Читаем Месть Маргариты (СИ) онлайн бесплатно

Пробуждение

 ...кто-то звал меня...чей-то отчаянный крик пытался ворваться в мое сознание... но он был таким глухим и далеким... невозможно ничего разобрать...

 ...кажется, это важно... во мне зародилось чувство тревоги, и я подалась навстречу этому зову... я открыла свой разум и миллионы голосов и эмоций накатили на меня, как гигантская волна... их было слишком много... они разрывали на части...

 ...я оттолкнула их от себя, и камнем рухнула вниз...

 ...со мной что-то происходило... я не чувствовала своего тела... я попыталась сделать вдох, но это естественное движение мне никак не удавалось... было нечем дышать...

 Наконец, я почувствовала свое тело, как огромный комок боли, ломающей меня на куски.

 Что со мной?

 Я с трудом распахнула глаза, и первое что увидела, это чьи-то тонкие кости рук, обтянутые коричневой тканью. Нет, не тканью, а ссохшейся кожей - уродливые и кривые фаланги пальцев с длинными ногтями впивались в серую каменную плиту... и это были мои руки.

 Память вернулась ко мне яркой вспышкой, и все встало на свои места. Я лежала в каменном гробу, который охранял мой долголетний сон. Я - вампирша, и очень голодная вампирша... Голод заклокотал во мне, набирая силу, выталкивая все другие чувства и не позволяя мне трезво соображать. Физическая боль сменилась другой, невыносимой болью голода. Мысленно я стала звать на помощь, сама не понимая, кого именно, я просто звала, я кричала о помощи! Голод заполнил меня всю без остатка, безжалостно пожирая изнутри.

 "Кровь!" - это единственное, о чем я думала. Одно воспоминание о ней, бегущей горячим потоком по моему горлу, вызвало новый приступ боли - все кости свело, и из груди вырвался глухой стон. В панике я начала биться о плиту, которая трескалась и ломалась от ударов, крошкой осыпаясь вниз. Мои кривые пальцы раздвигали куски камня, разгребая путь наружу. Я расталкивала землю, как крот, карабкаясь наверх, изо всех сил упираясь руками, ногами и головой. Ко мне прилипала мокрая земля, но это было совершенно не важно. Я думала только о свежей человеческой крови...

 Наконец, я вытянула руку вверх и почувствовала пустоту. И тут же, что-то схватило меня за нее и стало вытягивать из земли. Я вдохнула свежий воздух, который заполнил застоявшиеся легкие, разрывая их болью и заставляя вновь работать. И вместе с ним ноздри защекотал острый запах крови. Ничего не разбирая, я вцепилась во что-то зубами, во что-то теплое и мягкое, и в рот потекла кровь, обжигая сухое горло - такая теплая, такая вкусная и желанная; и ощущение блаженства стало разливаться внутри вместе с этим восхитительным напитком. Я стала жевать плоть и жадно высасывать кровь, будто боясь пропустить каждую каплю, а голод все продолжал терзать. Он никогда не знал меры. Кровь - наш источник жизни и силы, и мое тело наполнялось ими, как пустой сосуд наполняется водой. Я чувствовала, как кости болезненно обрастают плотью, а в голове вспыхивали образы, соединяясь в целую картинку прошлого...

 Постепенно ко мне пришло ощущение реальности. Юлиан прижимал меня к себе, обнимая свободной рукой, потому что другая его рука была у меня в зубах. Я жевала его, и он мне это позволял. Он услышал меня и пришел. Мой отец, мой возлюбленный.

 Юлиан был моим создателем, он подарил мне другую жизнь, в которой были и свои плюсы, и свои минусы. Перерожденный человек, ставший вампиром, обретает новую семью. Только у нас семья означает нечто другое, нежели у людей. У нас отцом или матерью называют того, кто подарил тебе бессмертие, а дочерьми и сыновьями тех, кому подарил его ты.

