Читаем Майский ястреб (ЛП) онлайн бесплатно

Annotation

Автор излагает собственное, совершенно оригинальное видение истории сэра Гавейна, одного из рыцарей Круглого стола. Данная история, основанная на обширном историческом материале, трактует образ Гавейна довольно неожиданно, включая в повествование магический элемент, однако совершенно не упоминая такую значимую в артуриане фигуру, как Мерлин. Зато автор уделяет довольно много внимания волшебнице Моргане. В любом случае, трилогию следует признать значительным вкладом в свод литературы, посвященной королю Артуру.

"История рыцаря Гавейна в трех книгах", книга 1.

Майский ястреб

От автора

Посвящение

От переводчика

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Майский ястреб

Книга первая

От автора

Историческая подоплека этого романа точна лишь отчасти: я допустила некоторые анахронизмы и сделала несколько более серьезных отступлений от того немногого, что известно о Британии в период между уходом римлян и завоеванием саксами. Пожалуй, самое серьезное преступление против истории заключается в том, что я поселила на Оркнейских островах не только вымышленных людей, но придумала и места их обитания, а также измыслила ситуации, о которых в действительности ничего не известно. Весьма маловероятно, что император Гонорий поручил этим людям организацию обороны, а они выполняли его поручение так, словно на островах действительно существовала британская империя в конце третьего — начале четвертого веков нашей эры, и отголоски этого поручения все еще сказывались в Римской империи шестого века, принимавшей в Британии все более кельтский характер.

Что касается легендарного фона, то сначала я обратилась к различным кельтским источникам, а затем ко всему, что написано об Артуре к настоящему времени. Некоторые из стихов в романе действительно основаны на кельтских оригиналах: например, на поэме Дейрдре пятнадцатого века; или на «Путешествии Брана» восьмого века. Я использовала также гимн шестого века (или даже ранее), известный как «Кираса Патрика» или «Олений крик». Его версия дожила до нашего времени. Многие стихи принадлежат мне, но основаны они на образцах поэзии на староваллийском и ирландском языках, за исключением, конечно, отрывка из «Энеиды», книга VI. 125–9.

Произношение в валлийском языке кажется сложнее, чем на самом деле (ирландский лучше не упоминать).

В общем, я использовала современные валлийские формы. С названием мест в романе полный беспорядок. Но они вполне могли звучать именно так в давние времена. Поскольку роман является лишь частично историческим, будем считать, что география в нем не так уж и важна.

Посвящение

Моим родителям.

“Siquid adhuc ego sum, muneris omne tui esi.” (лат.)

(«Если нечто существует, пусть оно будет для всех»)

От переводчика

Автор действительно часто использует псевдоваллийские или староирландские формы для названия мест и имен героев. Однако для русскоязычного читателя они малознакомы, поэтому мы привели имена и многие названия к привычным литературным формам звучания, соответствующим устоявшимся в артуриане формам. Так, например, крепость короля Артура в романе именуется Камланн. В привычном написании это Камелот. В особенности это относится к имени главного героя — лорда Гавейна. У себя на родине его имя звучит как Гвальхмаи (в переводе — «Майский ястреб»), но в Британии он известен под именем Гавейн. В романе люди его клана и родичи называют его на ирландский манер, все другие — на британский. Также это касается сводного брата Гавейна — Мордреда. Сам Гавейн зовет его сначала Медро, потом — Медраут. То же касается староанглийского способа обозначать родство с помощью слова «ап». Частица ап — это позднее развитие более традиционной формы mab, uab (ирл. mac "сын"). Мы сохранили эту форму, так что формальное написание имени, например, главного героя будет выглядеть как Гавейн ап Лот, то есть Гавейн, сын Лота. Аналогично дела обстоят с именем жены короля Артура. В романе ее имя Гвинвифар, однако читатель легко догадается, что речь идет о королеве Гвиневере.

^©Перевод с английского В. И. Грушецкий. 2021.

Глава первая

Когда мой отец получил весть о смерти Пендрагона, я играл на берегу моря. [Пендрагон в переводе с валлийского означает «Главный дракон» или «главный военачальник». Утер Пендрагон, отец Артура, был верховным королем бриттов. — Здесь и далее примечания переводчика.] В то время мне было одиннадцать лет, и воин из меня был никакой, как, впрочем, и из остальных мальчишек на Инсирке, во владениях отца на Оркадах. [Оркады — старинное название Оркнейских островов, архипелага, расположенного на северо-востоке от Шотландии, на границе Северного моря и Атлантического океана.] Охотник из меня тоже не получился, да и вообще я не очень-то походил на остальных ребят из благородных кланов нашего острова, с которыми мне приходилось жить и заниматься в мальчишеском Доме. Не складывались у меня отношения и с моим старшим братом Агравейном, нашим общим наставником. От того, что он был моим братом, и еще из-за планов моего отца на мой счет, жить мне было трудно. Ничего удивительного, что при малейшей возможности вырваться из порядком надоевшего быта будущих воинов, я сбегал к младшему братишке, но чаще — в свое любимое тайное место на берегу.

