Читаем "НЕЙРОС". Часть вторая "Крайм" (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

«НЕЙРОС» - продолжение цикла «РЕФЕРЕНС». Роман о жизни беспризорных подростков в мире депрессивного киберпанка. О выброшенных обществом детях, которых жизнь толкает на странные поступки.

«Они не различают добра и зла, потому что это яблоко съели взрослые. Они не были изгнаны из врат Эдемских. Им стало скучно, и они ушли».

"НЕЙРОС". Часть вторая "Крайм"

Глава 1. Заблудшие овцы сбиваются в волчьи стаи

Глава 2. Хочешь узнать город — спроси крыс

Глава 3. Настоящие гангстеры работают в шоу-бизнесе

Глава 4. Проблему контроля решает контрольный

Глава 5. Преступник реализует мечты обывателя

Глава 6. Грехи отягощают только карманы

Глава 7. Мир принадлежит терпеливым

Глава 8. Самыми приличными людьми выглядят мерзавцы

Глава 9. Закон могуч, но власть нужды сильнее

Глава 10. Мелкие законы порождают большие преступления

Глава 11. Худшие преступления совершаются бескорыстно

Глава 12. Честный тот, кто пока не попался

"НЕЙРОС". Часть вторая "Крайм"

Глава 1. Заблудшие овцы сбиваются в волчьи стаи

— Прем, уже неделю сидим, — упрекает меня Шоня. — Не, тут шик-блеск, но мне уже надоело пялиться в окно. Да и денежки скоро кончатся. Здесь же ни черта бесплатного, всё за токи!

Стоим на балконе, любуемся неоновым туманом внизу. Мы неплохо проводим время в бессовестно захваченных апартаментах башни, но рыжая права — заскучать можно и в роскоши. В роскоши, честно говоря, даже проще. Наша небольшая компания уже насладилась незаслуженным комфортом, надо что-то решать на будущее, а я рефлексирую. Карьера атамана малолетних разбойников мне всё-таки неорганична.

— Спокойно, казначей, — смеюсь я. — Скоро у нас, кроме расходной части, появится доходная.

Шоня по прозвищу «Поганка» остаётся держателем нашего скромного «общака», выражающегося на данный момент в нескольких предоплаченных картах умеренного номинала. На низах мы с такой суммой были королями, но здесь ситуация иная. Доставкой в квартирах я пользоваться запретил, это может привлечь внимание к тому, что они обитаемы. Поэтому источником жизненных благ для нашей небольшой корпы стал автоматический магазин в соседней жилой башне. С ней нас соединяет тоннель-коридор на уровне верхнего этажа. Верхнего — для нас, для них — среднего. То есть, там проживает население повыше классом того, что занимало квартиры тут. Поэтому ассортимент и цены соответствующие, не по нашему нищебродству. За одну футболочку с фирменным принтом, которые мы продолжаем регулярно заказывать, на Средке можно было бы всю корпу одеть. Если выбрать магазин попроще, конечно. Но мы «держим марку», стараясь соответствовать дресс-коду верхов. Иначе будет слишком заметно, что мы тут не по праву.

К счастью, если ты забрался в башню и не слишком нарываешься, то спросить: «Кто ты такой?» - просто некому. Здесь не надо показывать документы, а лица скрывают масками. Не все и не всегда, но как правило. По умолчанию, раз ты тут, то имеешь право. Иначе бы тебя тут не было. Этим мы и пользуемся, постепенно вживаясь в образ.

Ребята сначала комплексовали и нервничали (кроме Лирании, которая жила в башне раньше), но теперь даже неуверенная в себе Колбочка и трусливый Кери привыкли. Ходим по коридорам как так и надо, здороваемся с аборигенами в магазине. Они считают нас соседями и, в общем, не ошибаются. Просто соседство несколько более дальнее, чем им кажется.

Есть плюсы: у ребят растёт самооценка. Но есть и минусы — возвращение в низы будет катастрофой. Чем выше забрался, тем больнее падать. От меня доверчиво ждут, что я обеспечу если не дальнейший взлёт, то хотя бы отсутствие падения. Идей, как этого добиться, у них нет, зато есть я. Нелепая ситуация, если вдуматься: если я прем, то рядовые члены корпы должны в поте лица пахать криминальную ниву и приносить в клювике трофеи, верноподданно складывая их к моим ногам. Но никто этого не делает, а я их содержу за свой счёт.

