Читаем На грани (ЛП) онлайн бесплатно

Аная

Огонь подступал, один язык пламени за другим. Моя коса запульсировала на боку, и тепло распространилось по моим рукам до кончиков пальцев. Шесть секунд. Его душа должна быть у меня через шесть секунд.

Лишь один удар моего клинка, и он обретет покой.

Но только не эта душа, Аная. Эта - особенная. Не смотря ни на что, ты позаботишься о том, чтобы он остался в своем теле.

Слова Бальтазара эхом раздались в голове, и мои ладони затряслись, лишь в нескольких дюймах над его грудью. Его душа уже просачивалась. Боже, если бы только остальных здесь не было. Финна, Скаута... они увидят.

- У нее получилось! - голос Финна был не более чем помехой. Отвлечением внимания, которое не было мне нужно. Его смертная была жива, но я была здесь не ради нее. Я была здесь ради Кэша.

Жар вспыхнул у меня в груди. Сверкающая душа так сильно желала вырваться из оболочки, что ей не нужен был мой клинок. О, Боже. Это было неправильно.

- Я не могу сделать это, - сказала я, ни к кому не обращаясь.

Сделаешь.

Тихий голос Бальтазара затмил жар, сомнение, причину. Этот момент был всем, что продолжало существовать. Этот парень. Загадочная связь, бесшумно мерцающая между нами. Я накрыла моими ладонями его грудь. Его душа столкнулась с моими руками, и его тело содрогнулось, борясь за то, что я пыталась вернуть ему.

- Тсс... - Я склонилась над ним, мои локоны касались его щек. - Это не твой конец, Кэш. Еще нет. - Я направила свой вес к ладоням и прижала последнюю частичку его души обратно к телу.

- Аная! - Я вздрогнула от голоса Скаута. - Что, ради Бога, ты делаешь? Забери его уже.

На мгновение мне показалось, что сердце, которого у меня не было, оказалось в горле, не позволяя мне дышать или говорить. Я поняла, что я возвращала что-то этому парню, но это не было на то похоже. Это было похоже, будто бы я все еще отнимала. Я заправила прядь волос за ухо и вгляделась в лицо Кэша, словно оно было последним, что мне довелось увидеть. Он был таким красивым, таким спокойным.

Тень со свистом пронеслась позади меня, приближаясь, глядя на парня подо мной, как если бы он был не более чем обычной пищей. Я наклонилась ближе, чтобы защитить его, чтобы подарить ему свое тепло.

- Дыши, - прошептала я. - Пожалуйста, дыши.

Дым клубился между нами, но даже сквозь тьму я могла разглядеть краску, приливавшую к его губам. Его коже. Прерывистый вдох, и дым скользнул ему в рот, и его лицо исказилось от боли. Я почувствовала ту боль. Я прочувствовала ее до самой глубины души. Он не должен был проходить через это. Он должен был обрести мир. Но вместо этого, он был жив. Он был... жив. Меня охватило чувство вины, сливаясь с эгоистичным облегчением, которое я почувствовала, когда увидела, что он дышит.

Я убрала мокрые волосы с его лба и наклонилась, пока мои губы не прикоснулись к его уху. Искры заплясали по моим губам.

- Мне жаль, - прошептала я.

- Разве ты не собираешься забрать его? - спросил Финн позади меня.

Огонь потрескивал вокруг нас, и я потянулась, чтобы коснуться кончика носа Кэша.

- Нет. Не сейчас.

Прежде чем Финн смог спросить меня, пожарный ворвался из коридора и подхватил Кэша на руки.

Мгновенная вспышка холода и света поглотили меня. Я закрыла глаза и позволила им втащить меня на небо.

Бальтазар призывал меня. Когда мир скрылся из виду, я пришла в себя прежде, чем случайно споткнуться о край поляны.

Что же я наделала? Мои руки дрожали под тяжестью моего решения. Моей ошибки. Моей основной целью, в качестве жнеца, было забирать, пожинать, разрушать. На протяжении тысячелетий это удавалось мне так же просто, как и дыхание, а теперь... я препятствовала этому. Я все еще могла почувствовать его душу на моих ладонях, теплую и живую. Я могла почувствовать его всем своим телом, привязанного ко мне, как ко сну. Моя коса гневно пылала на боку, желая душу, которую нам было велено забрать.

