Читаем My Drive: Spoiled (СИ) онлайн бесплатно

***

Кесседи Стоун была обычной девушкой, которая училась в школе на отлично, была черлидершей, занималась помимо школы разными видами деятельности, но это было до того момента, пока мама не развелась с ее отцом.

Сначала все было замечательно: поездки, семейные пикники, ужины, обеды, завтраки.

А потом отец часто стал пропадать на работе, а миссис Стоун в это время ждала его с теплым ужином, но он приходил пьяный и совсем не в настроении, что даже мог и ударить их, что раньше бы никогда себе не позволил.

Однажды Кесседи пришла домой, застав отца с другой женщиной, которая скакала на нем сверху, а он стонал так, словно у него давно не было секса.

И Кесседи не особо волновало это, она молча ушла к себе в комнату и уже там дала волю слезам, потому что видеть этого она точно не хотела.

Рассказав все матери в тот же день, они подали на развод. Развелись через несколько месяцев, Элизабет достался дом, половина бизнеса и разделенная опека над дочерью.

Кесседи это устраивало, потому что они избавились от отца, который разрушил им жизнь. Тогда ей было пятнадцать, и она еще мало смыслила в жизни, в разводах и семейных проблемах.

В шестнадцать девушка впервые напилась, когда узнала, что ее мать встречается со своим новым боссом, которого Стоун терпеть не могла, потому что в детстве он к ней приставал.

В те же шестнадцать, девушка сделала свое первое тату на левой руке, когда поняла, что, у ее матери и с этим мужчиной все серьезно.

В последние дни шестнадцати лет, девушка решила, что ей пора заняться сексом. Поэтому недолго думая, девушка переспала с первым встречным, кажется, его звали Мэтт.

Тогда мать девочки узнала об этом, когда в комнате нашла использованный презерватив. Ссора была длинной, почти до поздней ночи и в конечном итоге Элизабет сообщила о своем решении выйти замуж за босса.

И это стало настоящим крахом для девушки.

Тогда-то она и поняла, что значил для нее отец.

Когда девушке исполнилось семнадцать, ее забрали под арест за кражу вещей в магазине.

Из полиции ее забрал новоиспеченный муженек матери, который к слову, был, не слишком удивлен такому повороту событий, а поэтому мило согласился помочь.

Они ехали в машине молча, но Стоун постоянно чувствовала, как его руки касаются ее ножек невзначай и каждый раз, она убирала руку.

После этого они совсем не говорили, а Кесседи испортилась окончательно.

Начала курить, перекрасилась в блондинку, стала употреблять наркотики, чтобы забыться от всех проблем и спать со случайными парнями. Одними, из которых, стали Джаред и Роберт, но ей было плевать на все, лишь бы забыть те ужасные прикосновения ее отчима.

Но все же однажды он сделал ей больно.

Ночью, когда она вновь явилась домой пьяной, Скотт, увидев ее, дал девушке пощечины три, чтобы знала свое место, а после повалил ее на пол и трахнул.

Без лишних слов разорвал на ней одежду, хватая за волосы, закрывая ей рот, чтобы мама не услышала, как она зовет на помощь.

Он бил ее по лицу, по ногам, называл ее последней шлюхой, да кем только не назвал.

А на утро сделал вид, что ничего не произошло и он понятия не имеет откуда у нее синяки на лице. Мать ничего не сказала, лишь пожала плечами, мол, сама виновата.

А Кесседи знала, что когда-нибудь отомстит ему, потому что никогда не сможет простить его. Она все еще помнила слова, которые он сказал ей ночью:

— Ты — испорченная. Тебя уже невозможно исправить, тебя уже ничто не исправит. Ты — грязь, которая под ногами, а знаешь, грязь руками неприятно трогать, но тебя я бы с удовольствием трогал, — он смеялся, продолжая грубо входить в девушку, игнорируя ее слезы.

Девушка старалась забыть об этом, но не могла, потому что это становилось для Скотта нормой, трахать ее.

Ночью, пока мама не слышит и спит.

Пока она в душе, на работе или ушла в магазин.

Кесседи пыталась что-то сделать с этим, но мать не слушала ее, и ей было абсолютно все равно на то, что делает с ней ее муж.

