Читаем Научи меня верности (СИ) онлайн бесплатно

Ульяна смотрела, как на экране девушка в белом платье и фате ласково любовалась шикарным мужчиной. Самым лучшим на свете женихом. Они будто привязаны друг к другу взглядами, их взоры словно говорили: «Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива!», «Я знаю. Я люблю тебя больше жизни». — Перед началом регистрации прошу вас ещё раз подтвердить, является ли ваше решение стать супругами, создать семью искренним, взаимным и свободным. Прошу ответить вас, невеста.

— Да. — твёрдо, не отрывая взгляда.

— Прошу ответить вас, жених.

— Да.

Ульяна нажала на паузу, пытаясь хоть на минуту удержать ту атмосферу любви, что исходила от новобрачных. До боли в глазах всматривалась в стоп-кадр, где они с Олегом, такие счастливые и влюблённые, смотрели друг на друга, словно никого, кроме них, не существует.

— Куда все это делось, Олежа, куда? — прошептала она, коснулась экрана, словно пытаясь дотронуться до мужа, у которого уже своя, отдельная от Ульяны жизнь.

— Как мы могли просрать всё это, Потапов? Ну как?

Когда их жизнь сделала опасный вираж и, накренившись, всё покатилось к чертям? В какой момент они стали искать своё счастье на стороне?

— Ой!

Почувствовав легкое шевеление, девушка посмотрела на свой округлившийся живот и улыбнулась сквозь слёзы.

— Всё-всё, малыш! Мамочка больше не плачет, правда, — прошептала Ульяна. — Теперь ты со мной, а значит, мы вдвоём всё преодолеем.

Доброго времени суток, дорогие читатели! Буду рада комментариям и звездочкам. Давайте поддержим такую непростую историю? Героев впереди ждет много переживаний, и они готовы ими с вами делиться.

НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ НАЗАД

— Олег, ну что за дела? Неужели в эту командировку вы никак не могли отправить кого-то другого?

Отставив в сторону утюг, Уля недовольно посмотрела на мужа. Когда они с Петькой, другом детства, организовали собственное производство мебели, то оговорили сразу: Петр летает по стране в командировки. Была у него такая черта характера: умел человека заинтересовать, на диалог вывести, ну и новые горизонты любил открывать. А еще Петр Скворцов был закоренелый холостяк, так что с радостью согласился, что зазывалой будет он, а Олег уже на месте будет «добивать» и договоры подписывать. И так как он редко отсутствовал дома, а в командировки и вовсе ни разу не летал, новость о его отъезде сильно взволновала Ульяну. Но, видимо, настал и его черёд.

— Ульян, ты же знаешь, я и сам не люблю ночевать вне дома. Всего-то три тысячи километров. Да и что может случиться? Я там на пару дней максимум. Тем более, тут у тебя есть две мамы и брат. Скучать тебе не придётся.

Он подошёл к жене со спины, приобнял за талию, положив подбородок ей на макушку, продолжил:

— Но так надо, Петька заболел. Там сделка приличная, большой заказ. Я не могу людей подвести, понимаешь?

Поцелуй в шею, затем ещё один, за ушком, пока Ульяна не расслабилась окончательно, отдаваясь в такие родные и нежные руки.

— Ты улетаешь так далеко, и если что, не сможешь даже вернуться быстро… И вообще, у меня как раз будут самые удачные дни, овуляция, ты же помнишь.

Да, они решили жить для себя, но как не думать о малыше? Каждый разговор об ЭКО заканчивался приведением примеров как это опасно, скандалом и категоричным отказом Олега. Это разбивало ей сердце, но все же она убеждала себя, что муж заботится о ней. На какое-то время это помогало, а потом накрывало вновь.

— Ульян, у нас все получится, значит, время еще не пришло. — Олег нежно поцеловал ее в плечо. — Прошу, перестань себя накручивать, мы с тобой каждый раз говорим об этом. И вообще, я хотел тебе по прилете сообщить, но раз уж так…

Олег показал ей рекламный проспект с изображением беременной женщины.

— Что это? — голос от волнения пропал.

