Читаем Мой любимый деградант (СИ) онлайн бесплатно

Я не очень сильна в религиозных догмах, но знаю, что человек после смерти попадает либо в рай, либо в ад. И куда он попадет после окончания жизненного пути, завит от его дел, мыслей и веры. Я никогда не убивала, даже животных, ничего не крала, вообще все считали меня хорошим человеком и надежной подругой, поэтому я должна была попасть в дивный райский сад. Теоретически.

Но с другой стороны, набожной я не была, в молитвах ночи не простаивала, милостыню не раздавала, и в храмах частым гостем не была. Выходит, что райские сады не для меня? Тогда я должна была попасть в ад. А ад - это огонь.

Но я, очнувшись на твердом полу, рядом с собой даже пламени свечи не увидела. Зато было много немытой посуды, она горами возвышалась на столах и даже живописными кучами стояла на полу. Если бы я не слышала, что чистилище выдумал какой-то святой или католический богослов, то решила бы, что я попала именно в это место. Вообще-то, так даже было бы логичнее, рай я не заслужила, а для ада еще достаточно не нагрешила. И теперь, пока не дорасту до рая, буду мыть посуду. Веков десять или одиннадцать.

Я, как истинная девушка, мыслей не контролирую, и они лились сплошным потоком, не мешая мне при этом присесть на полу, а потом, скрипя всеми суставами, встать.

Мне было очень плохо: слабость с головокружением, тошнота и ощущение одеревенения всего тела – все это действовало гнетуще и на моральное состояние. Но при этом я была рада этим ощущениям, потому что они означали, что я жива. Я не умерла, попав на своем мопеде под грузовик. А шансы выжить у меня были минимальные, а если быть честной, вообще никакие.

Мало того что я неслась по трассе на максимально возможной скорости, так еще и шлем не надела, нравится мне, когда мои волосы красиво развиваются. И со стороны я в такие моменты смотрюсь эффектно. Сколько моих фоток и роликов со мной постили и лайкали в сетях! И подписчиков у меня было много! А сейчас я в неизвестном месте, но живая…

Наконец-то, у меня получилось принять условно вертикальное положение. Разогнуть спину и встать ровно я еще не могла. Но уже стало проще оглядеть комнату, в которой я оказалась. Это было полутемное высокое помещение с каменной кладкой, без окон и с очень высокой, почти под потолок дверью. Комната по стенам была уставлена широкими столами. И все она были в горах посуды, только в центре комнаты стояло несколько корыт. В них можно было бы искупаться, если не смутные подозрения, что предназначены они для мытья накопленной здесь посуды.

Смутных подозрений у меня было еще много, и некоторые из них были настолько смутными, что я даже не представляла, как к ним относиться. Во-первых, я казалась себе намного тоньше, чем была раньше, и, почему-то, выше ростом, хотя встать ровно я так и не смогла. А один локон, вырвавшийся из тяжелой повязки на моей голове, мне показался совсем незнакомым. Мои волосы были короче, темнее и … ровнее, у меня никогда не было кудрей. А этот локон, свисавший почти до пояса, был совсем светлый, упругий, напоминал спиральку.

У меня и грудь была другая, как после пластической операции с вставлением силиконовых имплантов. Я пощупала одну грудь, для этого даже выровнялась, приложив неимоверные усилия. Она, вроде бы, была настоящей, по крайней мере, чувствительность, как у настоящей. Но на мою родную окружность совсем не похожа, а упругая, высокая и минимум на размер меньше.

Мне стало интереснее и дальше обследовать свое тело, но в этот момент с мерзким скрипом открылась дверь, и в комнату заглянул некто, или нечто, ростом под потолок и подозрительно зеленого цвета.

- Сафира, почему не принимаешь посуду? – Прогремел голос, больше напоминающий гудок парохода.

Мне было сложно оглянуться и поискать эту Сафиру, но она заслужила самого строгого наказания за то, что по ее вине этот … инопланетянин напугал меня.

- Сафира, ты в пол вросла? Твоя отработка еще не окончена. Принимай посуду!

Что же эта мерзкая Сафира творит? Я мысленно стала подгонять ее быстрее принять чертову посуду и закончить отработку. А я за это время немного приду в себя, пойму, куда я попала, и решу, что мне делать.

- Навязали мне очередную бестолковую адептку! – После этих слов громила ушел, с треском захлопнув дверь.

А я стояла, и, кажется, начала, как и невидимая Сафира врастать в землю. Но вскоре дверь снова распахнулась, и в помещение влетела еще одна зеленая сущность неизвестного мне вида.

Голос у второго существа был выше и женственнее, да и строением своим она больше напоминала женщину. Только слишком высокий рост, лысая голова и странный цвет кожи ставил меня в тупик.

Эта «женщина» подозрительно легко для своего роста подлетела ко мне и, схватив за плечи, затрясла с такой силой, что от болтания головы в разные стороны я прикусила язык. А потом меня, скорее всего, обняли, прижав к широкому телу до треска моих костей.

