Читаем Малыш 44 онлайн бесплатно

Теперь, когда Марья решила умереть, ее коту придется заботиться о себе самому. Она уже и так тянула с этим непозволительно долго. В деревне давным-давно переловили и съели всех крыс и мышей. За ними исчезли домашние животные. Все, за исключением одного, вот этого самого кота, ее верного спутника, которого она старательно прятала от соседей. Почему она сама не убила его? Очень просто: ей нужен был кто-то, ради кого стоило жить, кого можно любить и защищать — и ради кого попытаться выжить. Она пообещала себе, что будет кормить его до тех пор, пока не настанет такой день, когда у нее самой не останется ни крошки съестного. И сегодня такой день наступил. Она уже давно разрезала свои сапожки на тонкие кожаные ленты и сварила их с крапивой и семенами свеклы. Она привыкла выкапывать из земли дождевых червей и жевать кору деревьев. Сегодня утром, в голодном бреду, она принялась грызть ножку кухонной табуретки, облизывала и кусала ее до тех пор, пока десны у нее не начали кровоточить. Увидев это, кот забился под кровать и наотрез отказывался вылезать оттуда, даже когда она с трудом опустилась на колени и стала звать его по имени, надеясь выманить из убежища. Именно в этот момент Марья решила умереть, ведь ей больше нечего было есть и некого любить.

Марья дождалась наступления ночи, прежде чем отважилась открыть дверь. Она справедливо полагала, что под покровом темноты кот сумеет улизнуть в лес незамеченным. Ведь если кто-нибудь из соседей увидит его, на него начнется настоящая охота. Даже пребывая на пороге смерти, она с горечью и страхом думала о том, что ее любимец тоже может погибнуть. Она утешала себя мыслью, что никто не ожидает увидеть здесь животное. Марья была уверена, что в деревне, где мужчины разжевывали комья земли в поисках муравьев или личинок насекомых, дети рылись в конском помете, тщетно пытаясь обнаружить непереваренные зерна, а женщины бились смертным боем за обглоданные кости, никто не подозревает о том, что ее кот до сих пор жив.

Павел не верил своим глазам. Зверек был неуклюжим, тощим, с зелеными глазами и пятнистой черной шерсткой. Но это явно был кот! Мальчик собирал сучья в лесу, когда заметил, как животное выскользнуло из дома Марьи Антоновны, метнулось через засыпанную снегом дорогу и помчалось к лесу. Затаив дыхание, он быстро огляделся. Кота больше никто не заметил. Поблизости вообще не было ни души; хаты смотрели на него черными провалами окон. Единственным признаком жизни были тоненькие струйки дыма, вьющиеся кое-где из труб. Мальчику казалось, что густой снегопад похоронил его деревню заживо. Снег казался нетронутым: лишь изредка попадались следы ног, а протоптанных тропинок не было вообще ни одной. Дни были такими же глухими, как и ночи. Никто не вставал на работу. Его друзья не выходили поиграть; все они оставались дома, целыми семьями лежа в кроватях, ввалившимися глазами бездумно глядя в потолок. Взрослые теперь походили на детей, а дети выглядели как взрослые. Большинство перестало даже искать, чем бы прокормиться. Так что появление кота иначе как чудом и назвать было нельзя: эти существа давно считались вымершими.

Павел зажмурился и попытался вспомнить, когда он в последний раз ел мясо. Как только он открыл глаза, из уголков рта у него потекла слюна. Он смахнул ее тыльной стороной ладони. Бросив на землю охапку сучьев, радостно-возбужденный, он побежал домой, спеша сообщить замечательные новости Оксане, своей маме.