— Это хорошая клиника, филиал израильского центра репродуктологии, — муж развернул её к себе лицом, — я по прежнему против ЭКО, Уля, но это хорошие врачи, и мы с тобой обязаны там проконсультироваться.

Уголек надежды разгорался в ее душе, и она уже почти не слушала, что там говорит Олег. Только и выцепила для себя три заветные буквы — ЭКО. Слова доходили как сквозь стену. Но радость уже затопила ее до краев.

Она теснее прижалась к мужу, заглянула в любимые глаза и растворилась там, в этом жарком взгляде. Облизнула пересохшие губы. Вот так всегда, он еще не сделал ничего, а ее уже закружило в этом огненном водовороте. Олег целовал и ласкал напористо и жадно, словно не видел её давно, и вот, наконец, дорвался до желанного тела. И мир перестал существовать, сузившись до минимальных размеров, оставляя лишь их одних. В такие моменты существовал лишь Олег и та нежность, страсть, которой он окутывал Ульяну.

Она дышала им с самой первой встречи. Ей было всего восемнадцать, когда они встретились. В тот день Ульяна спешила домой рассказать родителям о том, что поступила в колледж. С детства она всегда хотела стать парикмахером, и вот теперь её будут учить этому искусству лучшие преподаватели Москвы!

Она радостно шла вприпрыжку, размахивая сумочкой. То и дело откусывала любимое крем-брюле в вафельном стаканчике. И счастливо жмурилась, подставляя лицо теплым солнечным лучам. Белокурые волосы рассыпались по плечам, их то и дело подхватывал ветерок, играя. Уля не заметила, откуда он взялся, — просто р-раз! — и она уже лежит на земле.

— Простите, — молодой человек наклонился, протянул ей ладонь, помогая подняться.

Кажется, он говорил что-то еще, она не уверена. Кажется, она так и стояла с раскрытым ртом, разглядывая его. Короткие, черные, как смоль волосы, карие глаза, обрамленные густыми, темными, словно уголь, ресницами. Резкие черты лица. И руки, сильные, жилистые руки с большими, крепкими ладонями.

— Олег, — представился этот высокий мужчина. Ульяна едва доходила ему до плеча.

Почувствовав, что он до сих пор держит её за руку, девушка смущенно улыбнулась и представилась в ответ. В тот день он проводил её до выхода из парка и посоветовал внимательнее смотреть по сторонам.

Уля еще долго потом вспоминала его, ежедневно возвращалась домой одной дорогой, высматривая его в каждом прохожем. Пока через месяц не столкнулась с ним вновь в том же парке.

— Тут свободно? — услышала она знакомый голос и оторвалась от чтения любимой книги.

Дела на сегодня были закончены, и Олег неспешно шел по парку, который просто утопал в зелени. Теплое майское солнце уже вовсю припекало, и народ высыпал из дома, чтобы подышать прогретым на солнце воздухом. Олег посмотрел направо, туда, где мальчишки гоняли палкой стаю голубей, и вдруг замер. На лавочке сидела девушка и читала книгу. Ветер то и дело подхватывал ее белокурые волосы, а она приглаживала их ладонью, пропускала сквозь пальцы. Олег так и стоял, разглядывая, как она, увлеченная чтением, хмурилась, теребила кончики волос, зажатые в руке, закусывала нижнюю губу. Его как молнией прошило в тот момент, а он все пытался осознать, почему же не может отвести взгляд и перестать любоваться ею. Но вот лучистые глаза наполнились слезами, и она всхлипнула. Олег сделал шаг и поинтересовался, присаживаясь рядом:

— Тут свободно?

Господи, глупость какая, ну конечно свободно! Что за чушь он несет!

Она уставилась на него со смесью удивления и радости во взгляде.

— Ты почему плачешь? — поинтересовался Олег. Протянул руку и стер крупную каплю с ее щеки.

— Олег? — улыбнулась она. — А, да, тут грустный момент в книге.

И мир снова замер, как и в тот день, когда он впервые столкнулся с ней на этом же месте.

— Теперь это официально «наше место», Ульяна. Как ты на это смотришь?

