Читаем Необузданные (ЛП) онлайн бесплатно

Глава 1

Лес задыхался от жары раннего полудня. Плотные зелёные листья обвисли, будто даже они плавились на солнце. Крану можно было лишь посочувствовать. Его кожа была скользкой от пота, отражая солнечный свет при ходьбе, так что он старался ненароком не коснуться ее. Он представил, как усохнет до костей, когда вся жидкость покинет его тело.

Даже Тройи притих, что было маленькой подарком со стороны жары, за которую Крану был весьма признателен. По всей видимости, та энергия, которую другой самец обычно тратил, чтобы задавать вопросы, ругать или читать ему нотации, была исчерпана. Крану двинулся вперёд, отказываясь сбавлять шаг. Его цель была слишком важна, и ничто столь незначительное, как погода, ему не помешает. Он не подчинится удушливому зною джунглей, ведь ему ещё предстоит найти Королеву, которая его примет.

Он уже не помнил, сколько времени прошло с тех пор, как его изгнала Граста. Слишком много похожих друг на друга дней, и не сосчитать. Дни, проведенные в передвижениях по пограничным землям между территориями, в надежде найти Королеву, которая его захочет. Вот, чего он хотел, в чем нуждался. Его примут в другое племя, возможно, в то, где не будет такого большого и сильного самца в самом расцвете сил, как он, или в маленькое, нуждающееся в большем количестве членов. Возможно, он будет похищен Королевой, которая его возжелает, хотя шанс минимален. Он не был таким самцом. Он и близко не походил на нежное, сероглазое сокровище Грасты.

Было бы проще, если бы он нашел Королеву, которая только недавно рассталась со своей матерью и собиралась основать собственное племя. А значит он с Тройи, будет скорее соблазном, чем препятствием, возможностью Связать сразу двух самцов и свести на нет необходимость дальнейших поисков. Разумеется, она будет намного моложе его, поскольку дни его юности сейчас были лишь смутным воспоминанием, да и мысль о том, чтобы Связать себя Узами с Королевой намного моложе его, не приходилась ему по душе, но он понимал, что станет счастливчиком.

Его мысли снова вернулись к странной Королеве, похитившей его брата. Действительно, странной… Такой маленькой, с таким количеством обнаженной кожи, издающей такие странные звуки. Без хвоста, почти без зубов, с необычайно плоским лицом, со вздернутым носом. Сошедшую со звезд, если верить Грону. Но она была ему верна… Это было предельно ясно. Ласковая, всегда смотрящая на Грона и цепляющаяся за него. Ревнивая, но робкая, по крайней мере большую часть времени. Правда, не в тот раз, когда они с Гроном дрались, а она выглядела так, словно хотела убить его своей веткой.

У него снова защемило сердце при воспоминании об этом. Теперь, когда его гнев со временем и расстоянием подостыл, ему было больно, что она так плохо о нем думала. Это была всего лишь одна из его многочисленных драк с Гроном, которые они затевали практически с самого рождения самца. Драка между братьями. Он не собирался вынуждать Королеву броситься на защиту Грона, словно намеревался убить ее пару. Да, он был зол, и Грон отреагировал более свирепо, чем когда-либо, но он не был злодеем, он не собирался убивать своего младшего брата, даже если тот оказался вспыльчивым извращенцем, недостойным Связи, поскольку он явно не знал, как обращаться с Королевой. Его родители учили их обоих другому.

Это было несправедливо. Грон плохо обращался с ней, а она бросилась на его защиту. Он бы хорошо с ней обращался, но его прогнали.

Больше всего ее ранило неприятие Королевы. Она определенно ненавидела его, излучая в тот момент злобу, а ведь его всю жизнь учили бояться презрения Королевы. Чаще всего это означало изгнание, которое, как ему внушали, было сродни смерти.

Он не знал, верит ли еще в это. Прошло не мало времени с тех пор, как он остался без племени, без семьи, которая предпочла ему Грона, но он не умер. Однако именно эта угроза и двигала им даже сейчас, не так ли? Нет. Он не мог притворяться, что ищет племя ради безопасности. Лес был плодороден, еду и воду можно было с легкостью достать. Он был выше среднего роста, сильным и способным постоять за себя.

Он искал Королеву, которая не стала бы его игнорировать, как игнорировали и обходили стороной столько лет. Ему нужна была Королева, которая смотрела бы ему в лицо, интересовалась его мнением, манила его к себе по ночам. Вот, о чем он мечтал: чтобы его ценили, и он не остановится, пока не получит это.

До сих пор он не нашел желаемое. Они с Тройи уже сталкивались с несколькими племенами, но либо были изгнаны самцами еще до знакомства с Королевой, либо подвергались угрозам с ее стороны, либо были с ходу отвергнуты. Крану поймал себя на мысли, что в мире слишком много самцов, которые соперничают за малейшее проявление интереса, вынуждающего их набрасываться друг на друга.