Закутавшись в шерстяное одеяло, Оксана сидела и невидящими глазами смотрела в пол. Она не шевелилась, сберегая последние крохи сил, и старалась придумать, как спасти свою семью. Мысли эти не оставляли ее ни днем, ни даже в ночных кошмарах. Она была одной из немногих, кто не сдался. И она не сдастся. По крайней мере до тех пор, пока с ней остаются ее сыновья. Но одной решимости мало, ей придется быть очень внимательной и осторожной: неудачное начинание повлечет за собой полное истощение, а истощение означает неизбежную смерть. Несколько месяцев назад Николай Иванович, сосед и добрый друг, от безысходности предпринял отчаянную попытку пробраться в государственное зернохранилище. Обратно он не вернулся. На следующее утро жена Николая и Оксана отправились на его поиски. Они нашли его тело на обочине, лежащим на спине: тощий скелет со вздувшимся животом, который он перед смертью успел набить сырым зерном. Пока жена рыдала над трупом мужа, Оксана выскребла у него из карманов остатки зерна и разделила их поровну между ними. Вернувшись в деревню, жена Николая по простоте душевной рассказала односельчанам о случившемся. И вместо жалости столкнулась с неприкрытой завистью, поскольку соседи могли думать лишь о той пригоршне зерна, что ей досталась. Оксана сочла ее честной и искренней дурой, поскольку та своим поступком подвергла их обеих нешуточной опасности.

Воспоминания ее прервались топотом бегущих ног. В деревне больше никто не бегал, если только его не вынуждали к тому важные известия. Она в страхе выпрямилась. В комнату ворвался Павел и, задыхаясь, выпалил:

— Мама, я видел кота.

Оксана шагнула вперед и схватила сына за руки. Она должна была убедиться, что он не бредит: голод творил с людьми странные вещи. Но на лице у него не было и следа горячечного исступления. В глазах у сына светился ум, взгляд оставался серьезным. Ему исполнилось всего десять лет, но он уже превратился в мужчину. Обстоятельства сложились так, что ему пришлось отказаться от детства. Отец мальчика почти наверняка был мертв — даже если не физически, для них он все равно что умер. Он отправился в Киев в надежде раздобыть какой-нибудь еды. Больше его не видели, и Павел понял — причем ему не понадобились объяснения или утешения, — что отец больше не вернется. И теперь Оксана зависела от старшего сына так же, как и он от нее. Они стали соратниками, и Павел поклялся, что преуспеет там, где потерпел неудачу его отец: он сделает так, что его семья выживет.

Оксана погладила сына по щеке.

— Ты сможешь поймать его?

Он горделиво улыбнулся.

— Если у меня будет косточка.

Пруд замерз. Оксана принялась шарить руками в снегу в поисках подходящего камня. Боясь, что громкий звук привлечет ненужное внимание, она завернула булыжник в платок, чтобы заглушить шум, и стала пробивать во льду маленькую лунку. Затем женщина отложила камень в сторону и, мысленно перекрестившись, сунула руку в черную ледяную воду, негромко ахнув от холода. Пальцы должны были потерять чувствительность через каких-нибудь несколько секунд, так что ей приходилось спешить. Рука ее коснулась дна, но там не было ничего, кроме ила и слизи. Где же она? Запаниковав, Оксана опустилась на колени и погрузила руку в воду уже до плеча. Она судорожно шарила в ледяной грязи, чувствуя, как немеют пальцы. И тут она коснулась чего-то. Всхлипнув от облегчения, она схватила бутылку и вытащила ее наружу. Кожа на руке у нее стала иссиня-бледной, как у трупа. Но сейчас это женщину не беспокоило, она нашла то, что искала, — бутылку, горлышко которой было запечатано смолой. Она стерла ил и грязь с боков и вгляделась в стекло. Внутри хранилась коллекция маленьких косточек.