В один из вечеров, девушка сбежала из дома, потому что ей больше не хотелось проводить с ним вечера, ведь мать задерживалась допоздна, а ему это было только на руку.

Девушка знала, куда может пойти. К Джессике Куинн, у которой, в доме шла вечеринка, но и тут ее ждал сюрприз.

Тот самый Мэтт, что лишил ее невинности, надвигался на нее и взгляд у него был недобрым. Он подошел к ней, обняв ее за талию, зашептал в самое ухо:

— Я рад, что ты пришла, — ухмыльнулся он.

— Нам не о чем разговаривать, — бросила Кесседи, пытаясь вырваться, — Отпусти.

— Ну, не так сразу, детка, нам о многом нужно поговорить, — произнес парень, приближаясь к ее губам.

Кесседи стала звать на помощь, пытаясь вырваться, парень сжимал ее крепче, не давая шанса отступить.

Но все попытки оттолкнуть оказались тщетны, потому что Мэтт только с силой надавливал на ее голову, а Стоун не выдержав начала плакать, как вдруг заметив Роберта, что направлялся в их сторону.

— Ты не понял, придурок, тебе сказали отпустить ее, — произнес Тейлор, ударив парня по лицу, взяв за воротник его рубашки, — Еще раз тебя с ней рядом увижу, убью, понял? — тот кивнул, а Роберт швырнул парня на дорогу парковки.

— Ты цела? — поинтересовался парень, двумя руками взяв ее за лицо, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Да, спасибо, — произнесла девушка, улыбаясь.

— Я отвезу тебя домой, когда найду Трейси, хорошо? — Стоун кивнула, и парень бросился на поиски любимой.

Девушка решила успокоиться, поэтому взяв красный стаканчик с пивом, отправилась к бассейну, чтобы дождаться Роберта вместе с Трейси.

Она никогда не понимала эту парочку, да и понимать особо-то не хотелось, но она видела, как Роберт впервые за долгое время счастлив, а Трейси расцвела и стала очень красивой девушкой.

Кесседи в какой-то степени завидовала всем влюбленным, ведь у нее не было парня ни разу по-настоящему.

Одна ночь с мудаком и несколько ночей с отчимом не считались, потому что это не любовь, это простой человеческий трах.

Парочка подошла как раз вовремя, Кесседи улыбнулась, Трейси взяла девушку за руку и они сели в машину, только тогда Кесседи испуганно произнесла:

— Мне нельзя домой, там отчим, — ее голос дрожал, видно, что она боится показываться дома.

— А, что он тебе сделает? — спросила Трейси, посмотрев на девушку.

— Он плохой человек и ему лучше не попадаться на глаза, — объяснила девушка.

— Куда тебя везти? — влез Роберт.

— К моей сестре, она напротив Трейсти живет, — улыбнулась девушка, облегченно вздохнув, что ее не повезут к ее ужасному отчиму, которому только дай повод избить Кесседи.

Роберт кивнул, и они отъехали от дома Джессики Куинн.

Кесседи соврала.

У нее не было сестры, но она просто не хотела возвращаться в дом. Девушка достала из кармана мобильный телефон, посмотрев на часы, Стоун поняла, что мама сейчас дома.

— Хотя нет, знаете, отвезите меня домой, я вспомнила, что нужно помочь маме, — произнесла блондинка, сверкнув голубыми глазами в Трейси.

Ребята кивнули, развернувшись, Роберт повез девушку в сторону ее дома.

Когда Кесседи зашла в дом, ее ждал чемодан у входа с вещами и двое странных мужчин в халате, мать сидела в гостиной и даже не пошевелилась, а отчим тихонько посмеивался.

— Что происходит, мам? Кто все эти люди и почему они вытаскивают мои вещи? — у Стоун ком в горле встал, когда мама ничего не отвечала ей, а Скотт влез в этот разговор.

— Ты стала вести себя неподобающим образом, — строго произнес Скотт.

— Что значит неподобающе? — задала вопрос девушка, чувствуя, как дрожат ее губы.

— Ты приходишь поздно, где-то гуляешь, дома не появляешься, забросила учебу, — перечислял отчим Кесседи, загибая пальцы, — А еще ты постоянно пьяная.

— Что все это значит? — не унималась Кесседи.

