Читаем Наёмник онлайн бесплатно
Уилбур СМИТ
НАЕМНИК
1
- Меня тошнит лишь об одной мысли об этом, - объявил Вилли Хэндри и рыгнул. Пошевелив языком во рту, он продолжал. - Идея тухлая, как десятидневный труп.
Он валялся на кровати со стаканом на голой груди и обильно потел.
- К сожалению, твое мнение не может повлиять на нашу поездку, - Брюс Карри, не поднимая головы, раскладывал свой бритвенный прибор.
- Ты должен был отговорить их, должен был сказать, что мы остаемся в Элизабетвилле. Почему ты этого не сделал? - Вилли поднял стакан и выпил содержимое.
- Мне платят не за разговоры, - Брюс взглянул на себя в засиженное мухами зеркало, висевшее над раковиной. В нем отражалось загорелое лицо с шапкой коротких черных волос, которые при чуть большей их длине стали бы завиваться. Черные брови, чуть поднятые на концах, зеленые глаза в обрамлении густых ресниц, подвижные губы. Брюс разглядывал свое лицо безо всякого удовольствия. В последнее время он не испытывал этого чувства даже по отношению к своему довольно крупному, слегка крючковатому носу, придающему ему вид благородного пирата.
- Черт побери! - проворчал Хэндри. - Я сыт по горло этой черномазой армией. Я не против войны, но мне совсем не хочется переться сотни миль через джунгли, чтобы нянчиться с горсткой беженцев.
- Проклятая жизнь, - согласился Брюс, намыливая лицо. На фоне загара пена казалась белоснежной. Под блестящей, будто промасленной кожей на груди и плечах перекатывались тугие мышцы. Он был в отличной форме, но и это не доставляло ему удовольствия.
- Налей мне еще выпить, Андре, - Бэлии Хэндри сунул стакан в руку сидящего на его кровати парня. Бельгиец встал и послушно пошел к столу.
- Больше виски, меньше пива, - Вэлли повернулся к Брюсу и снова рыгнул. - Вот что я думаю обо всем этом деле.
Пока Андре наливал виски и пиво в стакан, Вэлли передвинул кобуру с пистолетом так, чтобы она легла у него между ног.
- Когда мы уезжаем?
- Локомотив и пять вагонов подадут к товарной станции завтра рано утром. Мы максимально быстро грузимся и уезжаем. - Брюс провел лезвием от виска к подбородку, оставляя полосу чистой коричневой кожи.
- После трех месяцев боев с этими вонючими дикарями я хотел бы немного повеселиться - у меня все это время даже девчонки не было. А нас на второй день после прекращения огня снова отправляют из города.
- С'est la guerra, - пробормотал Брюс.
- Что это значит? - подозрительно спросил Вэлли.
- Такова война, - перевел Брюс.
- Говори по-английски, приятель, - в этом был весь Вэлли Хэндри после шести месяцев жизни в Бельгийском Конго он не мог ни понять, ни произнести ни слова по-французски. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шорохом лезвия Брюса и тихим позвякиванием: четвертый в комнате чистил винтовку.
- Хейг, хочешь выпить? - предложил ему Вэлли.
- Нет, спасибо, - Майкл Хейг с нескрываемым отвращением взглянул на Вэлли.
- Ах ты ублюдок! Не хочешь со мной выпить? Даже аристократ Карри пьет со мной. А ты что за фрукт?
- Ты знаешь, что я не пью, - Хейг снова занялся винтовкой, обращаясь с ней с профессиональной легкостью. У каждого из них оружие стало частью тела. Даже во время бритья Брюсу было бы достаточно просто опустить руку к стоящей у стены автоматической винтовке. две винтовки стояли рядом с кроватью Вэлли.
- Ты не пьешь? - фыркнул Вэлли. - Так откуда у тебя такой чудесный цвет лица? Почему твой нос похож на спелую сливу?
Губы Хейга сжались, руки замерли на прикладе.
- Прекрати, Вэлли, - спокойно произнес Брюс.
- Хейг не пьет, ты понял, Андре? - Вэлли толкнул бельгийца в бок. Он абсолютный трезвенник! Мой папаша бывал таким по два-три месяца кряду. Потом в один из вечеров являлся домой и начинал выбивать мамаше зубы с хрустом, слышным на другом конце улицы. Он захлебнулся собственным смехом и на несколько мгновений смолк.
