Читаем Мэрилин Монро онлайн бесплатно
Мэрилин Монро
История жизни Мэрилин Монро – убедительная иллюстрация народной мудрости «не родись красивой». Этой женщине действительно пришлось хлебнуть всякого. Были в ее судьбе и несчастливое детство, и неудачные браки, и разочарование в любви. Но были и взлеты – необыкновенные, стремительные, поражающие воображение. Мэрилин очень точно распознала свой главный талант – дар женственности. И воспользовалась этим знанием, чтобы добиться поставленной еще в детстве цели стать знаменитой и состоятельной.
Серия: Секрет успеха
Документальная литература / Биографии и МемуарыИстория жизни Мэрилин Монро – убедительная иллюстрация народной мудрости «не родись красивой…». Этой женщине действительно пришлось хлебнуть всякого. Были в её судьбе и несчастливое детство, и неудачные браки, и разочарование в любви. Но были и взлёты – необыкновенные, стремительные, поражающие воображение.
Мэрилин очень точно распознала свой главный талант – дар женственности. И воспользовалась этим знанием, чтобы добиться поставленной ещё в детстве цели – стать знаменитой и состоятельной.
Монро не блистала ни в качестве драматической актрисы, ни в качестве певицы. Но вместе с тем фильмы с её участием вошли в сокровищницу мирового кинематографа. Случай уникальный: основное достоинство этих картин – участие (чаще всего на вторых ролях!) Мэрилин Монро. Остальное уже несущественно.
С кем ещё так было? Кто из звёзд XX столетия, не обладая выдающимся голосом, становился вровень с самыми яркими вокалистами современности? Кого публика встречала восторженным рёвом после явно провального фильма? Кто, наконец, воспринимался миллионами людей как эталон женской красоты и при этом обладал вовсе не идеальными формами?
Мэрилин удалось реализовать все свои мечты, кроме одной. Она стала знаменитой, богатой, успешной, но так и не нашла своего счастья…
Может, она ставила перед собой не те цели? Но тогда это была бы… не Мэрилин.
Самая известная красавица XX столетия Норма Джин Мортенсон, она же Норма Бейкер, она же впоследствии Мэрилин Монро, появилась на свет 1 июня 1926 года в Лос-Анджелесе, в США. Своё имя девочка получила по прихоти матушки Глэдис Бейкер в честь популярной голливудской актрисы Нормы Толмэдж.
Отцом Нормы был, скорее всего, Мартин Мортенсон, который сбежал от Глэдис за два месяца до рождения дочери. «Скорее всего» – потому что Глэдис Бейкер точно не знала, является ли Мартин отцом её дочери, поскольку претендент был… не один. Но новорождённую дочь записала всё-таки на Мортенсона. А когда пришла пора крестить ребёнка, дала дочери свою фамилию – Бейкер.
О происхождении псевдонима Нормы поговорим отдельно, а пока заметим, что Монро – фамилия бабушки Нормы, матери Глэдис. И сама Глэдис по документам была Глэдис Монро Бейкер…
Счастье матери было недолгим. Женщина выпивающая, не особенно обременённая моральными принципами, Глэдис, в то время работница монтажного цеха одной из голливудских киностудий, отдала ребёнка на воспитание в чужие руки, когда Норме исполнилось всего две недели от роду. Поэтому в ранних воспоминаниях Нормы нет ни отца (она его так никогда и не увидела), ни матери (которая возникла в жизни девочки лишь многие годы спустя).
У Мэрилин Монро было на редкость тяжёлое, неблагополучное детство.
В конце 1920 – начале 1930-х годов в США бытовала практика временного усыновления и удочерения детей. То есть детей из бедных семей на добровольных началах и по обоюдному согласию передавали в многодетные стабильные семьи на воспитание. При этом фактическая мать лишалась родительских прав лишь в том случае, если на ребёнка оформлялся акт усыновления (или удочерения). В случае с Нормой речи об этом не шло.
