Читаем Мой личный ад онлайн бесплатно

Галина Колоскова

Мой личный ад

Глава 1

Худенькая блондинка крадучись шла по длинному коридору, прикрыв голову капюшоном растянутой толстовки. Руки в карманах, в одном из них же украденный со стола смартфон. Она наизусть помнила номер дяди.

Напрасно взгляд шарил по обшарпанным стенам в надежде увидеть кладовку. Ничего! Из коридора нельзя звонить, услышат и вернут в страшную комнату.

Девушка беззвучно умоляла силы, что могут помочь: «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!..»

Ещё пару шагов и окажется у двери, за которой свобода. Если есть Бог на свете, то ей повезёт. Должно повезти. Железная, выкрашенная в бордовый цвет створка оказалась закрытой на ключ.

– Чёрт, чёрт, чёрт!.. – худышка с отчаянием рвала на себя ручку. Та не поддавалась.

Слёзы градом текли по щекам. Сердце громко отстукивало последние секунды до того, как её найдут. Из ловушки не было выхода…

***

Паша смотрел на часы, подгоняя время. Куча неотложных дел, а он вынужден лететь, спасать неизвестную дочь сводной сестры, которую последний раз видел двадцать лет назад.

Чужая кровь так и не стала родной. Его выкинули из жизни, стоило оступиться. Никакой помощи с адвокатом, ни единой посылки на зону. Ни одного письма от отца, сошедшегося с другой женщиной.

Павел приезжал в родной городок после освобождения. Поход на кладбище к могиле матери, номер гостиницы и долгая дорога назад, в Подмосковье. К другу, заменившему старшего брата.

Сейчас он наматывал обратный маршрут. Частный самолёт сел в Новосибирске. До городка добирался на арендованном у братков «БМВ».

Чёрный джип рассекал лужи на убитой дороге, разбрасывая кровавого цвета листву по обочинам.

Взгляд с раздражением в окно.

– Никому не расслабляться! Смотрим в оба. Несколько лет назад был конфликт с беспредельщиками в ста километрах отсюда.

– Да, босс! – короткий ответ, который на сто процентов выполнят.

Проверенные в разборках ребята. За каждого мог поручиться как за себя.

– Старайтесь не пить. Местных девок не жарить. Вернёмся в Москву дам отдых неделю, оторвётесь по самое не балуй.

– Да, босс!

Паша в очередной раз бросил взгляд на часы. Не успевал. Переться ночью в деревню, где жила сводная, не хотелось.

– Заедем, поздороваемся с родственником и в гостиницу, – отчеканил он и проговорил план на завтра вслух: – Переночуем, утром в деревню и назад.

– Да, босс!

Через полчаса он здоровался с невысоким, сухим мужчиной неопределённого возраста.

– Паша, сынок, как ты вырос…

– А ты всё такой же, дядя Боря. Вечный старик. Как же рад тебя видеть!

Он говорил искренне. Когда-то Боря заменил ему родственников. Не его вина, что племянник оказался неуправляемым.

– Как тут у вас дела? Тишь да гладь?

– Если бы. Помнишь Тихоню?

Павел кивнул. Сколько раз дрались с говнистым гадёнышем.

– Очкарик, шестёрка при Слоне?

Дядя цыкнул, зная о верных проблемах между драчливыми подростками.

– Теперь он за Слона. Делает вид, что со мной еле знаком, а ведь хотел жениться на бедовой Маринке, земля ей пухом… – Он быстро перекрестился.

– И как?

– Мстит за своё убожество, – Борис хмыкнул со злостью в глазах. – Ты должен отметиться в его клубе, если хочешь без проблем покинуть город.

– Въехал без шума, тихо и так же уеду.

– Ловушку всегда держат открытой. Зайти стоит рубль, выйти два!

– Зачем ему со мной связываться?

– Не с тобой. Ему нужно то, что знала Марина.

– Я тут при чём? – Павел с недоумением смотрел на родственника.

– Говорят, она отправила тебе письмецо. Найти его Слон не смог… – В хитрых глазах дядюшки неприкрытое любопытство. – Идёт к тебе или к кому-то из твоих знакомых.

– Я не видел её с ареста. Даже голос не сразу узнал. Сказала, что умирает, рак. Просила забрать дочь, помочь в память об отце встать на ноги, но ничего про письмо, – он хмурил лоб. – Где взяла мой номер до сих пор понять не могу.