- Бедненькая Сафочка. Говорила же я, повремени с отработкой. Разве ж можно так себя доводить, да на тебе лица нет, совсем белая, как пенка на молоке, даже, само молоко румянее тебя. Думаешь, раз сессию сдала, можно ночами работать. Подумаешь, каникулы заканчиваются, тебе бы отоспаться. Отработкой можно и позже озаботиться. Бедненькая девочка, тебе бы погреться в постельке.

И эта тетка так же бесцеремонно, как обнимала, потащила меня к выходу, схватив за предплечье. Потащила по темному коридору, потом заставила подняться по крутым ступеням и, открыв какую-то дверь, вытолкнула через проем в более светлый коридор.

- До своей комнаты дойдешь сама, я не могу отлучаться надолго,- сказала она совсем потерявшейся мне и с резким хлопком треснула дверь. А я осталась стоять в центре длинного широкого коридора. Было здесь достаточно светло, чтоб понять коридор этот тянется до бесконечности в оба конца. И с обеих его сторон в неравномерном расстоянии друг от друга находятся закрытые двери.

Давящее этой тишиной и моим одиночеством чувство стало настолько невыносимым, что я захотела вернуться в ту странную комнату и мыть посуду до конца века.

И как бы отвечая на мои молчаливые молитвы, с другой стороны двери кто-то почти неслышно поскребся. Но я услышала этот еле уловимый ухом звук и с огромной надеждой на спасение открыла дверь, из которой меня только недавно вытолкнули. Мне пришлось приложить усилия, чтоб открылась хоть небольшая щель, и когда я, наконец-то, справилась, сквозь эту щель пролезла огромная белая мышь.

Я ее не испугалась, потому что вначале приняла ее за хомяка, в моем странном состоянии это было вполне закономерно. И я не сразу поняла, что вижу перед собой не хомяка, хотя и на мышь этот грызун был не слишком похож. Он размерами был больше почти в пять раз любой мыши, шкурка белоснежная и слегка мерцающая, мордашка не такая острая и между ушами шерсть намного длиннее, чем на остальном теле

Я смотрела на эту чудную животинку и не спешила с криком убегать, но и она стояла тихо, не пытаясь спастись бегством. Трудно сказать, как долго это стояние продолжалось, но грызун вдруг отвернулся и пошел по коридору. А я осталась возле двери. Что я еще могла сделать? Хотя удобнее было бы сесть и облокотиться на стену, думаю, так было бы легче страдать неизвестностью.

Но неожиданно вернулась эта гигантская мышь и, стыдно в это даже поверить, пискнув, поманила меня за собой движением лапки. Я в недоверии уставилась на живность, быть такого не может, чтоб животное приглашало идти за собой незнакомого человека. Да даже хозяина приглашающим движением лапы мышь за собой не зовет!

В общем, я продолжила стоять на своем месте, ожидая, чтоб это наваждение как-нибудь само прошло. И эта мега мышь, недовольно пискнув пару раз, зашла мне за спину и начала толкать меня в икры ног не слишком сильно, но настойчиво. И я сделала один шаг вперед. Мышь, будто обрадовавшись своему успеху, перебежала вперед и потопала дальше, останавливаясь время от времени и показывая, в какую сторону мы продолжаем идти. Она шла и манила меня за собой.

Наконец, она остановилась у одной из запертых дверей, таких же, как и все остальные в этом коридоре. Она обреченно стояла на месте, и я встала рядом с ней. Она пискнула. Я понимающе выдохнула.

- Ну, и куда мы сейчас пришли? – Спросила я у нее, в общем-то, не надеясь на понимание со стороны грызуна.

Но меня поняли. Мышь подняла свою левую лапку и приложила к косяку двери.

- Ну, да. Дверь закрыта. – Ответила я на ее молчаливый вопрос. Но, кажется, не угадала, мышь отмахнулась от меня обеими лапками и повторила свое первое движение, приложив лапу к косяку.

- А, - догадалась я, - надо лапой коснуться?

Мышь закивала так интенсивно, что голова закружилась даже у меня. Но я смогла наклониться и, схватив мохнатую брыкающуюся животинку и приложить ее лапку к косяку. Но она вместо благодарности недовольно запищала.

Я поставила вырывающуюся мышь на пол.

- Поняла уже, это мне нужно приложить свою руку к косяку. - Успокоила я мышь, у которой уже шерсть встала дыбом. – Я просто прикалывалась, в моем возрасте это нормально. – И с эффектным жестом я приложила свою руку к косяку. Но ничего не произошло: пар со всех щелей не повалил, и дверь не рассыпалась, пропуская меня внутрь помещения. Я пожала плечами и посмотрела на пол, где, сложив все четыре лапки, валялась мышь. Я сразу поняла, что она не умерла, слишком пристально ее глаза-бусинки наблюдали за мной.

- Я тут причем? – Спросила я у нее. – Это ты, мелочь мохнатая что-то напутала.

В ответ на мои слова мышь медленно, как в замедленном кадре встала на четыре лапки, потом приподнялась на двух задних конечностях, вытянула вперед левую лапу, помахала ею впереди своей острой мордочки. И приложила к косяку, а потом громко фыркнула, как настоящий еж.

