Читаем Не мир (СИ) онлайн бесплатно

Боль беззвучной невидимой молнией во мгновение пронзила его разум и унеслась прочь, оставив сознание наедине с тьмой, тишиной и холодным твёрдым полом.

…Чёрт! Холодно! Твёрдо! Шея… Моя шея! Затекла то как! Темно? Глаза!!…

Именно так начался его день. Странное ощущение — словно саблями полоснуло внутри груди, нарушило не стройный ход мыслей, летящих кубарем, будто высыпанных на всё тот же холодный пол из какой-нибудь ментальной коробки бытия. Вот снова! И ещё раз! Ещё вдох и выдох! Глубокий непреодолимый спазм кашля во мгновение согнул ещё не до конца осознающее себя тело в калачик. Руки рефлекторно рванули ко рту и упёрлись в плотную ткань. Замерев на секунду, некто схватился за лицо обеими ладонями и снова замер. С беспорядочным, но ослабевающим беззвучным кашлем, шипящим и хрипящим в глубинах лёгких, зашарил пальцами по полотну, прилегающему к голове.

…Туго сжимает… Туго… Тугая повязка… Бинт… Бинт!…

Хаотично льющиеся мысли словно сами пытались выстроиться в хоть какой-то ряд.

…Бинт?!… Ранение?… Я ранен?!…

Внезапная необходимость проверить тревожную догадку обнаружила совершенно не подходящее для этого положение — каменный не ровный пол упирающийся в ноги, локоть, плечо…

Попытка встать на колени, сменила лёгкий, незаметный доселе шорох, по всей видимости одежды, на шуршание и тихий скрежет мусора и камня по каменному, наверное, полированному полу. Под ладонями в разные стороны перемещался холодный гладкий кафель, усыпанный осколками непонятно чего, шелестящим мусором, выбитыми фрагментами себя же, вот онемение рук отступило и движение пола сменилось движением ладоней по нему. Одно неловкое движение и рука, упершись в крупный обломок скользнула в сторону, разорвав тишину пронзительным скрежетом. Неожиданный звук ударил по слуху и напугал человека, он захлопнул места повязки скрывающие уши и прижался грудью к коленям, превозмогая стон собственных мыслей.

…Кафель… Кафель, наверное…

Звук, показавшийся режущей болью, скрылся за тёмным и, пока что, пустым горизонтом сознания, сменяемый запалом любопытства, подогревающим желание снять повязку.

Стараясь поддеть её закоченевшими пальцами, он обшарил всю голову, но ни края, ни узла, ни даже хотя бы слабой петли — не нашёл. Отблеск смекалки словно рассеял тьму закрытых глаз подсветив в ней осколок кафеля, только что бывший под ладонью. Снова нащупав и схватив его, человек стал судорожно поддевать маленький, слишком трудный для захвата пальцами, край бинта. Разорвав несколько волокон — схватился за них большими и указательными пальцами и потянул в разные стороны, лишь на мгновение замявшись, будучи смущённый треском.

Разорвав до конца одну полосу перевязки — потянул в разные стороны два конца, чтобы освободить глаза. Но свет окружающего мира оказался неприятным сюрпризом. Резко дёрнувшись неизвестный снова закрыл глаза, одна ладонь слишком резко выпустила камень и тот отлетел от головы, приглушённо ударившись о какой-то хлам на полу.

— Тс-с-с-с… — досадно прошипел человек через несколько слоёв бинта.

…Боль… Не иначе…

Именно боль шевельнула внутри пустой головы новые мысли, желания и опасения, инстинкты. Инстинкты сохранять себя.

…Почему так тихо?…

Словно боясь засорить глаза он приоткрыл сначала один, и лишь затем второй. Размытое окружение постепенно сфокусировалось зрением, в картину, которая оказалась не на много лучше слепоты.

