Читаем На удачу не стоит полагаться (СИ) онлайн бесплатно

Неудачи преследуют меня даже сквозь миры и пространства. Ну а как иначе можно объяснить разбитый корвет на далекой планете параллельного мира? Это моё первое задание и сразу такой косяк. Кулаки непроизвольно сжимались, но злиться можно было не на кого, я же прекрасно понимала, что мне не выделят новенькую машину. Это старье долетело до нужного сектора, и это уже хорошо, но я осталась без связи и возможности вернуться. Счастье, что сама уцелела. "Да, Алиса, ты в своем репертуаре" — промелькнула в голове мысль, и тут же была забыта под тяжестью других: "Я больше не увижу этих удивительных глаз, — и тут же вредный голос в моей голове добавил, — он всё-таки оказался прав!”. Ненавижу!

Раздраженная и раздосадованная, я шла по местному лесу. Хорошо, что здесь не тропики и можно вполне комфортно идти, не прорубая себе дорогу. Компас у меня был, так я, по старой памяти, называла сложную систему отслеживания магнитных колебаний планеты. А еще, если уж быть честной, это слово раздражало Его, моего куратора и начальство в одном лице, и я не могла упустить возможности его позлить. Глупо и мелочно? Да, но мне так было проще. Его глаза околдовывали и манили меня, но вот все остальное — бесило.

Я так задумалась, упрямо переставляя ноги, что не заметила откуда появился местный обитатель. Я чуть не врезалась в него, так он сливался с ландшафтом, но в последний момент остановилась. Шок — это по-нашему, да! Передо мной, не шевелясь, стоял наг. Нет, не так: НАГ! Это… Это… У меня нет слов, чтобы описать это четырехрукое существо. Кто там в фэнтези напридумывал, что они прекрасны? Нет! Все вранье!

— Меееерзость ка-ка-яяя, — протянула я, не в силах совладать с увиденным.

Мужская особь, назвать его иначе у меня не получалось даже в мыслях, но это точно был Он. Если описывать вкратце, то его тело было сродни человеческому, но с четырьмя руками. Из-за лишних конечностей грудная клетка смотрелась иначе, было в ней что-то неестественное, но мощные, явно натренированные мышцы, выглядели внушительно. Туловище венчала голова странной, чуть расширенной, в верхней части, формы. Лоб широкий, в чешуйках, а скулы узкие. Смотрелось это все непривычно и некрасиво, и вместе с острым подбородком, делало лицо похожим на морду змеи. Ну и чешуя вместо волос — то еще зрелище. Ниже пояса я старалась не смотреть, почему-то, мне казалось, если я опущу глаза, то… Даже не знаю, что, но лучше не проверять.

Нагу надоело стоять изваянием. Он ухмыльнулся тонкими губами, демонстрируя мне внушительные клыки, и поманил пальцами верхней левой конечности. Пальцев, кстати, было всего три. Я малодушно попятилась, и тут же получила сильный тычок в спину. Летя в объятья нага, я обернулась, очень хотелось узнать кто же тот смертник, что меня толкнул, и увидела увесистый кончик хвоста. Я врезалась щекой в тело нага где-то в районе солнечного сплетения. Судорожный вздох получился сам собой, от радости, что я упираюсь в грудь, а не ниже. В нос ударил сильный мускусный запах, а меня ухватили всеми четырьмя руками — лапами и забросили на плечо. Как мешок картошки.

Сверху моим глазам открывался очень занимательный вид на нага сзади. Знаете, я не против, когда мужчины носят меня на руках, но я бы при этом хотела видеть аппетитный упругий зад, а не вот это вот все… До этого момента я спокойно относилась к пресмыкающимся, не было ни страха, ни отвращения. Сейчас же я отчетливо понимала, что как не сложилось дальше — я теперь не люблю змей.

