Читаем Наследство за океаном онлайн бесплатно

Эсси Саммерс

Наследство за океаном

Larisa_F; SpellCheck: Annika

“Наследство за океаном”: ЗАО Изд-во Центрполиграф; Москва; 2002

ISBN 5-227-01870-7

Аннотация

Линдсей Макре еще в детстве поняла, что надо надеяться только на себя. После смерти матери девушка осталась с братом и сестрой на руках. Тогда она не знала, какие испытания готовит ей судьба. Оказавшись на другом краю света, Линдсей вынуждена начать все сначала. В трудовых заботах не замечает юная красавица, что рядом с ней тот, кто разделит ее тревоги и надежды…

Глава 1

Линдсей Макре с ужасом уставилась на миссис Локхарт. Ей трудно было поверить, что можно сделать такое предложение всерьез.

— Если я вас правильно поняла, — сказала Линдсей, — вы, считаете, что нужно отправить Каллима и Мораг в приют?!

Миссис Локхарт вздохнула и вкрадчиво продолжила, стараясь быть терпеливой и рассудительной:

— Дорогая моя, ты еще так молода… Это в моем возрасте люди могут трезво смотреть на подобные вещи. Жизнь бывает ой как несправедлива. Нам остается только смириться и принимать ее такой, какая она есть, без прикрас. Ты только подумай, дорогая, насколько лучше будет потом деткам.

— Меня не интересует “потом”, меня больше беспокоит “сейчас”! — с жаром воскликнула Линдсей. — Они же не сироты, у них есть я — их сестра!

— Сводная сестра.

— Сводная или родная, что это меняет? Я люблю двойняшек как родных!

— Это тебе сейчас так кажется, а что будет дальше? Кто знает, что из них вырастет? Вспомни их отца — бессовестный, безответственный человек, бросивший твою мать, когда она так в нем нуждалась!

Линдсей прикусила губу. Все сказанное миссис Локхарт было чистой правдой.

— Это не имеет ни малейшего значения. Дети за родителей не отвечают, двойняшки своего отца даже в глаза не видели. Малышей воспитала моя мама — и воспитала прекрасно.

— Знаешь, дорогая, это не слишком хорошо, когда детей воспитывает одна мать. Твоя мама их испортила.

От таких слов Линдсей вспыхнула, но постаралась скрыть раздражение и спокойно ответила:

— Это неправда! Если ее принципы воспитания детей в корне расходятся с вашими, это еще не значит, что они неправильны.

Миссис Локхарт скривила губы:

— Ты дерзишь, дорогуша.

Линдсей пришлось приложить немало усилий, чтобы справиться с волнением и унять дрожь. Какой ужас… Кажется, случилось то, чего она так боялась, — Линдсей поругалась с матерью Робина, своей будущей свекровью.

— Я не хотела вас обидеть, но я не позволю говорить, что моя мама испортила двойняшек. Да, иногда с ними было нелегко, они могли заупрямиться, но в какой семье такого не случается? А вообще они послушные. Мама ведь была учительницей, она всех детей любила и понимала, не только своих.

Линдсей взглянула на миссис Локхарт, и сердце ее так и екнуло. Она опять сказала что-то не то.

— Это просто неслыханная дерзость! Ты намекаешь на то, что мой Алистер ушел из дома из-за меня. Так вот, слушай — моей вины в этом нет. Это совсем не значит, что я никудышная мать или что я была слишком сурова с ним.

Линдсей страдальчески всплеснула руками:

— Миссис Локхарт, я вас умоляю! Я совсем не то имела в виду. Конечно, вы не виноваты. Алистер просто решил стать независимым и обзавестись своим домом — это так естественно. Ему предложили работу, и поэтому он уехал. В любом случае у меня и мысли не было вас в этом упрекать.

— Так уж и не было? Я уверена, что именно ты поддержала Алистера. Ведь они могли вместе с Робином работать на ферме. А теперь он никто — так, наемный рабочий.

