Читаем Мы оба очень разные онлайн бесплатно
Евгений Кукаркин
Мы оба очень разные
Написана в 1999 г. Приключения
Осторожно ступаю по земле, усыпанной толстым ковром листьев. Осенью лес стал прозрачней и мне приходится напрягать зрение и слух, чтобы не нарваться на охранников, нанятых фирмой "Баер". За бугром слышен говор. Я падаю в листву и сдергиваю с плеча рюкзак. Медленно ползу вперед метров семь и выглядываю из-за дерева. По лесу идут два мужика. Оба в ватниках, драных шапках и с двустволками за спинами.
- Дядя Ваня, - слышится молодой голос, - онн здесь не пойдет. Ельником лучше, а здесь как на свету...
- Инженер хитер, - отвечает ему напарник, -- Он везде пойти сможет.
Они проходят в нескольких шагах от меня.
- А куда мы идем? - задает вопрос молодой, уже где-то вдали.
- К реке. Там тропы проложены, там и пошукааем.
Голоса пропадают, еще выжидаю немного времени, поднимаюсь и опять иду на юг.
В деревне Бенберовка уже топят печи. В центре, у магазина, как обычно, несколько пьяниц сидят на скамейках и от нечего делать, лениво перебрасываются словами. При моем появлении, они замолчали. Я вошел в пустой магазин.
- Здравствуй, Клава.
Толстая, румяная продавщица насмешливо уставилась на меня.
- Привет, соколик.
- Мне бы пожрать сейчас, тушенка и хлеб есть?
- Есть, тебе какую свиную или говяжью?
- Давай говяжью, две банки.
- Пятьсот шестьдесят рублей.
Она выкладывает на прилавок хлеб и тушенку, я расплачиваюсь.
- Какие новости, Клава?
- Новость одна, тебя ищут.
- Откуда ты знаешь?
- Оглянись на дверь.
На дверях плакат-листовка, где по центру листа, плохо снятая любительской камерой, моя физиономия с большой черной бородой, с которой я ходил в изыскания лет пять назад. Среди мелких тисненых слов, разъясняющих кто я, крупными буквами выделено: "Фирма "Баер" гарантирует вознаграждение за поимку этого человека".
- Чего это они вдруг так?
- Наверно воруешь много. Рюкзак, поди, весь набил камешками.
- Набит.
- Ох, и рискуешь ты... Везде посты стоят. Я даже удивляюсь, как ты сюда прошел.
- Как и всегда, огородами. Ладно, Клава, я пойду дальше. Спасибо тебе за все.
- Инженер, постой. Не ходи по дороге в райцентр, там засады... Лучше лесом, через Зеленый Лох.
- Не пойду. Спасибо, Клава. Пока.
Пьяницы у входа, провожают меня глазами, один, более юркий, прошмыгнул за моей спиной в магазин.
В райцентре полно народа и чтобы не светится у всех на глазах, я поднимаю воротник, натягиваю шапку на глаза и через заборы и переулками пробираюсь в избу Герасима, старого, но еще весьма энергичного мужика. Он, обычно вырезает из дерева всякие поделки, таким образом подрабатывал на жизнь художественным промыслом.
- Здорово, Герасим.
- А... Приперся. Тебя еще не посадили?
- За что?
- Ясно же, за грабеж...
- Что же я там такое украл?
- Камешки из кармана фирмы "Баер".
- Ты про эти?
Я скидываю рюкзак прямо ему на стол. Герасим сразу опустил обрубок дерева и с интересом уставился на него. Я сдвигаю инструменты, смахиваю стружку и развязываю ремни. На стол осторожно легли ярко-зеленые с чуть синеватым отливом большие кристаллы.
- Мать твою...
Герасим отбрасывает деревяшку, осторожно берет один из них и смотрит на свет из окошка.
- Красотища то какая и ни одной трещины, мути или крапинки, чист как слеза, везет тебе, инженер. Мне один раз попался кристалл изумруда, но от трещин он такой мутный, что пришлось его задарма отдать камне резчику Федору. А здесь же, что ни камень, то игра света, чистого цвета. Недаром "баеровцы" на ушах стоят, тебя ищут, даже плакатики везде понавесили. Опять на свои места ходил?
- Опять.
