Читаем Мой домашний демон онлайн бесплатно

Япония 14 век

Тот замок появился прямо из воздуха, напугав всю округу своим величием. Люди разделились на две категории: те, кто считал, что волшебное строение послано богами, и те, кто верил в происхождении его, как тьмы.

А еще, оно было странным. Совершенно не похожее на дома правителей Японии. Это скорее напоминала древние легенды и картинки, где были нарисованы огромные каменные строение, которые создавались там, за великой водой и мертвыми землями.

Но это были еще не все странности. Больше всего людей страшил веселый звонкий смех, доносившийся из-за стен.

— Кто здесь? — холодно спросил мужской голос на стене. — Что вам надо?

Смущенные этой неприветливостью крестьяне робко попятились. Однако жрец, настроенный довести задуманное до конца, подобострастно склонился в поклоне:

— Мы крестьяне из лежащей неподалеку деревни, господин. Милостиво просим принять дары наши, как знак почитания и прославления господ этого замка.

Воин что-то спросил, и ему ответил хрустальный, совсем еще детский голос.

— Нужно быть более гостеприимными, Солес! Конечно, впускай! Они, наверное, устали с дороги!

Ворота тут же распахнулись. И люди смогли увидеть то ли маленькую девчонку, то ли девушку, с совершенно непонятным возрастом. Ей можно было дать как двенадцать лет, так и все шестнадцать. Девочка была небольшого роста и очень хрупкого телосложения, что казалось, подувший хоть немножко ветер, может унести ее далеко-далеко. При каждом шаге, а это можно было увидеть, так как она играла в странную и непонятную игру, перепрыгивая с места на место, она, казалось, еще чуть-чуть и взлетит, только непонятная, немного огорчающая саму девушку сила, держала ее на земле. Очень длинные, доходившие чуть ниже пояса, что редко могла себе позволить даже дама знатного рода, густые волосы были странного, непонятного в этой стране цвета. Смотря на маленькую головку, могло показаться, что в волосах затерялось раннее утреннее солнце вперемешку со звонкой, но очень не прочной медью. Глаза так же были подстать волосам незнакомки. Большие, ярко-карие, с мечтательной искрой на глубине этих карамельных озер. Тонкие и плавные черты бледного, но не отбеленного как полагалось, лица были чужды здешнем людям, хотя, несомненно, притягивали взгляд если не своей необычностью, то завораживающей красотой линий. Только немного вздернутый носик добавлял в образ девушки озорства. Стоит ли отметить, что, несмотря на такую удивительную внешность, незнакомка была облачена в традиционное кимоно среднего сословия, привлекающего взгляд своим ощущением родства и яркостью красок.

— Здравствуйте, — беззаботно улыбнулся странный ребенок. — Я очень рада, что кто-то навестил мой замок. Здесь вы можете отдохнуть как телом, так и душой. Не говорите ничего, — предупредила она жреца. — Через пару часов будут бал и представления. Я очень надеюсь, что вы составите нам компанию. Это ведь просто замечательно! А сейчас вас проводят в покои, чтобы вы смогли приготовится, — словно только и доживаясь этих слов, откуда-то выплыли очень красивые девушки-японки и подхватив под руки радостных мужчин, направились с ними в глубь замка. Жрец же остался, несмотря на все просьбы стоящей возле него молодой японочки следовать за ней.

— Госпожа, — обратился он к странной девочке, напевающей что-то чуждое для мужчины.

— Да? — она остановилась и удивленно посмотрела на старика, словно только заметила, что он не ушел.

— Госпожа, вы даже не спросили, зачем мы пришли, — хмуро напомнил старец.

— А зачем? — непонимающе откликнулась незнакомка. — Здесь вас примут независимо от вашего намерения. Приятного отдыха.

Она ушла. А удивленный и не верящий в бескорыстие жрец остался стоять на ступенях, представляя себя все мыслимые и немыслимые платы за такое радушие. «Это демон» — зло подумал старик. — «А демонов следует уничтожать».

