Читаем Море желания онлайн бесплатно

Лендс-Энд, Англия, конец лета 1777 года.

Надвигался шторм.

Меридит Банистер, глубоко вдохнув напитанного запахом моря воздуха, зябко повела плечами и еще плотнее запахнулась в свою алую накидку. Она стояла на гранитном берегу узкого залива, откуда порой, когда полуденные лучи разгоняли морской туман, был виден весь канал как на ладони, а сейчас, когда луна была затянута низкими тяжелыми облаками, не было видно ни зги. Только ровный и неумолчный шум прибоя говорил о том, что внизу, под ее ногами, живет и дышит море.

И пришла она сюда не для того, чтобы насладиться морскими видами, – она прибежала сюда, спасаясь от отцовского гнева и постоянных придирок, обрушивавшихся на нее каждый раз, когда она осмеливалась отстаивать свои убеждения.

А если отец прав? Если своим упорным нежеланием принять предложение лорда Чадвела она толкает всю их маленькую семью в пропасть? И девушка с отвращением проглотила подступивший к горлу холодный неприятный комок при воспоминании о воспаленных глазках и усыпанном бородавками носе старого графа. Кожа Чадвела напоминала жесткий пергамент, а при его дыхании явственно чувствовался отвратительный запах прокисшего вина.

Правда, он, кажется, не очень-то и расстроился отказом Меридит, объяснив все это свой невезучестью.

Девушка вздохнула, и вздох этот, подхваченный влажным ледяным ветром, понесся куда-то в глубину побережья, где тускло поблескивали огни отцовского дома.

Банистер-Холл! Он принадлежал многим поколениям их семьи с тех самых пор, как Карл II пожаловал эти продуваемые всеми ветрами пустынные земли на краю света Ричарду Банистеру в 1665 году… и вот теперь они теряют его.

Теряют потому, что она не может… или не хочет… принять столь завидное предложение и заключить выгодную сделку.

А ведь лорд Чадвел – ее последний шанс, так, во всяком случае, уверяет отец; недаром он открыто заявил об этом вчера, выслушав из ее уст официальные слова отказа, а затем и вовсе взвалил всю вину за их неминуемое разорение на ее хрупкие плечи.

Ветер крепчал, и под порывами ветра алый бархат ее наряда еще плотнее облегал стройную фигуру Меридит и нещадно трепал выбившиеся из-под шляпы буйные золотые кудри. Но девушка, казалось, не замечала ничего вокруг, печально и упрямо выкрикивая прямо в лицо надвигающейся буре: «Не хочу!» И словно в ответ на этот крик разверзлись небеса, изрыгая слепящий белый свет.

Меридит застыла на месте, и сердце ее на какое-то мгновение тоже остановилось: при вспышке молнии на берегу явственно возникла фигура человека, вытаскивающего на песок маленькую невзрачную лодку. Как и она сама, незнакомец был закутан в плащ – черный и глухой плащ цвета преисподней, который, однако, давал возможность видеть всю его высокую и статную фигуру.

Девушка стояла не шевелясь и, лишь когда мгла снова накрыла ее, попыталась убедить себя в том, что это видение было только плодом ее разгоряченного воображения, ибо вряд ли кто отважился бы в такую погоду рискнуть причалить у скалистого берега – во всяком случае, по своей доброй воле.

Но вот снова сверкнула молния, и волосы на голове девушки зашевелились: человек медленно двигался по направлению к ней, а вытащенная на берег лодка бесследно исчезла. Незнакомец подходил все ближе, он оказался отнюдь не призраком, а существом из плоти и крови – Меридит даже отчетливо видела тяжелые складки плаща и зажатый в его руке пистолет.

Еще несколько секунд – и она не выдержала. С колотящимся сердцем, подхватив свои юбки, она бросилась назад, к спасительно мерцающим огням отчего дома. Вбежав в сад, она почувствовала на своем лице тяжелые холодные капли начинающегося дождя.