- А ведь ты не на прииск ходил. От туда кристаллы не такие, сортом похуже, цвета в них мало. Я видел их на почте. Значит новое месторождение открыл?
- Это правда.
- Баер, сволочь, тебе не даст его застолбить.
- Хочешь, возьми несколько кристаллов?
- Нет, Инженер, с меня потом шкуру снимут. Здесь ничего нельзя показывать другим, продадут, а там и убить могут. В землю их прятать нет смысла, после моей смерти, так и пропадет все.
- Мне твоя помощь нужна, Герасим. Я тебе дам деньги, только подсоби.
- Чего надо?
- Сам говорил, меня ищут. Удрать то можно только по "железке", а это сам знаешь, почти безнадежно с таким грузом. Вот я и хочу, подменить рюкзаки, мне с чем нибудь, а тебе с камешками. Меня они так и так поймают, мой мешок обшмонают и если там ничего нет, то вынуждены будут отпустить, а ты тем временем с этим рюкзаком уедешь в Архангельск раньше меня на сутки или на двое. Две тысячи рублей дам за это.
- Ого. Дай подумать. Значит билеты, простой, жратва, навар..., Герасим мысленно считает, загибая пальцы, - Все правильно, такие деньги стоят этого. Пожалуй, я согласен.
- Очень хорошо. Тогда давай уточним, где встретимся в Архангельске, чем мне набить рюкзак и когда ты уедешь.
Герасим встал и с трудом поднял мой мешок.
- Ну ты даешь, да здесь почти тридцать килограмм, как ты пер такую тяжесть столько километров? Придется разделить, взять еще сумку. Завтра утречком и поеду, а ты тоже завтра на вокзал явись, но позже меня. Пока тебя задержат, потом продержат, как раз через сутки и уедешь. А чтобы не зря ехал, я тебе в мешок то свои поделки запихаю, привезешь в Архангельск, может там заодно и продам сразу.
- Что я в милиции скажу, где их взял?
- Так и скажи, Тихон Скворец, это мой брат из хутора Гнилого Болота, продал.
- Проверить могут.
- Не могут, он лесник, его дом далеко от населенных пунктов и телефона нет.
Мы еще долго уточняли план перевозки кристаллов и только к вечеру угомонились, легли спать.
Я вышел к вокзалу и сразу напоролся на "баеровского" соглядая. Мужик в грязном ватнике, стоял у кассы и воровато водил по пассажирам глазами. Он вздрогнул при виде меня. Пока я брал билет, мужичок бочком, вдоль стеночки, пробрался в зал и исчез.
Только я присел на скамейку для ожидающих, как появились два милиционера. Один вежливо козырнул.
- Ваши документы.
Я протягиваю свой паспорт. Он внимательно его листает.
- Пройдемте в отделение. Это ваш рюкзак? Возьмите его с собой.
- Но у меня билет на поезд.
- Ничего, успеете.
В отделении меня заталкивают в пустую комнату, где одна из стен представляет широкое окно. За ним видна пультовая, в которой сидят несколько милиционеров. Я сажусь на стул, рюкзак закидываю на столик. Томительно идет время. Сейчас должен подойти мой поезд. Я поднялся и постучал с текло. Один милиционер поднял голову.
- Время..., поезд, - я стучу по наручным часам.
- Успокойтесь, - рявкнул где то под потолком динамик, - опоздаете на этот, сядете на другой.
Опять тихо. Через два часа в комнату входит целая делегация, два офицера милиции и четверо гражданских, они группируются вокруг меня.
- Гражданин, Соловьев Игорь Степанович? - спрашивает капитан милиции, держа перед собой мой паспорт.
- Да, это я.
- Что у вас в рюкзаке?
- Поделки, купил у мужиков, деревянные игрушки, резные работы...
Милиционер поднимает мой мешок, взвешивая на руке, потом с сомнением говорит.
- А ведь легкий...
Заволновался один из гражданских.
- Этого быть не может, его видели в поселке, он жилы рвал, но пер тяжелый рюкзак на спине. Его обыскивали?
- Нет. Как вы просили, взяли таким как есть.
- Обыщите.
- Гражданин Соловьев, выворачивайте карманы, кладите на стол все, что у вас есть. Понятые, подойдите сюда, сейчас вскроем его мешок.