- Готов биться об заклад, что ты такой же трезвенник, Хейг. Одна рюмка - и ты просыпаешься дней через десять, да? Одна рюмка - и жена ходит с битой мордой, а дети не жрут две недели.
Хейг аккуратно положил винтовку на кровать и мрачно посмотрел на Вэлли. Вэлли этого не заметил и, радостно захлебываясь, продолжал.
- Андре, возьми бутылку виски и подержи ее под носом Старого Трезвенника Хейга. Посмотрим, как у него потекут слюни, а глаза выпучатся, как у рака.
Хейг встал. Он был вдвое старше Вэлли, мужчина за пятьдесят, с сединой в волосах. Приятные черты его лица были еще не до конца стерты трудностями жизни. У него были руки боксера и мощные плечи.
- Пришло время научить тебя хорошим манерам, Хэндри. Поднимайся с кровати.
- Что, хочешь танцевать? Я не вальсирую. Приглашай Андре, он с тобой станцует. Правда, Андре?
Хейг встал в стойку, сжав кулаки и слегка приподняв руки. Брюс Карри положил лезвие на полку над раковиной и тихо обогнул стол. Из этого положения он мог вмешаться.
- Поднимайся, червь навозный!
- Ты слышишь, Андре, он умеет сильно говорить. Действительно сильно.
- Я вобью твою поганую рожу в то место, где должны быть мозги.
- Ну и шутки. Этот парень прирожденный комик, - натужно рассмеялся Вэлли.
Брюс понял, что Вэлли не будет драться. Сильные руки и мощная грудь, покрытая рыжеватыми волосами, плоский мускулистый живот, могучая шея под широким лицом с узкими монгольскими глазами. Но драться он не станет. и это было загадкой для Брюса, который помнил ночной бой на мосту и знал, что Хендри не трус, но на вызов Хейга отвечать не будет. Майкл Хейг подошел к кровати.
- Не трогай его, Майк, - подал свой мягкий, как у девушки, голос Андре. - Он просто шутит. Он несерьезно.
- Хендри, не думай, что я настолько хорошо воспитан, что не смогу ударить лежачего. Не делай такой ошибки.
- Ну и дела, - осклабился Вэлли. - Этот парень не просто комик - он еще и герой.
- Хейг, - Брюс не повышал голоса, но его интонация подействовала на Хейга, - остановись.
- Но этот мерзкий...
- Я знаю. Оставь его в покое.
Майкл Хейг стоял все еще с поднятыми кулаками. Комната погрузилась в тишину. Наверху от полуденной жары потрескивала металлическая крыша. Майкл Хейг тяжело дышал, его лицо налилось кровью.
- Пожалуйста, Майк, - прошептал Андре. - Он так в самом деле не думает.
Постепенно ярость Майка сменилась отвращением, он опустил руки, повернулся и поднял винтовку с соседней кровати.
- Я не могу больше выносить эту вонь. Подожду тебя в грузовике, Брюс.
- Я быстро, - ответил Брюс.
Хейг пошел к двери.
- Не испытывай судьбу, Хейг. В следующий раз так легко не отделаешься, - крикнул ему вдогонку Вэлли. Хейг резко повернулся в дверях, но Брюс рукой подтолкнул его к выходу.
- Не обращай внимания, Майк, - сказал он в открытую дверь.
- Ему просто повезло, - проворчал Вэлли. - Не будь он таким стариком, я бы разделал его.
- Конечно, - согласился Брюс. - Ты поступил порядочно, позволив ему уйти.
Пена на лице высохла, и он снова взялся за помазок.
- Не могу же я ударить такого старика.
- Конечно, нет, - улыбнулся Брюс. - Но не волнуйся, ты напугал его до смерти. Больше он не будет приставать к тебе.
- Пусть только попробует. В следующий раз я убью этого старого пня.
"Нет, не убьешь, - подумал Брюс. - Отступишь, как делал это много раз. Только Майк и я можем заставить тебя отступить. Ты ведешь себя, как зверь, рычишь, но прячешься при первом же звуке хлыста дрессировщика". Он закончил бриться. Воздух в комнате был отвратительным: запах давно немытых потных тел смешивался с запахами прокисших окурков и винного перегара.
- Куда вы едете с Майком? - прервал тишину голос Андре.