Вернувшись домой, Оксана обнаружила, что Павел развел огонь. Она нагрела смолу над пламенем, и та густыми каплями стала стекать на оранжевые угли. Пока оба ждали, Павел обратил внимание на посиневшую от холода кожу матери и принялся растирать ей руку, чтобы восстановить кровообращение. Сын, по обыкновению, заботился о ней. Когда смола растаяла и стекла, Оксана перевернула бутылку и потрясла. В горлышке застряли несколько костей. Она вытащила их и протянула сыну. Павел внимательно осмотрел их, поскреб каждую ногтем и даже понюхал. Сделав наконец свой выбор, он уже собрался уходить, когда она остановила его.

— Возьми с собой брата.

Павел счел это ошибкой. Его младший брат был неуклюжим тихоней. Кроме того, он уже считал кота своей добычей. Он первым заметил его, а значит, и поймать его предстоит ему. Это будет его победа. Но мать вложила ему в руку вторую косточку.

— Возьми с собой Андрея.

Андрею исполнилось уже почти восемь лет, и он очень сильно любил своего старшего брата. Практически не выходя на улицу, он большую часть времени проводил в задней комнате, где они спали все втроем, и увлеченно играл сам с собой в карты. Карты сделал отец. Он вырезал их из листов бумаги, сложенных в несколько раз, а затем склеенных вместе. Это был его прощальный подарок перед тем, как отправиться в Киев. Андрей все еще ждал, что он вернется домой. Никто не сказал ему, что больше ждать бесполезно. Как только он начинал скучать по отцу, что случалось довольно часто, то сразу же принимался тасовать карты, раскладывая их на полу по мастям и старшинству. Он был уверен: стоит ему разложить всю колоду — и отец непременно вернется. Разве не для этого он подарил ему карты перед уходом? Разумеется, Андрею больше нравилось играть с братом, но у Павла теперь не оставалось времени для игр. Он был все время занят, помогая матери, а если и соглашался сыграть, то только по вечерам, перед тем как лечь спать.

В комнату вошел Павел. Андрей радостно улыбнулся, надеясь, что тот пришел поиграть с ним, но брат присел рядом на корточки и стал собирать колоду.

— Потом сыграем. Идем на улицу. Где твои опорки?

Сочтя вопрос приказанием, Андрей залез под кровать, откуда и достал опорки: две полоски, вырезанные из тракторной шины. Если положить сверху тряпки и примотать все это к ноге веревкой, получалось нечто вроде самодельных сапог. Павел помог ему покрепче затянуть бечевку, одновременно поясняя, что сегодня вечером они смогут поесть мяса, если только Андрей сделает все в точности так, как он ему велит.

— Папа возвращается?

— Нет, папа не возвращается.

— Он потерялся?

— Да, он потерялся.

— Тогда кто принесет нам мяса?

— Мы сами добудем его.

Андрей знал, что его брат — искусный охотник. Он поймал крыс больше, чем любой другой мальчишка в деревне. И сейчас впервые пригласил Андрея составить ему компанию в столь важном деле.

Выйдя на улицу, Андрей изо всех сил старался не растянуться на снегу. Он то и дело спотыкался, потому что окружающий мир расплывался у него перед глазами. Четко он различал лишь те предметы, которые подносил к самому носу. Если кто-либо мог разглядеть человека вдалеке — тогда как сам Андрей видел лишь смутное пятно, — мальчик приписывал это уму, или опыту, или еще каким-либо иным качествам, которые ему только предстояло обрести. Но сегодня он ни за что не упадет и не выставит себя на посмешище. Он заставит брата гордиться собой. Для него это было важнее, чем даже перспектива поесть мяса.

Павел остановился на опушке леса, наклонившись, чтобы повнимательнее рассмотреть кошачьи следы на снегу. Умение брата находить их представлялось Андрею замечательным. Затаив дыхание, он присел на корточки, глядя, как Павел трогает отпечаток одной из лап. Сам Андрей совершенно не разбирался в чтении следов или охоте.

— Это здесь прошел кот?

Павел кивнул и принялся всматриваться в лес.

— Следы очень слабые.

