Читаем Некроинтернационал II (СИ) онлайн бесплатно

Учение имеет лишь одно назначение — отыскание утраченной природы человека.

Мэн-цзы

Склонившиеся надо мной маги вели оживленную беседу обмениваясь незнакомыми терминами и понятиями. Голову холодило от воздействия неизвестной магии: прохлада проникала в кровь и быстро распространялась по всему телу, притупляя боль и даря ощущение ложной бодрости.

— Ничего не понимаю! Как он вообще выжил? Энергетические каналы обычного человека не рассчитаны на такую мощность потока!!

— Судя по Индексу Баррета, — произнес магистр, смотря на экран круглого прибора похожего на морской компас. — Эластичность медиан и коллатералей значительно выше нормы. Будто он сознательно занимался их…гхм… растяжкой. Или совсем недавно подвергся мощному воздействию потока энергетических частиц.

— Каким образом? Аналогов Испытанию не существует — получить поток нужной частоты и силы можно только от Источника. Все другие варианты для обычного человеческого организма неприемлемы и всегда заканчивались плачевно. Или скажешь, что он демона убил, и смог каким-то образом захватить часть его энергии? — хмыкнул ректор Флавий.

— Демоническая инициация? В истории были случаи… — задумчиво произнес магистр.

— Были случаи…Не неси ерунды! Это шанс на миллион, к тому же там участвовали носители мощной линии крови, имевшие высокую степень сродства к порядку! — осадил его Флавий.

— Что тогда? Природная аномалия? — предположил мэтр Сэйн.

— А что ж резерв такой маленький? Выдержал двадцать секунд потока, а в итоге получил один из самых худших показателей… — сказал второй магистр-экзаменатор.

— Похоже, он умудрился сформировать резерв в последнее мгновение. Иного объяснения нет, — высказал догадку мэтр Сэйн.

— Чудеса, да и только, — хмыкнул ректор.

Я открыл глаза и попробовал подняться: всё тело болело и жгло изнутри, будто меня сначала ошпарили кипятком, а потом кинули в ледяную воду. Из груди исходило чувство тупой боли и одновременно сытости, будто недавно плотно пообедал. Хотя желудок-то как раз был пустым…

В последнюю секунду действия артефакта я смог перебороть злую волю паразита засевшего в моей груди. Прана мгновенно хлынула в сформированный резерв и принялась наполнять его. Однако, несмотря на чудовищную мощность потока, узел не успел поглотить достаточное количество энергии и расшириться. Судя по стрелке на магическом приборе, объём моего резерва составил всего 5 Вит. Не густо. С точки зрения мага — цифра небольшая, минимальный результат у большинства неофитов после инициации — 9. Впрочем, для простого человека и пятёрка — цифра совершенно недостижимая. Ведь 1 Вит равен объёму праны, содержащемуся в теле здорового взрослого мужчины. Можно сказать 1 Вит это одна жизнь и теперь у меня их целых пять. Жаль нельзя их использовать в "кошачьем стиле"…

Я приподнялся на локтях и посмотрел на задумчивые лица магов.

— Поздравляю неофит! — ректор рассматривал меня как мелкую зверушку для опытов.

— Ты нас сильно удивил, надеюсь и дальше продолжишь в том же духе! А мы последим за твоими успехами…

От его пронзительного взгляда я невольно поежился: только этого мне и не хватало!

В то время, как оставшиеся абитуриенты проходили свои испытания, меня отконвоировали в медицинский корпус для полноценного обследования и оказания помощи. Здесь я, наконец, смог принять душ, очистившись от последствий подземных похождений, и переодеться в чистую одежду — больничный комплект, состоящий из холщовой белой пижамы и тапочек на резиновой подошве.

Пока я лежал на суровой металлической койке, надо мною колдовали две статных женщины в обрезиненных комбинезонах с эмблемой змеи, обвивающей ножку хрустальной чаши. Эти наряды был мне знакомы — Агеон пользовался подобными для работы с "грязным" материалом. То есть практически всегда.

Многочисленные раны и ссадины на моём теле обработали загадочной жидкостью изумрудного цвета, отчего я стал напоминать хлеб покрывшийся плесенью. Вспомнились картинки из книг, где описывались мифические существа — орки и гоблины. Еще чуть-чуть и я мог бы стать их полноценным сородичем. Поврежденную кожу неприятно жгло, будто мои раны вылизывал гигантский шершавый язык. Я болезненно морщился.

— Терпи, это уникальное инновационное новое средство! Убивает любую заразу и способствует регенерации! — с любовью смотря на зеленый бутылек, произнесла одна из женщин.

На этикетке почему-то была нарисована горка человеческих костей и растущий из нее болезненно-желтый одуванчик. Обычно подобные картинки вешали исключительно на смертельно ядовитые средства.

— Оно хоть отмывается? Или с кожей срезать придется? — спросил я, вспомнив один из экспериментов Агеона. Там жидкость была пурпурной и въедалась до самого мяса. И раны она не лечила, а наоборот расширяла, но…сути не меняет.

