Читаем Не жди чуда (СИ) онлайн бесплатно

Зима в селе Ромашково выдалась суровой. И сегодня, накануне Рождества градусник показывал ниже тридцати градусов мороза.

«Хорошо хоть дома тепло», — думала Тамара, поправляя угольки в печке. Девушка мечтала, чтобы быстрее наступила ночь, ведь они с подружками собирались погадать. Нашли несколько интересных способов в журнале «Мастерица». Танька настояла на том, чтобы один из обрядов в бане провели. Да только вот выйдет ли из этого что-то хорошее, никто не знал. «Я хоть и не из робкого десятка, но ночью в баню идти страшновато. Но с другой стороны, говорят, такое гадание эффективно и всегда сбывается. Зря переживаю, девчонки же со мной будут».

Когда стемнело и семья легла спать, Тома набросила на себя тулупчик и шапку из кролика, и прошмыгнула на улицу. Таня и Света уже поджидали за воротами, переминаясь с ноги на ногу. Хозяйка махнула им рукой, приглашая войти. Быстрыми шагами они проследовали к бане. Тамара открыла тяжелую дверь и они вошли в предбанник. Пахло березовым веником.

— Хо-лод-но! — запищала Светлана, потирая свои коленки.

— А ты думаешь, для тебя тут кто-то топить будет? — буркнула Татьяна. — Терпи! Всё лучше, чем на улице!

— Вы не передумали девочки? Еще не поздно… — начала Тамара.

— Зорька, ты чего, струсила? Такая возможность редко выпадает, нельзя пропустить! К тому же, мы уже на месте. Зря пришли что-ли? Я еле из дома сбежала. Если папка узнает, то всыпет по заднее число.

— Ну, хорошо, — согласились подружки.

— А спички, спички-то принесли? — с нетерпением спросила Татка.

— Да, вот они. Целый коробок стащила, — Светка помахала коробочкой.

— Свечки и зеркало взяла я, — сказала Таня, — а полотенце где-то здесь, на гвоздике видела.

— Ну, кто первый? — с нетерпением спросила Света.

— Раз я предложила, то буду первая, — бойко ответила Тата, зажигая свечу и хватая зеркало.

— Я открою тебе двери, — сказала Тамара. И только она хотела это сделать, как откуда-то снизу раздался сдавленный крик:

— МЯУФ!

Светка и Танька с визгом выскочили на улицу, по пути роняя заготовленные предметы.

— Люська, что ты тут делаешь? — девушка взяла кошку на руки и вышла к остальным. — Вы чего, это же киса! Видимо зашла за нами, а мы и не заметили…

— Знаешь, мы тут подумали и решили, что погадаем дома. Каждая у себя. Пока! — с этими словами они побежали прочь.

«Ну, вот, — девушка немного расстроилась, но идти в баню одна не решилась и направилась домой, раздумывая, как бы ей на жениха поглядеть. Новой деревянной расчески не было, игральных карт тоже. Как-то на днях, она услыхала от бабушки, что нужно съесть чего-нибудь солененького на ночь, приговаривая какие-то слова про суженого-ряженого. Тома их даже в тетрадочку записала, чтобы не забыть. — В холодильнике как раз остался один огурец маринованный с Нового года, вот им и воспользуюсь».

Закрыв потихоньку дверь и сняв верхнюю одежду, Тамара пошла на кухню. Подошла к холодильнику и достала последний огурец.

— Проголодалась? — услышала она за спиной.

— Да, немного. Надюша, а ты чего не спишь?

— Пить хочу!

— Вот, держи. — она налила сестренке стакан воды.

— Спасибо.

Похрустывая огурчиком, Томка потянулась за тетрадкой, в поисках слов заветных. «Вот они! Суженый, ряженый приходи меня напоить!» — прочитала она несколько раз и легла отдыхать.

И снился ей ночью образ парня светловолосого, не особо высокого. Гуляли они по саду яблоневому, держась за руки. Только лица парня Тамара разглядеть не могла, сколько не пыталась…

Потянувшись на постели, Тамара Зорькина села на краешек кровати. Во сне она видела Рождество и гадание. «Уже начало июня, а я так и не встретила своего принца. К чему мне сейчас это приснилось? Наверное я просто по Таньке соскучилась, она как раз сегодня вернуться из города должна», — решила девушка.