- Полагаю, что все прошло хорошо.

Бальтазар возник из тени и ступил в мягкий, приглушенно-серый свет. Я не могла смотреть на него. Если я посмотрю на него, то прочувствую чудовищность того, что натворила. Вместо этого, я обратила взгляд на пустой, серый берег Межграничной реки под нами, где души искали что-то, что они никогда не найдут. Дом.

Их бледные лица тянулись к небу, в глазах циркулировала надвигающаяся тьма, когда они блуждали в навеки застывших сумерках. Большинство скоро станут тенями, которые никогда не увидят Небес и не получат шанс на вторую жизнь, которого они так добивались.

- Почему ты не позволил мне забрать его? - Мой голос дрогнул. - Он заслужил покой, который ждал его. Я... Я просто украла это у него.

- Потому что у него есть цель. Ты и понять не можешь, насколько он ценен, - сказал Бальтазар, поворачиваясь ко мне. - Тот человек... той душе уже около тысячи лет, Аная. Я сделал то, что было необходимо.

Его холодные глаза прошлись по мне один раз, прежде чем остановиться на моем лице с весом решения.

- А сейчас я собираюсь попросить тебя сделать то, что необходимо. Одно последнее задание.

Надежда вспыхнула с новой силой внутри меня. Я ждала тысячу лет, чтобы услышать эти слова.

- Последнее задание?

- Мне нужна твоя помощь по защите этой души. Если он - тот, кто я думаю, я не могу рисковать, чтобы он попал в руки наших врагов. - Бальтазар сжал челюсти, а ветерок трепал края его одежды. - Ты будешь защищать его и отдашь мне тогда, когда придет время, и я дам тебе то, что обещал.

Я попыталась упорядочить свои мысли, чтобы ответить. Это было неслыханно. Души, направляющиеся в Ад, иногда перехватывались, чтобы быть принятыми на работу в качестве жнецов, да, но Направляющиеся к Небесам? Никогда.

- Отдам его тебе? Не Всевышнему? Не отведу его в место покоя, которое он заработал своей жизнью? - Мои внутренности горели с силой того, как неправильно это чувствовало. После запихивания той яркой души обратно в ее слабеющее тело, я не была уверена, что что-то будет когда-либо чувствоваться снова хорошо. - Ты просишь, чтобы я отринула его вечное счастье в обмен на свое?

В ответ Бальтазар провел рукой по воздуху, очищая туман вокруг нас. Изображение зарябило передо мной. Море набегало на песок, утягивая его слои обратно с отливом. Небо было настолько ярко-голубого цвета, что его вид жег мне глаза. Моя голова лежала на коленях у Тарика. Он взял одну из моих косичек, макнул ее в прибой и пощекотал мой нос ее кончиком. Я засмеялась, и он наклонился, чтобы поймать этот звук губами. Его темные волосы были влажными от нашего купания, и с них капало на мои закрытые веки.

Я ахнула, пораженная болью и тоской, которые охватили меня. Даже сейчас, тысячу лет спустя, я могла почувствовать его. Почувствовать воду, прохладную и прекрасную против моей кожи. Бальтазар хорошо выбрал воспоминание. Это был день, когда я влюбилась. День, который навсегда изменил курс моего существования. Старые раны открылись в моей груди, и потеря опалила горло, новая и пламенная. Я потянулась, чтобы коснуться изображения, но оно улетело прочь, как дым.

- Я предлагаю тебе спасение, Аная, - сказал он. - Шанс перейти. Все, о чем я прошу взамен - ты преуспеешь в той задаче, которую я тебе поставил. Ты ведь не упустишь шанс, снова быть с тем, кого любишь, а?

Я закрыла глаза, пытаясь уцепиться за изображение Тарика. В тот момент я была готова сделать что угодно.