Я же говорил: атаманство — не моя стезя.

В их мире, лишённом взрослых, осталась зияющая лакуна на том месте, где должны быть родители. Оно сформировано миллионами лет эволюции высших приматов, а природа не терпит пустоты. Если бы низовые не арендовались в семнадцать лет, то вырастали бы теми ещё психопатами. Но у них нет времени для перехода от пубертатных неврозов к взрослым психозам. Live fast, die young.

Для нашей корпы я невольно стал замещающей отцовской фигурой. Несмотря на то, что физически мне не больше шестнадцати. Я хреново подхожу для этого, Нагма не даст соврать, в качестве брата я ей заметно комфортнее. У меня просто нет родительского опыта, девочка появилась в моей жизни сразу десятилетней, и наши отношения выстроились сами по себе, уж как сложилось. Но когда я вернусь от Шоньки в нашу квартиру, готов спорить — Нагма будет дрыхнуть не у себя, а в моей кровати. Ей так спокойней. Она, как и все остальные, полностью полагается на меня.

***

— Нам точно надо туда идти, Док? — тихо спрашивает Шоня. — Чот я очкую.

— Надо. Нам нужны горизонтальные связи, причём на самом высоком уровне, до которого мы можем допрыгнуть. Это уникальный шанс, и его глупо упускать.

Завтра в соседней башне праздник. «День соседа» или нечто в этом роде. Все собираются в большом зале, едят, пьют, общаются. Может быть, будут танцы или какие-нибудь игры и конкурсы самодеятельности, не знаю. Спрашивать не рискнул, вдруг регламент таких мероприятий — дело общеизвестное? Нам, проникшим сюда контрабандой, спалиться на мелочах проще некуда.

— А вдруг там надо будет снимать маски? — продолжает нервничать Шоня.

— Значит, снимем, — говорю я уверенно.

— И все увидят, что мы не отсюда!

— Чёрта с два, — успокаиваю я её. — В башне живёт дофига народу, не могут они знать друг друга в лицо, тем более, что все ходят в масках.

— Мы не умеем вести себя по-верховски!

— Мы подростки, любой косяк спишут на возрастную придурь. Не сморкайся в занавески, этого достаточно.

— Во что не сморкаться? — удивляется девушка.

Ах да, тут нет занавесок. Стёкла затемняются каким-то электрическим колдунством, становясь непрозрачными в случае необходимости.

— Ни во что не сморкайся. На всякий случай. И не нервничай так, всё будет хорошо.

— Точно будет, прем?

— Гарантирую. У меня всё продумано! — соврал я. На самом деле это будет чистая импровизация. — Пойду спать, завтра много дел. Спокойной ночи!

Как я и ожидал, в моей постели, разбросав руки и ноги, в позе морской звезды дрыхнет Нагма. Она ухитряется перебираться ночью из своей комнаты в мою даже не просыпаясь. Хорошо, что кровати тут широкие.

***

Это можно было бы назвать «утренним брифингом», если бы тут знали такое слово. На самом деле я просто формирую привычку к некоторому хотя бы условному коллективизму, столь несвойственному здешнему социуму. Думаю, предстоящий нам сегодня праздник ставит ту же цель — чтобы жители башни хотя бы иногда выползали из раковин собственных апартаментов и убеждались, что другие люди существуют.

— Итак, народ, — сказал я, оглядев собравшихся. — Объявляю начало первого этапа операции внедрения.

— Назовём её «Крадущаяся шуздра»! — немедленно предложил Зоник.

— Ты балбес, — отреагировала Колбочка.

— Зато я обаятельный! — не смутился парень.

Кажется, у них теперь отношения, в публичной своей части выражающиеся взаимными подколками. Кери, всё ещё страдающий по Колбочке, смотрит на это мрачно. Лендик, страдающий по Шоньке, мрачно смотрит вообще на всех. Лирания… Не будем о грустном. Смена образа жизни её ненадолго взбодрила, но теперь девушка снова скатывается в обычные для неё самоедство и депрессию. Может быть, обстановка башни напоминает ей о том, что она жила тут с родителями. Их судьба по-прежнему остаётся неизвестной.