Девятый класс позади, выпускной тоже прошел и сейчас ничего не мешало наслаждаться каникулами. В душе, Тома надеялась, что десятый класс откроют и она останется с Таней еще на два года.

Татьяна Баранова была на год младше Тамары и жила по соседству. Девочки быть может никогда не стали бы подругами, настолько они были разными, но свела их общая беда. У обоих девчонок не было матерей: у Томы год назад скончалась, а Танечку бросили еще в младенчестве. «Зорька» и теперь жила в большой, но уже не такой дружной семье: сестренки-тройняшки и брат. Был еще и отец — Иван Петрович, который после смерти матери совсем на себя перестал походить. Почти всегда возвращался навеселе, забывая обо всем на свете. Вся забота о младших свалилась на Тамарины плечи. Кроме того семья держало хозяйство: курицы, утки, корова. За ними тоже нужен был глаз да глаз. Неподалеку от них жила бабушка по папиной линии, но она заходила нечасто и мало чем помогала.

Таня же — жила со своей бабулей. Ее отец — Василий, изредка навещал их. Мужчина был добрым, но ужасно влюбчивым и поэтому дочь не успевала знакомиться с новыми мачехами. Вот и на этот раз папа забрал дочку на неделю погостить в городе, к его новой пассии.

«Ох, чего сижу-то? Надо хоть пойти блинчики постряпать».

***

Дом Зорькиных был самым большим в селе. Его строительством в свое время занимались друзья главы семейства, поэтому планировка здесь была что надо. Комнат было много. Большая часть мебели была сделана собственными руками Ивана.

Надя, Вера и Люба воевали с грязной посудой на кухне, Алешка смотрел телевизор, когда во двор вошла Таня. И Тамара пошла пообщаться с подругой. За неделю Татка успела обновить гардероб: новые черные лосины, черная кофточка с золотистым пояском, которую она гордо называла «топ» и завершали образ босоножки на танкетке с длинными завязочками до самого колена. Модница расхаживала взад-вперед по владениям Зорькиных. Даже белый петух, в который раз косился на нее с любопытством.

— Представляешь, в городском саду я качалась на качелях и увидела ТАКОГО симпатичного мальчика: темненького и с большими серыми глазами, — начала она, — и он подошел со мной познакомиться…

Томка слушала подругу и улыбалась. Миниатюрная брюнетка была довольно миленькой, не смотря на то, что не могла похвастаться идеальной фигурой, как у моделей. Училась она совсем неважно и каждый день приходила к Томе за помощью в подготовке уроков. Особенно были тяжелы математика и русский язык, физика и химия да и по правде говоря — почти все предметы. Подруга никогда не отказывала ей в помощи, делая свое домашнее задание позже.

А еще Татьяна была неисправимой фантазеркой, это поднимало настроение, хотя всем давно было известно, что девяносто пять процентов из ее рассказов — сплошные сказки. Ей постоянно казалось, что все смотрят только на нее и почти всегда она была влюблена и совсем не важно в кого.

Из открытого окна раздался звук разбитой посуды.

— Сестренка, помоги! Вера пальчик порезала!

— Бегу! — Тамара поспешила на место происшествия. — Подождешь пару минут?

— Ага, — ответила Танька.

Забинтовывая мелкой палец, Тома услышала громкий крик. И бросилась проверять, что случилось. Девушка едва успела обуть галоши, как увидела странную картину. Ее дорогая подружка валялась на животе в центре двора, а на ее спине гордо размахивая крыльями, вышагивал их петух. На шум выбежала вся семья. Алешка не выдержал и расхохотался. За калиткой показалась Варвара Николаевна (бабушка Тамары). Она всплеснула руками и побежала к несчастной:

— Бедное дитя! Ах ты проклятый! Я тебе сейчас покажу! Кыш!

Петух побежал к сараю и бабуля протянула Танюшке руку.

— Не плачь! Такая красивая девушка! Он этого не стоит! Он получит по заслугам! Алешка неси топор! Пойдет сегодня на бульон.

