правят Америкой

Перевод сделан: tg. Amour Illimité

Посвящается тем, кто не так вежлив в своих мыслях.

Я понимаю.

«Если бы только эти стены могли говорить… Мир знал бы, как трудно говорить правду в истории, в которой все лгут».

— Грегг Олсен

МЕЛОДИ

— Вы все встанете в ряд, как только мы вернемся с рекламного перерыва. Все, что вам нужно сделать, это крикнуть: «Доброе утро, Чикаго!». Вы все выглядите превосходно, — обратилась ко всем нам продюсер «Доброе утро, Чикаго», когда она и остальная съемочная группа разошлись по своим местам.

— Еще раз, чья это была чертова идея? — пробормотал Лиам прямо рядом со мной, положив руку мне на спину и двигаясь вниз.

— Лиам.

Он вздохнул, его рука остановилась на моей заднице, когда мы все стояли, ожидая, как одна большая счастливая семья посреди недавно восстановленного парка, на который мы потратили миллионы для «сообщества».

Чтобы отметить торжественное открытие, мы устроили большой пикник. Я поймала себя на том, что смотрю на толпу, по мере того как собиралось все больше и больше людей со своими дурацкими поясными сумками и грязными руками, которые тянулись за чем-нибудь бесплатным, чтобы засунуть себе в рот. Хуже всего были клоуны, которые ходили вокруг нас и раздавали шляпы с воздушными шарами.

— Не смей, — пробормотала я себе под нос, наблюдая, как урод приближается ко мне своими толстыми ногами. Он вытащил белый воздушный шарик и крутил его, пока он не превратился в подобие шляпы. Комично поклонившись, он протянул его мне.

— Корона, достойная королевы, — сказал он.

Лиам хихикнул рядом со мной, и я боролась с желанием огрызнуться на них обоих. Взяв ее, я улыбнулась и надела себе на голову.

— Спасибо, — ты тупой ублюдок.

— И мы выходим в эфир через десять… — продюсер указал на нас, возвращая нас в фокус.

Мы приблизились друг к другу, как будто все мы любили друг друга так сильно, что были склеены вместе. Обычно мы с Лиамом были в центре внимания, но не сегодня. Вместо этого Оливия и ее семья стояли в центре, в то время как нас оттеснили в сторону.

В конце концов, в центре был сенатор Коулмен, который баллотировался в президенты, и поскольку сегодня был день первичных выборов, хорошая реклама не повредит. Выборы — это всего лишь соревнование за популярность. Сколько вы жертвуете на благотворительность? Сколько вы получаете? Насколько сплочена ваша семья? Вы умеете бросать футбольный мяч? Вам нравятся «Битлз»? Это все, что имело для них значение — независимо от того, насколько сильно они притворялись, что заботятся о «проблемах». И все это могло быть подделано. Мы все были обманщиками, лгали людям, которые лгали самим себе.

Три.

Два.

Один.

— Доброе утро, Чикаго!

«Каждое безнаказанное убийство отнимает что-то от безопасности жизни каждого человека».

— Дэниел Уэбстер

ЛИАМ

Мне хотелось закрыть глаза. Мы провели весь чертов день в этом проклятом парке, и теперь нам предстояло провести вечер, улыбаясь перед другими камерами. Но это была даже не самая малая из моих проблем. Я не был уверен, что за этим последует, но я знал, что это будет явление из ада.

Я не хотел иметь с этим дело. Я не хотел тратить свои дни и ночи на то, чтобы раскрыть тайну матери Мел. Я не хотел, чтобы эта фотография, которую я держал в руках, была настоящей, потому что теперь мне пришлось бы рассказать своей жене, почему я скрывал от нее правду. Она искала ответы только для того, чтобы ничего не найти. Это была еще одна вещь, за которую я должен был извиниться; я попросил Деклана удалить все, что он нашел, чтобы она не смогла до этого добраться. Она думала, что работает с ним, но вместо этого он делал все возможное, чтобы скрыть от нее информацию.

Она убьёт меня, черт возьми. Я вздохнул.

В конце концов, она пришла к выводу, что Вэнс лгал ей. К сожалению, это было не так. Я ненавидел, когда лжецы начинали говорить правду; это плохо сказывалось на бизнесе. Мать Мел была жива, на самом деле очень даже жива. Мы обнаружили, что она жила на юге Франции прямо перед тем, как переехала в США.

— Итак, я должен сказать ей, — сказал я, ущипнув себя за переносицу. Вопрос был в том, как это сделать. Она убьёт мою жалкую задницу.