«Даже сейчас, — безжалостно подумал Крану, — одного самца рядом ему хватало с лихвой». Его старый товарищ по племени, Тройи, тоже, по всей видимости, был изгнан. Крану даже не успел достигнуть границ территории Грасты, как маленький самец его догнал. На мгновение Крану показалось, что его попросят вернуться, что Граста или, может быть, Грут передумали. Затем Тройи объяснил, задыхающийся и взбудораженный, упершись руками в колени и ища поддержки Крану, что тоже был изгнан, что, по мнению Грасты, он пренебрег ей.

Крану отмахнулся от него, в то время он был не в настроении для компании, но он не мог потерять Тройи. Он не мог припомнить, когда видел другого самца таким расстроенным и рассерженным, но это чувство было быстро погребено под страхом одиночества, поэтому сейчас, почти сезон спустя, они все еще были вместе. Тройи полагал, что ему не выжить в одиночку, и всегда своевременно напоминал Крану о том, что самцы без племени сходят с ума, лишь бы не дать Крану улизнуть, пока он спит.

Крану знал, что у одного самца больше шансов быть принятым Королевой, чем у двоих, но он должен был признать, что не ожидал, как много времени потребуется на то, чтобы найти новое племя. Тройи часто был единственным, с кем он разговаривал на протяжении многих дней, и без него в лесу стало бы слишком тихо. Его беспокоила мысль, что, возможно, он и впрямь сошел бы с ума, если бы не упорное преследование Тройи.

Он не обращал внимания на бессвязные мысли, гадая о том, а не сошел ли он уже с ума. Настроение у него было паршивое. Он быстро впадал в ярость и часто без всякой причины скалил зубы, хлестал хвостом даже в спокойные моменты.

Он ускорил шаг, двинувшись дальше. Безумие ему не грозит. Он был сильнее многих, как физически, так и умственно, как ему казалось. Он найдет Королеву и точка.

— Крану!

Крану даже не дернулся при звуке голоса Тройи, просто решил не обращать на него внимания, зная, что это предшествовало тому, чего он не хотел слышать. Впрочем, эта мысль заняла его лишь на мгновение. Тройи, нравится ему это или нет, был его единственным спутником, так что ему не стоило слишком сильно его раздражать, когда оставался шанс, что его заявление будет несущественным.

— Что? — ответил Крану, остановившись и обернувшись назад.

Тройи продолжал идти, пока не встал рядом с ним, хотя и смотрел куда-то вдаль, на деревья.

— Что это? — сказал он, указав головой в сторону.

Крану попытался разглядеть то, что обнаружил Тройи.

— Где? — раздражённо спросил он.

— Там, — Тройи подошёл ближе, чтобы поравняться с Крану, указав вдаль.

Крану заметил какое-то движение. Оно было так далеко, что казалось ему чуть больше пятнышка. Оно было… оранжевым? Синим? Оно определенно не было частью природного ландшафта. По очертаниям оно выглядело примерно так же, как и его соплеменники, но не было никакого объяснения вспышкам цвета, которые появлялись и исчезали, когда оно проходило за деревьями. Оно двигалось как какое-то животное, но чем больше Крану всматривался в него, пытаясь разглядеть, тем больше убеждался, что оно ходит прямо, как и его народ.

Крану сделал один неуверенный шаг в сторону странного существа, чем бы оно не было, а затем ещё один. Вскоре он уже шёл, а потом перешёл на бег, уверенный, что бежит навстречу своей судьбе.

Глава 2

Мойра в энный раз смахнула волосы с лица и подула вверх, чтобы охладить пот, струившийся по лбу. По крайней мере, ее волосы были приподняты, но она проклинала чертову челку. Сегодня был не самый лучший день.

Последнее, что она помнила, — мысль о том, что завтра ей понадобятся перчатки, когда засовывала руки в карманы своей дутой оранжевой жилетки, направляясь открыть бар на вечер.

Следующее, что она помнила, — то, как поднялась с покрытой листьями земли в джунглях тропического леса, если судить по жаре. Было очень душно. Рядом с ней лежал рюкзак, который она никогда раньше не видела, почти пустой, отягощенный парой странных контейнеров, в которых она обнаружила воду, за что была благодарна, и несколькими злаковыми батончиками, завернутыми в листья. Рюкзак был большой, бесформенный и простой, без каких-либо причудливых карманов и петель, которые она ожидала увидеть на рюкзаке такого размера.

Она понятия не имела, где находится и как сюда попала, но, по крайней мере, тот, кто ее сюда засунул, не хотел, чтобы она умерла сразу. А может она просто очутилась в том же самом месте, что и последний бедолага, который помер, оставив после себя лишь рюкзак.

Поэтому Мойра накинула рюкзак и пошла дальше. Вокруг нее не было ничего, что могло бы пролить свет на ее положение. Она остановилась, чтобы снять с себя жилетку и рубашку с длинными рукавами, которую сунула в рюкзак. Однако она не сняла джинсовую рубашку, потому что та была огромной и мешковатой, с длинными рукавами, так что она надеялась, что не получит солнечный удар и не подцепит малярию от насекомых, которые, как ей казалось, кружили вокруг нее.

