Читаем Наномашины, внучок! Том 2 (СИ) онлайн бесплатно

Мы сидели в квартире. Висела тишина.

Очень неудобно и дискомфортно, здесь буквально тяжело находиться.

Моя прабабушка сидела на диване и молча смотрела то на родителей, то на меня. Мама стояла. Отец сидел за столом на кухне и тоже молча смотрел — он почти ничего за это время не сказал…

Да уж…

— Дом у вас говно, — первое, что сказала прабабушка.

— Какой есть… — прошептала мать.

Бабушка не ответила. Такое ощущение, что и она не знала к чему подступить.

Я же сидел на диване напротив. Хотел не выдавать боли, но… не смог. Я зажмурился и едва не простонал. Плечо болит. Дико. Оно ноет и жжёт, и я практически не могу им пошевелить.

Бабушка это заметила. Она встала с дивана, подошла и присела, заскрипев мотоциклистским костюмом.

— Вывих? — как-то поняла она с одного взгляда и коснулась плеча.

— Ай! — жмурюсь от боли.

— Не ной! Это просто вывих, не будь слабаком!

Она коснулась моего плеча, потом лба. Потом лица. Пощупала пульс на шее.

— У тебе регенерация повышена? Тогда точно справишься.

Бабушка хватает меня за руку и резко дёргает назад-вниз! Хруст!

— Ыа-а! М-м-м! — я жмурюсь и хватаюсь за плечо, — Ай-й-й!

«Вывих вправлен»

— Б-баба! — подскочила мама, — Ты что…

— Молчать! — она резко встала, развернулась и указала на внучку, — Вот сейчас — молчать!

— Н-но нельзя, его надо было к…

— Не тебе говорить, что мне делать, а что нет! Сбежала, ничего не сказала, и теперь, когда я спасла его жизнь, будешь читать мне нотации?!

Мама замолчала и виновато опустила глаза.

Бабушка выдохнула, потёрла переносицу и покачала головой. Затем снова осмотрелась. Увидела лысого кота.

— Господи, какой урод, — нахмурилась она, глядя на плачущего котёнка, — И где чай? Аня, тебя этикету учили лучшие трупы викторианской эпохи, и ты до сих пор не предложила гостье чай? Наливай давай.

— Хорошо…

Скоро на столе появился чай и все сели за стол. Меня тоже заставили. Плечо постепенно переставало ныть, и после вправления реально становилось лучше!

Правда ситуация, кажется, всё нагнеталась.

Бабушка отпила из кружки. Чай ещё дымился, это буквально гольный кипяток, но она вообще этого не ощутила.

— И чай тоже говно. Одна химия.

Ей не ответили.

Её вертикальные зрачки внимательно всё осматривали. Взгляд у неё долгий, глубокий. Несмотря на внешность двадцатилетней девушки, по глазам виден реальный опыт.

Ей ведь больше сотни лет должно быть.

— Эй, внук. Что с волосами?

— У него… — начала мать.

— Пусть сам отвечает! Я его спрашивала. Ты ему до конца жизни рот подтирать будешь? Застрелить человека он может, а ответить — мамочку ждёт?! — гаркнула она, а затем вновь посмотрела на меня, — Ну, что с волосами?

— Магические, — ответил я.

— М. Ясно… — она отпила чай, — Чёрного оттенка. Как у прадеда твоего. Неплохой цвет.

Ну да, она же не знает.

Женщина ещё раз отпила, выдохнула и, не дождавшись и слова от родственников, всё же сама решила перейти к главной теме.

— Значит, всё-таки ребёнок, — хмыкнула бабушка, держа кружку двумя руками, — А я-то думаю, почему три амулета стащила? Кому третий? Ну не могла же ты не сказать мне о беременности? Что у меня появится кто-то ещё. Но… ты не сказала.

— … — мама поджала губы, — Ты бы не одобрила…

— Кого? Ребёнка? Почему? Он уже в тебе был, никуда не денется. Просто бы растили…

— Без отца. Да, — пробубнила мама.

Сейчас моя мать выглядела не как девушка с ребёнком и мужем, а как обычная мелкая девчонка, попавшаяся взрослым. Осанка поджата, голос тихий, взгляд тусклый.

Отец всё это время сидел и наблюдал за диалогом семьи, но сейчас промолчать не смог.

— Вот поэтому и не сказали. Поэтому она и сбежала. А сами не видите?! Вы буквально ей указываете с кем можно жить, а с кем нельзя!