— Напомни ей, что я просто выполнял приказы. Я бы предпочел не умирать сегодня вечером, — сказал Деклан, нахмурившись, поправляя галстук для сегодняшнего гала-концерта.

— Даже это тебя не спасет, — в любом случае, я не позволяю ему находиться рядом с Мелоди наедине. Она могла работать с ним, и он бы ничего не предпринял, но мне нравилось угрожать ему всякий раз, когда он подходил слишком близко к моей жене. Единственными чувствами, которые он должен был испытывать к ней, были страх и уважение.

Мы оба молча стояли в комнате охраны. Это было затишье перед бурей, перерыв перед последней волной.

— Попроси Анну встретиться со мной на гала-концерте, — сказал я ему, выходя из комнаты и направляясь в кабинет.

Поправляя на ходу запонки, я не забывал кивать прислуге, проходя мимо. Правило тридцать три: уважай прислугу, они знают больше, чем ты думаешь.

Никто из них ничего не сказал, но это все равно было правилом, по которому нужно было жить. Войдя в гостиную, я увидел свою прекрасную жену, ее темные волосы были идеально уложены в волны, а карие глаза были прикованы к письму, которое она закончила писать, прежде чем передать его Феделю, который стоял в углу комнаты, почти как ее тень.

Остальные члены семьи сидели вокруг телевизора, как фигуры, ожидающие, когда их нарисуют. Единственными, кто выглядел неуместно, были родители Оливии и наш новый политтехнолог Мина Сон. Она и сенатор остались стоять, как будто боялись, что наша мебель съест их заживо, в то время как миссис Коулмен сидела рядом со своей дочерью и сжимала ее руку.

Почему они так беспокоились? Мы одержим уверенную победу.

Мелоди кивнула Феделю, грациозно поднялась со стула и подошла ко мне. Деклан, с причесанными темными волосами, в отглаженном черном костюме, вошел и направился к Коре. Он поцеловал ее в смуглую щеку, прежде чем опереться на подлокотник дивана рядом с ней.

Мои глаза сфокусировались на Мелоди и на том, как ее узкое платье облегало каждый дюйм ее тела. Ее оливковая кожа умоляла меня поцеловать ее, и я страстно желал медленно снять с нее платье… прежде чем она отрубит мне руки.

— Нельзя быть такой прекрасной.

— Спасибо, — сказала она. — Итак, что ты скрываешь от меня, Лиам? Ты уже несколько недель ведешь себя странно. Я поступила как жена и дала тебе время, но ты начинаешь меня бесить, — она закончила закреплять браслеты на своей руке.

— Как ты думаешь, что я скрываю, жена?

— Теперь ты убегаешь моего вопроса, — она нахмурилась, оглядывая меня. Затем она протянула руку и поправила мой галстук-бабочку. Она либо собиралась задушить меня им, либо просто была раздражена тем, как я завязал его… скорее всего, первое.

— Что бы ты ни думала о том, что я скрываю, ты ошибаешься.

— Но ты что-то скрываешь.

К счастью для меня, моя мать увеличила громкость на экране.

— Вот оно, Америка! Это официально. Сенатор Дэниел Коулмен — кандидат от республиканцев в этом году и наш претендент на пост будущего президента. Как главный фаворит, эта новость ни для кого не должна стать неожиданностью. Сегодня вечером он произнесет свою победную речь на Благотворительном гала-концерте, организованном Каллаханами. Его единственная дочь Оливия-Энн вышла замуж за Нила Каллахана пять лет назад. Сегодня они празднуют, а завтра займутся работой, если он хочет победить нынешнего президента Франклина Монро.

— Ваша работа действительно создана для вас, — сказала Мина, выключая телевизор, и повернулась к нам лицом.

— Что? Они все любят меня, — ответил сенатор Коулмен, ухмыляясь в телевизор со своего места. — Я одержал победу.

Я же тебе говорил.

Отец покачал головой, наливая себе стакан бренди.

— Это потому, что все остальные кандидаты были идиотами.

— Или недостаточно богаты, чтобы превзойти тебя в кампании, — добавил Деклан.

— Да, все это правда, — сказала Мина, обойдя диван и остановившись прямо за креслом Оливии. — Люди действительно любят вас, проблема здесь в ее королевском высочестве.

— Я ничего не сделала, — Оливия уставилась на нее.