Даже если это было настолько ужасно, как не дать столь красивой душе как Кэш, тот вечный дом, который он заслуживал. Если путь вел меня обратно к моей семье, вел обратно в руки Тарика и уходу от жатвы мертвых, я выберу его.

Бальтазар коснулся моего плеча, и холод просочился сквозь мои поры, воюя с теплом внутри меня. Я открыла глаза, сжимая руками косу на бедре, чтобы успокоить ее.

- Скажи мне, что я должна делать.

Кэш

Не существует руководства по обману смерти.

Было бы хорошо, если бы оно было. Что-то более полезное, чем эти пушистые истории о белых тоннелях света, ангелах и прекрасном мире. Я не получил ничего из этого. То, что я получил, было этим. Не жизнь. Не смерть. Долбаный кошмар.

- Улыбнись! - Щелкнула вспышка и ослепила меня. Я снова вернулся в тот дом, проглатываемый дымом, жаром и паникой. Золотые глаза смотрели на меня. Я сожалею.

Дерьмо.

Я потер глаза и сосредоточился на большой черной тени, капающей со стропил спортзала. На данный момент было только одно существо, но это так не останется. Скоро придут еще. Они всегда так делали. Они закрадывались через трещины и углы, пока темнота не занимала каждый квадратный дюйм этого спортзала. Пока все, что я мог чувствовать, не становилось холодом, заполняющим мои внутренности, и страхом, пульсирующим позади моих ребер. Тень надо мной шипела, и я смотрел, как она циркулировала как дым вокруг большой серебряной системы труб, подступая ближе с каждым проходом. Воздух вокруг меня чувствовался холодным ядом, вползающим через мой рот, пытающимся найти путь в меня.

Я сжал губы вместе и закрыл глаза.

- Кэш? - Фотограф с вьющимися шафрановыми волосами, уложенными на макушке, выглянула из-за камеры и нахмурилась. - Ты не улыбнулся, ха. Ты даже не смотрел в объектив. Давай попробуем еще раз.

Я провел ладонями по лицу, и кто-то за меня поправил мою шапочку. Это было так глупо.

Они могли приклеить фотографию Мистера Роджерса на мое место в ежегоднике, мне было все равно. Все, что я знал - было тем, что я не хотел здесь быть. Все, что я хотел - получить свою жизнь обратно.

Я заставил себя выдавить улыбку, но вторая тень скользнула по плечу фотографа, и улыбка ушла с моих губ. Подобный смоле язык тени протянулся, чтобы попробовать серебряные браслеты на запястьях фотографа. Я отшатнулся назад от табурета в тот миг, когда камера сработала, и моя спина сильно ударилась о землю, выбивая воздух из легких. После неделе жизни на ингаляторе, это было чертовски больно. Я поморщился и сел, стараясь восстановить дыхание и восстановиться.

- Боже мой, с тобой все в порядке? - Фотограф встала, держа камеру на вытянутой руке.

Студенты скопились позади фотографа, перешептываясь и пытаясь увидеть, что произошло. Отлично. Больше топлива для королев сплетен. Как раз было тем, что мне нужно.

Мисс Мойер попыталась помочь мне встать на ноги, но я отмахнулся от нее. Я должен был выбраться отсюда. Не только от того, как они все смотрели на меня, как будто бы я был чокнутым. Подальше от теней. Выпускные фотографии были наименьшими моими заботами. Кроме того, чем дольше я оставался здесь, тем хуже были мои шансы избежать встречи с Эм. И я не был готов столкнуться с ней. Пока еще нет.

Я сорвал синюю мантию выпускника и поднял шапочку.

- Можно, я сделаю это позже? Мне нужно взять ингалятор из шкафчика.

Фотограф кивнула, и мисс Мойер оглядела меня с сочувствием в глазах.

- Вернись потом. Нам нужно, чтобы сделать эти снимки сегодня.

- Хорошо. - Я схватил сумку, и толпа старшеклассников расступилась, чтобы пропустить меня. Мне многого не требовалось, чтобы начать уходить с пьедестала Школы Лон Пайн, во взгляде всех присутствующих тут людей читалось, что они видели мое отвратительное падение. Как будто меня это волновало. Я не собирался возвращаться. Я собирался пойти домой. Но не было похоже, что мисс Мойер не ожидала этого. К настоящему времени они уже должны были привыкнуть к моим исчезновениям.