— Пятна через неделю сойдут, будешь как новенький! — заверила вторая женщина. — Это экстракт особых лечебных трав, выращенных в теплицах с экстремально высоким пранофоном. Лучшее, чего смогла добиться наша кафедра экспериментальной медицины! — в её глазах появился безумный блеск. Врач — фанатик? Опасное сочетание — для таких главное значение имеет проверка своей версии или проведение эксперимента, а человеческая жизнь — вторична.

Раны на руках также обработали "изумрудом", отчего мои кисти стали напоминать замшелые костяшки смердов. Сверху нанесли густую смоляную мазь, остро пахнущую уксусом и, замотали стерильными бинтами.

Пока женщины возились с магическим оборудованием, нужным для обследования феномена моего выживания — я осмотрел помещение: в длинном стерильно белом помещении находились пара десятков коек с больными, отгороженными специальными занавесями, куча неизвестной аппаратуры, больше похожей на средства вивисекции, и несколько столов, предназначенных для срочных операций, но сейчас используемых медиками, как обеденные или письменные — повсюду лежали стопки бумаг и тарелки с надкусанными бутербродами.

Помимо меня здесь присутствовали еще несколько неофитов-неудачников. Один из них умудрился пройти Испытание практически полностью лишившись крови — большая её часть вышла через поры кожи. Сейчас его бледное, как у мертвеца, тело было подключено к объемному сосуду с алой, будто кипящей, жидкостью. Удивительно — раньше об успешном переливании крови я не слышал, считалось, что это невозможно! Растворённая в жидкости энергия донора конфликтовала с праной реципиента, вызывая разрывы сосудов и мучительную смерть последнего. Или здесь используется не кровь, а что-то другое? К сожалению, проводить для меня лекцию по современной медицине никто не собирался…

Второй пациент представлял собой страшное зрелище — его грудь и живот напоминали вспаханную плугом грядку. Прана из артефакта пошла вразнос, но везунчик в последний момент сумел создать резерв и оборвать входящий поток. Не будь рядом кучи магистров — он бы наверняка отправился в мир иной. Теперь вот лежит и радует обитателей медчасти бесплатный зрелищем: мышц и кожи на животе нет, а внутренности от выпадения удерживает голубая энергетическая сетка, натянутая на металлический каркас. Вот бы рыбак удивился, попадись ему в невод такая гадость, — усмехнулся я.

По правую руку от меня стояло еще несколько коек с телами разной степени целостности. У одного бедняги от чрезмерного перенапряжения глаза выскочили из орбит, оставшись висеть на тонких карминно-белесых жгутиках. Как спелые ягоды воронца на веточках, — мысленно усмехнулся я. С его помощью, еще в детстве, я травил соседских собак. Помню: они часами выли от боли и катались по земле, разбрызгивая вокруг себя густую алую пену… Хорошие были времена.

Подлеченный и обследованный, выглядящий как жаба в белом саване, я выбрался из медчасти и отправился на торжественную речь. Моё обследование показало ещё одну неприятную вещь — естественная выработка энергии Духом сильно отставала от нормы, колеблясь в пределах сотых долей одного Вита. А ведь скорость восстановления резерва одна из важнейших характеристик мага! Дело в том, что объем энергии, производимый физическом телом невелик и не может быть увеличен. После инициации развитие идёт исключительно за счёт Духа. И тут у меня случился сбой — такое чувство, что вообще ничего не произошло! Медики предположили, что это последствие шока и скорость генерации праны со временем увеличится. В настоящее же время посоветовали больше времени уделять медитациям и ручному "сбору" энергии. Я печально вздохнул: похоже, избавиться от нудного занятия мне не суждено.

Испытания завершились полчаса назад, но все счастливчики продолжали толпиться на площади, ожидая информации о своей дальнейшей участи. Не сдавших оказалось сто два человека. Почти треть от начального состава — вот такой естественный отбор. Безразлично оглядев гору трупов, аккуратно сложенную на зеленом газоне, я уже хотел присоединиться к толпе неофитов и попробовать найти среди них мою единственную знакомую. Но меня остановил служитель института в сером рабочем костюме. За его спиной маячили два скелета-смерда с носилками. Мужик явно не был магом, но нежить следовала за ним как привязанная и выполняла простейшие команды, вроде подними-опусти. Это выглядело удивительно: раньше я слышал, что смердами может командовать только подготовленный манипулятор. Неужели магам удалось совершить очередной прорыв?

— Господин, труп будете забирать? — спросил он, указывая на тело рыжего ублюдка.

Господин? Я даже не сразу понял, что он обращается ко мне. Как всё быстро меняется, еще вчера я был обычным бродягой. А теперь, вы только подумайте — господин. Смешно, как бы не загордиться.

— А зачем он мне? — отвлекшись от мыслей, спросил я.

— Ну как же, похоронить в святой земле. Иначе ведь все бесхозные тела к некромантам и химерологам уйдут. А те…сами знаете, что с ними делают! — он брезгливо передернул плечами.

Заниматься похоронами ублюдка, который так лихо подставил меня? Еще чего! Надеюсь, что химерологи используют его тело для создания задницы костяного дракона. Никакой привязанности к усопшему Бринеру я не испытывал. Честно говоря, если бы он не сдох самостоятельно, я бы обязательно постарался ему в этом помочь.