Мелоди и я изо всех сил старались держаться подальше от этого. Чем меньше мы были вовлечены в выборы, тем меньше вероятность того, что люди будут подвергать сомнению любые оказанные нам услуги. К сожалению, Коулмены были кучкой политических идиотов, которые понятия не имели, как работает система. Я бы удивился, если бы они вообще знали, где находится этот чертов Белый дом. Именно по этой причине я лично нанял Мину Сон, американку корейского происхождения во втором поколении, с IQ почти таким же высоким, как у меня. Я боролся с ней за первое место в классе, когда учился в Дартмуте. Она была политическим животным, которое сделало бы все, чтобы победить. Она была невысокого роста, в очках с толстой оправой, с шелковистыми черными волосами, которые всегда были собраны в пучок. Я не мог уволить никого, кто знал, как выполнять свою работу. За последние шесть месяцев она чуть ли не продала свою душу, чтобы уничтожить любого кандидата, вставшего у нее на пути. Мелоди и я называли ее «наш маленький питбуль».

— В этом-то и проблема, — я вздохнул. У меня не было времени на эту глупость. — Люди думают, что ты холодная и бессердечная, с богатым мужем и могущественным папочкой. Ты им не нравишься и будешь продолжать не нравиться до тех пор, пока ты не перестанешь показывать им, кто ты есть на самом деле, и не начнешь быть тем, кем они хотят тебя видеть.

— Я бы и сама не смогла сказать лучше, — сказала Мина, поправляя очки. — Люди выбирают не просто президента, они выбирают первую семью. Им нравится твой отец, им нравится твоя мать, но ты паршивая овца, которую нужно перекрасить в белый цвет.

— Прекрасно, — сказала Мелоди, выступая вперед, — я разберусь с Оливией. Просто продолжай работать над всем остальными.

— Ты? — спросил Нил обеспокоенно, но с намеком на веселье.

— Да, я, — отрезала она, садясь. — Женщина, которую любит публика. Женщина, которая хлопает ресницами перед камерами, которая примеряет дурацкие короны из воздушных шаров от надоедливых клоунов и жертвует кучу денег стольким детям, что они хотят назвать гребаную школьную библиотеку в честь меня. Я знаю, как вести себя на публике. С другой стороны, твоей жене нужно дать несколько уроков. Ты должен быть рад, что я не сбросила ее с моста из жалости на голосовании.

— Ты бы не стала, — голубые глаза миссис Коулмен расширились, когда она быстро встала. Стоя рядом с ее дочерью, они выглядели жутко похожими, с той лишь разницей, что у миссис Коулмен была морщинистая кожа и седые светлые волосы до плеч.

— Она бы так и сделала, — ответила моя мать. Она ненавидела, когда мы ссорились. Но можно было бы подумать, что она уже привыкла к этому. Когда мы не ссорились?

— Ей бы это определено понравилось, — Коралина усмехнулась. Мелоди «исправила» Кору, как она любила говорить. Другими словами, Коралина теперь жила с нами на темной стороне Луны.

Миссис Коулмен встала.

— Мы все здесь семья…

— Нет, мы семья, — я указал на себя и своих ближайших родственников. — Вы — шахматная фигура, ступенька к нашим целям, миссис Коулмен. Жестоко, я знаю. Но это правда, и будет лучше, если вы услышите ее сейчас, чтобы у нас не было недоразумений в будущем. Вы не представляете для своего мужа никакой ценности, кроме развлечения. Я думал, мы ясно дали это понять, когда просили вас снова выйти замуж ради этой кампании. Это та сделка, которую вы заключили. Так что спасите свою жизнь и сядьте обратно, пока у вас не исчезли ноги, на которые можно было бы опереться. В мире полно хорошеньких блондинок, которые заменят вас.

Потрясенная, она снова села.

Добро пожаловать в нашу семью.

Может быть, теперь то, на что она подписалась, наконец-то поразило ее. Она хотела быть первой леди, чтобы стать лицом изменений в окружающей среде и образовании. Таков был уговор. Мелоди и я были руками, которые кормили ее, и если бы она укусила нас, мы бы вырвали все ее зубы до единого.

— Что ж, сенатор, мы должны еще раз повторить вашу речь, — сказала Мина мистеру Коулмену, печатая на своем планшете.

— Я думаю, что я тоже пойду с вами, — сказала миссис Коулмен. Она нервно улыбнулась, прежде чем выйти.

— Они мои родители, не могли бы вы, пожалуйста, воздержаться от угроз им? — Оливия зашипела сквозь зубы, заставив Нила схватить ее за руку.

— Почему? Мы угрожаем тебе, но ты член семьи, — сказала Мелоди, и я улыбнулся.