Поражённый, даже не увиденным, а самим чувством «зрение», током, идущим от глаз к мозгу, он замер. Зрачки, шевельнувшись в сторону заставили дрогнуть всё тело. Вот глаза бегают цепляясь за всё и не задерживаясь ни на чём дольше мгновения. Внимания удостоилась каждая мелочь — обломки торговых рядов, битая плитка, какая-то металлоконструкция, обвалившаяся с потолка. Разрушенный супермаркет был осмотрен на столько, на сколько было возможно с позиции наблюдателя. Но холодный мозг не смог сходу выудить из тёмной бездны памяти всего этого.

…Что это?…

Ещё несколько медитативных секунд созерцания пыли, парящей в тонких тусклых лучах света и человек продолжил разматывать бинт. Моток за мотком повязка освободила лоб и нос, губы и подбородок. Свежая, слегка бледная, чистая кожа подверглась тщательному изучению остывшими пальцами, а после мгновения неуверенной заминки они отправились к вискам и к затылку, сквозь длинные прямые волосы, собранные в хвост и завязанные чем-то на уровне шеи. Потерев волевой, немного выступающий подбородок, молодой мужчина пришёл к утешительному умозаключению.

…Я не ранен… Я… Я…

Его глаза замерли в одной точке, где-то на дальней затенённой стене, а рука накрыла крупные широкие губы.

…Кто я?…

Настало внезапное понимание того, что он не только не помнит себя, но и не осознаёт ни собственного существования, ни существа окружающих предметов… Просто бездонная пропасть дна которой не достать даже если броситься туда. Тьма. Пустота. Тишина. Отсутствие.

Молодой мужчина перевёл взгляд на свободную руку. Оторвал вторую от лица. Не сними он повязки с глаз — не смог бы даже отдалённо описать руки или представить сколько на них пальцев. Тем не менее об остроте осколка кафеля он догадался не видя его, эта мысль подействовала как мгновенное лёгкое успокоительное. Но вот он нахмурился, рассматривая свои руки. Аккуратный мужской маникюр и нежная кожа, лишь немного испачканная, а вокруг сама разруха, грязь и пыль. Контраст показался человеку подозрительным. И эта мысль тоже успокоила его.

…Что-то, да соображаю значит…

Поднявшись на ноги и выпрямив широкую спину, парень продолжил осматривать окружающий бедлам более детально. Некогда просторное помещение с высокими потолками, теперь оказалось завалено горами железобетона, обрушившегося с потолка прямо на стеллажи торговых рядов. Тут и там через пыль и обломки бетона торчали полиэтилен и пластик разных цветов, ими же пестрят устоявшие на месте полки, а между ними — пыль взвивается вместе со сквозняком в струнках света, пробивающегося сквозь дыры в потолке.

Попытка развернуться прервалась резким хрустом под подошвой — раздавленный цветной пакетик выбросил на пыльный пол жёлтую труху, бывшую когда-то орешками или сухариками, теперь трудно сказать, но желудок отреагировал незамедлительно отправив в глубь помещения гулкое рычащее эхо. Лёгкий спазм и игра крови пустили холодок и встряхнули всё тело едва заметной дрожью. Внимание тут же переключилось на тяжёлый шорох одежды сопутствовавший спазму.

Человек стал обшаривать себя взглядом на столько, на сколько позволяла анатомия глаз, шеи и тела вообще. На нём был коричневый потёртый и порванный в нескольких местах плащ из плотной, толстой и грубой ткани напоминающей брезент. На плаще — два кармана, их содержимое было изучено без лишних мыслей одним движением. В одном, увы, пусто, а во втором оказалось что-то мягкое. Дальнейшее извлечение объекта из кармана и визуальное изучение обнаружило, что это шапка с одной прорезью для глаз.

…Холодно… Пожалуй стоит одеть… Только вот откуда это у меня? Я бандит или солдат?…

Резкий вопрос самому себе снова заставил безымянного парня замолчать и задуматься, откуда он может знать такие понятия и что вообще из них можно выудить. Однако размышления были прерваны шумом, откуда-то со стороны. Шуршание щебня и мелких обломков по бетону, удары мелочёвки по арматуре и наконец звонкий стук по кафелю.

