Читаем Мстительница онлайн бесплатно
Мстительница
Тамара, проданная дядей в гарем криминального авторитета, откуда она попала в зону, совершает дерзкий побег. Теперь у нее новое имя — Виктория Энглер. Цель ее жизни — месть. Месть за родителей и за сломанную жизнь. Обидчикам Тамары суждено испытать на себе то, что пережила она. Не время для любви — время для сладкой и страшной мести!
Детективы / БоевикиТо, что за ней тащится «хвост», она заметила только сегодня. И сразу же поняла, что это продолжается уже на протяжении нескольких дней. Просто раньше она не обращала внимания на то, что в зеркалах заднего вида иногда появляются то старая зеленая «Нива», то красный «фольксваген пассат», то черная «Волга». Те, кто вел ее все это время, были знатоками своего дела, умело выдерживали максимально допустимую дистанцию и использовали самые незаметные, самые распространенные модели машин, каких сейчас тысячи на российских дорогах. Вот только их автопарк оказался небезграничным, и красный «пассат» в конце концов намозолил глаза.
«Никак мы уже встречались? — симпатичная девушка с черными, распущенными по плечам волосами, сидевшая за рулем темно-синего „форда скорпио“, скосила глаза в панорамное зеркало, рассматривая „фольксваген“, остановившийся позади ее „форда“ на светофоре. Она недовольно поморщилась. — Два дня назад именно на этом же перекрестке. Красный „пассат“, дожидавшийся зеленого света позади меня и ярко мигавший оранжевым габаритом, готовился к правому повороту. Я тогда тоже собиралась направо. Я всегда здесь сворачиваю направо.
И вот теперь ситуация один к одному.
Дежа вю.
А это не есть хорошо.
Распроклятье!
Или у меня просто чрезмерно повышена мнительность? Сама себя нахлобучиваю порожняком?
И все-таки…»
На этот раз она, дождавшись зеленого света, поехала прямо. Бросила еще один взгляд в панорамное зеркало — красный «пассат», как и показывал мигающим габаритом, дисциплинированно поворачивал направо.
«Порожняк. Мне это просто пригрезилось, — хмыкнула девушка и переключилась на четвертую передачу. — Пора отправляться на воды, лечить нервы… А номер у этого „Фолька“ — „373“. Буквы через зеркало, правда, разглядеть не удалось. Но „373“ всё же запомню. На всякий пожарный».
На протяжении следующего часа, который она потратила на шестьдесят километров пути от Петербурга до Вырицы, красный «Пассат» ей на глаза больше не попадался.
Но на обратном пути…
Должно быть, ее преследователи решили сменить тактику — продемонстрировать, что им на всё начхать и они вовсе не стремятся остаться незамеченными. Когда темно-синий «Форд Скорпио» выезжал из Вырицы, направляясь обратно в Петербург, его стремительно нагнал все тот же красный «Фольксваген» с номером «373» и нахально пристроился сзади. Девушка резко сбросила скорость — «Пассат» тоже, даже и не подумав пойти на обгон. Тогда она утопила в пол педаль газа, и ее преследователи, как ни странно, позволили ей чуть-чуть от себя оторваться. Теперь дистанция между двумя иномарками составляла метров сто пятьдесят и на протяжении десяти километров оставалась неизменной. Сомнений больше не было — это «хвост».
«Ну и какого же черта? — девушка вынула из держателя сотовый телефон, набрала номер. — Кто вы такие? И что мне прикажете с вами делать?..»
«…Дерьмо! — девушка принялась набирать еще один номер. — Какого хрена вам от меня надо, ребятки на красном „Фольксвагене“? Вы из мусарни? Или жаждете мести за то, что я наворочала за последнее время?..»
«…Двойное дерьмо!.. Но если вы мусора, то почему до сих пор я еще не повинчена? Если мечтаете со мной расквитаться за то, что разворошила ваше гадючье гнездо, то почему я еще жива? Преспокойно раскатываю по Питеру и окрестностям на своем стареньком „Фордике“, а вы прилежно таскаетесь следом за мной!