— Самые секретные операции не имеют названий, — сказал я веско. — Но, если вам так хочется, можем назвать первый этап «Шуздра меняет шкурку». Потому что это именно то, чем мы займёмся прямо сейчас.

— Будем дружно раздеваться? — весело предположил Зоник. – Устроим оргию?

— Будем дружно одеваться. На праздник надо прийти нарядными.

— Опять кучу токов выкинем! — застонала Шоня. — А когда нам будет нечего жрать, виноват окажется казначей, то есть я!

— Увы, это необходимо. Мы должны выглядеть органично, вписываясь в тусовку хотя бы визуально. Ответственными назначаются Шоня как платёженоситель и Лирания как стилист.

— Почему я? — мрачно спросила Лирка.

— Потому что ты жила в башне и представляешь, что тут носят подростки.

— Прошёл почти год, — упрямо возражает она, — теперь носят уже совсем другое.

— В любом случае, ты хотя бы знаешь, из чего выбирать. И без препирательств! Командир сказал наряжаться, значит, всем наряжаться!

— Прем, ты лютый тиран вообще! — пытается скроить серьёзную физиономию Шонька. — Деспот! Диктатор! Самодур! Жаль, что твоего тиранства не хватает, чтобы заставить Кери хотя бы иногда мыться!

— Я моюсь! — возмущается покрасневший парень. — Просто я нервничаю. А когда нервничаю, то потею!

— А точно не ссышься? — спрашивает, ехидно прищурившись, Зоник, — А то запах…

— Отставить срач! — пресекаю я. — Не забываем, что мы корпа. Но ты, Кери, пользуйся дезодорантом. У тебя сейчас гормональная перестройка организма. Когда пубертат закончится, потоотделение нормализуется.

— И, ты не поверишь, вырастут волосы на лобке! — важно сообщает Зоник.

— А ты всё ещё надеешься, что у тебя там вырастет что-то кроме волос? — не остаётся в долгу Кери.

— Прекратите, народ, я серьёзно, — я останавливаю готовых сцепиться подростков. — Хватит.

Лирания морщится, Дженадин краснеет, Лендик тормозит, Нагма хихикает, Шоня откровенно ржёт, мелкая Онька недоуменно на всех смотрит, не понимая в чём шутка. Это мы — крутая и дружная корпа «Шуздры».

***

Виртуальная примерочная в автоматическом магазинчике одна, приходится ждать своей очереди.

— Майки с шуздрой — обязательный элемент, — инструктирую всех я. — Потому что мы корпа. Остальное на ваше усмотрение по согласованию с Лиранией.

— И не берите из лилового списка! — предупреждает Шоня. — Там самое дорогое для понторезов с верхних этажей. И из оранжевого тоже не надо. А лучше всего и жёлтый не брать. Синий и зелёный — выбор разумных и экономных!

— И скучных! — заявляет Онька.

— Респектабельных! — уточняю я. — Народ, пусть будет немного пошлой роскоши для имиджа, но не увлекайтесь. Шоня права, жизнь тут недешёвая. И не забывайте про маски, они тоже должны быть одинаковыми у всех.

— Чур, маски я выбираю! — вызывается Колбочка. — А то Шонька какую-нибудь унылую фигню всем купит. Экономии для. А это, в конце концов, наш первый настоящий праздник!

Ну да, на низах никто «День соседа» не празднует. Насрать там всем на соседей. Иногда буквально.

— Эй, эта штука врёт! — возмущается из кабинки Зоник. — У меня гораздо больше!

— Не вздумай демонстрировать разницу! — шипит на него Лирания.

Все дружно ломятся в дверь посмотреть на виртуального Зоника на экране примерочной. Начинается бардак, хохот и ругань. В общем, всё как всегда.

Я пропускаю всех вперёд и остаюсь последним. Ребята расходятся с пакетами шмоток, прилетевшими доставкой, — в магазине-автомате, разумеется, всё неэксклюзивное, заводское, пошитое на цифровых станках. Массмаркет. Но это несравнимо лучше, чем бесплатная синтетика для соцавансников, так что девчонки довольны. Ребята делают вид, что им безразлично, но настроение поднялось и у них. Шонька картинно вздыхает над нашим счётом, но это не мешает ей нетерпеливо поглаживать собственные обновки.