— Да, — медленно моргая, проговорила она. — В смысле, я не против.

— Тогда завтра встречаемся на «нашем месте» в два часа. Согласна?

— Согласна…

Двенадцать лет прошло с того дня, десять из которых в браке, а они так и встречались каждый день на «их месте» в два часа, чтобы пообедать.

И все было прекрасно, только одно омрачало их безбрежное счастье. Детей они так и не родили. За десять лет врачей было пройдено великое множество, и все как один твердили, что оба супруга здоровы, а на вопрос, в чем же причина, только разводили руками. Странная несовместимость. Про ЭКО Олег даже слышать не хотел, не желая подвергать любимую таким испытаниям даже ради ребенка. Тем более, никто не давал никаких гарантий, что приживется хотя бы один эмбрион.

Как-то раз свекровь заикнулась ей о том, что можно взять ребеночка из дома малютки или воспользоваться услугами суррогатной мамы. Но Ульяна даже слушать не стала, сказала лишь, что хочет родить сама. Это и стало главным камнем преткновения в их безоблачной жизни. Ульяна поначалу впадала в уныние каждый раз, когда наступали красные дни календаря. Могла по несколько дней не разговаривать с Олегом, доводя его этим до бешенства. Первое время в такие дни Олег старался быть рядом и всячески успокоить любимую, но потом стал просто уходить к родителям, давая возможность Ульяне побыть со своими мыслями. Они отдалялись друг от друга. И выносить это молчаливое существование она была больше не в силах.

— Может, развод? — спросила шепотом Ульяна, и сама зажмурилась от страха.

Они только легли спать, отвернувшись друг от друга, как всегда делали в последнее время.

— Уля, — с болью в голосе проговорил Олег. Сел на кровати, уткнулся лицом в ладони. — Ты точно этого хочешь?

— Я так устала, Олег. — убитым голосом ответила она.

— Ульян, давай не рубить с плеча. — он пододвинулся ближе, погладил любимую по плечу. — Живут же как-то без детей, ради друг друга. И мы сможем. Ну же, родная, я не готов вот так все бросить и отказаться от тебя, — шептал он, покрывая ее плечо поцелуями. — Давай просто жить, Ульян, а? Не для кого-то, для себя!

Она повернулась к нему лицом, отвечая на ласку. Ответа не требовалось, они дают друг другу шанс. Шанс попробовать жить для себя, задвигая подальше мечты о детях.

— Олег, иди завтракать, а то опоздаешь! — позвала Ульяна, раскладывая омлет по тарелкам.

Через минуту в их маленькую кухню вошел Олег в одном полотенце. В таком небольшом пространстве ее муж всегда смотрелся Гулливером в стране лилипутов. Но от этого их крохотная комнатка смотрелась только уютнее. Ульяна оперлась подбородком о кулак и с улыбкой наблюдала, как Олег ест. Никогда у Ульяны не возникало желания поменять их уютное гнездышко на большую и просторную квартиру. Им двоим места хватало, а большего и не надо было.

— Провожать меня не нужно, — активно поглощая завтрак, сказал он. — Холодно на улице, нечего тебе морозиться лишний раз.

— Да, ты прав, — сказала Ульяна, допивая кофе. — Тем более у меня первая клиентка через два часа, иначе я не успею вернуться.

— Давай сегодня на такси, — попросил Олег, обуваясь. — На улице гололедица, за руль не садись.

— Ага, — Ульяна поправила ему шарф и быстро поцеловала в губы, — ты мне предлагаешь все моё оборудование в такси запихивать?

Олег не одобрял её работу выездным парикмахером.

— Уль, ты подумай все-таки, может, салон откроешь? — завел он прежнюю шарманку. — Ну что ты мотаешься по квартирам, тяжести таскаешь?

— Олеж, — обняла она мужа, — мы это обсуждали. Давай не начинай, и тем более, — посмотрела на часы, — ты опоздаешь на регистрацию.

Проводив мужа, Ульяна вернулась в комнату проверить, все ли необходимое она собрала. И, удостоверившись, что все инструменты и косметика на месте, стала спешно собираться.

