Читаем Мир без страха онлайн бесплатно

Справка: Венкория — государство в Северной Америке. Население — около 20 миллионов чел. Преимущественно белое. Государственной религии нет, традиционно население исповедует католичество и баптизм.

"Репортаж Вашего корреспондента начну, пожалуй, прямо из аэропорта. Вы спросите — почему репортер парижского еженедельника летит в Америку через Москву? Дело в том, что большинство авиакомпаний мира после всем известных деклараций Правительства и Народа Венкории отменили рейсы в эту страну. С тех пор добраться туда из Европы почти невозможно. Поначалу я собирался перелететь в США, чтобы сделать там пересадку на столицу Венкории — Таласу. Однако знающие люди мне объяснили, что этак я себе задачу не облегчу — ибо и из США в Венкорию почти нет рейсов, да и те, что есть, того и гляди отменят!

Я поговорил с представителями «Бритиш Эйрвейз», пообщался с «Дельтой» — везде мне один ответ: «Венкория? Таласа? Фи! Мы не летаем туда, где нам не дают возможность в полной мере обеспечивать безопасность наших дорогих авиапассажиров!» Я понимаю — безопасность превыше всего!

Милая девушка у стойки «Бритиш Эйрвейз» даже оставила свою фирменную холодную вежливость и спросила: «А зачем Вам нужно в Таласу? Неужели Вы — самоубийца?» Я ответил, что я корреспондент, и помахал девушке рукой.

Впрочем, как Вы прекрасно понимаете, это было лишь мое ни на чем не основанное предположение, будто мой собеседник — девушка. Девушкой была нарисованная картинка на мониторе, с которой я, собственно, и общался. Вот уже 3 месяца, как компания «БритЭйр» под давлением Евросоюза одной из последних приняла решение полностью скрыть от пассажиров лица и любые личные данные любых сотрудников авиакомпании. Теперь с нами общаются телемониторы, у всех одинаковые металлические голоса (говорят, операторы вводят текст ответов с клавиатуры, но точно этого никто не знает).

Немудрено — ведь иначе террористы могут войти в контакт с сотрудником авиакомпании, а через него каким-то образом добраться и до святая святых — самолета!

Так что — кто знает; возможно, со мной разговаривал не в меру любопытный почтенный старец. Или, наоборот, юноша…

Я лечу в Венкорию, дорогие мои читатели, ради Вас! Не скажу, что я так уж рад этому поручению. Откровенно говоря, мы у себя в редакции тянули жребий — кто полетит… Выпало мне. Вот такой я «везунчик». Точнее сказать, сначала выпало нашему старшему лит. обозревателю месье Фернелю — но он тут же подал заявление об уходе. И вот уже во второй раз короткая спичка оказалась у меня.

Мне увольняться совсем не с руки. Я решил — рискну! Жена, правда, меня не поняла: назвала безответственным размазней и заявила, что не станет жить с человеком, которому не дорога собственная жизнь. Мол — если жизнь не дорога, то, значит, семья и подавно не дорога.

Так что билеты я искал уже, можно сказать, в ранге разведенного «члена общества». Надеюсь, редакция хотя бы оценит мою потерю дополнительной премией…

Шучу.

Итак, в Венкорию я лечу из Парижа через Москву. В «Орли» я прибыл, как обычно, за 8 часов до отлета. Чуть не опоздал, откровенно говоря. На дорогах к привычным блокпостам каждые 10 км добавили еще и передвижные. Хорошо, я догадался выехать, имея в запасе час!

В Орли всё, как обычно. Люди в непрозрачных шлемах, разговаривающие специально измененными голосами, разделили нас на три потока — женский, мужской и детский. Некоторые пары так трогательно прощались, как будто расстаются навеки. Дети плакали — ну, как же без этого…

Меня после того, как перетряхнули все вещи, допрашивали в спецкомнате часа три — уговаривая принять снотворный укол. Я отказывался, как мог — знал, что у меня после такого «сна» весь день жутко болит голова.

Устав уговаривать, мне объявили, что, поскольку я включен в группу «особо подозрительных», авиакомпания просто откажет мне в рейсе. Я вскинулся — с чего вдруг я «особо подозрительный»? Оказывается, им такие данные предоставило Министерство Безопасности. Якобы из телефонной прослушки они установили, что от меня только что ушла жена, и потому на меня автоматически повесили ярлык «потенциальный самоубийца»! Идиоты, крючкотворы проклятые, формалисты!

И главное, я точно помнил, что ни с кем по телефону свой развод не обсуждал. Остается одно — жена сама донесла, сразу после ссоры! Много она о себе понимает…

Короче, я понял, что без укола не видать мне Москвы и, следовательно, Таласы как своих ушей.