Мой провожатый молчал, и это было плохо. Как агенту, мне вживили полиглот — хитроумное изобретение яйцеголовых с Треи. Языки всех миров имеют общие корни. Ага, я тоже была в шоке, но факт. Им удалось сделать прибор, который распознавал речь жителей любой планеты любого мира, и агенты спокойно могли понимать местных и разговаривать на их языке. Как они это сделали и как это работает — я не знаю, но работает. Нужно только, чтобы я услышала местную речь. Как я буду шипеть, общаясь с нагами, я не хотела думать, главное, чтобы они были разумны и с ними можно было договориться.

Что удивительно, с попаданцами, вроде меня, полиглотом не пользуются, только ментально общаются. Я видела эти обручи для передачи мыслеформами, но так ни разу и не довелось его попробовать. Я до сих пор помню первую встречу с этими насыщенно фиолетовыми глазами моего кошмара. Боги, эти глаза сводят меня с ума, они такие изменчивые: то цвета закатного неба, то мерцают миллиардами звезд в туманной дымке густого, сиренево-синего оттенка. Жаль, что все остальное вызывает совершенно другие эмоции…

Мои кровожадные мысли о лишении глаз своего начальства, и бережном их хранении в виде сувенира на полочке, прервал резкий рывок. Меня грубо скинули с плеча, и я приземлилась на спину. От неожиданности воздух выбило из лёгких, и я, ошарашенно моргая, пыталась вдохнуть.

Планета Треи. За несколько лет до вышеописанных событий

Руководитель отдела безопасности Кристенс Форстанси сидел в своем кабинете и скучал. На их планете, да и вообще в их мире, давно ничего не случалось. Ну а что ожидать от утопического общества? Развитая цивилизация, которая с незапамятных времен живет, не зная о войнах и борьбе за власть. Да и зачем им война? С кем воевать или от кого обороняться? Вот именно, что не от кого. Поэтому и скучал еще совсем молодой мужчина, втайне мечтая хотя бы о маленьком происшествии.

Но все сектора на планете молчали, как и всегда. Все было спокойно и скучно. Открыв дела агентов в других мирах, Кристенс решил поизучать их, вдруг хоть что-то интересное происходит там. Но скупые отчеты наводили на него еще большую скуку. “И почему я не такой как все?” — думал мужчина, постукивая пальцами по столу. Он хорошо знал своего предшественника, Атарас Доу вышел в отставку всего пару месяцев назад, он был учителем Кристенса многие годы. Спокойный, рассудительный, можно даже сказать занудный и безмерно педантичный, он вызывал у нового главы отдела безопасности уважение и недоумение одновременно. Кристенс знал, что наставник долгие годы был оперативником и только потом сел за стол руководителя, и это вызывало в парне трепет уважения.

Кристенс мечтал о работе в поле, тоже хотел стать оперативником, был лучшим на потоке, и именно это сыграло с ним злую шутку. Образцового ученика заметили, и сам руководитель стал его наставником. Кристенс был на седьмом небе от счастья, и совершенно не ожидал, что его готовят на замену, и скоро он сам сядет в кресло руководителя. Это назначение стало неожиданным не только для него, потрясён был весь департамент.

Лёгкая вибрация браслета на руке вырвала мужчину из воспоминаний. Он и не заметил, как читая отчеты, погрузился в свои невеселые мысли. Активировав входящее послание, Кристенс вчитался в скупые строки и подскочил на месте: ну хоть какое-то разнообразие!

Давно у них не появлялось вновь прибывших из закрытых миров, на лице мужчины расплылась улыбка предвкушения. Попаданцы, так называли их между собой сотрудники департамента, всегда приносили суету. Как у них это получалось, не понимал никто, но факт остается фактом: каждый раз вокруг вновь прибывшего, что-то шло не по протоколу. Но сейчас это радовало Кристенса, скучные будни затягивали, и он хотел развеяться. Отдав все распоряжения, руководитель стал терпеливо ждать. Кто бы не прибыл в их мир, патрульные доставят его сюда, в департамент контроля внешних миров.