Линдсей нерешительно ответила:

— По-моему, Алистер вполне счастлив, он и Несси работают как сумасшедшие, чтобы накопить на свой собственный домик. Но в любом случае ко мне это не имеет и не имело никакого отношения, тем более что сейчас мы говорим совсем о другом. — Линдсей попробовала улыбнуться в знак примирения. — В конце концов, вы купили себе домик в городе рядом с вашей сестрой. Я согласна, нелегко в вашем возрасте принять в дом двух ребятишек. Но ведь там предостаточно места, и я надеюсь, оно найдется и для моего маленького братика и сестрички.

— Когда-то ты соглашалась с Алистером, что молодые должны жить одни. Получается, что ты сама себе противоречишь. Не успели пожениться, а детьми уже обзавелись. Поверь, тебе и Робину будет гораздо лучше вдвоем.

— Да, вы совершенно правы, я действительно считаю, что молодая пара должна жить отдельно. Но я имела в виду свекровь. Ведь это требует огромного терпения как со стороны молодых, так и со стороны свекрови. Я не верю, что вы предлагаете мне бросить детей. Они никогда не видели своего отца, совсем недавно потеряли мать. Как же я могу так с ними поступить?!

— Да никто никого не бросает. Приют “Мак-фарлан” отличное место. Ты сможешь забирать их на выходные, если захочешь, можешь навещать среди недели. Я думаю, ты просто не понимаешь, как обременительно это будет для моего сына в материальном плане…

Серые глаза Линдсей мгновенно позеленели.

— Ах, вот оно что, все дело в деньгах. Деньги для вас — самое важное. Хочу вас успокоить: деньги от продажи коттеджа пойдут на обучение ребят. Я вас только прошу дать им крышу над головой. А потом двойняшки сами смогут заработать себе на жизнь. Мораг уже сейчас здорово управляется с птицей, а Каллим сможет ухаживать за овцами и свиньями. Миссис Локхарт, пожалуйста! Неужели вы действительно думаете, что для нас с Робином они будут обузой? Наоборот, какая же семья без детей!

Миссис Локхарт от негодования открыла рот:

— Я не позволю проматывать свои деньги, заработанные потом и кровью, на отпрысков какого-то неудачника.

— Нам не нужны ваши деньги. Робин просто возьмет свою часть, причитающуюся ему по завещанию отца. Он также собирается выкупить долю Алистера. Таким образом, вы будете получать треть дохода от фермы.

— Хочу напомнить, что дом пока еще принадлежит мне. Я — хозяйка и вправе решать, что мне делать и как тратить свои деньги.

Голосом, полным отчаяния, Линдсей осторожно произнесла:

— Миссис Локхарт, если вы не хотите переезжать, то мы с Робином можем построить маленький домик для себя и жить там вместе с ребятишками. Я знаю много молодых пар, поступивших именно так. Я терпеть не могу всевозможные споры и ссоры, но это касается только меня и Робина.

Черные глаза миссис Локхарт сузились, и в них промелькнул недобрый огонек.

— Почему ты так уверена, что Робин полностью с тобой согласен?

— Робин всегда прекрасно ладил с детьми. Он им как старший брат.

Миссис Локхарт разразилась таким злым смехом, что Линдсей стало не по себе.

— Ты еще очень плохо знаешь мужчин, Линдсей Макре. Робин хорошо с ними ладил, пока не нес за них никакой ответственности. А надевать себе ярмо на шею он вряд ли захочет.

— Я полагаю, — с достоинством произнесла Линдсей, — надо дать возможность Робину говорить самому за себя.

— Он уже высказал свое мнение.

— Или, может быть, вы высказали ему свое, — сказала Линдсей, испытующе взглянув в глаза миссис Локхарт.

— Сути дела это не меняет.

— Вы так думаете? Я бы предпочла услышать это от Робина. Я сейчас же пойду и найду его.

— Пойди и найди, — ядовито-сладким голосом сказала миссис Локхарт.

По телу Линдсей пробежала неприятная дрожь. “Что за глупости, — сказала сама себе Линдсей. — Я должна доверять Робину”.

— Он около Руж-Акр, — добавила миссис Локхарт. — Он ответит на все твои вопросы.

И Робин ответил.

Разговор миссис Локхарт никак не шел у Линдсей из головы. Когда она нашла Робина, то заговорила немного сбивчиво и слегка задыхаясь, так как прекрасно понимала, что наступил решающий момент.