– Я не давал! Но не так сложно найти в век интернета… – Старик достал из шкафа стаканы с бутылкой виски. – Давай помянем братуху с его жёнами и Маринку беспутную.

– Что ты так её называешь? Шлюха?

– Шлюха, не шлюха, но от кого Адку родила, не знает никто. Так и умерла, не сказав к кому бедолаге преклонить голову. Тебе её девка зачем?

Павел пожал плечами. Тем же вопросом задаётся уже несколько часов.

– Сам не знаю. Как последняя связь с семьёй, наверное Кроме тебя и меня не осталось больше Семёновых.

Борис, скривившись, махнул рукой.

– Как собак нерезаных по России.

– Но не нашей крови! – Насупленные брови, взгляд исподлобья. Почему всё чаще задаётся этим вопросом? Белая зависть к многодетному другу?

– Ада не наша. Своих народишь.

Павел скривился. Не верил ни одной сучке в мире. Все продажные твари, а хорошие давно замужем. Он пробурчал:

– Не везёт мне с бабами. На стороне клепать нет смысла. Не хочу.

Борис постучал по плечу редкого гостя, снизу вверх заглядывая в лицо.

– Какие твои годы? Всё будет. Рос тощим пацаном, а в здоровяка вымахал. Злой, фартовый. Породу переводить нельзя. Если бы я в тюрьме яйца не заморозил, кучу бы наклепал… Ну, помянем! – он залпом замахнул полстакана.

Павел поддержал. И заторопился прочь из тесной квартирки, где каждый сантиметр напоминал о бездарно просранной юности.

***

Он с трудом разомкнул веки, не понимая, где находится. Номер отеля, запах несвежей еды. Взгляд в центр комнаты лучшего номера, что отыскался в гостинице. На столе куча бутылок спиртного, тарелки.

– Бля-а-а-а…

В виски била кровь. В ушах плескались волны моря. Уткнулся лицом в подушку. В нос ударил аромат недорогих женских духов и железный запах крови…

Он напрягся. Какие женщины? С чего нажрался? Одинокий луч света пробился сквозь щель в толстых портьерах. Утро?! Нужно ехать за племяшкой, но если остальные ребята в таком же как он состоянии…

– Проснулись? Можно я открою шторы?

Раздалось громом с небес пение ангела.

Павел повернулся на голос. Белым пятном в правом углу комнаты стояла худенькая блондинка в растянутом свитере.

– Ты кто? – он сверлил незнакомку тяжёлым взглядом.

– Вы не помните? Меня вам прислали ваши друзья.

– Какие? – Паша массировал виски, вспоминая, что вчера было.

Заявился Тихоня с братками. Выпили за встречу. Вспомнили молодость. Ещё раз выпили, а потом всё как в тумане. Никаких баб не было.

– Тебя точно не помню!

– Вам подарили… – она замялась. Лицо стало пунцовым.

Паша смотрел на девицу злым взглядом. Только недомолвок ему сейчас не хватало. Выгнать из номера, чтоб не мычала? А если это подстава? Не хватало сесть за малолетку. Он процедил:

– Тебе восемнадцать хоть есть? Говори, не ломайся как целка!

– Её и подарили! – она выплюнула полным обиды голосом. – Мою девственность!

– Что? – он подскочил, позабыв о боли.

Что-то не сходится. Никогда не пользовался услугами девственниц.

– Так сколько тебе лет?

– Двадцать…

Он выдохнул. Одной проблемой меньше. Портьеры раздвинуты одним нервным жестом. Покрывало сброшено на пол.

Пятна крови алыми маками расцветали на светлой простыне.

– Твою мать! – Павел провалился в кресло.

Такой трюк однажды пытались проделать с другом. Он впился взглядом в худенькое лицо.

– Презерватив где?

– Вы им не пользовались…

Паша рычал, борясь с желанием вышвырнуть тварь за порог.

– Ты что блеешь, овца? Тебя не учили трахаться с презервативом?

Она вдруг заревела навзрыд, вытирая сопли со слезами рукавом джемпера.

– Простите меня! Я не знала. Вчера силой из дома забрали. Сказали, не сделаю, как говорят – убьют! Мама им много денег должна.

– А мамаша где?

– Умерла… – И вдруг упала на колени: – Пожалуйста, дайте телефон позвонить. У мамы был брат. Он всё заплатит.

Больше хитрых женщин Паша не любил женские слёзы. Он поискал взглядом пиджак.