— Закрой. Свой. Рот! — процедила бабушка.

— Ваша ненависть ко мне не изменит того, что Аня любит и меня, и сына! И вы прекрасно это знаете! И вы не можете с этим смириться ради счастья вашей внучки?!

— Смириться?.., — процедила она, переводя взгляд на отца, — Смириться?! ТЫ УБИЛ МОЕГО МУЖА!

Я распахнул глаза. Сердце пропустило удар, и мне захотелось поджать голову и провалиться из этого места.

«Оуууу…», — я прикрыл рот.

Всё… оказывается намного сложнее.

— Я защищал свою страну! — папа процедил в ответ.

— Да. Защищал. И я бы это приняла. Мой муж пошёл войной, и ты защищал жителей. НО ТЫ БЕЖАЛ ИЗ СВОЕЙ СТРАНЫ! Сраный, лицемерный ублюдок! Ты убил моего мужа ради людей, которых всё равно потом предал!

— Я предал их из-за жены и сына! — заорал он в ответ, — Из-за вас, которая не хотела их отпускать! Я бросил всё что имел, потому что это был единственный шанс жить с Анной и Михаэлем! И всё. Из-за. Вас!

У прабабушки дёрнулся глаз.

— Следи. За своим. Тоном, — процедила она.

Её глаза начали наливаться ярким огненным оттенком.

Драться? Они… моя семья… будут драться? Эй, не надо. П-погодите!

— О, я и не на это пойду ради своей семьи, — ответил отец.

— Ты умрёшь раньше, чем встанешь с этого сту…

— ДА ВЫ ВООБЩЕ В СВОEМ УМЕ?! — закричала мама, — ВЫ ВООБЩЕ СЕБЯ СЛЫ…

*Треск*

«Пользователь, с вами что-то происходит»

Все моментально замолчали и… повернулись на меня.

— А… ой, — я проморгался, пришёл в себя и перестал сжимать стол.

Какая-то… злость напала, не знаю.

Это ведь моя прабабушка! Она меня спасла! А это мой папа. Они правда хотят друг друга убить?! Ну это же бред! Я не хочу терять ни её, ни его!

Я злюсь! Я… я очень злюсь!

А ВЫ Н?Е ?ХОТИТ?Е?,? ЧТОБ?Ы ?Я ЗЛ?И?ЛСЯ.?

«Пользователь…»

— В общем, думайте что хотите. Любишь ты мужа, не любишь, это не играет роли, если он не может защитить свою семью, — прабабушка выдохнула, — Мы уезжаем. Собирай что хочешь, у тебя час.

— Ч-что? — первым среагировал отец, — Да я прилетел через двадцать секунд, как получил звонок!

— Толку от твоих двадцать секунд? Михаэль умирал бы через десять. До сих пор не освоил собственную телепортацию. Тц. Позорище, — цыкнула она.

Отец заскрипел зубами, сжимая стол от ярости. Но… не ответил. Я бы действительно умер, не окажись там прабабушки.

— Б-баб, я… — мама попыталась сказать.

— Это не просьба или предложение. Это факт. Я достаточно увидела за этот час, чтобы не оставлять вас одних. Марк не может уследить за двумя. Я смогу. И не в этом рассаднике крыс, а на моей Территории. Собирайся.

Я… я заозирался. Ей ничего не возражают. Они молчат!

Она… она рушит мою семью? На моих глазах? П-прямо сейчас?! Я… больше не увижу папу? Меня реально заберут чёрт пойми куда, подальше от отца?! Заберут маму подальше от любимого мужа?!

Она… она ведь реально рушит всё, что я люблю. Всё, ради чего готов умереть!

Я… я…

«Пользователь, с вами что-то происхо…»

«Да закрой рот»

Я поднялся. Заскрипел стул. Все на меня посмотрели.

— Баб… мозно кое-что сказать? — тихо произнёс я, — Наедине. В комнатке, — разворачиваюсь и иду, — За мной. Позалуйста.

— Можешь и здесь ска…

— Нет.

Не слушая ничего, я зашёл в свою комнату, и через пару минут ко мне присоединилась так называемая прабабушка.

Ростом чуть выше мамы. Золотые волосы. Демонические вертикальные зрачки на красный глазах. Не человек. Явно.

Но… плевать?

— Ты хочешь нас заблать?

— Да, Михаэль. Не хочу. А забира…

— Я не дам разрушить нашу семью. Не делай этого.

