Читаем Маг на два часа онлайн бесплатно

Небо будто прохудилось. Целую неделю не переставая шёл дождь. По обочинам дороги разлились широченные лужи. Мрачные, набухшие влагой тучи висели так низко, что почти касались лиловыми боками крыш домов. Капли с разгона шлёпали по лужам, вздувая пузыри. Казалось, дождь никогда не кончится.

Во дворе в такую мокроту делать нечего. Митя сидел на подоконнике и от безделья считал машины, которые изредка, шурша шинами, проносились по улице, сердито обдавая тротуары брызгами. Казалось, дождь смыл с города все краски. Через заплаканные оконные стёкла улица выглядела серой и унылой, и только яркие зонтики редких прохожих вносили в картину некоторое разнообразие. Мите вдруг придумалось, что это вовсе не зонты, а диковинные цветы дождензии, которые распускаются только в дождь, а в сухую погоду закрываются, точь-в-точь, как одуванчики перед ненастьем.

В конце концов Митя не заметил, как его мысли перенеслись в Фант-Азию.

«Хорошо бы там снова оказаться. Вот где наверняка в любую погоду весело», — размечтался он. Обычно Митя всегда находил себе занятие, но сейчас был тот самый редкий случай, когда ему стало скучно. И не удивительно: всякий затоскует, если приходится сидеть тихо, чтобы не мешать папе. У других ребят папы днём трудились на работе, а вечером дома отдыхали. Мите в этом не повезло. Папа у него был писателем. Он работал утром, днём, вечером, а иногда — даже ночью.

Митя слышал, как он ходит по кабинету из угла в угол. Это означало, что он думает. Наверное, писал папа гораздо быстрее, чем думал, потому что он часто ходил по комнате и размышлял, о чём бы ещё написать. Митя тоже попробовал стать писателем, но у него из этого ничего не получилось. В отличие от папы, ему в голову лезло так много разных мыслей, что как он ни старался, а записывать их не успевал.

«Скорей бы у папы был перерыв, тогда с ним можно хотя бы в шахматы поиграть», — подумал Митя.

И тут шаги в папином кабинете стихли, но вместо привычного стука клавиш клавиатуры компьютера Митя услышал, как папа рвёт бумагу. В надежде, что на сегодня работа закончена, Митя на цыпочках прошёл к кабинету, осторожно приоткрыл дверь и увидел, что папа комкает отпечатанные листы и бросает их в корзину для бумаг.

Почуяв неладное, с кухни пришла мама. Она отстранила Митю и бросилась к папе:

— Что ты делаешь?!

— То, что должен был сделать давно: выбрасываю всю эту чушь до последнего слова.

Папа разорвал несколько листов на мелкие клочки и подбросил их вверх. Бумажные хлопья грустно закружили в воздухе, медленно оседая на пол.

— Да объясни же наконец, что произошло? — остановила его мама и, обняв, отвела подальше от письменного стола.

Папа безвольно опустился в кресло и, подперев голову руками, печально произнёс:

— Ничего особенного. Просто сегодня я наконец прозрел. Я понял, что мой роман никуда не годится.

— А по-моему, книга получается неплохая. Просто ты устал. Отложи её ненадолго и всё увидишь в другом свете, — возразила мама.

— Бесполезно. Я тысячу раз её переделывал и переписывал. Герои — блёклые, бесцветные. Я не знаю, как заставить эту рукопись заиграть, — покачал головой папа.

Митя очень любил своего папу, но вынужден был признать, что в его словах была доля истины. Папины книжки были блёклыми, бесцветными, с мелкими буквами и совсем без картинок. Он очень хотел помочь папе, но не представлял, как рукопись может играть.

«Когда я стану художником, перво-наперво разрисую все папины романы. Пускай будут красочными, чтоб он так не расстраивался», — решил Митя, наблюдая за родителями через приоткрытую дверь.

И тут его осенило: если рукопись и может заиграть, то только в Игрландии! Митя хотел поделиться своим открытием, но тут же понял, что папа всё равно в это не поверит. Вот если бы Игрландия значилась на карте. Это стоило проверить.