 Начиная соображать, я ослабила хватку. Мне стало стыдно за свое дикое поведение. Голод притупил все чувства, оставив лишь себя, и я грубо разодрала Юлиану руку - кусочки кожи и мяса перемешались в одну массу на месте укуса. Хоть ему было и больно, он все терпел. Ради меня.

 Я стала слизывать сладкую кровь с раны, которая заживала на глазах. Юлиан погладил меня по голове, затем по лицу, убирая измазанные в земле, слипшиеся волосы. Но, не смотря на его нежность и заботу, я чувствовала отвращение к себе за свой вид живого, высохшего трупа. Мне, вдруг, захотелось спрятаться от Юлиана, чтобы он не видел мое тело в таком виде. Я попыталась отползти, но его крепкие руки вернули в теплые объятья.

 - Все хорошо, любовь моя, тебе нечего стыдится, - сказал Юлиан. - Я так рад, что ты проснулась.

 Он обнимал меня так бережно, будто в его руках была фарфоровая кукла. Я чувствовала безграничную любовь, нежность, и переполняющее его возбуждение и радость.

 - Марго, как ты только могла так поступить со мной? - прошептал он мне на ухо.

 Да, я поступила... не красиво. Я никого не предупредила, что собираюсь заснуть на несколько долгих лет. Я просто сбежала, как последняя трусиха.

 И мне нечего было сказать в свое оправдание.

 Мы сидели на кладбище, на мокрой земле, рядом с моей развороченной могилой. Ночь только началась. Не так давно закончился дождь, пахло свежестью, и было так приятно снова дышать. Тело постепенно крепло, приобретая формы. Кровь Юлиана очень быстро восстанавливала его. Только ненасытный голод еще мучил, но, хотя бы, я уже могла его контролировать.

 Я оглядела себя с ног до головы: в лохмотьях, почти обнаженная и вся в грязи, но уже больше не похожая на труп. Но чтобы стать прежней Марго, мне нужна была еще кровь - теплая человеческая кровь.

 - Долго я спала?

 - Тридцать восемь лет и три месяца, - Юлиан прижал меня сильнее к своей груди, зарывшись в волосы, и ему было наплевать, что они все в земле. - Мне тебя очень не хватало.

 Похоже, он считал каждый день моего отсутствия, и как же согревала меня его любовь...

 Неожиданно, я почувствовала поблизости Леонида. Он спустился с небес, словно белокурый ангел. Прекрасный и сияющий, мой Лео, мое создание, и полная противоположность Юлиана.

 Увидев нас, Лео замер в нерешительности. За спиной закрутились вихри ревности, покалывая спину сотнями иголок.

 - Что ты здесь делаешь, Леонид? - грозно спросил Юлиан, не выпуская меня из объятий.

 - Я тоже слышал ее.

 Лео беспокойно оглядел меня, пытаясь понять - все ли со мной в порядке. Ему очень хотелось прикоснуться ко мне, я чувствовала это, но он не решался. Он только опустился перед нами на колени, вставая в грязь белыми брюками, снял с себя серое тонкое пальто и накинул его мне на плечи, бесцеремонно отстранив Юлиана. Отец не стал сопротивляться, и лишь помог одеться, снова прижав к себе. Лео достал из кармана брюк белый платок и аккуратно стал стирать грязь с моего лица.

 Их забота ласкала мою проклятую душу. Они снова вместе со мной, две половинки моего сердца. И они снова разрывают меня на части, стоило мне только проснуться. Прошлое вернулось вместе с моим пробуждением. Между нами троими ничего не изменилось за эти годы. А разве могла я рассчитывать на что-то другое?

 Лео робко взял мою руку и прижал кончики пальцев к своим губам. Заглянув в его голубые глаза, я увидела в них любовь, они светились счастьем.

 "Неужели ты проснулась. Марго, любимая, я мечтал об этом каждую ночь, - прозвучал его голос в моей голове. - Почему ты оставила меня?"

 В его словах читался упрек. Лео молод и горяч, он был таким перед смертью, и остался таким после нее.