— О? — она хмыкнула, — А иначе?

— А иначе я разрушу твою грудную клетку и выжру твоё сердце, Ведьма! — мой голос захрипел.

Она на момент замолчала и застыла. А затем…

— О-ох, правда, и как ты это сделаешь? — захрипела она, словно заглядывая в саму душу через мои глаза.

«Пользователь, что-то вцепилась в ваши кости, кожу и мясо! Что-то готовится разорвать каждый кусок вашего тела! Недостаточно данных для адаптации!»

— Ты меня не убьёшь из-за внучки. И это будет твоей ошибкой. Ведь тебя я увидел впервые и не моргну, когда буду отрывать голову, — и тут… я скалюсь в ответ, — Это не просьба или предложение. Это факт. Разрушь нашу семью — я разрушу всю твою жизнь. В прямом смысле.

На её лице пополз широкий, безумный оскал. Она наклонилась и приблизила своё лицо очень близко к моему, совсем не по-человечески, и всмотрелась в глаза, словно зверь в загнанную жертву.

Это не человек. Точно нет. Таких повадок у людей не бывает. Но…

Это улыбка была искренней. Безумной, да. Но от радости.

— Мелкий, наглый, паршивый пиздюк, — она выпрямилась, — Но мне нравится. Оставляем.

Она поднимает меня за воротник и выходит в коридор. Э-э! Э-э-э-э! А ну отпусти, я кому сказал?! Я тебе сейчас такое устрою!

Мама, увидев нас, а в особенности меня, болтающего ногами по воздуху, распахнула глаза от непонимания.

— Скажите спасибо вашему отпрыску. Он показал зубки. Острые. Прямо зверьё какое-то, ха-ха! — засмеялась она, держа меня как щенка за шкирку, — Планы изменились. Я забираю только мелкого.

Я подвис.

Так, не понял?! Эй!

— А?! — отец подскочил.

— Не навсегда, успокойтесь. Пусть поживёт, ума наберётся. Уже год, а убить обычного мага не может. Позорище! Вы кем его растите?! Слабым забитым неудачником?!

— Е-ему всего годик, баб!

— Мне в его возрасте было десять!

— Да это же не имеет никакого смысла! — взмахнула мама руками.

— Поживёт у меня. Поучится уму разуму, и как со старшими разговаривать. Верну… потом. Повожусь с правнуком. Такое условие. А ты! — она указала на отца, — Благодари сына! Хоть с защитой ОДНОГО человека ты справишься?!

И как только родители открыли рты, женщина щёлкает пальцами, и…

Всё резко пропадает.

Я чувствую запах гари и пепла, который сменяется ароматом метели, а следом — яркий всплеск леса и травки после дождя! Он же и сохранился, когда пространство показалось вновь.

Телепорт разворачивается, и мы появляемся посреди леса.

Я задрал голову и обомлел. Огромные деревья. Огромные листья! Ну они наверняка обычные, но для меня это было в новинку. Я впервые в лесу!

Вон там проскакала белочка. Пролетела бабочка. О, пчёлка! О-о-о, да она же к улью летит! Вон он! Там пчёлки! Ха-ха, реальные пчёлки, такие маленькие, жужжат ещё!

Настоящая, нетронутая природа во всей красе. Зелёная. Живая.

А как тут пахнет, м-м-м!

— Нравится? — улыбнулась прабабушка.

— Ага… — я даже скрывать не стал.

Красивое…

— Ну вот и славненько, — она улыбнулась ещё шире и поставила меня на землю, — В общем, дом вон там, — указывает куда-то в лес, — Дойдёшь сам. Удачи. Если не дойдёшь… ну, будет жаль.

Моргаю.

— А? — не понимаю.

Поворачиваюсь. Никого нет. Я остался один.

Ой, да ладно?!

Я открыл рот и медленно осмотрелся.

Лес стал до ужаса тихим. Шелест листвы — подозрительным. А пчёлка — воинственной, будто только что с пчелиной войны.

То, чем я восхищался секунду назад, превратилось в место полное опасностей. Огромный, нафиг, дикий лес.

«Что-то… не очень весело теперь», — я сглотнул.

— Уху! — что-то угукнуло.

Я испуганно дёргаюсь и вижу сову. Сидит на меня смотрит. Огромная такая, нифига себе! Она размером с меня! Как-то… злобно смотрит. Нехорошо смотрит. Как-то…

— Уху! — она спрыгнула и полетела на меня!