С этими мыслями японец решительно отправился к своим спутникам.

Ведь за наивность и добродушие всегда расплачиваются.

Праздник начался ближе к вечеру.

Циркачи, танцовщицы, музыканты, актеры — кого там только не было! Больше всего крестьян восхитил маленький мальчик, ловко продвигающийся по тоненькой веревочке. Вот только жрец на все прекрасное и удивительное вокруг презрительно выплевывал: «Дьявольщина». Постепенно, сидевшие вокруг крестьяне стали прислушиваться к едким и презрительным комментариям, время от времени исходившем от старика, и лица их становились более суровыми. Не обращая внимания на яркие огни и веселую музыку вокруг себя, пришлые все больше впадали в ненависть по отношению к благодушной и веселой хозяйке, легко танцующей между клоунов и комедиантов.

Ее радостный смех летел под самый потолок огромного зала, к звездам. Беззаботная и невинная девушка словно летала по воздуху, кружась и притягивая веселье к себе.

Внезапно она остановилась у самых ног гостей, с некой долей огорчения и обиды разглядывая их мрачные лица.

— Вам не нравится? — с отчаяньем спросила она. — Разве вам не весело?

Хозяйка замка с надеждой заглядывала в глаза гостей, ища подтверждение, что да, это все веселье — просто восхитительно, и что они не видели ничего более интересного и захватывающего, но…

— Наверное, вы устали, — и тихо ответила сама себе: — Да, устали. Но ничего, вас проводят в комнаты, где вы сможете отдохнуть!

Перед каждым из мужчин сразу же возникла прекрасная девушка, и мило попросила проследовать за ней.

А молодая хозяйка стояла и удивленно смотрела вслед людям, добровольно отказавшимся от веселья. Стояла и не понимала: как такое вообще может быть?

— Все собрались? — мрачно поинтересовался жрец, и когда утвердился, что все его подчиненные в сборе, злорадно усмехнулся и повел крестьян к покоям госпожи, место расположение которых еще так недавно с улыбкой указала одна из служанок, советовав, однако, не входить туда самостоятельно, ведь такое поведение было не принято среди существ замка.

— Вам не кажется, что уж слишком тихо вокруг, будто вымерли все разом, — промолвил вдруг заплетающимся голосом один из гостей.

— Демоны они все — до утра не проснутся, — хмуро поведал жрец, не сбавляя шага.

Покои хозяйка замка находились в самой высокой башне, но не очень далеко от комнат крестьян, поэтому шли они не долго. То ли эта девочка привыкла всем доверять, то ли она думала, что крестьян попросту не стоит бояться, но стражи нигде не было. Впрочем, как и других каких-либо живых существ. Тишина стояла такая, что казалось, буд-то было слышно даже биение идущих рядом людей. Ведь ничто, кроме пришлых во всем замке не издало и шороха.

Так и не увидев никого, крестьяне беспрепятственно прошли сквозь двери апартаментов девушки и застыли на месте. Там, где по идеи должна была находиться кровать — стоял прозрачный гроб.

Девушка, закутанная в тонкие белые шелка, возлежала на мягких подушках и совершенно не подавала никаких признаков жизни.

— Демон! — с отвращением воскликнул жрец.

Ошарашенные увиденным крестьяне мгновенно очнулись и нерешительно, робко подошли к лежащей.

— Но это же лед! — вскрикнул один из них.

И правда, гроб, сделанный казалось из стекла или хрусталя, был воссоздан из чистейшего льда, который совершенно не таял и не жег холодом руки.

— Что будем делать, жрец?

Старик мрачно посмотрел на девочку, которая, он не сомневался, проснется утром в том же живом виде, которое с таком восторгом демонстрировала сегодня.

— Нужно окутать гроб цепями и скинуть в океан, — холодно произнес мужчина.

Ему повиновались.

Еще до рассвета солнца девушку отвезли далеко в океан и сбросили на глубину, где подводные течения совершенно не предсказуемо уносили ледяную тюрьму все дальше от берега.

