Читаем На болотах (СИ) онлайн бесплатно

Загрузка зоны...

1372 год по Летоисчислению Долин, 1-е Марпенота.

Знание:Маранс Талендр, волшебник из Селгонта, получает временную свободу от своего повелителя во втором кругу Ада. Вернувшись в мир живых, он жаждет лишь отомстить семье погубившего его соперника. Спустя неделю, однако, Шеймур Ускеврен разрушает все его планы и возвращает волшебника обратно на подобающее ему место.

Верёвка. Есть. Крючки для неё. Есть. Ламповое масло. Есть. Тёплый плащ. Есть. Кремень и огниво. Есть. Котелок. Как же без него. Кружка, ложка, миска, нож - КЛМН, это известно даже далёким от приключений людям. Аптечка, побольше тряпок на бинты, нитки и игла. Хорошо бы взять целебных зелий, но всё, что нашлось в деревне и среди трофеев, уже отдали раненым. Сухая сменная одежда, тёплые обмотки для ног и две пары ботинок с толстой подошвой. Есть.

Необходимость билась внутри него, заставляя двигаться, наполняя смыслом каждое движение. Стучащие внутри сердца слова держали его в вертикальном положении, запрещая опускать голову, запрещая горбиться. Они прогоняли из его головы все лишние мысли, заставляя сосредоточиться только на деле.

Большая фляжка для воды и немного провизии, сколько сможешь унести сверх остальных вещей. В основном, сухари, сыр, соль и солонина. По дороге в любом случае придётся питаться подножным кормом, ягодами и грибами, когда их удастся найти, и в отличие от самого Дейгуна, Рейтер не способен сам пристрелить себе ужин. И магия тут не помощница. Даже если наложить на себя невидимость и тишину, и жирно обмазаться грязью, чтобы скрыть запах, сперва дичь ещё нужно выследить и догнать. Топи Мертвецов - это вам не вечно открытая продуктовая лавка, как говорит его опекун. Обычных животных там мало, а все, что есть, вполне способны сами тобой полакомиться.

Ах да, ещё железный флакончик со свиным жиром. Чтобы намазывать лицо от ветра.

Простая, чётко распланированная работа казалась ему приятным отдыхом. Просто следовать составленному списку. И ни о чём больше не думать.

Карта и намагниченная игла, которые одолжил опекун. В счёт выполненной работы, сказал он. Личная тетрадка с заклинаниями. Взять одну из толстенных книг Тармаса ему тоже не позволили. Наверное, Георг понадеялся продать их и то, что уцелело от библиотеки мага, чтобы хоть как-то компенсировать ущерб от нападения и пожара.

Пфф. Вроде бы ничего не забыл. Кроме оружия, но тут... придётся положиться на дорожный посох, окованный железом на концах. А броню волшебнику носить не положено, да и чем она поможет, если уже край настанет.

Что происходит? Рейтер и сам бы хотел это знать.

Прошлой ночью бандиты дали Гавани лишь четверть часа передышки, прежде чем вернуться с подмогой. К этому времени ополченцы сумели притушить бушующий в деревне пожар, собрали всех выживших людей на небольшом островке, где стоял дом Дейгуна, и где Мерринг заботился о раненых. Там же, вдали от домов, которые ещё не сгорели, воины решили стоять до последнего. Они встали тесным кругом, защищая раненых и безоружных людей в центре.

Несмотря на то, что у него было достаточно времени, полудроу не сумел полностью восполнить свой арсенал заклятий. Сказалось то, что его разбудили посреди ночи, не дав спокойно выспаться. Он еле-еле сумел запомнить одно, самое важное заклятье. Поняв, что успехов больше не предвидится, он вышел из разграбленного мародёрами дома Тармаса и направился к баррикадам.

Как только он вошёл в круг, юноша заметил новые лица. Его приёмный отец о чём-то тихо шептался с Георгом, отчего тот взбешенно размахивал руками и порывался закричать, но вечно спокойный эльф останавливал его взмахом руки. Когда Рейтер приблизился к ним, опекун тут же замолк, обернувшись к нему и задумчиво осматривая парня. Неподалёку стояли на страже несколько приведённых им охотников с дальних ферм, не затронутых вторжением. Они выглядели заспанными и до смерти перепуганными, оглядываясь на царящий вокруг хаос широко раскрытыми глазами. И всё же, они пришли, беспрекословно подчинившись своему командиру и учителю, оставив свои хозяйства и семьи на растерзание бандитам.

- У нас почти не осталось времени, - бесстрастно заметил Дейгун, - но я рад, что ты почтил нас своим присутствием.

- Я собираюсь прочитать защитное заклинание, - учтиво сообщил им юноша, почтительно улыбаясь до ушей. - Если вы с лучниками прикроете меня, было бы просто замечательно.

Георг кивнул и знаком велел ближайшим ополченцам подойти, незаметно положив руки на спуск арбалетов. Парнишка, всё ещё внимательно глядя на Дейгуна, высыпал на свои ладони щепотки растолчённого серебра и талька, затем осторожно произнёс волшебную формулу и приготовился взмахнуть руками, смешивая два порошка и распыляя их в воздухе перед глазами...