Буря бушевала уже вовсю.

Все выходило не так, как он предполагал.

Джайред Блэкстоун упрямо мерил шагами вытертый обюссоновский ковер, останавливался у пустых книжных полок и глядел прямо в лицо предателю. Впрочем, лучше было бы сказать – осведомителю. Не стоит бросаться словами, пока все не встало на свои места. К тому же американцы, его соотечественники, весьма нуждаются в информации, которую может предоставить этот человек.

Заставив себя убрать с лица гримасу недоверия, Джайред уселся в кожаное кресло напротив Альфреда Банистера и с удовольствием отметил, что старик непроизвольно вздрогнул под его взглядом.

Впрочем, он быстро постарался взять себя в руки и, нервно проведя рукой по всклокоченным волосам, тихо сказал:

– Деньги с вами?

– Да.

Старик поднялся и поплелся к резному, затейливо украшенному столу – одному из немногих предметов мебели в этой комнате. Резко сняв крышку с хрустального кувшина, он плеснул себе в стакан немного густой янтарной жидкости.

– Мадера, – уточнил он сам для себя и быстро опрокинул содержимое в рот. Почувствовав некоторое облегчение, он снова наполнил стакан уже более твердой рукой и нехотя процедил: – Не ожидал вас в такую ночь.

Ливень продолжал нещадно хлестать в окна, и Джайред сам подивился, какой черт понес его сюда в такую бурю. Скорее всего, он просто хотел разделаться с этим неприятным поручением как можно скорее – встречи с этим британским шпионом никогда не казались Блэкстоуну занятием привлекательным. Ему куда больше по душе было командовать капером со звучным именем «Каролина», чем влезать в такой чуждый и опасный мир интриг. И если бы не настойчивая мольба кузена Даниэля Уэллиса, он ни за что не сидел бы сейчас в этой полуразоренной библиотеке английского лорда, а быть может, брал бы на абордаж английские суда в открытом море.

– Надеюсь, ваше удивление моим визитом вызвано не отсутствием у вас информации? – поспешил приступить непосредственно к делу Блэкстоун. – Ибо если это так…

– Нет-нет, не беспокойтесь. – Альфред облизал тонкие сухие губы. – Я назову нужное вам имя.

– В доказательство того, что он предал?

– Да. – Старик вытащил из жилетного кармана кружевной платок и промокнул им лоб. – Все доказательства у меня в руках.

– В таком случае – к делу. Я не хотел бы…

– Папа! О, слава Богу! – В библиотеку, словно вихрь, ворвалась Меридит, намереваясь броситься прямо к отцу, но, увидев таинственного незнакомца, осеклась и застыла на месте. Впрочем, замешательство ее длилось всего мгновение, затем она окинула непрошеного гостя с головы до ног властным взором.

– Что вы здесь делаете? Что вам здесь, собственно говоря, нужно?

– Дочь моя, – голос Альфреда был сдавлен и тих, – так с гостями не разговаривают, сейчас же извинись.

Но Меридит пропустила эту просьбу мимо ушей, ее с новой силой охватил давешний страх.

– Но он явился с берега, – прошептала она, не сводя глаз с незнакомца, при ближайшем рассмотрении оказавшегося еще крупнее. – Он спрятал в скалах лодку, и… он был с пистолетом!

Джайред пристально посмотрел на вбежавшую девушку – не кроется ли в происходящем тонко рассчитанная ловушка? Рука его невольно потянулась к лежащему во внутреннем кармане пистолету, и он пожалел о недальновидно оставленном в дальнем углу ружье.

– Глупости, Мерри. Мистер Блэкстоун – мой друг еще по Лондону. Мы с ним члены одного клуба. – Альфред положил руку на мокрое плечо дочери, но девушка порывистым движением тотчас сбросила ее.