В специальной комнате мне (как и всем пассажирам) пришлось раздеться догола, после чего меня сначала обнюхала устрашающего вида собака, а затем брезгливо улыбающийся доктор сделал мне рентген, а также осмотрел все отверстия в моем теле. После этого мне выдали странного вида балахон с эмблемой «ЭйрФранс», и под конвоем двух дюжих охранников, похожих в своих шлемах на роботов, провезли на борт, в отведенный мне отсек.

— Хоть бы белье оставили, уроды! — пробормотал я вполголоса, стоя босиком на полу спецперевозчика. Хорошо, хоть ногти на ногах вчера постриг: длинные и острые ногти уже год как признаны оружием, и с ними на рейс лучше даже не соваться — ссадят без разговоров. Погрузка пассажиров осуществлялась по одному, чтобы избежать возможности массового захвата самолета — во многом из-за этого посадка и занимает столько времени.

В отсеке меня приковали наручниками к ручкам кресла, и тут же один из охранников ловко всадил иглу мне в руку. Беспамятство наступило быстро, так что ни полета, ни даже взлета я не запомнил.

В Москве мужской и женский накопители оказались разделены одной тонкой перегородкой, вся одежда была свалена в кучу. И я заметил, что многие пассажиры не спешили одеваться, а стоят, припав глазом к дыркам в стене. У меня жутко раскалывалась башка, но я вспомнил свой репортерский долг и подошел к одному из «подглядывающих».

— Что интересного, старина? — спросил я.

— Ах, какая девочка! Слюнки текут! — мой почти облысевший собеседник с блуждающей улыбкой оторвался от дырки.

— На, хотите посмотреть? — щедро предложил он.

— А что там?

— Женское! Как раз переодеваются! Я специально в Москву летаю в командировку — все ради такого зрелища. Вы только посмотрите, какие ножки! А попка!

Я отошел от восторженного шалуна и принялся тупо рыться в свертках с одеждой, на каждом из которых стоял штамп СБ «ЭйрФранс». Во рту было сухо, голова трещала после чертова укола, и впереди еще предстояла полная процедура опознания на русской границе совместно с Интерполом. Опять дактилоскопирование, сканирование сетчатки глаза, детектор лжи, рентген… Часа четыре, и все это время — никаких жидкостей! Да я повешусь. Какие уж тут голые бабы…

Но хорошо всё, что хорошо кончается. Всего через каких-то полсуток «Боинг», взлетевший из Москвы, взял курс на Аталантику. Я веду свой репортаж из особого «Боинга», дорогие читатели! Говорят, такие теперь сохранились только на этом направлении: Москва — Таласа — Москва. В отличие от современных суперлайнеров, этот внутри НЕ разделен на отсеки по числу пассажиров, запираемых на весь срок полета, с дыркой в полу для отправления «естественных надобностей».

Нет! Вы удивитесь, но здесь — ряды кресел, довольно удобных. Если бы не наручники, приковывающие к креслу, то — не поверите! — можно было бы встать и даже пройти по салону. Причем, как мне рассказал сосед, перед вхождением в воздушное пространство Венкории так и будет: стюардесса пройдет по рядам и сама отомкнет наручники у всех пассажиров. Более того — она даже снимет свой непрозрачный шлем!

Поистине, чудеса! Все эти странности объясняются, по словам того же соседа, ультимативными требованиями Правительства Венкории. Они, в соответствии со своей пресловутой «Доктриной Бесстрашия», заявили, что не потерпят, если туристы и их собственные граждане будут прилетать и покидать их страну, «как скот». Да-да, «как скот» — это прямая цитата из Заявления МИД Венкории.

Конечно, большинство авиакомпаний мира гневно отвергли наглые требования Венкории и просто отменили свои рейсы туда. Одни русские подумали — и согласились. Ну известно — с тех пор, как нефть подешевела, они любому заработку рады…

Почти всю дорогу за окном маячили силуэты боевых самолетов. Сначала были русские, потом английские, потом — звездно-полосатые. Кстати, оказалось, что «из соображений безопасности» наш полет продлится на 3 часа дольше чем мог бы: поскольку считается, что террористы могут захватить столь слабо охраняемый лайнер в любой момент, его пускают по возможности по максимально удаленному от всех густонаселенных территорий маршруту. Мы пролетим на Север, над Гренландией, а потом пойдем над океаном — вплоть до Венкории.

И истребители рядом — не просто так. У них приказ — в случае отклонения лайнера от предписанного маршрута хоть на 5 градусов — сбивать немедленно!

Я осматриваю пассажиров: их немного — наверно, не больше трети вместимости самолета. Много бородатых мужчин, есть даже двое — в восточной одежде. Тоже экзотика! Известно, что уже лет пять ни бородачей, ни, тем более, лиц в восточной одежде ни на какие рейсы вообще не пускают! Их и из поездов высаживают. Бородатому мужчине ни в одной европейской столице вообще шагу не дадут ступить. Я как-то раз попробовал, на спор… Даже билет в кино сумел купить. Так из-за меня и сеанс отменили, и весь кинотеатр эвакуировали! Как я тогда не загремел «на высылку» — до сих пор удивляюсь. Моему приятелю Пьеру не повезло — вмиг лишили гражданства и выслали в Бейрут, плевать, что француз в 15-м колене! Да-а, теперь у нас строго.