Расположено оно примерно в часе верхом на юг от крепости моего отца Дун Фионн. В этом месте со скалистого хребта, ограждающего наш остров с запада, падает ручей. Вода за века выбила в камне у подножия скалы глубокий бассейн; дальше через галечный пляж она стекает в океан. Со всех сторон нависают скалы, с вершины утеса маленький пляжик невидим, наверное, поэтому до сих пор мое укрытие никто не обнаружил. Здесь очень красиво, и я решил, что это место будет моим. Я назвал его Ллин-Гвалх — «Ястребиный ручей» — и считал лучшим местом на всех Оркадах. Иногда я приносил с собой арфу и пел под грохот волн и шум воды, падающей в бассейн. Волны с шипением оставляли каменистый пляж во время отлива, и этот шорох прекрасно мне аккомпанировал. Иногда я строил на берегу крепости из камней и глины, обдумывал планы битв на берегу ручья, представляя его полноводной рекой, границей между могущественными королевствами. В этих битвах я мнил себя великим воином, непревзойденным в бою. Обо мне слагали баллады в каждом королевском зале западного мира, они приводили в восхищение Агравейна и моего отца. Но еще больше я любил строить лодочки и отправлять их в плавание через протоку, ведущую в дикое серое море, без устали грызущее все берега мира. Я посылал свои корабли на запад: в Эйрин, [Эйрин — древнее название Ирландии.] откуда много лет назад приплыл мой отец; и еще дальше, к тому странному острову, который, по словам друидов и бардов, лежит на закате, незримый для всех, кроме нескольких смертных. Там расположен блаженный мир сидхов.

Я очень любил Ллин-Гвалх и ревностно охранял его от внешнего мира. Я рассказал о нем только младшему брату Мордреду, и то только после того, как он поклялся хранить тайну.

В тот день я вдруг услышал стук камней на тропинке вверху. Я поспешно отодвинулся от каррага, который строил, и поспешил наверх. [Карраг — традиционная ирландская весельная лодка или парусно-весельный корабль.] Там я привязывал своего пони. Мне очень не хотелось, чтобы кто-то нашел меня здесь, на берегу.

— Гавейн! Ну, где тебя носит?

Голос, звавший меня, принадлежал Агравейну.

— Иду! — закричал я как можно громче и стал быстро карабкаться наверх.

— Поспеши! — сердито крикнул Агравейн. — Отец ждет. Он послал меня за тобой.

Я выбрался на вершину утеса, отвел налипшие на лоб волосы и, наконец, узрел Агравейна.

— Зачем я понадобился отцу? — Мне было немного не по себе, поскольку отец терпеть не мог ждать, и наверняка уже сердится, поджидая меня в Дун Фионне.

— Не твое дело! — огрызнулся Агравейн. Вид у него был злющий. Похоже, он долго искал меня и теперь опасался, как бы и ему не влетело от отца. — Давай быстро! Ну что ты копаешься?

Я отвязывал пони, а узел, как назло, затянулся.

— Хватит болтать! Солнцем и ветром клянусь, мы и так задержались! Тебе еще надо привести себя в порядок. Не можешь же ты показаться гостю в таком виде!

— У нас гость? — я справился с узлом, но тут снова замер. — Кто он? Бард? Воин? Откуда?

— Из Британии. Понятия не имею, из какого королевства! Отец послал за тобой сразу, как только поговорил с ним. Хорошо еще, что Диуран заметил, что ты поехал на юг, иначе я бы так и искал тебя. Агравейн пнул лошадь и пустил ее галопом к дому.

— Догоняй, трусишка!

Я вскочил на своего пони и отправился следом, игнорируя знакомое оскорбление. Кстати, может быть, он и прав. Наверное, я действительно трус, иначе не стал бы прощать оскорбление. Можно бы, конечно, и подраться… Он, правда, всегда меня побеждал, но зато после драки относился ко мне лучше, чем обычно.