Попаданцем оказалась девушка со странной внешностью. Медики ее отправили в мед-капсулу. Пока все шло по протоколу: найти, обездвижить и доставить на медицинское обследование. Только после того, как попаданец будет осмотрен, с него снимут все необходимые данные, медики убедятся, что он не несет угрозы — с ним можно будет пообщаться. Личное общение всегда интереснее, чем скучные данные отчетов. Да, в прошлом случалось разное, закрытые миры, откуда и выбрасывает вот таких неудачников, приносят много сюрпризов.

Потом попаданцев ждет период адаптации. Принятие факта, что вернуться в свой мир к привычной жизни они не смогут, проходит всегда по-разному: агрессия, депрессия, эйфория, разочарование — это еще не полный список адаптивного процесса. Главное — подобрать правильный мир, где их таланты будут востребованы. После переселения за ними продолжают следить, новый мир не всегда принимает изгоя. Но если уж принял, то всегда меняет его под себя. Это не только речь, но и внешность и поведение, и даже способ мышления. Попаданцы быстро ассимилируют в новом мире и сливаются с коренными жителями так, что и не отличишь. Только в этом случае считается, что мир был подобран правильно. Но и после ассимиляции департамент приглядывает за новичками. Как говорилось ранее, случалось разное, и иногда попаданца приходилось уничтожать, так как он представлял угрозу для мирного населения. Хотя случаи, когда вновь прибывший пытался захватить власть и изменить мир под себя, можно пересчитать по пальцам, но департамент больше не хотел рисковать. Полный контроль и никакого доверия.

Доктор, не молодой уже мужчина, подошёл ближе и заглянул в смотровое окно. В белой просторной комнате было абсолютно пусто, и только посередине стояла капсула мед-бокса. Через прозрачную крышку было видно лицо девушки в обрамлении растрепавшихся черных волос. Пирсинг в нижней губе и правой брови пускал странные блики по белым стенам. Мужчина поморщился, такого уродства он еще не видел. Зачем "украшать" свою плоть бесполезным металлом? То, что это просто колечки из титана, было указано в отчете. Он бы понял, если бы они несли в себе технологические улучшения, а так…

— Сэр, вновь прибывшая здорова и не несет угрозы. Все тесты проведены, ознакомитесь?

— Обязательно, — ответил Кристенс, и в нетерпении дернул рукой, активируя перед собой гало-экран и раскрывая принятый файл данных.

Общую информацию он пропустил, что девушка из гуманоидного мира было видно и так, возраст и средняя продолжительность жизни не имели значения. Низкая мозговая активность привела мужчину в уныние. Он хотел развеяться, пообщаться с ней, но кому захочется разговаривать с гуманоидом, который чуть разумнее вашего домашнего питомца? А по всему выходило, что мир, откуда попала к ним эта девушка, совсем молодой.

— Ну, кто у нас провинился, — вдруг весело спросил медик, — кому поручите вести эту обезьянку?

Кристенс дернул щекой, отчего-то слова врача задели, будто тот подслушал его собственные мысли и уличил в малодушии.

— Для начала я сам пообщаюсь с вновь прибывшей, — бросил мужчина и тут же пожалел о сказанном, зрачки пожилого доктора выдавали его реакцию лучше любых слов.

Удача. Что вы знаете об удаче? Что для вас значит это слово? Я часто слышала: "Мне улыбнулась удача", или: "Я поймал удачу за хвост"… Но ведь по сути, удача — это событие, возникшее в жизни человека в результате случайного, непредсказуемого стечения обстоятельств. Удача не может нам “улыбаться”, и мы не можем “поймать” ее, не можем повлиять на обстоятельства так, чтобы она повернулась к нам лицом. Так почему мы продолжаем полагаться на удачу? Почему так верим в нее?

Но, это все лирика. Давайте знакомиться.