— Зачем топор? Не надо! Жалко Петю.

— Неси, кому говорю?! — с этими словами она направилась за преступником.

Только сейчас Тамарка опомнилась, зависнув на несколько минут. Она поспешила к подруге, в какой-то момент ей даже стала стыдно за это.

— Ты в порядке? Не поранилась? — принялась она засыпать Татку вопросами. — Этот у нас шибко бойкий последнее время…

Заметив бабулю, которая вышла с тушкой из сарая, она прошептала:

— Был… Не переживай, вот завтра вечером с тобой на дискотеку пойдем. Ты даже не вспомнишь об этом дурацком инциденте.

Таня перестала плакать. Перед ними прошел Тамарин брат, он чуть помедлил и повернулся лицом к Барановой.

— Дура! Сама виновата, не зачем было выпендриваться! Петька этого не заслужил! А ведь он мне нравился! — громко крикнул он и побежал в дом.

— Я наверное пойду, — сказала Таня.

— Давай, до завтра.

Просить прощение за брата, Зорькиной не хотелось, в чем-то он был действительно прав. Вздохнув, она поправила косынку на своих плечах и пошла кормить скотину.

На следующее утро Тамара сама решила навестить подругу.

— Привет! Ну, как твои дела? — поинтересовалась она у Тани.

— Да всё путем, я уже про вчера и забыла.

— Вот и отлично.

Неожиданно в комнату забежала запыхавшаяся Светка:

— Девчата! В магазин косметику завезли! Бегом за мной! Иначе всё раскупят!

Дело в том, что Светина мама работала в небольшом магазинчике и поэтому, Светлана была в курсе всех событий. О косметике девчонки давно мечтали, а раздобыть ее было негде.

Тамара, сломя голову побежала домой и вытащила свой кошелек. В нем лежали деньги накопленные на особый случай. Сегодня как раз был таковой. Девушка надела выходное платье и вместе с девочками направилась за покупками.

— Здравствуйте, тетя Маша! — поздоровалась она, заходя в небольшое помещение.

Продавщица Мария рано вышла замуж за мужчину гораздо старше себя, родила дочь. Освоить какую-то иную профессию у нее не получилось. Она всегда следила за собой, ярко красилась, носила модную одежду. Многие ее осуждали за это, мол не в том возрасте ты уже для этих штучек. Самой же женщине казалось, что она не нагулялась в свое время и раз уж она не может изменить свою жизнь, то хотя бы имеет право выглядеть так, как пожелает. Наверное поэтому она разрешала дочери ходить в школу с макияжем и красить волосы, если она этого хотела.

— Здравствуй! Как семейка?

— Да неплохо. Что привезли?

— А вот, смотрите: тушь синяя, помада трех оттенков: коралловый, розовый с перламутром и какой-то оранжевый; есть еще тени — коробочка с тремя цветами и большая — там много разных, правда они дорогие. Духи цветочные и с запахом шоколада.

Девочки с восторгом принялись рассматривать разноцветные палетки.

— Была бы моя воля — скупила бы себе все! — воскликнула Света.

— Я тебе дам все! — продавщица Мария помахала ей кулаком. — Разрешаю купить что-то одно. Выбирай.

— Ну, хорошо. Тогда мне розовую помаду с перламутром.

— Эх, гулять, так гулять! — Тома взмахнула рукой. — Мне пожалуйста, синюю тушь и красную помаду.

— А я тогда возьму духи, которые шоколадкой пахнут, — сказала Таня.

Довольные своими приобретениями, девчонки пошли по домам, договорившись встретиться вечером у Светы. Они хотели вместе накраситься и оттуда пойти в дом культуры.

Расправившись со всеми делами по дому, Тамара открыла шкаф. Одежды в нем было немного: несколько блузок и юбок, свитер и пара платьев. Одно из них было выпускное, а другое еще не разу не выгулянное.

«Не слишком ли оно нарядное? — думала Тамара, рассматривая летнее платьице. Его верх был насыщенного малинового цвета, а низ состоял из пышной белой юбки, расшитой яркими цветами. В комплекте к нему шел черный поясок. — Почему бы и нет?» — и стала переодеваться.