— Ох, Робин, я тут разговаривала с твоей мамой насчет Каллима и Мораг. Я немного расстроилась. Видишь ли, твоя мама…

Робин подошел к Линдсей и взял ее за руку.

— Когда ты все спокойно обдумаешь, ты тоже согласишься с мамой. Правильное решение не всегда дается нам легко, но со временем ты поймешь, что детям там будет гораздо лучше. В конце концов, в том, что твоя мать опять вышла замуж, да еще за такого мерзавца, твоей вины нет. Ты не обязана всю жизнь за это расплачиваться, да и я тоже. Вчера я разговаривал с директором приюта, у них есть два свободных места в одном из коттеджей. Ты, главное, не переживай: это отличное место, совсем не похоже на те жуткие, мрачные сиротские приюты старого образца. За каждым из коттеджей присматривает супружеская пара, дети живут большой дружной семьей.

Робин ждал, что скажет Линдсей, но она молча смотрела на него.

— Линдсей, почему ты на меня смотришь так, словно…

— Как?

— Ну я не знаю, так, словно видишь меня впервые!

— Я смотрю на тебя, Робин, и думаю, что я просто создала образ в своем воображении. В реальной жизни такого человека не существует. Я была уверена, что ты добрый, сильный мужчина, на которого я всегда смогу положиться, который будет со мной и в радости и в горе. Я не могу поверить. Робин, что с тобой? Это похоже на ночной кошмар. Алистер поступил как настоящий мужчина и сделал то, что сам счел нужным. Я надеялась, что и в тебе есть стержень, характер, индивидуальность. К сожалению, я ошиблась.

Робин вспыхнул:

— Линдсей, не стоит придавать всему этому такое значение. Это обычное дело. Это…

— Обычное дело?! Только от одной мысли, что придется бросить двойняшек, у меня сердце рвется на части. Ты называешь это обычным делом?! А как же милосердие, забота о нуждающихся, любовь к ближнему? Чем тебе помешали ребята, они уже сейчас прекрасно помогают на ферме. Помню, ты как-то сказал, что тебе неслыханно повезло — заполучить в жены девушку с фермы. Но я не смогу работать на земле, у меня будет много работы по дому, потом пойдут дети, за которыми тоже нужен глаз да глаз. Двойняшки здорово бы мне помогли. А всего месяц назад будущее казалось таким безоблачным. Мама была рядом, такая веселая. Она…

— Ей следовало сказать тебе, Линдсей, что она серьезно больна, тогда это не было бы для тебя таким потрясением. Линдсей, ты словно в тумане и не можешь или не хочешь понять очевидное. Обременять молодого мужчину двумя детьми… Это учитывая, что теперь ферма благодаря тебе разделена на три части.

У Линдсей перехватило дыхание.

— Робин! Что ты несешь? Благодаря мне? Мы все решили вдвоем, ты и я! Послушай, Алистер смог вырваться из-под опеки твоей мамочки, он доказал всем, что настоящий мужчина. Я с нетерпением ждала этого и от тебя. Неужели ты и шага ступить не можешь, не посоветовавшись с мамочкой. Робин, даже сейчас я все еще надеюсь, что ты скажешь: “Конечно, дорогая, Каллим и Мораг будут жить с нами”. Ты прекрасно знаешь, что дела на ферме идут хорошо и пошли бы еще лучше, если бы твоя матушка не отвергала все нововведения. Что бы я ей ни предлагала, все воспринималось в штыки. У нее всегда одна реакция: “В Страслуане таким не занимаются”. Если бы люди так реагировали на все новое, то мы до сих пор жили бы в пещерах и охотились на мамонтов.

От такой речи у Робина отвисла челюсть.

— Хочу объяснить тебе раз и навсегда. Ничто в мире не заставит меня пойти против воли матери, а тем более взять на себя ответственность за двух голодранцев. Ты так восхищаешься поступком Алистера: “Какой молодец! Пошел против воли матери! Настоящий мужчина!” Я считаю его дураком. На следующий день мать вычеркнула его из завещания, а я, уволь, совсем не собираюсь пойти по миру.