Ей было крайне интересно узнать, что здесь происходит.

— Ты отправляешься в интернат для подростков, будешь там жить до окончания этого учебного года — сообщил Скотт, улыбаясь.

— Этого не может быть, мам, это шутка? — слезы хлынули, девушка была не в силах их остановить. — Пожалуйста, мам, скажи, что это шутка, не делай мне больно.

Но Элизабет было все равно.

Когда Кесседи усадили в машину, она не видела свою мать, потому что та не вышла. Перед ней захлопнулась дверь.

Ничто ее больше не связывало с этим домом после того, как ушел отец. Это больше не их дом. Теперь это семья Куперов, но не ее.

У Кесседи Стоун, черт возьми, больше нет семьи, с того времени, когда она застукала своего отца на диване с другой женщиной.

Ее мир рухнул, так же, как рухнула и она.

И в данный момент ей хотелось бежать из этого города, куда-то подальше, но выхода не было. Ей пришлось сидеть в машине, потому что она не хотела больше подводить мать, ведь она верила, что та все еще любит ее, и она у нее стоит на первом месте, а уже потом Скотт.

Но прошло несколько дней, а она так и не позвонила.

Спустя месяц девушка поняла, что никто за ней не придет и жить ей здесь до выпускного. Но выпускной, только в следующем году.

Спустя еще месяц к ней начал ходить психолог, студент-практикант, который постоянно с ней разговаривал, но Кесседи не желала ни с кем разговаривать.

Она видела его карие глаза и волосы ниже плеч, его широкие плечи и спортивное тело, но ее это совершенно не заботило, ей сейчас нужна семья, хоть какая, но все же семья.

— Что повлияло на тебя, сделать все это с собой? — спрашивал Деймон Хилл, смотря ей прямо в глаза.

— Ничего. Я сама захотела, — отвечала девушка.

Деймон лишь закатывал глаза.

***

Кесседи не была уверена ни в чем, когда рассказывала все этому парню, потому что ей хотелось почувствовать себя под защитой, хотя бы раз, чтобы кто-то вступился за нее.

Но Деймон всегда только лишь ухмылялся, задавал разные вопросы и что-то записывал в свой блокнот, возможно, делал анализ ее личности.

— Что же там постоянно пишешь? — спросила девушка во время обеда, когда они остались одни в большой уютной столовой.

Ей нравилось это место, потому что ребята здесь были дружелюбными, потому что такие же сломанные, как и она.

— А почему тебе это так интересно? — спрашивал в ответ парень, а после быстро и умело переводил тему.

Но однажды, он пришел к ней в субботу вечером, когда девушка сидела в своей спальне, читая книгу.

— Почему тебя не было на ужине? — вопрошал парень, присаживаясь на край ее кровати, девушка села к нему ближе, игриво улыбаясь.

— А почему тебя это так волнует? — перейдя на шепот, поинтересовалась девушка.

Кесседи задрала футболку парня, пройдясь по его торсу, слегка царапая ногтями.

— Перестань, — Деймон убрал ее руку, останавливая девушку.

— Да ладно, я же вижу, как ты на меня смотришь, — произнесла Стоун.

— Хорошо, я покажу тебе, как я на тебя смотрел, — ответил тот, усмехнувшись.

Кесседи нервно закусила губу, когда парень прошёлся пальцами по ее шее, заставив прогнуться в спине.

— Что ты делаешь? — спросила девушка.

Она ощутила тягу внизу живота, волна возбуждения накрыла ее, девушка не могла сдержать стон, что так предательски сорвался с ее губ.

— Нравится? — шептал блондин.

— Да, — простонала Стоун.

— И заметь, мы ещё не спали, а ты уже готова наброситься на меня, как последняя шлюха, — усмехнулся он, за что получил пощечину.

Контакт разорвался. Кесседи теперь понимала, кто перед ней сидит. Не мальчик, а самый настоящий дьявол, который просто так не отпустит свою жертву.

— Что и требовалось доказать, — засмеялся парень.

— Доказать что? — не поняла блондинка, подняв вверх правую бровь.

— Пытаясь доказать маме и отцу, что ты спокойно проживешь и без них, ты начала вести себя как трудный подросток, а это абсолютно не так и ты знаешь это, просто тебе нравится быть жертвой, — закончил Хилл, пожав плечами.

