Читаем Накипело (СИ) онлайн бесплатно
Annotation
Автобиографический рассказ о наболевшем за много лет.
Громов Мефодий
Громов Мефодий
Накипело
Накипело
Сибирская летняя ночь выдалась на редкость теплой. Одинокие порывы ветра заставляли деревья перешептываться, нарушая гармонию безмолвного парка. Вдохнув свежий воздух, сидевший на лавочке мужчина прислушался. Из-за поворота вынырнул спешащий силуэт и направился по неосвещенной дорожке, выругавшись:
- С***, ***ть....
На его счастье единственным источником света был тусклый фонарь посреди сквера и он не заметил затаившегося в сумраке наблюдателя. Усмехнувшись, мужчина принялся наблюдать за вывертом современности - кнопкотыком. Ростом под 180, длинноволосый парень с мышцами на руках словно три пальца обычного мужика в ширину, еще и решил переписываться с кем-то в телефоне посреди темной улочки.
- Эй, фью! - неуклюже изобразил свист один из тружеников сигаретки с пивасиком и кнопкотыка с двух сторон загнали в клещи. Наблюдатель откинулся на скамейке в предвкушении забавного зрелища. Испуганно заметавшийся взгляд заметил мужчину во мгле, и жалобно впился в отсвечивающие желтым светом фонаря глаза. Но наблюдатель оставался равнодушным к молящему о помощи.
Довольно быстро отработав мобилку, деньги и куртку, пацаны несильно вмазали в грудь и живот, а потом пинками отправили запуганного парня идти домой. Забавляясь, они так и не заметили неподвижного наблюдателя на скамейке.
- Лады, братуха, до завтра.
- Давай, Кабан.
Распрощавшись, они разошлись в разные стороны и спустя минуту сквер снова наполнился шепотом листьев, гудящей старой лампочкой в фонаре, пением птиц и кузнечиками. Новолуние обещало долгую и темную ночь. Лишь звезды могли помочь одинокому путнику в ночи, если бы не смог над Новокузнецком, за которым о звездах можно было лишь мечтать.
- Эй, слышь...
Подкравшийся сзади гопник положил руку на плечо мужчины. В следующее мгновение он был переброшен через плечо, больно приложившись копчиком об асфальтовую дорожку. Его шея тут же оказалась в захвате и наклонившийся мужчина горячо зашептал в ухо:
- Я хорошо слышу. А если будешь рыпаться, Кабан, - обратился он к одному из нападавших на кнопкотыка гопников, - шею сломаю.
Кабан попытался вырваться из захвата, но мужчина без церемоний сжал чуть сильнее и тот замер, понимая, что в следующее мгновение шея не выдержит. Еще некоторое время наблюдатель держал захват, а после немного ослабил. Кабан не пытался вырваться.
- Молодец, а теперь можешь идти отсюда.
Сорвавшийся с места гопник отбежал на пару метров и остановился, потирая шею.
- Слы... Кхм... Хотел спросить... Почему ты не помог лоху?
Мужчина еще во время конфликта заметил скованность Кабана. Он словно боролся с самим собой, сопротивлялся тому, что происходит. Все его существо вопило о сомнении, и от наблюдателя это не укрылось. Теперь же Кабан решил разобраться в самом себе с помощью затаившегося в тени.
- Он неудачник.
- Только поэтому?
- Да.
- Тебе нравится смотреть на избиение тех, кто слабее?
Мужчина ненадолго задумался. Воспользовавшись свободной минуткой, гопник осторожно приблизился к скамейке и замер, услышав ответ:
- Отчасти да. Вы ведь выбрали его в качестве жертвы только потому, что он слабее и не похож на вас?
- А х**и он как пидор патлы отрастил, мудак!
Услышав смешок, гопник рассердился, но пыл быстро угас, вспомнив недавний захват.
- Ты забавный, Кабан. Как-то раз ученые решили провести эксперимент. За каждый неправильный ответ в тесте подопытного били током случайно подобранные люди на улице. Первое время они жалели его...
Мужчина замолк.
- И?
- Не догадываешься, что было дальше? Через какое-то время они стали получать от этого удовольствие и обвинять подопытного, что именно он виноват в том, что они вынуждены так поступать. Ничего не напоминает?
Кабан молчал, не зная, как реагировать.
- Отвечая на твой последний вопрос. Мне не только нравится на это смотреть. Это мне напоминает одного юношу, с которым случилось нечто подобное.
Услышав тепло в голосе, Кабан сам не заметил, как присел на правый край скамейки.
- А теперь слушай внимательно...
...В наушниках молодого человека играла не осточертевшая музыка, а довольно интересная, по его мнению, книга под названием "Сага о халруджи". Он давно снял футболку и подтягивался на стадионе, выставляя напоказ свое жилистое тело пловца. Профессионально плаванием он перестал заниматься полтора года назад, но мышцы не забыли тренировки и легко приходили в старую форму, отчего многие ровесники молча завидовали. Тренироваться он любил не для какой-то цели, а просто потому, что ему нравилась боль в мышцах после тренировки.