Глэдис, женщина молодая и рассчитывающая устроить свою судьбу, воспользовалась предложением семьи Болендеров взять на воспитание её маленькую дочь и передала ребёнка в чужие руки.
Это были обычные люди, совсем небогатые, но добрые. Их выгода в опекунстве над Нормой заключалась в том, что многодетным семьям выплачивалось пособие на каждого малыша. Норма стала четвёртым ребёнком в семье Болендеров, причём собственных среди них было лишь двое. Для Болендеров маленькая Норма оказалась источником их небольшого дохода, позволяя жить и не особо бедствовать.
Если бы кто-то обвинил Глэдис в равнодушии к единственной дочери, она бы удивилась, поскольку не считала, что отказывается от Нормы. Глэдис Бейкер регулярно навещала Норму, забирала её у Болендеров на денёк-другой, угощала мороженым, водила в цирк. Потом Норма возвращалась в чужую семью.
Хорошие люди, но… неродные. Набожные, строгие. Удивительно, но малышка называла мамой, несмотря ни на что, именно Глэдис Бейкер.
Летом 1932 года, когда девочке исполнилось шесть лет, Глэдис Бейкер всё же решила забрать Норму у Болендеров. Ребёнку нужна нормальная, а не чужая семья. Решение вроде бы верное. Но Глэдис так и не стала хорошей матерью, и бо́льшую часть времени уделяла своей личной жизни. Так что Норма, как правило, была предоставлена сама себе.
Затем мать отдала девочку в школу. Училась Норма неважно. Часто пропускала уроки, плохо запоминала то, что рассказывали учителя. Во втором классе появились неудовлетворительные оценки, в третьем Норма уже числилась в отстающих ученицах…
А потом случилась большая неприятность. На попечении у Глэдис был старенький прадед, с которым она очень дружила, и, сама зарабатывая жалкие гроши, по сути, жила на его деньги. В 1933 году прадед умер, а Глэдис впала в жуткую депрессию, из которой так никогда и не выбралась. Дочерью она не занималась совершенно. Какая уж тут родительская забота – ей самой нужен был опекун. Несколько попыток самоубийства, и… в конце 1934 года Норма Джин попала в другую семью. А через пару месяцев после этого Глэдис Бейкер угодила в психиатрическую клинику, откуда уже не вышла до конца своих дней.
В последний раз Норма посетила лос-анджелесскую психиатрическую клинику «Ливанские кедры», когда уже стала всемирно известной Мэрилин Монро. Но матушка Глэдис её не узнала. По злой иронии судьбы в ту же клинику в 1961 году попала и сама Мэрилин.
Над маленькой Нормой Бейкер нависла серьёзная угроза – девочку, скорее всего, отправили бы в детский приют для сирот. Но тут в её судьбе возникла Грейс Эткинсон Макги, близкая подруга матушки Глэдис. Поместив Глэдис в психиатрическую клинику, Грейс забрала её малолетнюю дочь к себе. А потом занялась оформлением опекунства.
Норма, девочка ангельского обаяния, добрая, тихая, послушная, давно привлекала внимание Грейс, которая обожала дочь подруги и часто говорила, что Норма обязательно станет известной актрисой и добьётся успеха.
С этого момента жизнь маленькой Нормы круто переменилась. Грейс накупила ей множество нарядов, много с ней гуляла, водила в кино. Они смотрели фильмы с участием любимой актрисы Грейс – Джин Харлоу.
Но оформление опекунства – дело хлопотное и неспешное. Пока Грейс, незамужней и бездетной женщине, удалось добиться от судьи разрешения на проживание Нормы у своей матери Эммы Эткинсон. Летом 1935 года дело благополучно завершилось, и Норма снова переселилась в дом Грейс…
В том же году Грейс познакомилась со своим будущим мужем Эрвином Годдардом. Видный мужчина, отец трёх дочерей, Годдард любил выпить, но при этом совсем не умел зарабатывать деньги. В августе 1935 года Грейс и Эрвин поженились. В новую семью Годдард взял одну из дочерей от первого брака – Нону. И Норма стала в этой семье лишней.