Подражая брату, Андрей провел кончиком пальца по отпечатку и поинтересовался:

— Что это значит?

— Кот легкий, а значит, нам достанется мало еды. Но если он голоден, то легче попадется на приманку.

Андрей попытался переварить полученные сведения. Однако в голове у него все смешалось.

— Брат, если бы ты был игральной картой, то какой? Туз или король, пики или червы?

Павел вздохнул, и Андрей, уязвленный его неодобрением, почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы.

— Если я отвечу, ты обещаешь больше не разговаривать?

— Обещаю.

— Мы не поймаем этого кота, если ты будешь болтать и спугнешь его.

— Я буду вести себя тихо.

— Я был бы валетом, рыцарем с мечом. А теперь ты обещал — больше ни слова.

Андрей кивнул. Павел встал. И братья вошли в лес.

Они долго шагали рядом — Андрею казалось, что прошло много часов, хотя его чувство времени, как и все остальное, оставляло желать лучшего. Луна ярко освещала белый снежный покров, и брат без труда находил следы. Они уже углубились в лес намного дальше, чем когда-либо заходил Андрей. Ему частенько приходилось переходить на бег, чтобы не отстать от Павла. Ноги у него болели, желудок сводило от голода. Он замерз и проголодался. Хотя дома есть было нечего, там, по крайней мере, у него не болели ноги. Веревка, которой тряпки были привязаны к кускам шин, ослабла, и он чувствовал, как под пятки набивается снег. Но попросить брата остановиться и завязать ее покрепче он не осмеливался. Он же пообещал, что не скажет ни слова. Скоро снег растает, тряпки промокнут, и ноги у него окоченеют окончательно. Чтобы отвлечься от неприятных ощущений, Андрей отломил веточку с молодого деревца и принялся жевать кору, перемалывая ее зубами в грубую массу, царапавшую ему десны и язык. Взрослые говорили ему, что кашица из коры притупляет чувство голода. Он поверил им; веру он полагал полезным качеством.

Внезапно Павел зн'aком велел ему остановиться. Андрей замер на месте; зубы у него стали коричневыми от коры. Павел присел на корточки. Андрей последовал его примеру, всматриваясь в лес в надежде увидеть то, что заметил брат. Он прищурился, чтобы деревья не расплывались у него перед глазами.

Павел смотрел на кота, а тот, казалось, тоже уставился на него своими зелеными глазами. О чем он думает? Почему не убегает? Не исключено, что, прячась в доме Марьи, он еще не научился бояться людей. Павел достал нож, порезал кончик пальца и уронил капельку крови на куриную косточку, которую дала ему мать. То же самое он проделал и с приманкой Андрея — раздавленным черепом крысы, — пометив его опять же своей кровью, поскольку боялся, что брат вскрикнет и спугнет кота. Не обменявшись ни словом, братья разошлись в разные стороны. Еще дома Павел все подробно растолковал Андрею, так что теперь нужды в разговорах не было. Отойдя друг от друга на некоторое расстояние и оказавшись по обе стороны от кота, они положили косточки на снег. Павел бросил короткий взгляд на брата, чтобы убедиться, что тот ничего не напутал.

В точности выполняя полученные указания, Андрей вытащил из кармана кусок веревки. На одном ее конце Павел заранее завязал петлю, так что теперь Андрею оставалось лишь разложить ее вокруг крысиного черепа. Закончив, он отступил назад, насколько позволяла длина веревки, и лег на живот, подминая снег под собой. Мальчик лежал и ждал. И только теперь, оказавшись на земле, он понял, что почти не видит наживки. Она превратилась в расплывчатое пятно. Внезапно испугавшись, Андрей понадеялся, что кот двинется в сторону брата. Павел не сделает ошибки, поймает его, и они пойдут домой, где смогут поесть. От страха и холода руки у него начали дрожать. Он попытался унять дрожь. Вдруг он заметил, как черное пятно двинулось в его сторону.