Парень Н, назовем его так, заканчивал 11 класс. В его жизни наблюдалось мало трудностей. Учился от балды, но в то же время хорошо. Не утруждался, сидя над учебниками дни напролет, но и не тупил в телефоне на задней парте. Просто посещал школу, так сказать, отмечался. Ни с кем не дружил, ни с кем не разговаривал, избегал девушек в силу юности и девственности, хоть те и оказывали ему знаки внимания. Стреляли глазками, улыбались и кокетничали. Но он ничего не замечал из-за скудоумия и неопытности. Ни к кому не лез, но своего не позволял брать. Отличался редкостной непрошибаемостью и твердолобием. Учительница, и по совместительству классная руководительница в шутку называла "бараном", ибо если Н упрется, то ни за что не сдвинется с места.
Окончил хорошо, с одной тройкой по биологии и подал документы в НФИ КемГУ на программиста. ЕГЭ сдал отвратительно, кое-как на тройки, в итоге 179 баллов. Но ему было все равно, сдал - и ладно, все равно он не считал себя гением и не верил ЕГЭ и его объективности. Да и тем более, чего расстраиваться, когда даже не готовился к сдаче экзаменов? Через 20 минут после начала каждого экзамена Н уже бодрой походкой шагал домой залипать в компьютер.
Компьютер он любил. А точнее любил играть и программировать. Так и просидел все знойное сибирское лето за зомбоящиком, играя в игрушки и программируя. Кодил он тогда исключительно на школьном паскале. Гулять не любил, да и не с кем. Пить не пил, а расслабляться в клубах ему казалось странным. Музыка - дерьмо, люди - пьяные свиньи, запах - перегар и еще какое-то дерьмо. В школе же чувствовал себя забитым, ибо длинные волосы не способствовали нормальному выживанию среди гопоты. Несмотря на сильное по сравнению со сверстниками тело, Н боялся драться до дрожи в коленях. И еще до конфликта у него начиналась тряска, за что он себя презирал и ненавидел. Избегая драк, Н тем не менее никогда не давал себя в обиду. Неоднократно его пытались развести на деньги, но даже если дело и доходило до рукоприкладства, Н был способен лишь на глухую оборону и яростный взгляд в сторону обидчиков. Не считая его за мужчину, класс относился к нему как к надоевшему нахлебнику, но тем не менее терпели, в упор не замечая его существования.
Но вот начался учебный год в институте и Н забросил игрушки и занялся исключительно программированием, математикой и другими науками. Как ни странно, за год не впутался ни в один конфликт. К концу года легко кодил на С#, C++, php, java. Отлично закончил год и вышел на каникулы. Начиналась безоблачная пора его жизни. Все линии его юности сходились в полноводную реку жизни и он был уверен в себе. Наконец, после своего 18-летия, Н стал мужчиной и окончательно поверил в себя, идя с поднятым подбородком и перспективным будущем. Он был лучше всех в программировании и решении математических задач и уже решил все задачи на второй курс по java. Не жизнь, а благодать!
Гопник молчал, а мужчина глотнул водички из бутылки и продолжил.
...День выдался пасмурным и довольно прохладным. Конец сентября, несмотря на свою знойную погоду, ознаменовался ливнем, от которого прохожие спешили скрыться по домам. Одиноко бредущая под зонтом девушка не спешила домой. Ей снова придется звонить ревнивому мужу в Новосибирск и выслушивать от него очередные нотации по поводу того, что она одевается как шлюха, пока он в отъезде. Хотя на самом деле Юля всего лишь распустила волосы, надела майку без рукавов и обтягивающие штанишки, подчеркивающие красивые ноги спортсменки. На часах минутная стрелка приближалась к 18 а значит скоро придется звонить мужу. Ускорившись, она заметила мокнущего под дождем парня. Кепка на голове давно промокла и ручейки влаги стекали по лицу и ушам, но тот словно и не замечал этого. Широкие плечи выделялись даже под ветровкой, а грустный взгляд его был опущен в землю. Он даже не заметил прошедшую мимо девушку. Зато она чем-то зацепилась за него взглядом. Остановившись, она вздохнула и подошла к нему:
- Привет, чего грустный, что-то случилось?
К девушке повернулся козырек и парень только через несколько секунд понял, о чем его спросили и махнул рукой:
- Все нормально.
Он даже не поднял взгляд, чтобы посмотреть ей в глаза. Некоторое время она не знала, что сказать, но утешать, как и всегда делала это с мужем, не решалась. Что-то незримое останавливало ее. Она знала, что этого мужчину ни в коем случае нельзя жалеть.
- Может... Ты не против чашки горячего чая?
Покрутив в руках пустую бутылку из-под простой воды, он закинул ее в урну.
- Куда же я с подводной лодки денусь-то?
Он опустил козырек еще ниже, словно закрываясь от солнца, и они пошли вдоль дома. Молодой человек специально обошел девушку и встал справа от нее:
- Мне так комфортнее.