В зеркале на нее смотрела девушка среднего роста с зелеными глазами, выдающимися параметрами и полным отсутствием талии.

— Пожалуй, поясок лучше надеть, — негромко произнесла она. — вот, другое дело. А еще я воспользуюсь своим секретным оружием, — с этими словами она распустила свои длинные русые волосы, которые доставали до пояса. — Где-то еще должна быть ленточка, а вот же она! — и Томка надела малиновую повязку на голову.

Краситься девушка не умела, поэтому обула черные балетки, взяла косметику и пошла к Палкиной.

— Зорькина, ты просто красавица! — восхищенно пролепетала Света. — Сейчас мы из тебя настоящую принцессу сделаем, от поклонников отбоя не будет! Я уверена, — и стала наносить тушь на Тамарины ресницы. — Готово. А можно мне взять твою тушь?

— И мне! — в комнату вошла Татьяна.

— Конечно девочки, берите. А я пока губы накрашу.

Осторожными движениями, едва прикасаясь, она подчеркнула губы. Затем нарисовала помадой две полоски на щеках и принялась растирать, придавая коже эффект румянца.

— Королева! — не переставала хвалить ее Светлана.

— Да перестань, вы тоже неплохо получились.

Света была очень худенькой девушкой и поэтому не стремилась акцентировать внимание на своей фигуре. Для похода в клуб, она выбрала забавную фиолетовую футболку с Микки-Маусом, рваные на коленях джинсы и кеды, той же расцветки. Свои осветленные волосы Палкина распустила и накрасила губы новенькой розовой помадой.

Татьяна же надела голубое бюстье, которое чудесным образом не падало с груди, в связи с ее полным отсутствием. Также на ней были обычные синие джинсы и новые черные босоножки. Помадой она решила не пользоваться, но волосы, как и подруга — распустила.

— И последний штрих! — крикнула Баранова, щедро распыляя на девчонок свои духи. — Погнали!

Дверь ДК была открыта, издалека доносилась зажигательная музыка. На входе девушки отдали по девяносто рублей вахтерше и прошли внутрь. Там было темно, зато мигала светомузыка, позволяя увидеть, что вокруг собралось большое количество народу. Некоторые плясали под «Если тебе будет грустно…».

Танька уже вовсю сканировала собравшихся.

— Какой хорошенький! — она указала на рыжеволосого парня.

— Да это же Витя Глинин! — шепнула Света ей на ушко. — Чего в нем хорошего-то? Брови белые, ресницы — белые. Двоечник! — они с Тамарой скривились.

— Ничего вы не понимаете! — крикнула им Таня. Внезапно заиграла песня Бьянки — «Были танцы». — Лучше пойдемте танцевать! — девушка потянула Тамару туда, где стоял Виктор и начала грациозно двигаться.

Света тоже неплохо танцевала — все движения были плавными. Только Тома неуклюже притаптывала из стороны в сторону. Она позволила себе несколько вольностей в виде взмахов руки: в первый раз она встретилась с рукой Тани, а второй — долбанула Светку по башке. Даже в темноте было понятно, что подруги не очень-то ей довольны, поэтому когда песня закончилась, она направилась к открытому окну, сославшись на усталость.

Возле окна стоял парень со светлыми волосами. И в отличие от Зорькиной, он даже не смел сунуться на танцпол. Звали его Александр и пришел он сюда со своим знакомым Виктором. На нем была простая клетчатая рубашка и джинсы.

Когда они с Глининым вошли в зал, он снял с него очки.

— Эй, ты чего делаешь? — удивился Саша.

— Если останешься в них, мы с тобой так никого и не подцепим.

— Вообще-то я в темноте плохо вижу.

— Это сейчас неважно.

И весь вечер Саня провел, как в тумане: вокруг мелькали разноцветные фонарики, проходили люди, он видел их одежду, но черты лица распознать не мог.

— Может познакомимся? — услышал он со стороны и не сразу понял, что это обращение к нему.

— А, да. Можно. Меня Александр зовут, — он протянул девушке руку.