- Посмотрим, что можно получить из снаряжения. Если повезет, доставим все на товарную станцию, а Раффи выставит на ночь караул, - Брюс наклонился над раковиной и начал ополаскивать лицо.
- На сколько дней мы едем?
Брюс пожал плечами.
- На неделю, дней на десять, - он сел на кровать и стал натягивать ботинки. - Это, если у нас не будет неприятностей.
- Каких неприятностей?
- От железнодорожного узла Мсапа нам нужно проехать двести миль по местности, населенной племенем балуба.
- Мы же будем на поезде, а у них только луки и стрелы. Они не смогут причинить нам вреда.
- Андре, нам нужно пересечь семь рек, одна из них крупная. А деревянные мосты разрушаются очень легко. Впрочем, железные рельсы тоже, Брюс начал зашнуровывать ботинок. - Не надейся, что это будет вылазка на воскресный пикник.
- Боже мой, я так и думал, что это дело - дохлое, - угрюмо произнес Вэлли. - Зачем мы едем?
- Затем, что все население Порт-Реприва отрезано от внешнего мира. Там женщины и дети, у них кончается продовольствие и другие припасы, Брюс остановился и закурил. - Балуба взбунтовались - убивают и насилуют всех подряд. Пока они не атаковали город, но скоро это должно произойти. Кроме того, ходят слухи, что мятежные группы Центральной Конголезской армии и наших войск организовались в хорошо вооруженные банды. Они действуют и в северных районах. Никто не знает наверняка, что там творится, но можете быть уверены, что хорошего ничего. Мы должны эвакуировать этих людей в безопасное место.
- Почему силы ООН не посылают самолет? - спросил Андре.
- Нет взлетно-посадочной полосы.
- Вертолеты?
- За пределами дальности.
- По мне пускай остаются там, - проворчал Вэлли. - Если балуба любят жаркое из людей, то кто мы такие, чтобы лишать их пищи? У каждого человека есть право на пищу, и до тех пор, пока едят не меня, пусть острее будут их зубы.
Он резко, ногой сбросил Андре с кровати.
- Иди и приведи мне девчонку.
- Здесь нет ни одной, Вэлли. Лучше я налью тебе выпить. - Андре вскочил на ноги и потянулся к стакану Вэлли, но тот схватил его за запястье.
- Я сказал девчонку, а не выпивку.
- Я не знаю, где их искать, - в отчаянии пробормотал Андре. - Я даже не знаю, что им говорить.
- Какой ты тупой, дружище. Придется, видимо, сломать тебе руку. Ты отлично знаешь, что их полно в баре.
- Ну и что я скажу им? - лицо Андре исказила боль.
- О, господи! Тупой пожиратель лягушек. Просто спустись вниз и покажи им деньги. Можешь вообще не раскрывать рта.
- Ты делаешь мне больно.
- Ты, наверное, шутишь, - Вэлли еще сильнее вывернул руку, и по блеску его маленьких, залитых алкоголем глаз Брюс понял, что причинять боль - удовольствие для Вэлли. - Ты идешь, дружище? Выбирай: или девчонка у меня, или сломанная рука у тебя.
- Хорошо, хорошо, - выбрал Андре. - Если ты хочешь, я схожу.
- Хочу, - Вэлли отпустил руку, и Андре выпрямился, потирая запястье. - Посмотри, чтобы была чистая и не очень старая. Слышишь?
- Да, Вэлли, сейчас приведу, - Андре двинулся к двери, и Брюс увидел, что его лицо искажено страхом.
"Какие замечательные ребята, - подумал он. - И я один из них, но в тоже время я в стороне от них. Я просто зритель, и они волнуют меня не более, чем плохой спектакль". Андре вышел.
- Выпьем еще, дружище, - воскликнул Вэлли. - Я даже налью тебе сам.
- Благодарю, - Брюс принялся зашнуровывать второй ботинок. Вэлли поднес ему стакан, и он попробовал напиток. Крепость виски совсем не сочеталась со вкусом пива, но он все же выпил его.
- Ты и я, - говорил Вэлли, - Мы - лучшие из них. Мы пьем, потому, что хотим, а не потому, что должны. Живем, как хотим сами, а не как говорят другие. У нас много общего, Брюс. Мы должны быть друзьями. Мы ведь похожи.