Будучи с ним почти одного роста, Юля все пыталась заглянуть под козырек, в его глаза, но даже если это и удавалось на доли секунды, многого это ей не дало. Он настолько плохо себя чувствовал, что несколько раз спотыкался о камни, ступеньки, бордюры, а один раз пошел на светофор только когда окружающие зашагали по зебре, несмотря на горящий зеленым светофор.
Повесив сушиться одежду, она загнала его в ванную и отправила мыться. Когда же включился душ, Юля вдруг вспомнила про острую бритву мужа, которой очень просто перерезать вены, но потом махнула рукой - не был он похож на того, кто страдает от неразделенной любви. Быстро накрыв на стол, спортсменка привела себя в порядок и переоделась в чистое. Поговорив с мужем, настроение у Юли испортилось окончательно. Всего два года вместе, а выдумывает черте что! Словно к ней пристают одни только мужланы, способные пускать слюни на ее ладную фигурку.
Проходя мимо ванной, она удивилась, заметив выключенный свет. Заговорившись с мужем, не заметила, как он помылся? Вспомнив про бритву и неразделенную любовь, она дернула на себя ручку и вбежала, включая свет.
- Ай, черт, твою мать!..
Прикрыв ладонью глаза, он отвернулся от источника света.
- Ой, извини... Ты чего без... света... моешь...ся.
Взгляд ее медленно пробежал сверху вниз по жилистому телу парня, остановившись там, где брюшной пресс теряет свое название. Облизнув пересохшие губы, Юля сглотнула, не отводя взгляд от его тела.
- Свет.
- А?
- Выключи свет, пожалуйста.
Все так же закрывая ладонью глаза, он стоял в метре от нее, даже не думая прикрывать причинные места.
- Н-Нет!..
Юля не представляла, почему так отреагировала. Может, ей осточертел потолстевший потный муж, переставший следить за собой и страдающий одышкой во время секса? Может ей надоело сидеть дома одной, а может, захотелось побыть плохой девочкой? Она не могла найти ответа. Юля знала одно - в следующую секунду она опуститься перед ним на колени.
- Постой-постой!!! А где окончание первой истории?
- Не спеши. Слушай.
Зима, как и всегда, выдалась страшно холодной. Бледное небо устало повисло над землей, и, казалось, вот-вот упадет на город. Борясь с нарастающей вьюгой, редкие прохожие торопились к остановке в надежде побыстрее занять место у печки в забитой маршрутке. К счастью, студентка Аня подошла вплотную к стене, защищавшей ее от пронизывающего ветра.
- Алло? Да, Мариш, я жду тебя на остановке. Что значит на какой? На Нике, конечно же! Хорошо, ага.
Убрав телефон, девушка поскорее натянула перчатки и спрятала руки в куртку, успев поправить каштановые пряди, выглядывающие из-под белой шапки. Пританцовывая, Аня оглядывалась по сторонам, выискивая подругу, как вдруг наткнулась взглядом на парня в оранжевой мешковатой куртке. Прокладывая путь длинными шагами, он подошел к пешеходному переходу и застыл на месте, глядя под ноги. Самое примечательное было то, что он, как в смешных историях Задорнова про полицейских, носил солнцезащитные очки зимой. Это бросалось в глаза словно одинокая грозовая тучка в ясном июльском небе - так же отталкивала взгляд и заставляла поджимать губы в брезгливости. Парень поднял руки вверх и чуть приподнял шапку, оголив уши. Аня автоматически вздрогнула, представив свои оголенные участки тела на морозе. Постояв так несколько секунд, он пошел вперед, забыв про правила дорожного движения для пешеходов - сперва посмотри налево, а потом направо. На его счастье, машин не было, иначе Анна наблюдала бы довольно забавную ругань водил. Оказалось, что парень шел в сторону остановки и его заметили все, одарив недоуменными, а кое-где и брезгливыми взглядами.
- Анька, приве-е-етик!
Напугавшаяся студентка подпрыгнула на месте, но быстро узнала подругу и они обнялись.
- О, смотри, Терминатор, блин.
- Ага, идиотам солнце и зимой мешает.
Похихикав, девчонки принялись презрительно озирать парня, удивившись еще и тому, что тот ходил без перчаток. Но тот словно и не замечал брезгливых взглядов, словно прожигающих его насквозь. Наконец, подъехал муниципальный автобус и подружки прыгнули в салон. К их несчастью, все места были заняты и пришлось встать недалеко от Терминатора, как окрестила идиота подруга. Автобус оказался не муниципальный и девчонкам пришлось раскошелиться на проезд. Проследив за взглядом подруги, Анна обернулась назад. Обняв поручень локтем, парень очень медленно отсчитывал мелочь, перекладывая из одной ладони в другую, перетирая монетки между пальцев и что-то приговаривая под нос. Кондуктор, вредная тетка, почти достигшая двойного бальзаковского возраста, не любила ждать и принялась ворчать.
- Ну, и долго еще?
Парень не ответил, считая мелочь.
- Очки сними, я с тобой говорю!
Остановившись, тот повернулся в ее сторону:
- Женщина, вы не настолько красивы, чтобы грубить мне.