– Возьми в кармане!

Она достала дрожащими пальцами. Новая порция слёз, со словами:

– Разряжен…

– Дай сюда!

В дверь постучали.

– Босс, вы проснулись? Когда выезжаем?

– Как раз вовремя. Заходи, Тёма!

На пороге появился один из ребят. Паша кивнул на скукожившуюся блондинку.

– Дай телефон, пусть позвонит.

И следом рыкнул попавшей в беду скромнице:

– Мой неси сюда!

Та с радостью тыкала тонким пальчиком в экран смартфона телохранителя.

Павел крутил в руке свой, удивляясь тупизму провинциалки.

– Не разряжен, а заблоки…

Он не успел договорить. Смартфон разразился настойчивой трелью, Экран высветил номер Артёма. Паша вскинул ошарашенный взгляд в растерянное лицо проститутки.

– Тебя как звать?

– Ада…

Глава 2

Сомкнув веки, Паша откинулся на мягкую спинку кресла. Если у бога на самом деле есть чувство юмора, то это его насмешка. На принятие решения всего пара минут. Обсудить всё можно в машине.

Никто не осудит, если он оставит дочь сводной сестры в грязном номере гостиницы, избежав ловушки. Сомнений нет, это именно то, о чём предупреждал Борис. Его впустили в город, но выехать будет непросто.

Он открыл глаза. Взгляд сразу наткнулся на испуганное бледное лицо Ады.

– Я не знала куда меня отправляют! Честное слово!

Новая порция слёз резанула по нервам.

– Хватит реветь! – грозный рык возымел обратное действие.

В голубых глазах читался ужас. Пришлось отвернуться. Когда-то ругал друга за добросердечие к бабам, а теперь сам припёрт к стенке.

– Дай спокойно подумать! – сказано для отмазки.

Он уже знал, что делать. Бросить овцу не сможет. Как-никак она имеет отношение к родне. А ещё, что было самым важным: ночь могла иметь последствие. Выскоблить своего ребёнка коновалу для шлюх не позволит. Павел сжал ладонями голову. Попал, так попал… В страшном сне не мог представить подобного!

Он зло рыкнул, понимая, что связан по рукам и ногам. У любой ловушки всегда есть имя и цель. Эту звали «Тихоня». Причина пока неизвестна.

На нытьё времени нет. Нужно действовать. Паша ударил ладонями по коленям и поднялся.

– Ну, падла, тебе не жить! – адресовал шестёрке «Слона».

Ада снова рухнула на колени, приняв слова на свой счёт. Она подползла к ногам «железного человека». Тонкие руки переплелись на коленях. Пухлые губы на миловидном лице дрожали.

– Возьмите меня с собой, не оставляйте! – пищала она сквозь слёзы. Взгляд направленный в душу рвал сердце. – Мне здесь не выжить, да и не захочу я так существовать. Руки на себя наложу! Бог вас накажет!

Он сморщился, отталкивая белобрысую куклу. Слова противоречили действиям. То же творилось в душе. Непринятие наваждения, с которым придётся смириться.

– Кончай разводить сырость. Одеваемся! – И обернулся к Тёме: – Через две минуты жду у машины! Заберите из бара воду. До Новосиба постараемся не останавливаться!

Паша быстро одевался, краем взгляда наблюдая за хромающей Адой. Та натянула старенькие джинсы, носок на пятку из которой сочилась сукровица.

– Что с ногой?

Она дёрнулась и опустила взгляд, отвечая на элементарный вопрос:

– Наступила здесь на стекло.

Паша посмотрел на стол. Ничего не разбито.

– Откуда взялось?

Блондинка пожала худенькими плечами.

– Не знаю… – тонкие пальцы завязывали шнурки на растоптанных белых кроссовках.

Паша швырнул в стену попавший под руку пульт телевизора. Только хромой бабы ему не хватало. Злой рык вместо сочувствия:

– Идти сможешь?

Она потрясла головой, быстро запрыгав в сторону двери.

– Да.

Он бросил ей под ноги походную сумку, приказав:

– Возьми воду, жду в коридоре.

И быстро вышел.

Хоть минуту побыть не под взглядом побитой собаки.

Не сходилось многое. Проституток в таком виде не присылают. Была бы в платье и дорогом белье… Изначальная подстава! Тихоня точно знал, что он прилетит за племяшкой. Слив или чистая психология?