Приблизившись к ближайшему стеллажу и выглянув из-за него, безымянный человек обнаружил в конце зала столб света, идущий из большой дыры в потолке. В лучах витала поднятая кем-то пыль. Спрятавшись обратно за стеллаж и, спешно натянув маску на голову, человек нагнулся и выглянул снова, теперь между двумя полками, чтобы уменьшить шанс собственного обнаружения.

Сверху, по обломкам, аккуратно спустились две фигуры. Первым оказался мужчина, а вторым, судя по размерам — ребёнок. Быстро пройдя в глубь супермаркета двое не дали возможности рассмотреть себя детально, только затасканные грязные дутые куртки, у того, кто по выше — порванная на спине с торчащим из трещины белым наполнителем.

Направившись к одному из не заваленных обломками ряду мужчина скомандовал ребёнку:

— Бери только то, что ещё не пропало, и у чего срок годности больше. Да живее! — донесшийся хриплый, но басистый голос отдался эхом куда-то в тёмную глубину руины.

Обойдя своё укрытие человек в маске выглянул из-за другой стороны полки, на этот раз между двумя запылёнными картонными мешками, стоящими на уровне его груди. Буквально в десяти шагах, двое хватали с полки консервные банки, стирали ладонями пыль с жести и, стараясь подставлять выбитые цифры тусклому свету, выбирали, что бросить в рюкзак, а что оставить.

Но не прошло и минуты, как из дыры, откуда пришли незнакомцы, сорвался густой клуб пыли, а по железобетонной конструкции полетел щебень. Мужчина шёпотом перебил шорох камня:

— Кто-то идёт… — в грязных руках блеснул метал и, обеспокоенно оглянувшись, он принял решение — Спрячемся в глубине зала, за обломками. — и указал рукой с пистолетом в ничем неосвещённую неопределённость.

Оба подняли с пола рюкзаки и быстро пошли прямиком к стеллажу, за которым прятался наблюдатель. Мужчина двигался в пол оборота, оглядываясь на источник шума, на провал служащий «входом».

— Пап!! — испуганно вскрикнул мальчик.

Отец сделал рывок и, обогнув торец торгового ряда, в одно мгновение преградил ребёнка от любой угрозы собой, держа вытянутой рукой пистолет. Перед самым срезом ствола оружия оказался высокий человек в плаще и в маске. Воцарилась тишина, названный «папой» едва заметно дрожал, приоткрыл рот, обрамлённый длинной щетиной. Ничего не помнящему парню словно прямо в мозг ударило новой чувство — он ощутил страх, ужас мгновенного испуга, но не свой, а двух людей, стоящих перед ним. Этот страх не виден и не слышен, он словно невесомый туман, густой и горько-сладкий как мёд, заполонил пространство вокруг…

…Пистолет. Рука дрожит. Боится…

Сигналом к действию послужил очередной резкий звук катящихся обломков бетона. Одним молниеносным движением парень в маске схватил пистолет, оттянув его затворную раму от себя, приведя тем самым оружие в невозможное для выстрела состояние, и, крепко обхватив пальцами металл, рванул к себе. Ещё мгновение ловкой, почти жонглёрской манипуляции пальцами и оружие смотрело стволом на своего предыдущего хозяина.

Тот час обогнув мужчину мальчик встал перед появившимся незнакомцем и задрал одну руку вверх, перекрыв ладонью лицо отца, а вторую поднял вперёд перед собой. На лице родителя блеснула капля пота, скатившись из-под отворота вязаной шапки. Послышался новый шум и нечёткие голоса со стороны «входа», кто бы это ни был — он уже входил. Незнакомец в плаще, не опуская пистолет, второй рукой схватил за складку куртки мужчину и притянул к себе, сам делая шаг назад, все трое оказались за укрытием относительно источника шума. Парень вжал пистолет в грудь мужчины притянув его второй рукой ближе к себе. Мальчик же упёрся ладошкой в грубую коричневую ткань.

— Пожалуйста. — только и смог прошептать пленник, глядя снизу-вверх в спрятанное маской лицо верзилы, захватившего его единственное средство защиты. А тот, не послабляя хватки приноровился смотреть через щель в стеллаже, как раз хорошо было видно освещённое извне нагромождение бетонных блоков.