 Я улыбнулась ему:

 "Мы поговорим об этом, позже"

 "Не оставляй меня больше, молю тебя. Я не вынесу этого снова"

 Его эмоции били через край. Синее пламя в глазах разгоралось все сильнее. Он жаждал оказаться со мной наедине так же, как и Юлиан. И находясь в эпицентре их ревности, мне стало трудно дышать. Я нуждалась в них обоих, но тяжелый груз прежних лет снова сдавил плечи. Как и раньше, я не могла выбирать между отцом и сыном. Только эти двое никак не могли этого понять.

 Они сверлили друг друга глазами, надеясь, что кто-то отступит сам. Какие мысли при этом эти двое друг другу посылали, я не знала, но еще немного, и они будут биться за право провести эту ночь со мной. Пожалуй, стоило решить все по-своему.

 - Помоги мне встать, - попросила я Лео, вцепившись в него руками.

 Физически я чувствовала себя еще не важно, мое тело слишком... залежалось. И только сила голода помогла выбраться из гроба. Лео поднялся и осторожно потянул меня за собой, помогая встать на ноги. Ощутив под ногами твердую почву, я повернулась к Юлиану. Вся его одежда была испачкана в земле, как и белоснежное лицо, и темные волосы. Он выглядел несколько высохшим из-за сильной потери крови. Прекрасные карие глаза потемнели и сейчас переливались черным металлом. Я погладила Юлиана по щеке, и он повернул голову навстречу моей руке, ткнувшись в нее носом.

 - Я всегда любила, и буду любить вас обоих, - сказала я им, переводя взгляд на Лео. Два вампира застыли в ожидании, посылая друг другу ревностные взгляды. - Я благодарна вам, что вы откликнулись на мой зов, но сейчас... мне лучше уйти. - Мои мужчины бросили на меня настороженные взгляды. - Я хочу поохотиться... в одиночку.

 Лео взял меня за руку и крепко сжал ее.

 - Прежде чем ты начнешь охотиться, нам необходимо поговорить, - отцовским тоном произнес Юлиан. - В нашем мире многое изменилось.

 - Я бы тоже мог ей все объяснить, - вмешался Лео.

 - Полагаю, что это привилегия отца, - ответил Юлиан, криво улыбнувшись ему.

 - Ты был первым, кто оказался с Марго рядом, когда она проснулась. И она пила твою кровь. Мы договорились, что будем иметь равные права на ее внимание, пока она не выберет кого-то из нас. Так почему же ты нарушаешь наш договор?

 У меня словно было дежа-вю - опять споры, опять ревность, опять выяснения отношений, и опять я стою перед выбором, у которого нет решения. Будто и не засыпала.

 Мы договорились, что я буду уделять внимания одному столько же, сколько и другому. Так длилось несколько десятков лет, а потом... потом мне захотелось отдохнуть - я не выдержала неспокойной жизни и впала в спячку. Вот и сейчас они разрывали меня пополам. Я засыпала в надежде, что все мои мучения кончатся, что со временем все решиться само собой. Трусливо и эгоистично, но выбирать я не могла. От осознания собственной глупости стало горько. Время для нас ничто. Вампиры умеют ждать. И не удивительно, что их любовь оказалась сильнее времени, так же, как и моя к ним.

 - Мне нужно побыть одной, и я голодна.

 Заметив, наконец, мое состояние, они стали понемногу успокаиваться, смерившись с этим желанием.

 - Хорошо, - согласился Юлиан, - можешь идти охотиться. Но прежде, тебе необходимо кое-что узнать. - Его серьезный тон насторожил меня. - Люди знают о нас, - добавил Юлиан.

 Мне показалась, что я ослышалась:

 - Что?

 - Теперь мы живем вместе с людьми и строим с ними отношения, - пояснил Лео.

 - Что за глупая шутка? - улыбнулась я им, не веря, что они могут подшучивать надо мной в такой момент.

 Оба промолчали, и по их серьезным лицам я поняла, что это правда. Улыбка слезла с моего лица.