Линдсей замерла, казалось, что она даже не дышит. Она с трудом пыталась переварить все сказанное Робином. Он подошел к Линдсей и положил ей руку на плечо, но девушку словно током ударило от этого прикосновения.

— Не трогай меня, Робин, — сказала Линдсей и нервно засмеялась. — У меня такое чувство, словно я прозрела после долгих лет слепоты. Я увидела то, что старалась не замечать. Ты копия своей матери и совсем не похож на отца. Теперь я его понимаю. Твой отец разделил ферму на три части, чтобы хоть как-то защитить от вас Алистера. Если бы он только знал, что за подлую и низкую женщину берет в жены. Слава богу, я вовремя все поняла. Нет ничего хуже, чем скупой муж. Я мечтала выйти замуж за человека, который не боится ответственности, может постоять за себя, который… Впрочем, все это не имеет к тебе, Робин, ни малейшего отношения.

Легким, решительным движением Линдсей сняла свое обручальное кольцо и вложила его в мозолистую руку Робина. Глотая слезы, девушка добавила:

— Я как-нибудь сама решу свои проблемы, Робин.

Молодой человек так ничего и не успел сказать.

Линдсей не помнила, сколько времени бежала. Когда она без сил упала на траву, в висках стучало, а тугой комок подкатывал к горлу. “Линдсей, успокойся. Дети не должны видеть тебя заплаканной. Они только начали приходить в себя после смерти матери. Линдсей, ты единственная, кто у них остался. Ты сможешь. Ты просто обязана со всем этим справиться”, — говорила себе девушка. Тут в памяти всплыло письмо мамы, которое Линдсей прочитала после ее смерти. Это было письмо-исповедь, в нем мама признавалась, что еще два года назад она знала о неутешительных прогнозах врачей. Смерть могла наступить в любой момент, сердце было слабое, и даже врачи терялись в догадках, как долго оно еще сможет работать. Чтобы не волновать детей, она решила, что никто ничего не должен знать. Бедная мамочка, она боялась почувствовать себя немощной, не хотела становиться обузой. Все свои силы она положила на то, чтобы успеть выкупить коттедж. В этом письме мама обращалась к Линдсей и просила ее позаботиться о малышах — она так мечтала, чтобы у них было счастливое детство. Кроме этого, мама просила Линдсей сообщить отцу двойняшек, что теперь он свободен. Она считала, что это будет справедливо по отношению к нему и к двойняшкам. Мама писала, что уходит из этого мира спокойно, так как уверена — лучше Робина и Линдсей о двойняшках никто не позаботится. В конце письма был аккуратно выведен адрес Лекса, отца малышей.

“Я и Робин… Я и Робин”. От этой фразы у Линдсей вновь перехватило дыхание, и комок подкатил к горлу. Девушка собрала все силы, взяла себя в руки и пошла в деревню, где должна была встретиться лицом к лицу с такими проблемами, каких не могла себе представить даже в страшном сне… вчера.

Только вчера Джеймс Кромби сказал Линдсей:

— Я полагаю, вам с Робином следует поторопиться со свадьбой. При такой жизни тебя надолго не хватит. Детей в школу отправить, дела по хозяйству, да и сюда поспеть вовремя, это во сколько же тебе вставать приходится?

Линдсей полностью с ним согласилась:

— Вы правы, мистер Кромби, кроме того, нечестно по отношению к вам, скоро зима, и мне придется уходить гораздо раньше. По-хорошему мне вообще надо жить здесь, но двойняшки еще слишком малы и боятся оставаться одни, тем более вечерами. Плюс ко всему мы до сих пор не рассчитались по закладной на коттедж. Я думаю, нам с Робином нужно сыграть свадьбу до Рождества.

Мистер Кромби одобрил такое решение:

— Да, но… есть кое-что, о чем я хочу тебя предупредить. Будь осторожна с матерью Робина. О ее скупердяйстве легенды ходят. Как бы она чего не выкинула?!

Что же делать? Этот вопрос назойливо стучал в висках у Линдсей. “Главное — не впадать в панику. Мама переживала времена и похуже”, — внушала себе девушка.