Рука опекуна тяжело легла ему на плечо, и Рейтер едва сдержался, чтобы не ругнуться и не разрушить их единственный шанс на спасение.

- На меня, - потребовал охотник, доставая из-за плеча лук и мгновенно закрепляя спущенную тетиву. Три стрелы уже были в его руке, две легли на тетиву, а ещё одна приготовилась ждать своей очереди.

Юноша кивнул, принимая команду. Так будет даже проще. К тому же, стрелки могут просто не послушаться "мятежного" полудроу, если он прикажет им стрелять в сторону крестьян и их братьев-ополченцев.

Он дунул на щепотки в своих руках, и порошки закружились в воздухе, мерцая искорками магической энергии. Дейгун невозмутимо натянул тетиву до щеки и пустил сразу две стрелы между плеч двух стоящих перед ним солдат. Из пустого воздуха вылетел на землю дуэргар, протягивая скрюченные пальцы к торчащим из его горла и груди вороньим оперениям.

Ни на мгновение не прекращая выпускать стрелы, следопыт стрельнул глазами в сторону наблюдающего за ним приёмыша, и так, как будто между делом, прошептал на эльфийском:

- Сегодня утром ты уйдёшь из Западной Гавани навсегда.

Юноша мог только недоумевающе посмотреть на своего опекуна, поднимая брови.

- Ты понесёшь в город Невервинтер ту вещь, которую искали в деревне захватчики. Небольшой серебряный осколок, который я давным-давно спрятал в руинах неподалёку. Этой ночью я, как только мог быстро, добрался до него и забрал обратно себе. По пути мне встретились некоторые... препятствия, но им не удалось слишком сильно задержать меня. Остальное за тобой. Пришло время тебе вернуть свой долг перед Гаванью.

Рейтер устало взглянул на собранный наконец рюкзак. Повезло ему жить с охотником-следопытом, который знает, без чего невозможно обойтись в любом походе. Но, помоги мне Лабелас Энорет, как же всё это сложно и тяжело. Трясина не прощает ошибок, сказал приёмный отец. Большая часть неудачливых путешественников пропала там не из-за вылезших из-под земли мертвяков или людей-ящеров, а из-за того, что забрели не туда и провалились в болото. Не менее коварны и хитрые волшебные грибы, которые спорами парализуют подошедших слишком близко путешественников и оставляют их беспомощные тела на растерзание жукам-падальщикам. Ну, и ещё всегда можно съесть что-то не то, и просто уйти вглубь топей, ничего не осознавая вокруг себя.

- Скажи, вы правда надеетесь выиграть время, принеся меня в жертву этим тварям, или это просто жест отчаянья? - спросил паренёк у Дейгуна, внимательно инспектирующего его сумку.

Следопыт холодно нахмурился, не поднимая на него глаз, увязывая рюкзак покрепче.

- Тебе стоит сосредоточить мысли на хорошем. Придумай, как подольше избежать гибели, и ты подаришь всей деревне ещё несколько дней жизни.

Юноша стыдливо опустил глаза, не чувствуя в себе сил продолжать эту игру.

- Ну, уж прости меня, что я ещё недостаточно очерствел для всего этого, - ответил он с желчью в голосе. - Я же не отпетый искатель приключений с тысячью пройденных миль за плечами...

На удивление, эльф замер на месте, словно застигнутый врасплох мыслью. Он повернулся к воспитаннику, словно кукла на плохо смазанных шарнирах, и всмотрелся в его лицо долгим внимательным взглядом, запоминая его навсегда.

- Я знаю, что тебе пришлось уже слишком многое испытать, - произнёс он каким-то не своим голосом, как будто моложе, живее как-то. - И придётся пережить ещё больше, прежде чем Боги заберут тебя к себе. Я прошу тебя только об одном. Оставайся настоящим человеком.

Рейтер оледенел, получив такое неожиданное наставление. По инерции он постарался найти в нём двойное дно, какой-то скрытый смысл, но быстро отказался от неблагодарного занятия. Он уже решил раньше, что больше не будет копаться в запутанном отношении к нему своего опекуна. Больше незачем было разговаривать с эльфом, с которым они точно больше никогда не увидятся. Он просто вырвал у него из рук рюкзак, буркнул что-то неразборчивое на прощание и выбежал из дома, чтобы больше никогда сюда не вернуться.

Полудроу замер у задней двери, тяжело дыша и пытаясь собрать воедино разлетевшиеся мысли. Он знал стольких людей в этой деревне. В родной деревне, как бы он к ней не относился. На одно биение сердца ему захотелось поговорить с каждым из них, услышать их личное мнение. Столько интересных, колоритных персонажей. Хоть кто-то из них должен сказать что-то, что ему поможет...

Но в следующий миг Рейтер зарычал, мотая головой и взъерошивая светлые волосы. Всё, чего ему от них на самом деле хотелось - это услышать их соболезнования, самому ощутить немного сочувствия. Им сейчас было не до переживаний волшебника-недоучки. У них было своё горе, с которым он им ничем не мог помочь. И его появление определённо не подбодрит их. Скорее наоборот. Он и так сделал всё, что мог, чтобы спасти их...