Вот раздалось шуршание подошв обуви. Из дыры в потолке кто-то соскользнул на выступающий блок с торчащим на пол метра куском арматуры, оглядевшись и убедившись, что тут никого нет, гость продолжил спуск. Это был хилого телосложения мужчина, в чёрной одежде на лице маска с прорезями отдельно для глаз и рта, на теле бронежилет, за спиной на ремне автомат. Твёрдо встав на пол, огляделся ещё раз.

— Спускайтесь! — сделав поспешный вывод о безопасности, он крикнул кому-то вверх и зашагал вперёд.

Вольготно, не снимая с ремня из-за спины автомат, мужчина прошёл с десяток шагов, осмотрел разбросанные по полу товары:

— Да тут же Клондайк консервов! На пару недель точно хватит!! — крикнул он восторженно в полутёмную пустоту разрушенного зала, не заботясь о том, услышат ли радостную новость его товарищи снаружи.

Из дыры показались ноги в камуфляжных штанах и берцах, пошарив стопами нашли надёжную опору, согнулись в коленях и в тусклом свете появилось остальное тело, так же облачённое в камуфляж. Лысая голова была ярким пятном в тусклом свете. Человек в камуфляже ухватился за арматуру на краю дыры, покачнулся вперёд и спрыгнул, ловко приземлившись на ноги. Небольшого роста, необычайно худое телосложение было заметно даже через одежду. Он повернулся обратно к пролому в потолке:

— Давай теперь девку! — крикнул кому-то вверх. И снова в отверстии появились две ноги, не обременённые никакой одеждой, зато в берцах, явно не того что нужно размера, совсем худые. Как оказалось — девичьи. Кто-то придерживал спускающуюся — её ноги свободно повисли в воздухе. Ещё секунда и подошвы достигли выступа на обломках.

— Убери ноги оттуда! Возьмись руками за край, повисни и прыгай! Я тебя поймаю!! — нетерпеливо прокричал лысый.

— Да успокойся ты, это ж баба. — немедленно, но спокойно, даже слегка равнодушно, отреагировал человек в чёрном, рассматривая очередную поднятую с пола консервную банку.

Вот девушка уже полностью появилась на бетонном склоне. На ней был один лишь камуфляжный бушлат. Длинные волосы растрёпаны, несколько замусоленных прядей лежали на лице. Не последовав совету лысого, девушка повернулась лицом к обломкам и стала осторожно спускаться вниз.

— Какой вид! Ха-ха!! — восхищённо воскликнул лысый и протянул руки к девушке, когда та спустилась ещё немного, и схватил её под бушлатом, чтобы потянуть вниз к себе. Она не удержалась и грохнулась на радостного мерзавца спиной, тот смеясь обнял её и, не смотря на крики протестов, перевернулся и подмял под себя.

— Саня, а ну прекрати! Давайте сначала разберёмся со жратвой, и где тут прилечь можно! — человек в чёрном, всё также проводя ревизию продовольственных запасов, прервал беспредел лысого.

Тем временем из дыры в потолке появился ещё один мужчина в камуфляжной одежде, спустился аккуратно, не подняв ни шума, ни пыли, и прошёл вглубь зала, вслед за своими товарищами.

Парень в плаще, всё это время так и стоял неподвижно, наблюдая за подозрительными людьми в зале.

Лысый отпустил девушку, поднялся сам и помог встать ей.

— Пожалуйста, не трогайте меня… — слова оборвались резким шлепком, лысый ударил свою жертву ладонью по лицу. Не отвесил пощечину, не шлёпнул, а именно ударил!

— Не скули! — резко, но равнодушно оборвал её и добавил — А то съедим! Ахахаха!!! — развеселил себя собственной же шуткой и тоже принялся осматривать помещение.

…Что происходит? Должно ли так быть?…

— Это моя дочь. — взволнованно прошептал мужчина услышав родной голос, на секунду он даже забыл о пистолете, упирающемся в грудь.

— Помогите ей. Эти люди — негодяи, прошу вас… — он не унимал свою мольбу, но незнакомец и усом не повёл.