Если подстава то, чтобы что? Какая цель? Месть за драки в далёкой юности? Если так, то дебилизм налицо. Павел стукнул кулаком в ладонь. Нет, тут что-то другое. Какой реакции говнюк ожидал? Бросит Аду, почувствовав опасность? Отлично, знает по прошлым разборкам, что своих он никогда не сдаёт.

– Бля-а-а-а… – мозг прорезала догадка. Борис говорил, что ему отправлено письмо, за которым идёт охота. Если Аду используют, как носитель жучка?

Паша вернулся в номер, столкнувшись с открывающей дверь блондинкой.

– Я всё сделала! – она протягивала сумку, с испугом глядя в злые глаза.

Он дёрнул за пряжку застиранных джинсов.

– Одежда на тебе своя или дали?

– Мою отобрали сразу.

Павел выхватил сумку из дрожащих рук. Короткий приказ:

– Раздевайся! Снимай всё до трусов!

– Что? – Ада округлила глаза, наблюдая, как тот скидывает куртку. – Зачем?

Он с раздражением хмыкнул:

– Драть буду! – нахмуренный лоб. – Не задавай вопросы, а делай, как я сказал! – Паша протянул стянутый через голову пуловер: – Надевай. Торопись, нас ждут!

Ада стыдливо оголилась.

Паша прошёлся взглядом по точёной фигурке. Маленькая крепкая грудь, тонкая талия, длинные ноги, красивые плечи. Нежная, хрупкая, вызывает желание защитить.

Он отвернулся, с неудовольствием почувствовав, как реагирует плоть. Не хватало превратить блонду в любовницу.

– Кроссовки тоже снимай! Надень тапочки. В Новосибирске купим тебе одежду.

– Тапок нет… – взгляд нагадившего на пол щенка подбешивал, вызывая в душе закоренелого циника чувство вины.

Паша выматерился. Совершенно забыл, что этот люкс и московский – две огромные разницы.

– В Задрипенске время застыло. Как воровали всё, что плохо лежит, так и продолжают тырить.

Он приблизился в пару шагов и, не обращая внимания на протесты, подхватил её на руки. Коктейль из запахов нежной молодой кожи, пушистых волос, слабых духов, ударил в ноздри, добавляя желания в паху. Ненормальная реакция на едва знакомую дочь сводной, напрягала.

Лёгкая, как пушинка, живая ноша вызывала не радость, а раздражение. Виновата в том, что хочется затащить в постель?

– Слушай внимательно! – решил совместить пробежку по лестнице с введением в мир своих правил. – Если думаешь, что со мной в сказку попала – ошибаешься! Увидишь человека с оружием, говори! Когда бросаю тебя, ложись на землю и прикрывай руками голову! – Он заглянул в голубые глаза: – Поняла?

Ада отвечала на автомате, перепуганная перспективой попасть в перестрелку. Не верилось, что последние два дня проживает в реальности, а не в страшном сне.

– Да!

– Любой мой приказ выполняешь, не обсуждая!

Она кивнула.

– Не слышу!

От звонкого «поняла» заложило ухо.

– Орать не надо. Я не настолько старый, чтобы плохо слышать.

Твёрдые мышцы под ладонями в подтверждение. Ада вздохнула, не имея желания оспаривать очевидное. Не таким она представляла дядю.

Они выходили из гостиницы под пристальным взглядом молоденькой администраторши.

Уборщица косила глаза, старательно протирая широкие листья цветка в огромной кадке.

– По любому проплаченные! Сейчас станут звонить с докладами, – он оглядел малолюдную с утра улицу. – Нужно быстрее сматываться!

Джип уже подогнали к входу.

Паша, не церемонясь, закинул блондинку на заднее сидение внедорожника. Он как хищник втянул воздух, провонявший опасностью. Кровь бурлила. Мозг одновременно просчитывал несколько вариантов побега.

Ребята смотрели на босса преданными глазами. С их стороны предательства не будет. Павел взглянул на вибрирующий телефон.

– Тёма, сверни в первый проулок. Вооружаемся. Придётся пробиваться с боем. Едем быстро, срать на светофоры. Направление на юго-запад. Не останавливаемся ни при каких раскладах.

Он принял вызов, усевшись в джип, с рёвом сорвавшийся с места.

– Да, Боря!

На той стороне связи слышались приглушённые голоса.

– Говори, сука, или требуху выпущу!..