С восходом солнца таинственный замок со всеми его жителями и богатствами растаял туманом и больше никогда не появлялся.

Я не знала почему они так со мной поступили. Что им не хватило? За что я так жестоко была наказана? Или это просто та самая черта людей, от которой страдают другие? А ведь я так и не узнала, как она называется. Конечно, немного обидно, когда на добро платят столь подло, но, наверное, я их прощаю.

И теперь, я, самая младшая в семье Демонов, простившая тех людей, должна покоиться на глубине, под толщей воды, пока другие из смертных существ не выпустят меня из ледяного плена. И никто не сможет найти меня кроме людей. Ибо как написано в Библии нашей семьи: Человеком наказанный, человеком же и освободимый. И я буду ждать моей свободы столько, сколько потребуется…

Охотское море, подводная лодка исследователей глубин. 21 век

Даниил

В путешествие с дедушкой по морскому дну решился отправиться почему-то только я. Другие же, скорее всего просто струсили! У мамы, видите ли, мигрень от воды начинается, хотя я совершенно не понимаю этой взаимосвязи. У отца — работа. У сестры — подготовка к школе.

Нет, я, конечно, не жалуюсь, но выходит, что только мы с дедом свободны в семье. Дед — потому что уже на пенсии и может спокойно посвятить своим любимым занятиям, а он всегда увлекался подводным миром, сколько угодно времени, благо наша семья в средствах не ограничена. Я же только в этом году окончил школу, и уже сдал вступительные экзамены в МГУ, куда меня благополучно приняли, и вот остаток лета маюсь в полном безделье, пытаясь хоть куда-то приткнуться.

Поездка с дедом к охотскому морю, стала как нельзя, кстати, чтобы я уж точно не взвыл от тоски.

И вот сейчас мне приходится спокойно рассматривать всяких там рыбок и улиток, стоя у иллюминатора, когда мой любимый дедушка со своим другом в воде ковыряются в каких-то водорослях.

Знаете, я никогда не мог его понять. Стефану, это имя моего деда, совсем недавно исполнилось шестьдесят лет, но он все никак не может отвыкнуть от поездок на природу. Сколько себя помню, мы с ним с моего малолетства то лазили в горы, то путешествовали по лесу, то, как сейчас, спускались под воду. Хотя во всем, конечно, есть и свои плюсы. Сейчас здоровью деда может позавидовать и тридцатилетний. Да и я, если быть четным, смотря на Стефана, точно решил не иметь вредных привычек, чтобы быть хотя бы в половину здоровым как он в старости.

Эх, куда-то меня не туда занесло, определенно.

Я с любопытством посмотрел в стекло, пытаясь отыскать в отражении что-то новое. И ведь время от времени, мне действительно это удается! Не редко у меня меняется цвет глаз, однако не сильно — с голубого на зеленый, может быть стальной или светло карий. Иногда — мелирование волос. Не удивляйтесь. Просто однажды, поддавшись веянием моды, я осветлил несколько своих прядок с черного до практически чисто белого. И с того времени, где-то раз в неделю или в месяц, никогда не мог понять, что на них влияет, эти локоны меняют цвет совершенно неожиданным образом, и не столь незаметным как глаза. Был случай, я помню, их цвет был ярко-розовый, подобный жевательной резинке.

Все остальное во мне, если не считать слишком хищного разреза глаз, было совершенно обычным. Смуглая кожа и немного резкие черты лица — не были какой-то особенностью в нашей стране, а гибкое и выносливое, хоть и немного худощавое, тело, скорее было приобретено посредством тренировок и тех же походов с дедом, чем какой какой-то необычностью.

Хм, я даже знаю, о чем вы подумали. Нет, я обычный человек и ни к каким другим расам ни имею никакого отношения. Ха! А то я не ведаю, сколько подобных случаев было описано в этих книгах жанра фэнтази, которыми так зачитывается моя сестра!