Конечно, Грейс ни за что не отказалась бы от Нормы – оформление опекунства (через суд, другого пути в Америке не существует) заняло столько сил и времени. И девочку Грейс, по её собственному убеждению, очень любила… Но Эрвин зарабатывал так мало, что они едва сводили концы с концами. 13 сентября 1935 года Норме пришлось переселиться в лос-анджелесский сиротский приют.
Девочка прожила там до 26 июня 1937 года. Грейс старалась приезжать каждую субботу, хотя получалось не всегда. Забирала девочку, чтобы погулять с ней по городу, сводить в кино. Потом Норма возвращалась в приют.
Здесь её не обижали и не притесняли. Но уже повзрослев, Норма часто рассказывала подругам об ужасах сиротского приюта. Об избиениях воспитанниц и даже об изнасилованиях. Вряд ли это соответствовало действительности. Во всяком случае, когда одна из подруг юности принялась об этом расспрашивать у прославленной актрисы Монро, Мэрилин лишь пожала плечами и засмеялась – мол, не помню, мало ли что было.
Попасть в детский дом из семьи, где к ней неплохо относились, – доля незавидная. И десятилетняя девочка чувствовала себя одинокой и брошенной. И безумно тосковала. Ждала каждого прихода Грейс, считая дни и часы… А так – это была обычная школа для обездоленных детей. Те же уроки, те же задания. Только общая столовая, общая спальня. Распорядок дня, которого следовало придерживаться. Короче, настоящая детская «каторга».
В июне 1937 года Норма вернулась в семью Грейс Годдард. И всё пошло, как и прежде. Норма была неродным ребёнком для Грейс, но и Нона, дочь Эрвина, была для приёмной матушки тоже неродной.
Всё испортил Эрвин Годдард. Время от времени он дико напивался и в этом состоянии себя, практически, не контролировал. В конце октября 1937 года внезапно вернувшаяся с работы Грейс застала чудовищную картину – вдрызг пьяный Эрвин извивался на полу, придавив собой… вырывающуюся и визжащую Норму. Он пытался изнасиловать 11-летнюю девочку!
Скандал разгорелся чудовищный. Грейс орала на мужа – и правильно, его следовало бы упечь на всю жизнь в тюрьму. Но досталось и Норме. Её, совсем ещё кроху, Грейс… приревновала к мужу, считая, что Норма достаточно созрела для того, чтобы стать женщиной.
Положение Нормы было хуже некуда. На счастье, она списалась с дальней родственницей – двоюродной бабушкой Идой Мартин, воспитывавшей троих внуков: Олив, Иду Мэй и Джека. В ноябре 1937 года Грейс отвезла девочку к Иде Мартин.
Норме страшное потрясение обошлось дорого – у неё резко обострилось врождённое заикание. Девочка буквально захлёбывалась словами, натужно силясь произнести нужный звук. Грейс до смерти перепугалась. Она вдруг поняла, что перед ней совсем ещё ребёнок. И её муж, этот идиот Эрвин, сделал девочку практически инвалидом – если не в физическом, так в психическом плане.
Бабушка Ида приняла Норму как родную внучку. Денег у Иды Мартин было маловато, но Грейс обещала подбрасывать Норме на жизнь. Приняли девочку и обе двоюродные сёстры, и брат Джек. Норма оказалась самой старшей – ей исполнилось уже 12 лет. Джек был младше на год, девочки – ещё младше.
У бабушки Иды Норма прожила около года. Новая школа, новые подруги. Бабушка почти не занималась внуками, ограничивая свою заботу кормлением да лечением. И дети бо́льшую часть времени проводили на улице. Чего они там насмотрелись и наслушались, можно лишь предполагать. Но осенью 1938 года Ида Мартин пережила настоящий шок. Эта негодница Норма была застигнута ею в предосудительных забавах. Но с кем! С любимым внуком Джеком!