Значит, гость из Британии и срочный вызов... Должно быть, какое-то важное сообщение. У моего отца много шпионов в Британии, ему регулярно докладывают о новостях, но чтобы вот так, прямо заявляться в Дун Фионн, такого не припомню. Видно, произошло нечто действительно важное, например, крупная победа над саксами, или наоборот, поражение, или смерть какого-то важного короля, то есть нечто такое, что отец мог бы использовать для усиления своего влияния на юге. Всего год назад саксов разбил молодой Пендрагон, так что речь, пожалуй, не о военных делах. Значит, кто-то умер, и теперь отец готов заключить сделку с преемником? Значит, в этой сделке есть место и для нас с Агравейном? Я тоже бросил пони в галоп и скоро обогнал Агравейна. Брат, казалось, не заметил этого, лицо его напоминало большую грозовую тучу. Отец всегда строил планы относительно меня, вот только я далеко не всегда оправдывал его надежды. Встречный ветер быстро высушил соль в моих волосах, и копыта пони вторили тяжким ударам прибоя. Я стал вслушиваться в этот ритм. Всё лучше, чем размышлять понапрасну, что ждет меня в крепости. Покончить бы с этой неизвестностью как можно быстрее. А пока хорошо уже то, что Агравейн не спросил меня, чем это я занимался в Ллин-Гвалх.

Мысль о брате заставила меня с тревогой оглянуться. Он уже отстал на добрую сотню шагов и раздраженно понукал лошадь. Кое в чем я все-таки превосходил его: в конной езде и в игре на арфе. Обычно он старался не придавать этому значения, поскольку воин-то из него всяко лучше, чем из меня, ну а я старался лишний раз не напоминать ему о своих умениях. Вот и теперь я незаметно придержал пони, иначе не миновать ссоры из-за какого-нибудь пустяка. Скоро он обогнал меня и поехал рысью. Вот в этом был весь Агравейн: Он должен быть первым, а все остальное неважно. Первым среди мальчишек острова, первым претендентом на трон моего отца. Отец им гордился и никогда подолгу не гневался на него. Я смотрел в спину брата и хотел всего лишь походить на него хоть немного. Мы ехали в Дун Фионн в молчании.

Наша крепость построена из очень легкого белого камня, отсюда и название «Белая крепость». Ее возвели в год рождения Агравейна, за три года до моего собственного рождения, но к этому времени она уже сравнялась известностью со старыми крепостями: Эмхайн Маха в Эрине, или британскими Камланном и Дин Эйдин. Крепость возвели над обрывом, с ее стен открывается прекрасный вид на море. Мощные стены окружает ров. Две надвратные башни, как у старых римских укреплений, стоят на сторонам единственных ворот, обращенных на запад. Крепость задумал и построил мой отец, а ее мощь и слава стали результатом неизменно успешных планов и маневров, политических и военных. Автором замыслов всегда выступала мать, а вот осуществлять их приходилось именно моему отцу, королю Лоту Мак Кормаку из Инсирка, причем претворял он их в жизнь таким образом, что, в конце концов, стал одним из самых могущественных королей в Британии или Ирландии. Мы с Агравейном уже въезжали в ворота, а я все еще терялся в догадках, зачем отец приказал послать за мной.

Оставив лошадей в конюшне, мы поспешили в отцовские покои. Он давным-давно выбрал для себя это небольшое помещение. Сейчас его пронизывал столб солнечного света, наполненный пылинками, падавший через проем для дыма между стеной и кровлей. И мать и отец были здесь. Когда мы вошли, отец поднял голову. Я мог бы поручиться, что наше появление прервало какой-то важный разговор. Мама сидела на кровати, изучая карту, а на столике рядом с ней стоял кубок с заморским вином. Рядом лежал на боку кубок короля. Мать коротко взглянула на нас и вернулась к изучению карты. По лицу отца можно было понять, что он не на шутку разозлен.

Король был невысок, но весь его облик говорил о власти. Копна светлых волос и борода были в беспорядке, казалось, им передалась энергия худощавого тела и пронзительных голубых глаз. Наши предки родом из Ольстера, и говорили, что все потомки божественного Луга Длиннорукого были похожи на своего предка, и мой отец, король Лот не был исключением. [Бог Луг — один из наиболее значительных богов племени Туата Де Дананн (народ богини Дану) в ирландской мифологии.]

Отец смотрел только на меня.

— Где ты был? Тебя искали два часа.

Пока я думал, что ответить, вмешался Агравейн.

— Он на берегу был, устриц собирал или еще что… Я нашел его в часе езды отсюда.

Лот нахмурился.

— Почему тебя не было в крепости? Лучше бы ты упражнялся с копьем. У тебя не очень-то получается.

Как всегда в присутствии отца, слова застряли у меня в горле, и я с несчастным видом уставился в пол.

— Какой из тебя воин?! — Лот фыркнул. — Но все-таки мог бы получить хоть какие навыки, чтобы при случае не опозорить клан. — Он сердито сжал кулаки, вскочил и начал вышагивать по комнате. — Ладно. Об этом потом. Кто-нибудь из вас может мне сказать, зачем я посылал за тобой?

— Думаю, пришли вести из Британии, — быстро ответил Агравейн. — Что там случилось? Саксы кого-то победили? Кому-то из королей нужна твоя помощь?