– В таком случае – займи у него денег! – Меридит явно не верила отцу, она хорошо знала всех его карточных друзей и приятелей по кутежам – мистер Блэкстоун никоим образом на них не походил. Наоборот, он выглядел суровым, замкнутым и грозным, что еще более подчеркивалось его черным плащом и волосами цвета воронова крыла.

– Ты забываешься, дочь моя! – Альфред повысил голос, но решимости в его тоне все-таки не было.

Меридит резко повернулась к отцу.

– Забываешься, вероятно, ты! Я-то прекрасно помню о наших плачевных обстоятельствах. – И она вновь, разъяренная, обратилась к незнакомцу: – Да, у нас нет денег! И, как вы, должно быть, видите, продавать нам тоже уже нечего! – Меридит быстро обвела рукой разоренную комнату. – Так что угрожать моему отцу бессмысленно.

Девушка гордо вскинула свой точеный подбородок, отчего углы рта Джайреда Блэкстоуна слегка дрогнули. Мокрая как мышь девица защищает своего предателя-отца – вот это спектакль! Вода текла с Меридит буквально ручьями, а капли с растрепавшихся кудрей сделали мокрым ее лицо.

Джайред даже чуть было не поведал этой сумасшедшей подлинную причину своего появления здесь, что, впрочем, ее-то уж никак не касалось. Однако, поскольку лорд Альфред представил его как своего друга, ему оставалось только пожать плечами и сказать:

– Я здесь вовсе не для того, чтобы взимать с вашего отца деньги, и уж тем более не для того, чтобы угрожать ему.

В это время – как всегда неожиданно – ослепительно сверкнула молния, и через несколько мгновений стены старого дома потряс мощнейший удар грома. Меридит совершенно не к месту вдруг подумала, что голос незнакомца, такой глубокий и уверенный, оказался гораздо приятнее, чем этого можно было ожидать.

– Тогда зачем же вы здесь? – Вопрос был почти неуместен, и девушка решилась задать его лишь с единственной слабой надеждой – подловить незнакомца на какой-нибудь лжи.

Но тот совершенно спокойно ответил:

– У нас с вашим отцом есть одно общее дело, и к деньгам это не имеет ни малейшего отношения.

– Вот видишь! – почти с победой в голосе произнес Альфред. – Ты горячишься по пустякам. Мистер Блэкстоун действительно мой друг.

– Друзья не крадутся в дом под покровом ночи и не носят с собой пистолетов! – парировала Меридит, ибо подозрения касательно этого незнакомца все еще не оставляли ее. Да и вид его, по правде говоря, не внушал особого доверия.

– Бывает, Мерри, бывает. К тому же мистер Блэкстоун – наш гость и в этом качестве заслуживает гостеприимства и вежливого обращения, о чем я, кажется, и сам совершенно позабыл. – С этими словам Альфред дернул шнур старого дверного колокольчика. – Тарстон покажет вам вашу комнату.

– Благодарю вас, но думаю – это лишнее. Если мы сможем сейчас же покончить с нашим делом, то я сразу уйду.

– Не говорите ерунды! Погода ужасная, да и ситуация не совсем благоприятна для обсуждения наших вопросов. – Альфред едва заметным движением глаз указал гостю на дочь, которая все никак не могла оторваться от созерцания незнакомца, словно пыталась прочесть на его лице разгадку какой-то тайны.

В ответ Джайред решительно поднялся с места, намереваясь закончить с обменом денег на требуемые сведения как можно скорее и даже, если понадобится, потребовать выслать эту девчонку из комнаты, но что-то в поведении старого лорда вдруг тронуло его сердце. Человек, которого он готов был презирать, неожиданно вызвал у него прилив симпатии своим искренним желанием всеми возможными способами оградить дочь от проникновения в свою постыдную тайну…

Он нехотя пожал плечами и поспешил покинуть библиотеку вслед за пожилым понурым слугой.