Митя побежал в свою комнату, достал из книжного шкафа старенький географический атлас, который достался ему по наследству от папы, и стал листать. Государств было так много, что Митя почти отчаялся найти то, что ищет, как вдруг прочитал: Шотландия.

«Может быть, в карту закралась опечатка и на самом деле это Шутландия?» — засомневался Митя. Он возбуждённо водил пальцем по карте, пока не наткнулся на Ирландию. Сомнений не оставалось, в карту закрались грубые ошибки и никакая это не Ирландия, а самая настоящая Игрландия. Ошеломлённый этим открытием Митя побежал в папин кабинет.

Родители сидели рядышком на диване, и мама, обняв папу, терпеливо успокаивала его:

— Сегодня ты всё видишь в мрачных тонах. Это от переутомления. Нельзя же столько работать. Я знаю, что делать. Надо на время уехать.

— Точно! — подтвердил Митя. — Папа, тебе нужно побывать в Игрландии. Там все-все только и делают, что играют. И твоя рукопись тоже.

— Митя, ты неисправимый выдумщик!

Мама ласково взъерошила его волосы.

— Ничего не выдумщик. Честно-пречестно. Помнишь, я тебе про Шутландию рассказывал? Эти страны даже на карте есть, только тут опечатки. Я их исправил. — Митя с гордостью показал атлас, в котором значились Шутландия и Игрландия.

— К сожалению, туда не попасть, — грустно улыбнулся папа.

— А вот и попасть! — возразил Митя, доставая из шкафа коробку из-под маминых туфель, в которой хранил свои сокровища. Порывшись, он нашёл три копейки и протянул их папе.

— Это три копейки в переносном смысле, то есть их смысл в том, чтобы переносить всех желающих в волшебную страну, — пояснил Митя.

— С тех пор как деньги поменяли, у нас целый кошелёк лома, на который ничего нельзя купить, — усмехнулась мама.

На первый взгляд в старой, потёртой монетке не было ничего необычного. Не удивительно, что мама не понимала, что её вышедшие из употребления монеты не имеют ничего общего с Митиными тремя копейками.

— Нет, это волшебная монетка. Надо её подбросить и раскружиться, и тогда сами увидите, что увидите! Ну, пожалуйста, тут ведь как раз три копейки на нас троих, — убеждал Митя родителей и вдруг осёкся: — Ой, только не знаю, как мы попадём обратно.

— Значит, путешествие отменяется, — сказала мама.

— Пускай папа отправится туда один. Мне ничуточки не жалко.

Конечно, ему было жаль, что сам он больше не побывает в Фант-Азии и не встретится с магистром чароделия Авосей. Но ему очень хотелось помочь папе. Впрочем, папа не спешил воспользоваться его щедрым предложением. Он вложил монету назад в Митину ладонь и сказал:

— Думаю, что оставлю подобные путешествия для тебя.

— Да уж, великий путешественник. За три копейки вокруг света, — пошутила мама.

— Вы мне не верите, — вздохнул Митя.

— Верим. А ты на пушечном ядре на Луну не летал? — спросил папа, намекая на барона Мюнхаузена. Конечно, после этого сразу стало ясно, что они совершенно не верят в чудеса.

— Ладно, сочинитель. В Игрландию отправишься как-нибудь в другой раз, а сегодня мы поедем на дачу, — заявила мама.

При этом папа от удивления откинулся на спинку дивана и покачал головой:

— В такую погоду?! Не лучше ли посидеть дома?

— Я лучше знаю, что для тебя лучше, — энергично сказала мама тоном, не терпящим возражений. — Ты никогда не находишь времени для отдыха. Надо же когда-нибудь развеяться. Давно пришло время.

При этом мама озорно подмигнула Мите.

Митю словно жаром обдало. В ушах его зазвучали слова магистра чароделия Авоси: «Увидимся, когда ВРЕМЯ ПРИДЁТ».

Митя так долго ждал этого момента — и вот на тебе. Время умудрилось прийти так незаметно, что от этой новости Митя даже растерялся.

— Мама, а откуда ты знаешь, что Время пришло? — с любопытством спросил он.