— Да я и не знал его особо, делайте что хотите, — сказал я, рассматривая не прошедшего Испытание «товарища».

Подсохшая кровь, ржавой коркой, покрывала всю его кожу, делая моего «друга» похожим на одну из тех статуй, что можно найти в любом провинциальном городке. Никому не нужные, грязные и ржавые, они стоят на своих постаментах, напоминая потомкам о давно забытых подвигах и свершениях неизвестных предков.

— Хотя погодите…передайте труп адепту Рисс Авиньон. У нее вроде как беда с практическим материалом, — сказал я, решив угодить той необычной девчонке. Всё же она меня заинтересовала.

— Хорошо, тогда заберите его личные вещи, а тело я унесу в местный морг, — кивнул головой служитель.

Вот это другое дело: против мародерства я ничего не имел! Хоть как-то расплатится за все причиненные мне неудобства. Кивнув, я подошел к трупу и достал из его кармана кошелек с кристаллическими монетами: Ого! Да здесь больше сотни! Выходит деньги у него всё — таки были, но платить по долгам он не спешил. Что ж, поделом ему. Исследовав другие карманы, я нашел связку ключей и еще несколько мелких монет-капель. За поясом обнаружился небольшой кинжал в резных кожаных ножнах. Я вытянул его на свет и проверил лезвие на остроту, отрезав кусочек ткани с рубашки трупа. Заточка оставляла желать лучшего. С шеи я снял тонкую серебристую цепочку с оберегом от астральных паразитов. Ему уже ни к чему, а мне может быть пригодится.

Проследив, как смерды уносят рыжего ублюдка в последний путь, и, пожелав ему неудачной реинкарнации, я повернулся ко входу в центральный корпус — его врата распахнулись и всех пригласили пройти в актовый зал. Присоединившись к шумной волне студентов, я заплыл в объемную гавань аудитории и с удобством разместился в темном углу последнего ряда. Актовый зал представлял собой огромное, залитое ярким солнечным светом, помещение. Это было весьма странно, учитывая, что пару минут назад, когда я заходил в здание, небо всё еще было застелено ковром из чернильных туч. Будто в другое место переместились…

Перед рядами длинных парт находилась сцена-подиум, а за ней черный прямоугольник грифельной доски, исписанный непонятными формулами и геометрическими фигурами. Я различил несколько разновидностей пентаклей с надстройками, кругами, сносками и кучей обозначений вокруг.

— Здраствуйте, неофиты! — откашлявшись, начал ректор.

— На доску не обращайте внимание, об этом вам завтра расскажут. Еще успеете голову сломать, — он неприятно улыбнулся.

— Что со светом? Опять какие-то идиоты здесь загорали? — недовольно сощурившись, произнес он, повернувшись к подсобке. — Уменьшите уровень соляризации!

За кулисами что-то громко защелкало, раздались приглушенные ругательства, кто-то вскрикнул от боли. Наконец оконные стекла подернулись серой дымкой: темнее в зале не стало, но горячие солнечные лучи мигом пропали, будто их стерли из реальности. Довольно кивнув, ректор продолжил:

— Хочу поздравить всех прошедших Испытание, гордитесь — теперь вы не простые представители рода человеческого, а неофиты — существа, стоящие на следующей ступени эволюционного развития! Вам предстоит долгий путь, полный новых открытий и свершений, но не стоит считать его легкой прогулкой! Придется изрядно потрудиться и только от вашего усердия будет зависеть ваше дальнейшее будущее! — высокопарно произнес он.

— Если маги выше обычных людей, то кто стоит над магами? — зашептались двое парней, сидящие рядом со мной.

— Может быть демоны? — предложил свою версию полный брюнет с пышной прической в виде стога сена.

— Что за ерунда? Они только и умеют, что энергию пожирать. Следующая ступень — это ранг Великого Магистра. Говорят, что их и людьми-то назвать нельзя — настолько мышление далеко от человеческого…

— Ага, а я слышал, что смерды — это неудавшиеся Великие Магистры, думалка не выдержала умных мыслей и порвалась, — рассмеялся подсевший к ним третий.

— Юноша, — ректор внезапно указал пальцем на одного из перешептывающихся парней. — Когда преподаватель говорит, в аудитории должна стоять мертвая тишина!

Лицо шептуна резко побелело, будто из него разом откачали всю кровь, а сам он начал задыхаться, точно рыба, выброшенная на берег. Флавий Кос пронаблюдал за ним еще несколько секунд и наконец перевёл свой довольный взгляд на остальную аудиторию. Только после этого парень смог вдохнуть порцию воздуха.

— Уже завтра за подобное нарушение дисциплины вы получите наказание, и, поверьте, оно вам сильно не понравится!

Шептуны трусливо склонили головы, в зале стало по-кладбищенски тихо. Мне даже почудились крики ворон и тихий заунывный плач. Флавий прошелся по трибуне, бросая в аудиторию острые, точно лезвия бритвы, взгляды.