Язык его слегка заплетался от выпитого.
- Конечно, мы друзья. И я считаю тебя одним из лучших, Вэлли.
Брюс говорил абсолютно серьезно, без тени сарказма.
- Ты шутишь? Как же так? Мне всегда казалось, что ты меня терпеть не можешь. Никогда бы не подумал, - он удивленно покачивал головой, внезапно расчувствовавшись под действием виски. - Это действительно правда? Я тебе нравлюсь, и мы можем стать приятелями? Как ты относишься к этому? Каждому человеку нужна опора в жизни.
- Ну, конечно же, мы приятели. Здорово?
- Вот здорово, дружище, - искренне воскликнул Вэлли.
"Я ничего не чувствую, - подумал Брюс, - ни отвращения, ни жалости. Только так можно обезопасить себя. Они не смогут ни разочаровать тебя, ни вызвать в тебе отвращение, ни раздавить тебя вновь".
Андре ввел в комнату девушку. Простое приятное лицо, накрашенные губы - рубины на янтарном фоне.
- Молодец, Андре, - захлопал в ладоши Вэлли, разглядывая ее фигуру. На ней были туфли на высоком каблуке и короткое приталенное платье.
- Иди сюда, конфетка, - Вэлли протянул к ней руку, и она без тени смущения с яркой профессиональной улыбкой пересекла комнату. Мужчина притянул ее к себе на кровать. Андре остался стоять у дверей, а Брюс поднялся, надел камуфляжный китель, застегнул ремень и поправил кобуру с пистолетом.
- Ты уходишь? - Вэлли уже поил девушку из своего стакана.
- Да, - Брюс надел головной убор с яркой, красно-зелено-белой эмблемой Катанги, придающей всей форме неестественно веселый вид.
- Останься ненадолго, Брюс.
- Майк ждет меня, - Брюс взял винтовку.
- Да пошел он! Останься ненадолго, повеселимся.
- Нет, спасибо.
- Парень, посмотри сюда, - Вэлли опрокинул девушку, прижал одной рукой к кровати, а другой задрал платье выше талии.
- Внимательно посмотри и скажи, что все-таки уходишь.
Под юбкой у девушки ничего не было, лобок оказался гладко выбрит.
- Ну, Брюс, - смеялся Вэлли. - Ты - первый. Не говори, что я плохой друг.
Брюс взглянул на девушку. Ее ноги были крепко сжаты, все тело извивалось в попытке освободиться, она глупо хихикала.
- Мы с Майком вернемся перед комендантским часом. Чтобы ее здесь не было.
"Нет никакого желания, - подумал он, глядя на девушку, - все кончено". Он открыл дверь.
- Карри! - закричал Вэлли - Ты тоже придурок! А я думал, что ты мужик. Ты такой же, как и все остальные. Куколка Андре, пьяница Хейг. Что с тобой, дружище? Трудности с бабами? Ты такой же ненормальный!
Брюс вышел за дверь и остановился в коридоре. Насмешка сумела пробить панцирь, но усилием воли он постарался уменьшить причиненную боль. "Все кончено, она не может больше сделать мне больно", - он вспомнил женщину, но не ту, что осталась за дверью, а другую - свою бывшую жену.
- Стерва, - прошептал он, но затем быстро, почти виновато добавил про себя: - "У меня нет к ней ненависти. Ни ненависти, ни желания".
2
Холл гранд-отеля "Леопольд П" был забит народом. Жандармы с выставленным напоказ оружием, громко разговаривающие у стен и за стойкой бара, с ними женщины с цветом кожи от черного до нежно-коричневого, некоторые уже пьяны; несколько бельгийцев с видом ошеломленных и не верящих ничему беженцев; в кресле одинокая плачущая женщина с ребенком; белые люди с военной выправкой, но в штатском; несколько небрежно одетых искателей приключений с горящими глазами, беседующих с африканцами, одетыми в хорошие костюмы; группа журналистов, сидящая с видом стервятников за одним столиком. Все без исключения истекали потом.
Два южно-африканских пилота окликнули Брюса с другого конца холла.
- Эй, Брюс, как насчет глотка?
- Дэйв, Карл! - Брюс помахал рукой. - Очень спешу, может быть, вечером.
- Мы улетаем днем, - Карл Энгельбрехт покачал головой. - До следующей недели.