Выруливая со двора, она аккуратно влилась в плотный поток машин, хорошо хоть выехала заранее. Ехать надо было через весь город, и заняло это, без малого, почти три часа.

Припарковавшись около нужного подъезда, Ульяна аккуратно, мелкими шажками, чтобы не дай Бог не растянуться на скользком асфальте, проковыляла к багажнику своего «жучка».

— Чертовы пробки, — ругалась Уля, вытаскивая из авто тяжеленный розовый чемодан, — чертов гололед!

Со злостью захлопнула дверцу багажника и аккуратно пошла к подъезду. Ноги разъезжались на скользкой тропинке, Уля то и дело теряла равновесие, да еще и чемодан этот!

— Черт дернул меня надеть эти долбаные каблуки, — ругалась она, подойдя к квартире клиентки.

Дверь распахнулась, не успела Потапова даже палец к звонку поднести, и перед ней предстала Наташа, запахивая шелковый халатик на груди. Бывшая одноклассница Олега стала первой и постоянной Ульяниной клиенткой. Поначалу девушке казалось, что Белова влюблена в Олега, но потом, спросив напрямую, получила снисходительную улыбку в ответ и уверения в том, что в школе в него были влюблены абсолютно все девочки с первого по одиннадцатый класс.

— Не бери в голову, — сказала она тогда, — детская влюбленность давно прошла.

Дурой Ульяна не была и решила, что лучше все же держать Наташу от Олега подальше. Та стала для Потаповой если не подругой, то хорошей знакомой, которая привела ей много новых клиенток, оставляя хорошие рекомендации.

— Ты так громко чертыхалась, — проговорила Наталья, пропуская своего мастера в квартиру, — тебя, наверное, весь подъезд слышал!

— Ох, Наташ, сегодня прям коллапс какой-то, — разматывая шарф, ответила Уля, — три часа к тебе ехала.

Ульяна оставила чемодан в прихожей, предварительно вытащив из него все необходимое, и прошла в гостиную, где её уже ждала Наталья.

— Давай сначала по кофейку? — предложила хозяйка, указав в сторону журнального столика, на котором стоял поднос с кофейником, двумя чашками и парой круассанов.

— Французский завтрак? — улыбнулась Уля. — А давай.

Женщины разместились в мягких кожаных креслах. Уля отпила обжигающий ароматный напиток и, зажмурившись от удовольствия, прошептала:

— Божественный кофе.

— Спасибо, — без тени смущения ответила подруга, отставила чашку с недопитым кофе и посмотрела Ульяне в глаза. — Ты что-то сегодня сама не своя. С Олегом поругались?

И вроде тревога в голосе, и на лице сочувствие, но что-то все равно не давало Ульяне покоя, когда Наташа говорила о её муже. Нет, в Олеге Уля была уверена на сто процентов, а вот Наташа… В присутствии Потапова эта сильная и холеная женщина превращалась в беззащитного котенка и буквально заглядывала ему в рот. Нелепые просьбы о помощи, комплименты её мужчине задевали Ульяну, не позволяя расслабиться. Видеть такое было неприятно, и их встречи в общих компаниях Уля практически свела на нет. Хоть изредка им все равно приходилось встречаться — Наталья была высококлассным юристом и являлась внештатным сотрудником нескольких фирм, в том числе и фирмы Олега.

— Все в порядке, Нат, — Ульяна поставила на поднос пустую чашку, — Олег в командировке первый раз. Волнуюсь.

— О! У них вроде Петр командировочный?! — сказала Наташа, вскинув аккуратно выщипанные брови, — смотри, командировки портят мужей.

Подруга уселась напротив трюмо в удобное кожаное кресло, распустила волосы.

— Что ты имеешь ввиду? — нахмурившись, спросила Уля.

Она подошла к Наталье и замерла позади нее.

— Ну, — Наташа закатила глаза и ответила, размахивая правой рукой, — свобода и все такое… а там куча соблазнов. Наверняка партнеры и проституток снимут им. И вообще, знаешь, такого, как твой Олег, отпускать от себя опасно.