Я, наконец, поняла, в чем она меня упрекает. Ну, я и вправду использовала правую руку, в то время как грызун все время показывал левую лапку. Только признавать свою ошибку я не собиралась, это все равно, что низвергнуть человека, который приручил атомную энергию, ниже мелких животных.

Я села на пол, прижавшись спиной к двери, и стала тихо выговаривать грызуну:

- Здесь все неправильно. Мне здесь не нравится. Зеленые великаны и наглые мыши – это не моя компания. И двери должны ключом открываться. Знаешь, это такая штучка, ее вставляешь в замочную скважину и проворачиваешь несколько раз. И там внутри что-то щелкает, и дверь открывается. Все очень просто. Не для мыши, конечно. Но для мышей все сложно. Вы только сыр легко воруете…- Наверно, тут терпение грызуна и закончилось. Потому что тихо внимавшая мне мышь зафырчала и, взбежав по моей руке мне же на голову, ухватилась за локон моих новых волос. А потом сильно, до слез в глазах, потянула его.

Я попыталась скинуть животное с головы, но мышь и сама сбежала на пол по моей спине. И снова показала, что я должна сделать. Сейчас я не стала упорствовать и, встав, приложила левую руку к косяку. Дверь распахнулась, без пара, барабанного боя и других спецэффектов, и впустила меня в маленькую комнату с одним занавешенным окном.

В ней было место только для одной узкой кровати, маленького столика, заваленного книгами, свитками, тетрадями, табуретки и компактного шкафчика. Как только за моей спиной закрылась дверь, я прошла внутрь помещения и собиралась сесть на кровать, но застыла с поднятой ногой.

А подействовала на меня так шокирующее та самая мышь, которая вскарабкалась на стол и, перетащив ближе к границе столешницы лист бумаги, начала кусочком грифеля что-то на ней чертить. Я заставила себя поставит свою ногу на пол и шагнула к столу, чтоб посмотреть, что там животное рисует. А на листке и вправду были какие-то знаки, но я их разобрать не смогла

Мышь пискнула, я ответила:

- Каракули. Почерк у тебя непонятный.

Мышь фыркнула и положила грифель на столешницу, аккуратно положила на свое место в коробочку с такими же кусками грифеля. Заботилась, чтоб не нарушить порядок на столе.

А потом она засуетилась, забегала по столу в разные стороны по нескольку раз. Потом мышь замерла передо мной и сделала несколько пасов лапками, и поманила меня к себе поближе. Я решила больше над ней не издеваться и наклонилась вперед. А мышь, кажется, облегченно вздохнула, и прижала к моему лбу одну лапку, на этот раз правую.

Касание мыши прохладной лапкой было немного неприятным, все-таки я привыкла считать, что грызуны разносчики многочисленных инфекций. Но вытерпеть, не поморщившись, я смогла, а больше никаких других неприятных ощущений не почувствовала.

Мышь лапку убрала, а я выровняла спину и села на табуретку.

- Ты кто? – Услышала я вопрос в своей голове.

Хорошо, что я сидела, и не пришлось, падая, биться еще и головой об пол. Я начала оглядываться в поисках скрытой камеры.

- Так кто же ты? И как смогла занять мое тело? – Повторно раздался голос в моей голове.

- А ты кто? – Ожидаемо спросила я в ответ. – Где прячешься? И я твое тело не занимала!

В комнате стало тихо, и пискливый голосок снова зазвучал в моей голове:

- Встань и посмотри в зеркало. Оно висит на внутренней стороне шкафа. - И я последовала совету неизвестного писклявого человечка.

Я сразу распахнула обе дверцы, внутри шкаф казался еще меньше, чем был снаружи. С одной стороны шкафа находились полки. Даже наполовину незаполненные одежной. Больше места там занимали книги и папки. С другой стороны было место для висячих вещей с пустыми вешалками. Хотя на одной вешалке висело длинное темно-синее платье и узкими манжетами и серебристыми пуговками на груди, а внизу, вместо коробок с обувью, снова лежали книги, большие и очень большие, напоминающие энциклопедии.

Я настолько была поражена этим убогим женским миром, что не сразу взглянула в зеркало. И, из-за первого шока от увиденного в шкафу, моя внешность меня уже не так поразила. Хотя была она совсем чужой, но намного привлекательнее моей привычной. Сейчас я была высокой статной, очень тоненькой блондинкой с чертами лица, как у роковой красавицы. Такие девушки обычно ходят по упавшим штабелями поклонникам, а жизнь свою связывают с очень богатыми мужчинами, которые смогут оплатить все их неимоверные запросы.

Я сейчас определенно была красавицей. Высокий чистый лоб, с необычной татуировкой у линии начала роста волос. Это тату, тонкой узорчатой полосой тянулось с одной стороны лба до другой. Я залюбовалась своим отражением: ровный носик, широко посаженные серые глаза, из-за густых ресниц они даже казались черными, а губы… если бы у меня раньше были такие полные губки, я бы никогда не использовала блеск для губ с экстрактом жгучего перца.

- Эй, хватит тянуть время! – Пискнуло настойчиво.