Пока она шла, она почувствовала, как что-то трется о ее лодыжку. Мойра остановилась, чтобы посмотреть, и обнаружила под своим ботинком и толстым носком простой серебряный браслет с чем-то похожим на световой индикатор, который в данный момент был отключен, и еще что-то похожее на кнопку.

Чёрт.

Браслет ей не принадлежал. Он не был драгоценным. К тому же она не могла понять, как его надели на нее, он выглядел цельным, без крючков и застежек. Она потянула за него и попыталась снять с ноги, но не смогла. Теперь она была встревожена, растеряна и напугана, неприятный холодок пронизывал её до глубины души. Это доказывало, что кто-то с ней что-то сделал, но что именно, она вспомнить не могла.

Ей это не нравилось. Как она сюда попала? Может ее сбила машина и это была какая-то галлюцинация под действием морфина? Какой-то эксперимент между жизнью и загробным миром? Испытание духа? Или ее просто похитили и усыпляли на протяжении нескольких дней, пока перевозили на другой край света, чтобы бросить в джунглях? Она подумала, что, наверное, чувствовала бы себя еще хуже, если бы это продолжалось дольше.

Почему она здесь? Может она участвует в какой-то игре на выживание? На неё шла охота, или они просто хотели посмотреть, сколько времени ей потребуется, чтобы добраться до пляжа и сесть у костра вместе с другими участниками, где прилизанный ведущий сорвет тряпку с плексигласовой коробки набитой скорпионами, чтобы они могли их съесть?

Она шла несколько часов, останавливаясь каждые десять-двадцать минут, чтобы оглядеться, убежденная, что идет не в том направлении. Ничего, что указывало бы на то, что один путь хуже другого. Все они выглядели одинаково. Ей стало жарко, и она отпила воды, стараясь сохранить большую часть, чувствуя себя некомфортно в пропотевших джинсах, в то время как ноги скользили в ботинках с каждым шагом, а носки промокли от пота.

Ей хотелось верить, что она просто как обычно пошла на работу, клиент уговорил ее выпить текилы, она в пьяном угаре забрела в управляемый климат-контролем тропический дендрарий и отключилась, вот только ни один дендрарий не был таким огромным. Она начала жалеть, что не осталась там, где очнулась. Если тот, кто засунул её сюда, вернется, быть может, она сможет вернуться домой, если откажется играть в их игру. Но теперь уже было слишком поздно, она никогда не найдет дорогу назад. Она заблудилась в джунглях. Ее единственной надеждой было найти цивилизацию, даже если это будет племя, ранее не имевшее контактов с внешним миром. Будем надеяться, что они примут ее за необычное явление, а не привяжут к столбу и достанут свой большой котел для особых случаев.

Было ли такое племя лучше или хуже, скажем, наркокартеля? Наверно, лучше. У картеля могли быть самолет, машины и даже дороги, но они не очень хорошо обходились со свидетелями. Мойра не хотела даже думать о том, что, возможно, никогда больше не увидит ни одного человека. У нее пока не возникло ощущения, что она здесь умрет, она была уверена, что сможет растянуть свой паек на два-три дня, но ей не хотелось начинать жить как изгой, строить убежище из листьев и носить изношенную набедренную повязку до конца своей жизни, находясь в обществе единственного друга — волейбольного мяча с изображением на нем лица. Она видела этот фильм, и он был не самой убедительной рекламой такого образа жизни.

Снова остановившись, чтобы перевести дух и смахнуть липнувшие к лицу волосы, она с надеждой подняла взгляд на верхушки деревьев на случай, если мимо пронесется услужливый Тарзан, но не судьба. Похоже, она по-прежнему была единственной женщиной на планете Земля.

Вот бы где-нибудь здесь найти тень, посидеть и переждать дневную жару. Но плотный полог невероятно массивных деревьев лишь удерживал жару, оставляя воздух влажным и удушливым. Если бы только у нее был телефон, но его забрали, потеряли во время её перевозки или обменяли на рюкзак. Если бы только здесь была тропинка, которой можно было бы следовать, огни вдалеке, даже склон, по которому она могла бы спуститься вниз. Слишком много «если бы только».

Внезапно она уловила краем глаза на соседнем дереве какое-то движение. Сначала она подумала, что это белка, из-за серого меха, а потом подумала, что это какая-то маленькая обезьянка, похожая на детеныша галаго. Она заметила его выпуклые розовые лапки в том месте, где они сжимали кору. Затем существо выглянуло из-за ствола, и она отпрянула назад. У него были огромные круглые глаза, как у детеныша галаго, но они были по бокам головы, как у кролика, а между ними был короткий желтый клюв, как у попугая. Он периодически моргал то одним глазом, то другим, с любопытством наблюдая за ней.

Лааааадно…