Меня зовут Алиса, и я невезучая по жизни. Точнее, скажем так, я неудачница, ведь удача обходит меня стороной с самого моего рождения. Почему я так думаю? Я вам сейчас расскажу.

Я родилась в глухой деревне из пятнадцати домов, из которых половина стояла пустыми. Говорили, что до развала страны наша деревенька была перспективной. Тут собирались строить завод и открывать новые шахты, но случилась перестройка и все как-то застопорилось. Потом начались девяностые и все развалилось окончательно. Я не застала ни того, ни другого. Честно говоря, я вообще не понимаю, как мама решилась рожать. Тысяча девятьсот девяносто шестой год, по словам нашей соседки, тёти Зины, был ничем не лучше остальных: безработица и разруха. Мой отец давно пил, мать тогда уже тоже пристрастилась к бутылке, и с моим рождением всё стало только хуже. Родители ненавидели друг друга, и с каждым годом это становилось все заметнее и заметнее. Я вообще не помню их трезвыми и веселыми. В моей памяти сохранился образ вечно злого отца и истерично визжащей матери.

Я часто убегала из дома и ночевала на сеновале, который был на чердаке скотника. Скотины мы не держали, да и сена там почти не было, так, валялись по углам клочки соломы, но зато пьяный отец не мог туда забраться. Я затащила наверх старый матрац и пару одеял, но от морозов это не спасало. Когда было совсем туго, и уже холодно для ночевок на продуваемом сеновале, я бежала к соседке. Тетя Зина была единственным человеком, который хоть как-то мне помогал и подкармливал.

Она же ходила со мной в соседнюю деревню и устроила в школу. Три километра в одну сторону пешком, без провожатых. Школа была для меня маленьким адом. Отношения не задались сразу и со всеми. Дети — самые жестокие существа, я прочувствовала это на собственной шкуре. Взрослые ничем не лучше, могу вам точно сказать: преподаватель издевался надо мной ничуть не меньше одноклассников.

Я ненавидела школу, но упрямо в нее ходила. Зачем? Я и сама не знаю, наверное, чтобы не видеть родителей. А может так подействовали слова соседки: "Учись хорошо! Поступишь в институт — уедешь из этой дыры". И я училась с маниакальным рвением. Ненавидела всех, начиная с матери, которая не могла защитить меня от пьяного отца, заканчивая одноклассниками и Степаном Петровичем, нашим преподавателем.

Но моя “удача” решила, что этого мало. В один из осенних дней к школе подъехал ментовской бобик. Учитель не преминул показать свою неприязнь и остроумие сказав, что это за мной, и оказался прав. Наш участковый переговорил со Степаном Петровичем и тот, с противной ухмылкой, сказал: "Собирай свои вещи, Алиса. Дети, попрощайтесь, мы с ней больше не увидимся". Пока я, не понимая, что происходит, собирала сумку, участковый что-то тихо, но зло выговаривал учителю. Выражение его поганой морды было лучшим подарком. Вот только радовалась я недолго.

Зато очень долго стояла на улице, не решаясь подойти ближе. Наш дом сгорел. Я видела остов трех стен и черноту провала внутри. Мне казалось, что эта чернота, которая поглотила моих родителей, хочет пожрать и меня. Она тянула, манила, но я не могла пошевелиться. Рядом ходили соседи, кто-то что-то говорил, но я не помню, что и кто. Я вообще плохо помню тот период своей жизни. Очнулась я уже в детском доме в районном центре.

Детдом я даже не хочу вспоминать. Наверно, жить беспризорником было бы легче, но я не пробовала. Я, как одержимая, продолжала учиться, но учителям было не до нас, да и кроме меня никто не горел желанием получать знания. Единственное, что мне удалось выучить достаточно хорошо — это математика. Именно поэтому я пошла в ПТУ, учиться на программиста. И уже после него мне всё-таки удалось поступить в институт.