Ведь куда проще всадить в меня пулю и не заморачиваться с какой-то дурацкой наружкой. Не пойму, зачем вам это нужно?
Может быть, остановиться, вылезти из машины и позадавать вам вопросы? Атаковать вас первой? Как ни крути, а маленькая заварушка всяко лучше большой непонятки. Хм, а почему бы и нет?!!»
К шоссе примыкала узкая асфальтированная дорога, и девушка, даже не задумываясь, зачем ей это надо, не включая указателя поворота и не снижая скорости, резко бросила свой «Форд» влево. Машину слегка занесло, скрипнула по асфальту резина, правое колесо сразу же ухнуло в глубокую колдобину. Остальные колдобины, из которых в основном и состояла эта «дорога», пришлось, перейдя на третью передачу, форсировать со всей осторожностью. Еще не хватало в дополнение к уже имеющемуся головняку в виде «хвоста» на «Фольксвагене» добавить угробленную подвеску…
…и застрять в этой глуши —
Позади разбитый асфальт, густые кусты ивняка, обрамляющие дорогу. И никакого «Пассата», хотя если он намерен таскаться за «Фордом» и дальше, давно должен был съехать с шоссе.
— Fuck! — недовольно фыркнула девушка. Странная тактика, которой придерживались ее преследователи, никоим образом не вписывалась в рамки ее понимания.
«Что, ребятки, решили поберечь свой драгоценный „Фольксваген“, не насиловать его на этой… тьфу, звериной тропе? — Как ни старалась, правым колесом она снова поймала еще одну яму. — Решили подождать меня на шоссе? Вы абсолютно уверены, что никуда я отсюда не денусь, что скоро упрусь в тупик, и ничего другого мне не останется, как возвращаться обратно. А собственно, куда я, и правда, рыдаю[1] сейчас по этим колдобинам? Чего стремлюсь этим добиться? Выиграть время? Дозвониться хотя бы по одному из как будто специально отключенных именно сейчас номеров? Чего-то еще? Сама не представляю. Странная девушка!»
Километра через два дорога действительно уперлась в тупик. Точнее, в некое полуразвалившееся строение, которое в свои лучшие времена было либо птичником, либо скотным двором. Чуть в стороне, поверх высоких кустов, выглядывали две белые шиферные крыши. Там, несомненно, жили люди, если судить по тому, что возле развалин копались в куче какого-то дерьма несколько кур. «А там, где есть куры
— Охранное агентство «Богданов и Пинкертон». Здравствуйте, — после первого же гудка сладким голосом ответила секретарша.
— Мариш, это я. Добрый день.
«Хотя, какой уж там добрый!» — Девушка нажала на «паузу» на магнитоле, убрала со лба прядь черных волос.
— Не могу ни до кого дозвониться. У всех отключены телефоны, — пожаловалась она.
— До кого именно вы не можете дозвониться? — бесстрастным тоном поинтересовалась секретарша.
— Черт побери, да хоть до кого-нибудь! В офисе пусто?
— Из верхов никого. Сегодня все…
— Да, я в курсах, — вздохнула девушка. — Именно сегодня. Неудачный денек. Наверное, с огромным минусом в гороскопе… Ладно, Мариша, пока. Перезвоню позже.
«Если мне еще предоставят такую возможность — перезвонить», — грустно вздохнула она, вернула трубку в держатель и сняла с «паузы» магнитолу.
Начал накрапывать мелкий дождик, на лобовом стекле появились редкие капельки.
Три голенастые грязные курицы, словно бомжихи в помойке, продолжали копаться в куче дерьма. И больше вокруг ни одной божьей твари.
ТОСКА!!!
Из тайника, оборудованного в переднем пассажирском сиденье, девушка достала массивный черный «Глок-19», деловито выбила из рукоятки обойму, умело выщелкала на колени патроны.
