Читаем Малые желтоухи онлайн бесплатно

В начале июня мне позвонила женщина.

— Здравствуйте! Не могли бы вы нас с детьми отвезти в Брянскую область?

— Да, конечно, давайте договариваться.

Договорились. Я приехал. Меня встретила девушка лет тридцати, полная, восточной внешности.

— Что-то шлагбаум не открывается, — говорит.

— Чего ж вы заранее не узнали? — спросил я.

— Да он сломан был последнее время, открыт всё время, видать починили.

— Понятно, — отвечаю, — Придётся сюда таскать, в принципе недалеко.

— Мать, мать, мать, — проматерилась она, — но придётся.

Сижу в машине. Они с сестрой, периодически матерясь, начали выносить вещи к подъезду.

Я потихоньку помогал им таскать к машине и грузить.

Когда я в очередной раз подошёл к подъезду, около него на лавочке сидела маленькая

черноглазая девочка.

— Здравствуйте, а меня Неля зовут.

— Привет! — отвечаю, — А я дядя Петя, повезу вас в деревню.

— Я поняла.

Мы помолчали.

— А угадайте сколько мне лет?

— Я думаю восемь.

— Нет.

— 13?

— Нет, мне одиннадцать лет. Я уже скоро буду большая.

— А кем ты хочешь быть, когда станешь большой?

— Ещё не решила. Либо художником по костюмам, либо милиционером.

Я удивился.

— А почему такой разный выбор?

— Не знаю. Я шью, вышиваю, плету узоры.

Она показала мне куклу мишки в кепке и майке с надписью

Твори добро,

Бро!

— Это я сама сделала. А ещё я пишу стихи и рассказы, — сообщила мне она, улыбаясь.

В подъезде открылась и хлопнула дверь, появилась её мама с сестрой и сумками. Они горячо

кого-то обсуждали.

— Мать, мать, мать такая, я б ему в ж…пу фен засунула.

— А я паяльник.

Переругивались они.

— Девчонки, ну ребёнок же, — сказал им я.

— Та ладно, она привыкшая, — отвечали они, но по притихли на время.

Я почесал в затылке. Мда.

Наконец всё было погружено. Маша, так звали маму, вывела маленького сына, мы сели в машину и поехали.

— А где третий ребёнок, — спросил я, — Вы же говорили, трое детей?

— Ну да, трое, — сказала Маша, устраиваясь на переднем сиденье, — Не поехала старшая. Пошли вы, говорит, на х. й со своей деревней, я здесь останусь.

Я покосился на детей, но промолчал.

— А как же она одна в Москве останется? Вы же на долго уезжаете, может навсегда?

— А да пошла она, пусть сама выкручивается, раз такая умная. Она у подруг каких-то своих осела из училища.

— Понятно, — сказал я и начал выруливать на улицу.

Летом машин в Москве мало, и мы без особых проблем вышли на трассу и помчались навстречу солнцу.

— А детей не укачивает в машине? — на всякий случай спросил я. — У моего микроавтобуса подвеска такая мягкая, что детей часто тошнит.

— А с чего им тошниться? Они сегодня ничего не ели и вчера тоже немного.

— А почему?

— Да некогда мне было, вещи собирала.

Надо где-нибудь остановиться, покормить их, — подумал я.

А пока мы шли по трассе. Дорога шла то вверх, то вниз, кругом были поля с редким пролеском, погода была отличная, небо синее, листья зелёные. В общем настроение по-тихонечку расчищалось.

Неля по дороге читала свои стихи. Про то, как пчёлы съели барсука, рассказывала про то, как она бы нарисовала этот стог на фоне коров. В общем щебетала без умолку, мальчик молчал и испуганно смотрел в окно.

Маша оторвалась от телефона и выругалась.

— Тише, тише! — я покосился на Нелю.

— А, — Маша махнула досадно рукой.

— А я не повторяю, — ответила Неля, лучезарно улыбаясь. — Я привыкшая.

Маша обернулась, погладила Нелю по волосам и начала свой рассказ.

— Все мужики козлы. Да, да, не принимайте на свой счёт, но те, с кем меня судьба свела, точно.

Первый был ещё в школе. Он был её старше, молодой, красивый. А как ухаживал, когда на лавочке в парке пили вино, то первый стакан ей. Галантно давая прикурить, бывало, спрашивал.

— А что Маня, бля, не пойти ли нам с тобой к тебе, после дискотеки?

И так многозначительно моргал обоими глазами и ржал.

— Вот был мужик, огонь, красавец, — вздыхала она.

И как-то раз, так и получилось. Напившись на дискотеке какого-то пойла, она и не заметила, как оказалась в постели. Он был сверху и было не много больно в первый раз. Потом, когда это стало регулярно, боль прошла и пришло мимолётное, какое-то звериное счастье, на пять минут.

Она ходила, гордо подняв голову и смотрела с высока на своих не тронутых любовью подруг, а они в тайне ей завидовали. Как же, такой парень поджидал её после уроков. Высокий, стройный, при деньгах. А как он смачно сплёвывал, прикуривая около крыльца.

Но счастье было не долгим. Его забрали в армию, и к ней он уже не вернулся. Зато родилась старшая дочь, чтоб ей пусто было.

Дочкой занимались родители, а Маша поступила в училище и выучилась на кассира-продавца. На этой интересной работе она и познакомилась с Арманом.

Арман, имя-то какое. Что-то французское. Арман-роман, прям рифма, — думала она, принимая у него цветы после работы.