— А то, что, меня изнасиловал мой отчим, это я тоже выдумала? — возмутилась она.

— А ты хоть раз дала ему отпор? Нет. Ты даже мне сейчас была готова дать, потому что ты хочешь казаться сложной девушкой, но ты обычная, всего лишь очередная девочка с завышенной самооценкой, — каждое слово парня отдавалось болью в груди Кесс, но девушка, сглотнув, не подала виду, что ее это волнует.

— А ты не думал, что нравишься мне? — задала вопрос Стоун, вновь приближаясь к нему.

— Нет, не думал, потому что ты думаешь только о себе, я не нравлюсь тебе, а ты, уж тем более не нравишься мне, уж прости, — Деймон встал с кровати, — Сделай одолжение, не приближайся ко мне. Я всего лишь твой психолог, а не предмет твоей страсти.

— Да пошел ты! Самодовольный ублюдок, — выругалась девушка, бросив в него подушку, но та упала на пол, она подошла к нему ближе, настолько близко, что парень был прижат к стене. — Ты мне абсолютно неинтересен, понятно?

— Понятно, — произнес он, резко прижимаясь своими губами к ее губам.

Кесседи не пыталась отступить, она обняла его за шею, зарываясь руками в его волосах, Деймон прижался к ней всем телом, обнимая ее за талию, потому что ему не хотелось ее отпускать.

— Ты маленькая и испорченная, — прошептал он сквозь поцелуй, Стоун улыбнулась.

Но внезапно двери открылись, в комнату вошла воспитательница девушки.

— Что тут происходит? — недовольно глядя на них, спросила женщина в халате.

— Ничего, миссис Элен, я уже ухожу, — посмеиваясь, промямлил Деймон, уходя прочь.

Когда Деймон ушел, женщина грозно уставилась на Кесседи, а после заговорила угрожающе:

— Если еще хоть раз тебя рядом с ним увижу, ты пожалеешь, что не осталась дома, поняла?

Кесседи молчала.

Женщина замахнувшись, ударила ее по лицу, переспросив:

— Ты поняла?

Кесседи молчала.

Элен продолжала бить девушку, пока Стоун не сказала «Да», умоляя остановиться.

Когда она ушла, Кесседи горько зарыдала, понимая, что больше не должна приближаться к парню, потому что это неправильно, она здесь затем, чтобы исправиться, а не затем, чтобы нажить еще больших проблем себе на голову.

Всю следующую неделю она избегла Деймона, потому что считала, что сможет избавиться от проблем, таким образом, но нет, она по-прежнему мечтала о его поцелуях, думая, что все обойдется и ничего больше не произойдет.

Но Деймон и сам не проявлял никаких знаков внимания к ней.

И в субботу он снова пришел к ней, только поздно ночью, когда все уже спали.

— Что происходит? — спрашивал парень, но Кесседи молчала.

— А ты сам не понимаешь?

— Нет, — честно ответил Хилл, поправив волосы.

— Ты идеальный, а я простая девушка, к тому же, несовершеннолетняя, поэтому, если не хочешь проблем, то уйди, — говорила Кесседи, чувствуя, как ненавистный ком встает в горле и как трудно ей становится говорить.

— А я тебе говорил, что тебе нравится быть жертвой, — улыбался Деймон, приводя Стоун в недоумение.

— О чем это ты? — не понимала девушка.

— О том, что ты очень глупая, раз повелась на тот поцелуй, — зло рассмеялся блондин.

— Пошел вон! — крикнула Стоун.

— Я уйду, но запомни, пожалуйста, одну вещь, — произнес он.

— Какую же? — безразлично спросила Кесс.

— Я никогда не буду твоим, потому что ты меня совсем не привлекаешь, ты для меня очередной пациент, над которым я ставлю эксперименты.

И он ушел.

И Кесседи поняла, что она круглая дура.

Она поняла, что Деймон очередная фальшивка в ее жизни, как мать, отец, Мэтт.

Все в ее жизни поступали с ней так, словно она грязь.

Джаред трахнул ее, потому что хотел забыть Джессику или Трейси. Роберт, потому что ему просто нужен был секс.