Приглядевшись, парень заметил в густой сухой траве быстро промелькнувшую чёрно-белую шкурку. Его сердце на мгновение ёкнуло, отозвавшись тупой болью. Рейтер подошёл поближе, успокаивающе поднимая руки и шепча тихие бессмысленные увещевания. Миг спустя он поднял из травы маленького крольчонка, который тут же принялся ластиться к нему и лизать пальцы.

Это был Сильва, домашний питомец Эми, которого она нашла в одиночестве на болоте, с перебитой лапкой, выходила и привязала к себе. Кролик постоянно за ней таскался и не переставал радовать девушку своей милой мордашкой и очаровательной прожорливостью, с которой он схрустывал морковки и листы капусты, нарванные на окрестных полях. Теперь некому было присматривать за ним, и голодный зверёк сбежал из своей клетки во дворе разрушенного дома.

Юноша грустно посмотрел на ворочающегося в его руках крольчонка. Затем, приняв решение, расстегнул ворот куртки и приподнял зверька повыше. Сильва тут же ткнулся носиком ему в подмышку, проникая под одежду и сворачиваясь маленьким клубком под сердцем. Только его мордочка выглядывала из тёплого местечка, рассматривая всё вокруг любознательными чёрными глазками-пуговками.

Рейтер стиснул зубы, ощущая, как распространяется по его груди тепло, и воровато застегнулся на все пуговицы, чтобы никто не увидел прижавшегося к нему крольчонка. Он почувствовал, что на глаза наворачиваются совершенно ненужные слёзы, и поспешил двинуться по тропе вглубь трясины. Ни с кем не прощаясь. Дейгун поведал ему, что попытается сохранить отъезд осколка в тайне, и юноша совсем не горел желанием эту тайну кому-либо раскрывать. Кроме Сильвы, у него в этом месте никого не осталось.

* * *

Лишь одна пара глаз, умудрённых и окружённых морщинами, наблюдала за его отправлением. Старый эльф молчаливо смотрел со своего порога, как его приёмный сын скрывается в тёмной сени болотных деревьев. В длинном походном плаще неопределённого цвета, с дорожным посохом в руке и нагруженной котомкой, как горб, свисающей за спиной, он ничем не отличался от любого иного путника на бесконечных дорогах Фаэруна. Дейгун тихо вздохнул и тоже отправился в топи. Чуть в сторону от пути, избранного его воспитанником.

Охотник неслышным шагом шёл по погружённым наполовину в трясину стволам, по кочкам жёсткой болотной травы, перепрыгивал привлекательные на вид зелёные полянки, скрывающие под собой бездонный омут. Он издали обходил встречающихся ему на пути падальщиков, уже собирающихся, чувствуя кровавое пиршество, и прекрасно известные ему гиблые места. Мысли эльфа в это время были заняты совсем другим. Осколок, отданный им этому беспечному мальчишке.

Дейгун так же живо, как и восемнадцать зим тому назад, видел перед собой последние конвульсии умирающей Шайлы, пока лекарь доставал из неё этот самый кусок странного холодного серебра. Его Шайлу убили не свободно сновавшие вокруг демоны и не прикосновение отвратительной нежити. Её убил этот проклятый осколок, вонзающийся всё глубже ей в сердце, пока его пытались из неё вытащить. Лекарь растерянно развёл руками, признавая своё бессилие. К тому времени, как они поняли, что магическое серебро не желает расставаться с обретёнными им ножнами, Шайла уже... отошла. Эсме затихла вскоре вслед за ней, не приходя в сознание, потеряв слишком много крови от пронзившей всё тело раны. Осколок, вынутый из её уже мёртвого тела, забрал себе приехавший на похороны Дункан, его единокровный брат-полуэльф.

Для Дункана, в то время ещё не оставившего стезю искателя приключений, это был просто любопытный сувенир, очередной трофей, который можно продать любопытному мудрецу или повесить на стену над камином. Он не видел этого осколка, залитого алой кровью своей жены, только что вынутым из её ещё горячего тела. Проклятый кусок серебра всегда оставался таким же холодным, сколько бы Дейгун не держал его в руках, задумавшись в тёплом кресле у камина, как будто требовал, чтобы о нём постоянно вспоминали. Даже когда лесной эльф в порыве гнева бросил его в камин, осколок ничуть не нагрелся, своей прохладой постепенно затушив пылающий огонь и остудив угли. Эльф чувствовал, что на серебре лежит какое-то жуткое проклятье, и даже когда этот самовлюблённый чародеишка из Невервинтера с мудрым видом заявил, что не видит в осколках ничего значительного, кроме "слабого следа магического заклятья или демонического огня", Дейгун ему ни на миг не поверил. Осколок взывал к нему, требуя чего-то неясного, невозможного, словно постоянно шепча над ухом на каком-то языке, которого охотник не понимал.