Арман был чистокровный армянин какой-то древней династии, ну как он сам говорил. Хотя, глядя на Нелю, а она была от него, я готов был в это поверить. Так она была не похожа на маму, сестру и других родственников, что я успел увидеть.

Арман пожил у них какое-то время и тоже сбежал. Как-то не встретил её после работы и домой не пришёл. Зато осталась дочь Неля.

Маша проплакала неделю, запивая слёзы крепкими напитками и вытирая их о плечи сестры и подруг, и пошла жить дальше.

А потом вдруг познакомилась с Пашей. Простым русским парнем из Брянской области. И не было там ни цветов, ни фейерверков, они просто стали жить вместе в её московской квартире. Родители к тому времени уже умерли, и никто ей не мешал обзавестись третьим ребёнком. Ну по традиции, чего тянуть-то. Родился мальчик, первый мальчик у неё. И вроде всё было бы ничего, но Паша стал пить, крепко пить. Вроде вот до встречи с Машей не пил, а тут прям как-то сразу начал.

Она пыталась его поддержать, но куда там ей угнаться за глубинным русским духом, взращённым на Брянских просторах. Она стала отставать, отставать и наконец совсем отстала. Он вернулся в свою деревню, а она осталась одна. Ну как одна, трое детей.

Старшая Натаха, вся в отца, где-то колобродит.

Средняя Неля, вся в отца, утончённая натура.

И младший Иван. Зашуганный какой-то. Уже пять лет вздрагивает, говорит плохо, всего боится.

В общем одна осталась.

Оформила пособие на детей, материнский капитал, ушла с работы и загрустила. Годы идут, трое детей, кому она нужна. Где отцы детей? Первый, второй, мимолётные видения, а вот третий, есть шанс, он не совсем пропал. Начали переписываться. В основном матом, но всё же. Хоть какая-то связь.

В общем купила она дом в деревне, где третий жил. Квартиру в Москве сдала на долгий срок и позвонила мне. Так мы и познакомились. Я тогда перевозками занимался на своей машине, впечатлений набирался, историй разных. Мне почему-то часто попадались не простые истории, прям очень часто.

Ехали мы уже не по трассе, а по второстепенной дороге среди полей и лесов. Неля продолжала восторгаться окрестностями и засыпала меня вопросами. И тут, наконец,

появилась большая кафешка. Я остановился. Сейчас будем кормиться и туалетиться.

— Нет-нет, — Маша одёрнула меня, — только в туалет. Нам там папа обещал стол накрыть. Я возражал, ехать ещё долго, да и мало ли что.

— Заказывайте, что хотите, я оплачу. Сказал я.

— Ура, ура, — прыгала Неля с куклой в руке и даже медвежонок у неё на руках, казалось, подмигивал нам и указывал на свою надпись на груди.

— Твори добро,

Бро!

Наконец, мама сдалась, и дети наелись от пуза. Во всяком случае Неля, Иван то ли стеснялся, то ли ещё чего, но съел только мороженое, зато с каким удовольствием.

И вот все поели, и мы поехали дальше. Начало постепенно смеркаться. Мелкий заснул, мама уткнулась в телефон, а мы с Нелей обсуждали пейзаж за окном и её новые стихи, которые она только что написала про закат, про маму и про новую жизнь, как всё будет хорошо. У неё, как я понял, не первый раз новая жизнь. Новая школа, новые друзья, но она смотрела на всё это с оптимизмом.

— От зараза, — сказала Маша, отрываясь от телефона, — Вы были правы, нихрена он не приготовил.

— Ну прав, не прав, а дети сыты.

— Чего то тоскливо мне, сказала Маша, — может зря всё это?

— Возвращаемся? — пошутил я.

— Да нет, конечно.

Мы подъехали. Нас встретил симпатичный молодой человек, грустный такой. Мы начали разгружать вещи пока на дворе перед домом. Вдруг проснулся Ваня. Я его разбудил, открыв дверь в салон. Он посмотрел вокруг, сонно потёр глаза и вдруг спросил:

— Дядя Петя, а вы ещё приедете?

— Приедет, приедет, — сказала подошедшая Маша, вынимая его из машины, — Беги к папе.

Потом повернулась ко мне, рассчиталась.

Ваня подошёл к папе, опустил голову, потупив глаза.

Папа обнял его, прижал к себе, погладил по головке. Ваня расслабился, обнял его в ответ, поднял

голову, посмотрел в глаза. Папа потрепал его по волосам.

Всё будет хорошо.

— Ну как он вам? — спросила Маша, глядя на сына с отцом.

— Кто?

— Муж.

— Отличный парень, мне понравился. Всё будет хорошо, если вы захотите, — ответил я и пошёл прощаться с Нелей.

— Ну что, чудо девочка, так я её называл, будем прощаться?

— Да, — сказала она с грустью. — Давайте обнимемся.

И раскрыла объятья.

Мы обнялись, у меня в глазах почему-то выступила влага.

— Увидимся ещё? — спросила она.

— Обязательно.

И я уехал. В голове мелькали грустные мысли, как там у них всё сложится, приживутся ли на

новом месте, жалко их. Больше всего конечно жалко детей, они — то в чём виноваты, но и Машу то же. Она же хотела простого женского счастья, а вышло вон оно как.

Мимо промелькнул знак окончания населённого пункта.

— Малые желтоухи –

P.S. Прошло три месяца. Я как — то зашёл в нашу с Машей переписку в WhatsAppe, посмотрел её фотку, статус.

— Люблю и любимая, самая счастливая.

Написано там.

Ну и слава богу, надеюсь там все счастливы!