— Вижу, — улыбнулась мама.

Вот это да! Значит, мама и правда видит то, чего не видят другие. Сам-то он никакого Времени не видел, и если б не мама, ни за что не заметил бы, что оно пришло. А вчера мама сказала, что видит его насквозь. Тогда Митя ей, конечно, не поверил, но сейчас ему стало любопытно, как именно мама его видит: цветным, как в медицинской книжке про строение человека, или же чёрно-белым скелетом, как на рентгене. Он хотел выяснить это, но мама уже занялась сборами, а Митя побежал сообщить важную новость своему любимому плюшевому львёнку Мефодию, с которым они в прошлый раз путешествовали по Шутландии.

Вообще-то Митя давно уже не играл с мягкими игрушками, но плюшевый львёнок Мефодий — совсем другое дело. Когда Митя был маленьким, они с Мефодием были неразлучны. Однажды им довелось вместе пережить много приключений в волшебной стране Шутландии, и теперь Митя считал, что отправиться без львёнка в новое путешествие было бы нечестно.

Мефодий грустный-прегрустный сидел в Митиной комнате на полке с книжками. Любой бы на его месте затосковал, если бы ему пришлось несколько дней кряду разглядывать одну и ту же картинку на обложке. Мите стало стыдно, что в последнее время он совсем забыл о своём друге. Он поцеловал львёнка в плюшевую мордочку и торжественно объявил:

— Знаешь, Мефодий, больше тебе не придётся скучать. Сегодня такое случилось! Время пришло! Мы отправимся в новое путешествие и встретим Авосю. Помнишь, он обещал?

Львёнок молчал. То ли он сильно обиделся, то ли из принципа не желал разговаривать, пока они не попали в Игрландию. Митя решил не настаивать, но посоветоваться всё же не мешало. Он повертел в пальцах три копейки и спросил:

— Как ты думаешь? Лучше отправиться в Игрландию прямо сейчас или подождать, пока мы приедем на дачу? — Мефодий как в рот воды набрал. Митя вздохнул и продолжал рассуждать вслух: — Конечно, время в Фант-Азии течёт не так, как здесь, и его можно растянуть. Но с другой стороны…

«С другой стороны, мама, если что решит, то всё делает, как метеор, и можно не успеть вернуться. Тогда родители меня непременно хватятся и будут лишние неприятности», — подумал Митя. В подтверждение его мыслей в комнату заглянула мама.

— Мы уже едем. Ты собрал игрушки, которые берёшь с собой?

— Я возьму только Мефодия.

— Вот как? — удивилась мама. — Только потом не канючь, что тебе скучно и не с чем играть. Пойдём скорее.

Митя поспешил за мамой. Сидя в машине, он думал, как ему повезло, что он не успел перенестись в Фант-Азию. Родители бы с ума сошли, если бы обнаружили, что он исчез. В конце концов уж если время пришло, то ему ещё обязательно представится возможность отправиться в путешествие. Он был поглощён своими мыслями о том, как они снова встретятся с Авосей, когда папа притормозил машину возле магазина.

— Вот это да! Замки всех видов и моделей, — удивлённо прочитал Митя вслух надпись в витрине.

— Не замки, а замки, — поправила его мама. — У нас на даче заедает ключ. Надо поменять замок.

— Подождите меня. Я скоро, — сказал папа, вылезая из машины.

— А можно я с тобой? — попросил Митя.

— Там для тебя нет ничего интересного, — возразил папа.

— Возьми его, ради Бога, а то этот непоседа тут извертится, — поддержала Митю мама.

Прихватив Мефодия, Митя, стараясь не шлёпать по лужам, вприпрыжку припустил за папой, но оказалось, что в магазине и впрямь не было ничегошечки интересного. На полках, стеллажах и в стеклянных витринах лежали всевозможные замки, ключи и штуковины, которые начинают сигналить, если забираются воры. Возле стены, в ожидании, когда их купят и навесят, притулились двери на любой вкус. Пока папа выбирал замок, Митя прошёлся мимо дверного строя, придумывая, какая в каком доме станет жить. Так он дошёл до двери, которая уже нашла своё место в жизни.