Но ведь и количество взорванных самолетов идет на убыль, не правда ли? Медленно, но идет! В этом году — на 15 % меньше, чем в прошлом!

И вот, друзья, я, Ваш корреспондент Жак Корнель, еженедельник «Пари Суар» — в этом самом странном и интригующем месте на Земле. Я в Венкории, дорогие друзья! В той самой, печально прославленной «земле самоубийц»!

Информации из Венкории в последнее время поступает мало. Да это и неудивительно — хотя бы потому, что сюда, как мы с вами уже убедились, не доберешься. А жаль, наверно: страна большая, с древней историей.

Неожиданности начались практически сразу после прилета. Нас действительно «отцепили» от кресел минут за 20 до посадки. Стюардесса «открыла личико» — и оказалась стройным мужчиной лет 35, с массивной шеей и серьгой в ухе. Дай бог, чтобы я не всегда так обманывался…

По прилету самолет вовсе не был оцеплен, его не встречали, как в любом другом аэропорту, рвущиеся с поводков овчарки. Ничего подобного! Нам подали трап, вывели всех вместе (!), и так же всех вместе любезно попросили сесть в какой-то автомобильчик веселой желтой окраски.

Я бы готов потратить как минимум полсуток на проверку документов, идентификацию личности и тому подобное. Каково ж было мое удивление, дорогие читатели, когда веселый юноша в пятнистой камуфляжной форме (видимо, пограничник), взял мой паспорт, весело «шлепнул» туда какую-то печать — и сказал: «Добро пожаловать в Венкорию!», на чистом английском!

У его стойки не было даже турникета! Я не говорю уж о спецкамерах, способных уловить и изолировать все известные нервно-паралитические газы и яды. Мой багаж никто не проверил на радиоактивность. Усатый таможенник, едва взглянув на мой скромный баул, махнул рукой — проходите!

Вот это да! Я остановился понаблюдать — но даже бородатые мужчины не вызвали у местных сил правопорядка никакой настороженности. Им также весело, без всякого досмотра шлепнули визы в паспорта — и привет. То есть — Welcome!

Так я, Ваш покорный слуга, оказался в Стране Самоубийц.

По мере того, как я на пойманном в аэропорту такси приближался к центру Таласы, мое удивление нарастало. На дорогах почти не было видно полицейских. У меня ни разу за 50 минут пути не проверили документы. Я нарочно отпустил такси, не доезжая до гостиницы — чтобы чуть-чуть пройтись по Центру города.

Нарядные толпы веселых горожан, огни, музыка. Я купил местную газету и всю прочитал — благо, местный язык — английский, который я хорошо знаю. С еще большим удивлением я прочитал на 5 полосе, в разделе «Происшествия», что буквально вчера в соседнем, втором по величине городе страны, случился крупный теракт: взорван кинотеатр во время вечернего сеанса, погибло 156 человек, еще 200 получили ранения… Такое и у нас случается минимум раз 5 в год — но поражает равнодушие неизвестного мне корреспондента. Скупая информация, минимум эмоций.

У нас после такого был бы объявлен комендантский час, скорее всего, в столицу в помощь полиции ввели бы войска… Ведь террористы все еще не пойманы! А если они сейчас что-нибудь взорвут?

Я с ужасом огляделся по сторонам. Ничего — полная беспечность! Какая-то девушка, пробегая мимо, вдруг мне подмигнула и вдруг спросила с очаровательным акцентом:

— Вы, наверно, приезжий?

— Да, я журналист, — ответил я. — А как вы догадались?

— О! — ответила она, смеясь. — У вас такой обалделый вид! У всех приезжих такой. Поначалу. Что читаете?

— Да вот, теракт…

— А, вчерашний в Чирико? Это в 100 км отсюда. Бывали в Чирико?

— Нет.

— Поезжайте, чудесное местечко! Когда поедете, можете меня с собой захватить! У меня там родственники, а я там уж сто лет не была!

— А-а… Извините… А вот в этом теракте… Они не пострадали… Простите за бестактный вопрос — я журналист…

Девушка на секунду посерьезнела.

— Не надо, не извиняйтесь. Надеюсь, что нет. Но если и да — что ж делать? Это ж не повод, чтоб нам с вами не съездить в Чирико?!

Я опешил и еще что-то промямлил, но тут девушку позвали, и она убежала.

В гостинице оказался установлен такой же свободный режим передвижения, как и в самом городе. Поселили меня только по паспорту, очень быстро.

А уже на следующий день меня согласился принять Премьер-Министр.