— Иди уже, примеряй, — отпускаю я её. — За себя сам заплачу.

Девушка радостно убегает, глазки блестят в предвкушении. Виртуальная примерка не даёт катарсиса. Лирания смотрит ей вслед мрачно. Но она на всё так смотрит.

На виртуальном экране — голый я. Не знаю, как программа ухитряется сканировать сквозь одежду, но изображение выглядит анатомически точно.

— Трусы могу и сам выбрать, — говорю я Лирании, быстро пробегаясь по менюшкам. — Нечего пялиться.

— И не думала, вот ещё! — возмущается она.

Теперь мой аватар в трусах и майке с опоссумом. Лирания листает каталоги со штанами, по неизвестному мне принципу отбрасывая целые ветки.

— Вот эти посмотри, — говорит она мне.

— Пойдут, — соглашаюсь я. — Ещё нужен какой-то аксессуар, который будет выделять меня как према. У меня, если честно, нет идей…

— Сейчас… — девушка снова углубляется в каталоги. — Привык быть главным? Сначала тебя это напрягало…

— И напрягает, — признался я. — Но нам нужны контакты, а для контактов нужен представитель. Увы, это я.

— Зато как прем ты спишь с Шоней. Присвоил лучшую самку, — говорит она подчёркнуто равнодушно. — Как она, кстати? Так же хороша в постели, как красива? Согласна на всё, или есть табу?

— Лирка, прекрати. Это глупо и гадко.

— Я знаю. И мне плевать.

— Зачем?

— Ты запретил мне резаться. Приходится делать себе больно иначе.

— А ты запретила к тебе приближаться. И какие ко мне претензии? Я должен был уйти в монахи?

Вряд ли тут есть монахи, но Лирания не переспрашивает. Может, в её мире есть.

— Я тебя ни в чём не обвиняю. Я просто мучаю себя. Из наших отношений ни черта хорошего бы не вышло, но это не значит, что мне не больно.

— Это очень…

— …Очень глупо, знаю, — перебивает она. — А я и не притворялась, что умная. Я запретила тебе приближаться, но ты всё равно слишком близко. Всё время.

В кабинке, рассчитанной на одного, мы стоим вплотную. Она внезапно прижимается грудью к моей спине и кладёт мне руки на бёдра. Организм реагирует.

— Если я с тобой пересплю, ты расскажешь об этом Шоне?

Её ладони сместились мне на пах. Я не отвечаю, дыхание перехватило.

— Да, вижу, ты не против, — шепчет она мне горячо на ухо. — Так расскажешь или промолчишь? Впрочем, не отвечай. Может быть, я однажды проверю. Или нет.

Она убрала руки и отстранилась.

— Решила, что мучить только себя слишком скучно? — я прилагаю чудовищные усилия, чтобы голос звучал спокойно и ровно. У меня почти получается.

— Потерпишь, — бросает она в ответ. — Вот, этот комплект бери. Все будут видеть, что ты главный.

— Ты издеваешься? — на экране классическая «голда», которую во времена оны цепляли на бычьи шеи носители малиновых пиджаков. К ней в пару два широких браслета «жёлтого металла». Вряд ли это именно золото, но выглядит убедительно.

— Ты хотел, чтобы все видели в тебе према? Никто не обещал, что это будет красиво.

— Неужели нельзя выбрать что-то менее пошлое? У меня дурные ассоциации с золотыми массивами на теле.

— Это не золото, какой-то жёлтый сплав. Если он вызывает в тебе комплексы, просто поменяй. Цвет не важен.

Поскроллил позицию вправо-влево. Оказалось, что комплекты предлагаются в десятке цветов.

— Совсем другое дело, — сказал я удовлетворённо, выбрав матово-тёмно-серый, похожий на титан. — В этом я не буду похож на гарлемского сутенёра.

— Не знаю, кто это, но почему ты уверен, что ты — не он? — сказала напоследок Лирания и гордо удалилась.

Оставила, так сказать, за собой последнее слово.

***