— Э-э-э, ты чё?! — сжимаю кулак.

— Уху!

Она расправляет крылья, и перья, выпавшие с них, начинают лететь остриём в мою голову. Да чё за фигня?!

— Уа-а-а, ёп васу ма-а-ать! — я развернулся и со всех ног рванул подальше!

Отбегаю и прячусь за деревом!

Не знаю что за порода, но деревья здесь высокие, тонкие, и их очень много! Перья-снаряды летели по кривой траектории, им нужен большой угол для разворота, так что половина воткнулась в землю, а половина — в дерево. Примерно в район, где была моя голова.

Так, надо что-то делать.

Я рыщу глазами, расширенным зрением замечаю камень и тут же его поднимаю. Выхожу.

Вздох…

Выдох!

— Ыа-а-а!

Вхожу в состояние энергопсихоза. Волна прокатывается по моему телу, уходит в руку, и я со всей силы пятнадцатилетнего швыряю камень прямо в башку огромной птице!

Бумк.

Пернатая шмонька упала. Она беззвучно свалилась в траву, полежала секунду и начала подниматься на лапки. Всё делала медленно, качаясь. Головой ещё мотала.

— Уху?..

Так, всё, наводчик контужен, пора сваливать пока при памяти! Добивать не пойду — птичку и жалко, и она магическая, мало ли что умеет.

«Рой, куда?»

«На девять часов»

«СКОКА?!»

«Левее повернитесь…»

«Ну так бы и сказал, дурак»

Выдыхаю. Оглядываюсь.

Пора идти.

Лес теперь казался ещё опаснее. И даже солнечные лучи, пробивающиеся через листву, будто отдавали чем-то неестественным.

Чем больше я шёл, тем отчётливей казалось, что каждый красный цветочек, каждый листик — опасная магическая дрянь. Ощущение сказки резко испарилось, когда я… ну, остался тут один. В годик. Ещё не кушавший! Я ОЧЕНЬ хочу жрать!

«Поехавшая бабка!», — выругался я, шагая через дебри, — «Ай, пиля!»

Еловая ветка влетела в глаз.

— Гр-р-р… — держусь за лицо, — Тебильный лес! Ыа-а-а!

Хватаю напавшую ветку и дёргаю со всей силы дёргаю, чтобы ей отомстить и оторвать! Тварь, получай! Но ветка дала сдачи, и я поскользнулся о мох и смачнеееейше навернулся затылком в землю.

— Уху-ху-ху! — загугукала сова.

Она сидела на ветке и смотрела на меня. Похоже даже смеялась.

— А ну иди нафиг! Не хватило?! А ну спускайся, я тебе челеп выглызу! — тыкаю в неё пальцем и поднимаюсь.

Хорошо что лето, и одет я в униформу садика — вполне плотную и крепкую. Хоть не холодно… пока что. Ведь ещё не ночь.

Мне явно надо дойти до вечера.

Да ёмаё, бабка! Явно травы пьёт какие-то, иначе такой поехавшей не становятся. Хотя-я… ей больше сотни, маразм уже, полагаю.

Я собрался с силами и пошёл по лесу дальше.

Странный лес. Я, конечно, в них не бывал, только в парке, но даже такому годовасику как я понятно — он необычный. Ну вот например — сова дебильная. Летает и ржёт надо мной. Не нападает, потому что камнем по башке получила, но издевается!

Или вот — тропа. Куда она ведёт? Я не знаю. Почему она появляется то слева, то справа? Без понятия. Но я бы по ней не шёл.

Растения странные. Следы ещё какие-то. Кто здесь ходил?!

Хм…

— Пиля, кто здесь ходил?.., — мне что-то не на шутку поджало в мудях.

Следы. Глубокие, явно тяжёлые. Лапа. Без понятия кто это, но они идут там, где иду я.

— Ху-ху-ху! — опять заржала сова.

Я на неё посмотрел. Начинало уже вечереть, часика через полтора солнце начнёт заходить. Воздух уже промерзал. И сова смотрела не на меня, а куда-то… вперёд. Я проследил за взглядом.

Кусты шевелятся.

— Гык, — я громко сглотнул.

«Рой… а мы правильно идём?»

«Да»

'На шевелящиеся кусты?..

«Да…»

Руки похолодели. В висках застучала кровь. Сердце забилось быстрее.

Следы… вечер… шум в кустах…

Я не один.

— Э-э-э… кто тям?..

— … — незнакомец в кустах не ответил.