Началась потеха. Стол заваливается деревянными орлами, медведями, зайцами, игрушками. Я вижу все растеряны.
- У кого вы все это взяли? - удивленно спросил капитан.
- Купил у лесника Тихона Скворца.
Капитан кивает головой, он знает эту фамилию.
- Где это, где? - нетерпеливо спрашивает гражданский.
- У Кутоши, где Гнилые Болота.
- Кутош, Кутош. От сволочь, неужели там. Марков карту.
Один из гражданских достает из пиджака сложенную карту. Прямо на игрушках разворачивают и все смотрят на нее.
- Вот Кутош, - палец милиционера завис над зеленым районом.
- О..., - чуть не завыл главный, - Марков изыскания в этом районе были?
- Да, Владимир Андреевич. Ничего там не нашли.
- Слушайте, Соловьев, покажите нам месторождение изумрудов, клянусь, вы получите колоссальную премию, чего хотите, недвижимость в любой части света, яхту, машину, самолет, черт вас возьми.
- Я не знаю никакого месторождения...
- Да бросьте вы. Инженер геолог, гордость ВНИИГРИ, удачный изыскатель, открывший две алмазных трубки только здесь в Архангельской области, месторождение изумрудов в Полянах... Вот это что?
Владимир Андреевич вытаскивает из своего кармана ярко-зеленый прозрачный кристалл изумруда.
- Изумруд.
- Вижу что изумруд. Такой чистоты нет даже в Африканских копях. Мы его выловили на черном рынке в Ташкенте. Еще несколько таких же в Израиле и Бельгии. Там его зовут русским чудом. Каждый кристалл стоит безумных денег. Я то знаю, что месторождение где то здесь и вы его нашли.
- Я ничего не знаю об этом.
- Тьфу ты черт.
Он расстроен. Марков складывает карту. Я, по кивку милиционера, собираю поделки в мешок и то, что было вытащено из карманов, запихиваю к себе.
- У меня был билет на поезд, он ушел... Как мне...
- Обменяешь в кассе, я им скажу..., - говорит капитан. - Так отпускаем его?
Владимир Андреевич ничего не сказал, он просто повернулся и пошел к двери, за ним исчезли все гражданские.
- Иди, Инженер, твой поезд, через двадцать минут, - говорит мне милиционер.
Место мне досталось в почти полупустом плацкартном вагоне. До Архангельска четыре часа езды. Я сижу в полу купе, где помимо меня еще два мужика и, закрыв глаза, подремываю. Мое внимание привлекает разговор мужиков сидящих рядом.
- Сволочь, Баер, - говорит хрипастый нечесаный мужик, - почти весь край купил. Теперь без его разрешения в лесу пернуть нельзя...
- Опять немец на нас попер, - вторит ему почти мальчишеский голос. Воевали, воевали с ними, а они все равно сюда без выстрелов влезли. Наша земля, столько в ней всего, а теперь этот... все говорит его.
- Сами виноваты, не умеем и не хотим эту землю обрабатывать. А немцы этим и пользуются, купили начальство и теперь все их. Всех здоровых мужиков сразу приняли на работу. Была в районе безработица, теперь людей не хватает. Все в ход пошли, даже мальчишки. Считай на одну охрану приисков тыщи две навербовали, привезли офицеров в отставке, те теперь командуют ими.
- Все равно воруют...
- Да уже трудненько приходится. Старателя деда Максимыча помнишь? Так вот он в своем укромном местечке добыл камешки Александрита. Поймали деда, теперь дело шьют. Со страху он свое месторождение выдал...
- А про Инженера, слыхал?
- Слышал. Вот уже несколько лет осенью тарарам, он этим Баерам как кость в глотке. Хитрый черт, знает весь район и все месторождения в нем. Набьет золотом и алмазами мешки и домой... Все деревни, охранники, милиция на ушах, а он через кордоны проходит, как через масло и тю-тю...
- Неужто золотом и алмазами?
- Это точно. Мне свояк в Архангельске говорил, он... там работает. Инженер перекупщикам почти все сбывает и весь черный рынок после этого ходит ходуном...
- Эх, мне бы немного того богатства.
- Ты, чурка, тебя в лесах сразу заметут..., да и продать ты толком ничего не сможешь...
Мужики замолчали, каждый думая о своем.