 - Этого не может быть... - Такое не укладывалось у меня в голове... - Люди ниже нас, они наша пища. И как же они прощают нам смерть своих близких? - Я удивленно смотрела на них, нетерпеливо ожидая хоть какие-то ответы.

 - Нам не обязательно убивать людей, чтобы жить, - пояснил Юлиан.

 - Да, но услышать последний стук сердца это самый восхитительный момент. Голод и соблазн иногда настолько велики, что не возможно сопротивляться им. Разве не так?

 - Теперь все иначе. Мы стали заботиться о людях. Я объясню тебе это, позднее.

 Мне, вдруг, резко захотелось сесть. Если все так, как говорит Юлиан, то я проснулась в совершенно незнакомом мне мире. Вампиры молча стояли, ожидая, пока я переварю эту ужасную новость.

 Обняв себя руками, я попыталась представить - каково это, жить с людьми, которые знают кто ты... Вампиры столетиями скрывались в тени. О нас знали единицы, которые, в большинстве своем, имели наглость охотиться на нас или просто наблюдать. У меня было столько вопросов, но я решила отложить их на потом, когда буду готова.

 - Так как же мне теперь питаться? - только спросила я у Юлиана.

 - Просто попытайся никого не убить.

 - Это требует большого контроля.

 - Ты это можешь, любовь моя, - сказал Юлиан. - И еще одно: не охоться в городе.

 Кладбище находилось на окраине Москвы, города, в котором я прожила несколько лет, прежде чем заснула.

 - Почему?

 - Потому что каждый вампир имеет свою территорию, где он может питаться. В остальных местах запрещено, - Юлиан грустно улыбнулся. - Ты могла бы питаться на моей территории, если бы пошла со мной.

 Лео метнул на Юлиана сердитый взгляд. А я растерянно хлопала глазами, не понимая, о чем мне говорит Юлиан:

 - Территорию? Какую еще территорию? И много сюрпризов меня еще ждет?

 - Много. Ты проспала большие перемены. Я понимаю, как для тебя это тяжело осознавать. Раньше все было совсем по-другому. - Юлиан подошел ко мне, обнял за талию, и нежно поцеловал в лоб. - Иди на охоту и будь аккуратна. "Приходи ко мне, когда насытишься, и мы поговорим"

 Последние слова Юлиана прозвучали только у меня в голове. Лео остался стоять в стороне и смотрел так, будто снова терял меня. Так хотелось его утешить, по-настоящему и навсегда. Я высвободилась из рук Юлиана, подошла к Лео и обняла, дав ему кусочек того, чего он так жаждал, и по чему так сильно соскучилась я сама. Лео вздрогнул и прижал меня к себе так, будто мы должны были снова надолго расстаться. А вокруг него, еле уловимым запахом, витала какая-то тревога. Что-то помимо нас троих. И почему-то я была уверена в том, что причина этой тревоги мне не понравится.

  Первая жертва

 Я попрощалась со своими мужчинами и пошла в сторону леса, ощущая на спине их тяжелые взгляды. Пальто было великовато, но это лучше чем ходить голой. К тому же, оно хранило запах Лео. Я с удовольствием завернулась в него и туго затянула пояс.

 Еще не зная, где буду искать свою жертву, я решила пройти через лес, а потом подойти ближе к городу. В воздухе висела прохладная свежесть, а под ногами шуршали опавшие листья - был самый разгар осени.

 Я шла мимо сосен и берез, хрупкие ветки кололи босые ноги, и мне это нравилось. Я чувствую, а значит - я снова живу. Все ощущения опьяняли, а счастье настолько переполняло, что было готово перелиться через край. Я и не помнила, когда последний раз испытывала такой восторг. Моя душа пела и ликовала, радуясь своему возрождению. И я закружилась между деревьями в танце под ее радостную песню, которая была слышна лишь мне одной. Я радовалась каждому своему вдоху, каждому удару сердца, каждому ощущению, наполненному новыми красками. И казалось, что ничего лучше этого момента в жизни не было.