«…семь… восемь… девять… десятый в стволе. Если брать по максимуму, то этих типов в „Фольксвагене“ четверо. Конечно, могут тесниться и впятером, но вряд ли они такие придурки. Поэтому, максимум, четверо. А десять разделить на четыре — получается по два с половиной „масленка“ на каждого. Негусто. Но если напрячься и не шмалять в молоко, то, глядишь… А лучше бы, вообще, обошлось без войны — обычным знакомством и честным ответом на вопрос: „Чем я, любезные, привлекла столь повышенное ваше внимание?“…»
«…Я тоже вас жду, господа из „Фольксвагена“. — Девушка сунула ствол в боковой карман светло-бежевого полупальто, достала из сумочки заколку для волос и тюбик с помадой. — Вернее, вы меня ждете. Где-нибудь там, где я свернула с шоссе на эту раздолбанную тропу. Постараюсь не обмануть ваши ожидания. — Она заколола волосы на затылке, потом развернула к себе панорамное зеркало и слегка подкрасила губы. — Что ж, я готова. Уж не знаю, к мирным переговорам или к войне. Что вы там собираетесь мне предложить?»
Многострадальное правое колесо опять угодило в глубокую яму. Резанул по ушам скрежет подвески, задевшей асфальт.
«А не разумнее ли не оставлять машину, не строить из себя партизанку и тихо-мирно, на все наплевав, двигать на ней в сторону Питера? И уж только в том случае, если меня попытаются тормознуть, идти на прорыв. — Девушка вылезла из „Форда“, хлопнула по карману, проверяя, на месте ли пистолет. Бесполезный сотовый телефон она решила оставить в машине. — Нет, безнадега! На „Запорожце“ пробиться и то больше шансов, чем на этой десятилетней „коррозии“. Меня элементарно спихнут за обочину. Или прострелят колеса. Если клиешы всерьез настроены меня поиметь, большого труда это им не составит. Мой „Скорпио“ для них не преграда. Зато преградой может оказаться то, что я вдруг начну действовать не по шаблону. Если противопоставлю их нахалке и самоуверенности всю свою изворотливость и женскую непредсказуемость.
Почему они не поперлись следом за мной в эту дыру, в которую я сейчас сунулась по собственной дури? Чего от меня ждут? Как раз того, что, упершись в тупик, я начну вызванивать себе какую-нибудь подмогу. И возможно, если они, действительно, профи
А значит, либо я дура и не въезжаю в элементарные вещи, либо кто-то шпилит[3] сейчас со мной какую-то оперу,[4] правил которой мне объяснять не намерены. Я заведомо обречена на поражение.
…Хорошо, что сегодня отправилась за приключениями не в юбке, а в джинсах и в кроссовках, — подумала девушка, продираясь сквозь густые мокрые кусты. — Еще бы не помешала вместо полупальто болоньевая куртка. А еще лучше камуфляжный костюм.
На всем пути до шоссе широкая полоса непролазного ивняка, обрамляющего дорогу, на которой она оставила «Форд», оказалась самым сложным препятствием. Но сразу же за кустами начинался светлый и чистый сосновый бор, через который при необходимости можно было позволить себе не то, что идти быстрым шагом, а даже бежать. Так что весь путь до шоссе занял не более десяти минут. Когда сквозь стволы сосен уже стали видны проносящиеся мимо редкие автомобили, девушка выбрала дерево поприметнее и повесила на нем свое слишком заметное полупальто, оставшись в темно-зеленом мохеровом джемпере. «Глок-19» перекочевал из кармана в ее правую руку.
«Десять патронов, всего десять ничтожных маслят, — при этом напомнила она себе. — По два с половиной на каждого.
Не забывать считать выстрелы!
И не вздумать палить в молоко!»
Девушка секунд на десять закрыла глаза, замерла, концентрируясь, словно атлет перед стартом на спринтерскую дистанцию, будто каскадер перед тем, как выполнить смертельно опасный трюк.
Большой палец автоматическим, отточенным движением снял пистолет с предохранителя.
Она была готова к войне!