- Сейчас станция Дербеневка, - вдруг сказал молодой, глядя в окно.
- Это все еще Баеровский район.
Поезд замедляет ход и подкатывает к пирону.
- Ох ты, - воскликнул все тот же голос, - смотри какая девка. А одета то как...
- Где?
- Вона. Похоже в наш вагон садится, а с ней какой то тип.
- Я ее раньше видел. Это дочь начальника прииска в Полянах. Крутой ее папаша. Ходят слухи, что за кражу изумрудов, он приказать забить двух мужиков из Берберовки, а два дня тому назад, в этой деревне прошел Инженер, так за то, что его пропустили и не задержали, всех решил наказать. Месяц водку завозить не будут...
- Вот мужики то обозлятся.
- Вот против кого только...
Вагон дернулся и опять поплыли в окнах леса.
- Эй, - слышится рядом грубый голос, - а ну, брысь от сюда.
Я открываю глаза, здоровенный парень в черном плаще, за шкирку выдергивает с сидения напротив меня худенького мужичонку с сумкой на коленях.
- Вы, чего... не имеете права..., - пытается вякнуть тот. - Мест то сколько кругом, зачем меня...
- Вот мое право.
Огромный кулак, покачался перед его носом.
- Вали от сюда пока цел, - по прежнему угрожает амбал. - и ты тоже.
Грозный палец упирается в его соседа. Это те два баламута, что так лихо рассуждали о Баеровских делах. Второй безропотно встает, берет свои вещи и идет в проход, за ним вяло, со злобой на лице, выбирается его товарищ. Теперь мы в купе одни.
- Мария Кирилловна, прошу вас, садитесь, - вдруг говорит парень, оглядываясь назад.
За спиной амбала появилась высокая красивая девушка, просто изумительной красоты с поразительной синевой глаз, одетая в шикарное манто из которого выглядывало миниатюрное личико, обрамленное шапкой светлых волос.
- Спасибо, Коля - колокольчиком зазвенел ее голос.
Волна дорогих духов проплыла мимо меня. Девушка расположилась напротив, рядом присел ее сопровождающий. Она тут же закинула ногу на ногу, показав из под мехов свои длинные стройные ножки, обутые в изящные сапожки. Девушка начинает изучать меня.
- Какое у вас знакомое лицо, - это уже обращение приятным голосом ко мне. - По моему я вас где то видела...
- Нет, нигде живьем не видели, я с вами нигде раньше не встречался, но, к моему несчастью, моя физиономия распечатана на плакатах и развешана во всех деревнях и поселках этого района.
- Постойте, так вы и есть тот самый знаменитый Инженер. Точно, борода там на плакатах погуще, да и волосы стоят дыбом, а вообще то действительно похожи.
По всей видимости, эту красотку подослали ко мне специально. Выбрали в вагоне рядом местечко, останется только вопрос, что будет дальше.
- Да, я есть тот самый, Инженер.
Девушка с любопытством изучает меня.
- Вы едете до Санкт Петербурга?
- Пока до Архангельска.
- Мне о вас много говорили. Папа только при упоминания вашего имени сразу впадает в ярость.
- Честно говоря, я не знаю, почему я впал в немилость вашего отца.
- А вы знаете кто я?
- Знаю.
- Вы меня раньше видели?
- Нет, первый раз, но о дочери начальника прииска в Полянах мне не раз приходилось слышать от мужиков. Вы настолько популярны, что вас даже узнали пассажиры, которых ваш попутчик только что выгнал от сюда. Они видели как вы садились в поезд.
- Интересно, а обо мне говорят хорошее или плохое.
- Плохое обычно относится только к вашему отцу, но наверно, сейчас ушедшие от сюда мужики, выскажутся о вас тоже весьма нелестно.
Амбал сидящий рядом криво улыбнулся, девушка надула губы. Мы едем некоторое время молча. Она не выдерживает первая.
- Давайте знакомиться. Меня звать, Маша.
- Меня - Игорь.
- А что вы в этот раз утащили из леса?
Ну какая невинность, вот змея...
- Поделки, я в деревнях покупаю художественные промыслы, то что вырезают из дерева мужики, потом продаю их и этим живу.
Она улыбается во весь рот.
- Выходит зря мой папа всю неделю не спал, все искал вас по лесам.
- Зря.