Ида так осерчала, что устроила Норме ужасный разнос. Грозилась сдать её в полицию за развращение малолетних (хотя сама Норма была совсем ещё ребёнком – какое уж тут развращение).
Ничего общего с сексом эти наивные забавы, конечно, не имели. А бабуле Иде Мартин не хватило такта и элементарной педагогической интуиции, чтобы не раздувать эту историю и не устраивать жуткого скандала. Во всяком случае, срочно вызванная Грейс выслушала от Иды такое, что у женщины волосы встали дыбом. И Норма спешно покинула семью двоюродной бабушки, даже не понимая, в чём она, собственно, повинна перед этими не чужими вроде бы людьми.
Вернуть Норму к себе Грейс ещё не могла. То есть считала, что ещё не могла: её томила двусмысленная ситуация с Эрвином. И пришлось Норме переселяться в новую семью – родной тетушки Грейс Анны Эткинсон Лоуэр.
Удивительно, как испорченность взрослых отражается на детях. Подозревая в Норме «врождённую порочность», и Грейс, и бабушка Ида Мартин были в действительности сами глубоко порочны. И тут неважен знак – плюс или минус. Не имеет значения, пускались ли эти женщины во все тяжкие сами, главное – грешны были их мысли. А потому попытку насилия над маленькой девочкой они взрослому пьяному мужику простили, а любопытство детей посчитали чудовищным развратом. Да уж, педагоги…
У тётушки Лоуэр Норме было спокойно и уютно. Весь нерастраченный материнский инстинкт бездетной Анны Лоуэр обрушился на Норму. Впервые в жизни Норма и ела досыта, и имела игрушки, о которых раньше могла лишь мечтать, и одевалась во всё новое, с иголочки, купленное в лучших магазинах Лос-Анджелеса.
В школу ходила, но училась всё хуже и хуже. Впрочем, тётушка Лоуэр не беспокоилась и говорила: «Хорошо, хоть умеет читать, а большего девочке и не надо».
Одна беда – тётушка тяжело болела. И к концу 1940 года 50-летняя женщина выглядела старше лет на 20. А когда стала совсем плоха, Норме пришлось её покинуть. Девочка вернулась в семью Годдардов. Её странствия из одной семьи в другую на этом, к счастью, завершились.
Норме уже исполнилось 14 лет. И главным чудовищем её жизни в те годы был «папаша» Эрвин, от которого девочка ничего хорошего не ждала. Но он принял Норму совершенно равнодушно – словно ничего и не случилось. И виноватым перед ней он себя не чувствовал…
А в семье Годдардов, между тем, случилось пополнение. Первая супруга Эрвина угодила в сумасшедший дом и там умерла. Одна дочь бывших супругов осталась в приёмной семье, другую – Элинор – Годдарды забрали к себе.
Норма и Бебе, так домашние называли Элинор, быстро сблизились. Во-первых, они были ровесницами. Во-вторых, обе отличались прелестной внешностью и умом. В-третьих, у обеих было тяжёлое детство. Элинор за годы отрочества сменила… 13 семей! И единственным человеком, который ей сочувствовал, оказалась Норма…
1941 и 1942 годы… В Европе бушевала Мировая война. Жизнь в Америке изменилась. Газеты писали о боевых действиях в Европе и на Тихом океане. Американские девушки мечтали о знакомстве с военным. И вся страна работала на оборонную промышленность.
В эти годы Норма отчаянно боролась с врождённым недугом – заиканием. Собственно, на это ушло три года. Серьёзно за собственную речь она взялась в 1939 году. Часами читала вслух, отрабатывая дикцию и преодолевая предательские спазмы. Чтобы ей не мешали, Норма запиралась в ванной и включала воду. И добилась-таки своего! Без помощи врачей к 16 годам она полностью избавилась от мучительного заикания.