В отличие от своих подружек эта дверь не стояла прислонённой к стене, а была, как и полагается, намертво вделана в дверной проём. На ней красовалась медная ручка в виде льва с кольцом в зубах, а наверху был приклеен ценник. Кто-то оторвал его уголок и теперь на бумаге осталась лишь надпись «Замок фигурный. Цена». Митя посмотрел в замочную скважину. Не то чтобы он ожидал там увидеть что-то особенное, просто было любопытно.

— Чего жаглядываешь? Ешли пришёл — жаходи, — вдруг кто-то прошепелявил ему в ухо.

Митя отпрянул от двери и оглянулся. Продавец разговаривал с папой в другом конце торгового зала, да и посетителей поблизости не было. Митя пригляделся к Мефодию, ведь были времена, когда плюшевый львёнок разговаривал ничуть не хуже людей, но на этот раз Мефодий молчал. Митя осмотрел льва на двери и, не найдя в нём ничего примечательного, потрогал медную морду. И тут лев недовольно проворчал:

— Я приглашал тебя жаходить, а не хватать меня жа нос, невошпитанный мальчишка.

Митя был так ошарашен, что даже не нашёлся, что ответить. Вместо этого он молча толкнул дверцу, но она оказалась запертой.

— Я бы зашёл, но тут закрыто, — сказал он.

— Понятное дело, жакрыто. Не жадаром же тебя пушкать. Плати жа вход.

— У меня нет денег, — начал было Митя, но, спохватившись, вытащил из кармана три копейки. — Вот! Этого хватит?

— Ш лихвой, — согласился медный лев.

— А как платить? — поинтересовался Митя, подозревая, что вряд ли ему придётся нести монету в кассу.

— Ты что, шовшем тупой? Опушти монету в жамочную шкважину, — приказал лев.

На этот раз Митя не мог не возмутиться. В самом деле, они не разговаривали и пяти минут, а его уже обозвали и невоспитанным, и тупым.

— Вовсе я не тупой. Между прочим, в отличие от некоторых, я умею произносить все буквы, — не удержавшись, съязвил Митя.

— Пошмотрел бы я на тебя, ешли бы ты говорил ш кольцом во рту, — в свою очередь обиделся медный лев.

Мите стало очень стыдно. Должно быть, это ужасная работа: весь день торчать в двери с кольцом во рту.

— Прости, я не хотел тебя обидеть, — извинился Митя.

— Ладно уж, прощаю. Брошай монету и потяни жа кольцо, — посоветовал лев.

Митя просунул в замочную скважину три копейки и, услышав, как они звякнули по ту сторону двери, осторожно потянул за кольцо. Дверца приоткрылась ровно настолько, чтобы Митя мог проскользнуть за неё.

К своему удивлению, Митя обнаружил, что очутился на улице. Вернее, даже не на улице, а на свежем воздухе, потому что ров, наполненный водой, вряд ли можно назвать улицей.

Дождь и непогода остались по ту сторону двери. Здесь же ярко светило солнце, и в лазурном небе не было ни облачка. По ту сторону рва возвышался… У Мити захватило дух от удивления и восторга. И не мудрено. Он протёр глаза, чтобы убедиться, что всё это ему не грезится, и в самом деле увидел, что по ту сторону рва стоял настоящий замок с фигурными башенками и зарешёченными окошками. Снаружи замок окружали толстенные зубчатые стены с узкими бойницами.

— Ну и ну! Это же настоящий замок! — воскликнул Митя.

— А что же, по-твоему, ещё должно быть? — вдруг отчётливо проговорил Мефодий.

— Вот здорово! Ты опять заговорил, — обрадовался Митя.

— Что значит «опять заговорил»? Может быть, это ты опять меня услышал, — уточнил Мефодий.

— Какая разница. Главное, мы снова попали в Фант-Азию. Только на этот раз здесь всё совершенно иначе. Интересно, откуда здесь взялся замок? — задумался Митя.

— Ты ведь сам прочитал на магазине «Замки всех видов и моделей», — сказал Мефодий.

— А папа сказал, что там продаются только замки.