– Отдайте Тарстону свою одежду, он высушит ее над огнем. Не стоит ходить в мокром, когда на улице так зябко.

Джайред на секунду замешкался в дверях и хищным внимательным взглядом еще раз осмотрел девушку – от ее мокрого лица до лужицы, образовавшейся под маленькими тупоносыми башмачками.

– Может быть, вы позаботитесь и о своей дочери, прежде чем последствия ее шалостей приведут к болезни?

– Я не шалила, я… – но тяжелая дверь красного дерева уже закрылась за незнакомцем, и он так и не услышал пронизанных гордостью объяснений Меридит.

Девушка постояла еще некоторое время, не сводя глаз с того места, где только что находился незваный гость, и пытаясь удержать начинавшуюся дрожь. Только теперь она почувствовала, как холодно в этой полупустой комнате с едва натопленным камином.

Скинув плащ, Меридит подошла к огню и вытянула над жалким пламенем руки. Затем со вздохом повернулась к отцу:

– Ну теперь-то ты скажешь мне наконец правду?

– Мерри! – Отец произнес ее домашнее имя с той беззащитной протяжной нежностью, которая так веселила ее в детские годы, а теперь вызывала лишь раздражение.

– Опять какие-то денежные аферы? Опять все в том же духе? Ведь ты же совсем недавно заявил мне, что продажа маминых драгоценностей покрыла все самые неотложные долги! – Меридит осторожно тронула золотой медальон на шее – одно из немногих украшений, избежавших пока еще жадных лап кредиторов, – и в который раз удивилась своей собственной наивности.

– В последний раз говорю тебе, что мистер Блэкстоун появился здесь совсем не из-за денег, – тон Альфреда мгновенно перешел с лести на раздражение. – К тому же мы оба отлично понимаем, что их отсутствие тотчас же перестанет представлять из себя проблему, едва лишь ты соблаговолишь принять предложение лорда Чадвела.

Меридит вздрогнула, и гнев с новой силой охватил ее. Она обернулась как раз в тот момент, когда ее отец опрокидывал в себя очередную порцию мадеры и вновь наполнял стакан. Ах, как много могла бы она напомнить ему, упрекнуть, обидеть, – но это, как всегда, не привело бы ни к чему. Смущенный и расстроенный, отец снова пообещал бы ей бросить свою скверную привычку и пообещал бы искренне, но через неделю все опять пошло бы по-старому. Лорд Альфред не умел держать слова.

И вот теперь это привело к тому, что единственным их спасением от нищеты должен стать брак Меридит с человеком, годящимся ей чуть ли не в дедушки.

Медленно, стараясь не вспылить и удержать рвущиеся наружу упреки, Меридит взяла плащ и направилась к дверям.

– Мерр-иии…

Ноющий голос отца еще долго стоял у девушки в ушах, пока она не дошла до столовой, где обычно обедали слуги.

Тарстон и его племянница, такая же круглая и старая, возились над уютно мерцавшим очагом, тихо переговариваясь. При появлении юной хозяйки никто из них даже и не подумал встать, но, когда она заговорила, все тут же поспешно разбежались по своим местам.

– Где ты поместил гостя, Тарстон? – Меридит не решилась назвать незнакомца по имени, чтобы не возбуждать в слугах излишнего любопытства. Эта парочка, оставшаяся от некогда огромного штата Банистер-Холла, и так большую часть своего времени проводила не в работе, а в бесконечных сплетнях.

– В королевской комнате, ваша милость, – нехотя ответил Тарстон, выковыривая грязным пальцем пепел из старой глиняной трубки.

– Вот только там грязно, – хихикая, добавила Белинда, поудобнее размещая на стуле свой могучий зад. – Меня же не предупредили, что будут гости.

– Вот и славно, Белинда. – Меридит уже было намеревалась уйти, но вдруг заметила на спинке одного из стульев плащ ненавистного Блэкстоуна, повешенный для просушки. Она тут же повесила рядом свой.