Хотя немного мистики в моей жизни все же присутствует. Дело в том, что при рождении меня… прокляли. Да и проклятие было на удивление странным и кроме смены окраски, что я считаю скорее побочным эффектом, у меня появилась странная способность влипать во все возможные передряги и выпутываться из них непременно довольным жизнью. Словно Фортуна для меня постоянно вертится вокруг своей оси, то бросая на произвол судьбы, то вытаскивая из кошмара в самый неожиданный момент.

Из мыслей меня вывела рация, а точнее, голос деда:

— Опусти трос. Мы, кажется, что-то нашли, — странно, мне показалось, или он непонятно чем возбужден?

Осторожно интересуюсь:

— А что именно вы нашли?

— Не знаю! Но это похоже на ящик! Наверное, здесь что-то очень ценное!

— Ладно, — вздохнул я, понимая, что Стефана уже не переубедить. — Опускаю.

Я нажал на панели кнопку, отвечающую за данное действие, а когда дед подал сигнал, втянул их всех в отсек, одновременно откачивая там воду и подавая воздух.

Потом, не выдержав все же накала любопытства, из-за которого я в основном и попадаю в разные не хорошие ситуации, помчался к деду, узнавать, что они такого отыскали.

— И что это такое? — ошарашено вопросил я, осматривая железный ящик, полностью окутанный цепями с замками, напоминающие мне почему-то амбарные.

— Не знаю, — восторженно отозвался Стефан. — Костя, что скажешь?

Друг деда, все это время осматривающий странный предмет, поднял на нас восхищенно блестящий глаза.

— Истинно не ведаю, но точно могу вам сказать, что этот ящик сделан где-то в 13–14 веке в Японии. Видите, эти надписи? Это именно того времени. Могу предположить, что предмет принесло сюда несколькими сильными подводными течениями, в Японии делали довольно легкое железо, хотя и прочное.

— А что там написано? — аж подпрыгнул от восхищения дед.

Я столь восторженно настроен не был, прекрасно понимая, что груды золота в океан выкидывать бы не стали.

— Написано? Сейчас посмотрим, — он достал из недр своего акваланга очки и наклонился в надписи: — «Да не будет свет введен в смятение тьмою, да не будет тьма ходит под ликом света».

— Аминь, — не выдержав, фыркнул я, тут же заслужив мрачные взгляды взрослых.

— Похоже на египетские похоронные надписи, когда запечатывали проклятых и демонов, — пробормотал Константин.

— То есть вы считаете, что внутри нас ожидает миленькая мумия? — скептически вопросил я. — Тогда не легче ли просто скинуть этот шкафчик обратно в воду?

— Не обязательно, — покачал головой дед. — Может быть, там и погребальные приспособления, и запрещенные письмена и много еще чего! Так что неси-ка ты сварку, друг мой сердечный!

Я, уныло вздохнув, потащился за выше означенным предметом. Мда…

Да не здесь! — зарычал дед. — Не видишь, что ли, вот эту цепочку разрежешь, а там можно и распутать. Видишь, стенки тут вообще только на цепи крепятся, видимо очень торопились, что не закрыли здесь все нормально.

— И на том спасибо, — тихо проворчал я, берясь за указанную Стефаном цепь.

Минут через десять, мы ее наконец-то размотали эту тяжелую цепь, отчего, державшиеся до этого куски железа отпали, показывая на свет что-то белое. Чуть поднатужившись, я откинул верхний слой железки и тут же удивился пораженным вздохам старших.

Рассеянный такой реакцией я повернулся к тому, что открылось взору моего деда и застыл… потому что там, на полу, в стеклянном гробу лежала девушка.

На ее темных длинных ресницах слезами застыл иней, руки ее были сложены на груди, накрест, окутывающая ее ткань только подчеркивала бледность лица и удивительное сочетание рыжины в волосах.

— Гроб изо льда! — тихо воскликнул Стефан.

Я недоверчиво приложил руку к прозрачному материалу, удостоверяясь в правде деда, когда лед под моими пальцами хрустнул и начал распадаться на мелкие осколки.