Я прошел полпути по коридору и остановился. Тени просачивались через вентиляционные отверстия в потолке, текли вниз по сине-голубым шкафчикам как ил. Они объединялись на плитке, пока тьма не обхватила мои ботинка, сердце гремело в ушах.

Я провел руками по волосам и потянул, пока глаза не стали слезиться. Что угодно, чтобы убрать это дерьмо.

Они были, черт побери, везде. Темные и холодные, как оживший ночной кошмар.

Я дернул головой на звук чьего-то смеха. Парень примерно моего возраста, одетый в серое шерстяное пальто, стоял через зал, бледно-русые волосы закрывали один глаз. В небольшом городке, как Лон Пайн, было не сложно выделить кого-то, кто был не отсюда.

Это парень точно был не отсюда. Как будто подтвердив мою точку зрения, он с интересом проследил за тенями вокруг меня, его губы сложились в усмешку, когда одна из них циркулировала вокруг моего ботинка и моей штанины. Дрожь катилась по моему позвоночнику, но я неподвижно стоял на месте, боясь дышать.

- Назад!

Я вздрогнул от неожиданного звука его голоса, нарушающего тишину, и испуганно смотрел, как тени вокруг моих ног растаяли. Они не ушли, но даже те несколько футов пространства дали мне возможность снова дышать. Когда я подняла глаза, парень все еще наблюдал за мной. Как будто он ждал увидеть, как я буду реагировать.

- Кто ты? - спросил я. Он не ответил. Просто моргнул и отступил за угол, исчезая позади ряда шкафчиков. На секунду он был вне поля зрения, тени приблизились обратно. Я вытащил ботинки из темноты и протопал через коридор.

- Эй! - Я похлопал по джинсам, ища ингалятор, мои легкие горели от жажды воздуха. - Стой! - Я схватился за край шкафчиков, где он стоял, и металл опалил мою руку холодом.

Что за черт?

Я бродил по кругу, обыскивая пустые коридоры. Он ушел.

Я двинулся по коридору к выходу. Я до ужаса боялся потерять его. Он был настоящим? Существа, кружившие у моих лодыжек, были настоящими, или же это мой разум слетал с катушек? Я не был готов ответить на это, поэтому я обернулся и побежал, пока не вылетел на гравий. Солнце хорошо чувствовалось на кусаемой морозом коже, таким образом, я продолжал идти, пока не оказался в Бронко и не направился вниз по Мейн Стрит.

Я молился Богу, чтобы меня не дергали. Если бы мне пришлось остановиться, они бы поймали меня. Что произойдет, если они сделают это? Я нажал на педаль немного сильнее. Я не хотел этого знать.

Я не знал, сколько времени я был дома. Достаточно долго для того, чтобы свет в окнах исчез, а соседская собака перестала лаять. Достаточно долго для того, чтобы услышать двигатель папиного небольшого серебристого BMW круза, приблизительно за четыре минуты до того, как он вошел в мою студию, вооруженный и готовый заставить мои уши кровоточить.

- Что, черт возьми, с тобой не так? - проворчал папа, прежде чем дверь в мою студию успела захлопнуться. - Я так тебя не воспитывал.

Я уставился на полупокрашенный холст передо мной и прижал босые ноги к холоду бетонного пола, чтобы разбудить себя. Он был или зол из-за того, чтоб я снова пропустил школу, или он нашел полупустую бутылку бурбона, которую я взял с его стола.

- Ты никак меня воспитывал. Фактически ты должен был быть рядом, чтобы хоть как-то делать это.

Я взял в руки кисть, обмакнул ее в кроваво-красные краски, и полоснул рану по белому полотну.

Папа в хорошо отполированных полуботинках прошел по бетонному полу, пока он не оказался рядом с моим холстом, блокируя свет. Он еще не переоделся, что означало, что он был все еще в режиме юриста. Проклятие.