Читаем Made in Poland онлайн бесплатно

Annotation

Семнадцатилетний Богсь Ковальски проснулся в один прекрасный момент и узнал, что сообщение, которое он хотел бы сообщить миру заключается в выражении «Fuck Off», которое татуирует себе на лбу.

Пшемыслав Войцешек Made In Poland

Сцена 1 — На улице. Вечер

Сцена 2 — В ризнице костела. Вечер

Сцена 3 — День. Автостоянка

Сцена 4 — Улица микрорайона. Вечер

Сцена 5 — Автостоянка. Вечер

Сцена 6 — В квартире Ирены и Богуся. День

Сцена 7 — В квартире Виктора. День

Сцена 8 — В квартире Богуся. День

Сцена 9 — Перед домом. День

Сцена 10 — В квартире Моники

Сцена 11 — В квартире Богуся. День

Сцена 12 — Заброшенный склад. День

Сцена 13 — В квартире Виктора. День

Сцена 14 — В пивном Баре

Сцена 15 — Перед дверью в дом Марианны. День

Сцена 16 — В квартире Виктора. Вечер

Сцена 17 — Земляной вал за домами. Вечер

Сцена 18 — Квартира Богуся. Вечер

Сцена 19 — В квартире Моники. Ночь

Сцена 20 — Улица. День

Сцена 21 — В ризнице. День

Сцена 22 — На улице

notes

1

2

3

Пшемыслав Войцешек Made In Poland

Made In Poland Przemyslaw Wojcieszek (2010)

Перевод Ирины Киселёвой

Действующие лица:

Богусь

Ирена, мать Богуся

Ксендз Эдмунд

Эмиль

Моника, сестра Эмиля

Фази

Гжесь

Карина

Виктор

Марианна, бывшая жена Виктора

Хеленка

Сцена 1 — На улице. Вечер

Богусь идет по улице микрорайона. Вокруг старые пятиэтажки. Кое-где в окнах горит свет. У Богуся в руке бейсбольная бита.

Богусь. А ну, встать, козлы, встаем. Революция! Слышите, уроды? Революция!

Слышно, как в ближайшем доме открывается окно.

Мужской голос. Ты, рот закрой!

Богусь(останавливается, поворачивается в сторону окна). Тя как звать?

Голос. Не твое собачье дело!

Богусь. Тя не достали?

Голос. Чего???

Богусь. Тебя еще не достали?

Голос. Да, ты меня достал!

Богусь. Может, и тебя такая жизнь затрахала? Как меня?

Голос. Ты слышал? Этот урод спрашивает, затрахала ли меня жизнь. Сейчас я его урою.

Богусь. Пошли со мной.

Голос. Сейчас я, блин, с тобой схожу — в полицию! Козел!

Из открытого окна в одном из ближайших домов доносится дискотечная музыка. Гуляют.

Женский голос. Эй, иди к нам!

Богусь. Да насрать мне на вас! (показывает жест «Fuckyou» и убегает; через мгновение останавливается перед обшарпанной пятиэтажкой, складывает ладони рупором). Анка! (Пауза.) Анк-а-а!!!

На одном из верхних этажей открывается окно.

Голос Анки. Чего надо, Богусь?

Богусь. Вернись ко мне.

Голос Анки(хохочет). Да пошел ты!

Богусь. Вернись. Ты мне нужна. Я не такой, как все. Я объявил им войну. Я такой, как ты всегда хотела. Вернись ко мне!

Голос Анки. Богусь, не выводи меня!

Богусь. Анка, я один против всех.

Голос Анки. Богусь, да ты же от одного вида голой жопы плачешь. Иди лучше домой.

Мужской голос. Кто там?

Голос Анки. Богусь пришел меня отбивать.

Голос Анджея. Ты чё, к моей бабе клеишься?

Богусь молчит.

Голос Анджея. Я — чемпион среди юниоров по дзюдо. Мне чё, спуститься?

Богусь. Анка…

Мужской голос. Вали отсюда. И по-быстрому.

Богусь медленно разворачивается и уходит.

Слышен сильный удар бейсбольной битой по кузову автомобиля. Скрежет железа, сыплются разбитые стекла. Все это продолжается довольно долго.

Сцена 2 — В ризнице костела. Вечер

Богусь с пакетом под мышкой и бейсбольной битой в руке входит в ризницу костела. Ксендз Эдмунд смотрит на него. У Богуся на лбу татуировка — готическим шрифтом написано «Fuckoff».

Эдмунд. Наконец-то. Переодевайся и идем.

Богусь(бросает пакет на пол). Я ухожу.

Эдмунд(подходит к нему и рассматривает татуировку). Что здесь написано?

Богусь. Fuck off.

Эдмунд. Ладно, неважно. Переодевайся. Восславим Господа.

Богусь. Я пас. Вот стихарь. Я ухожу.

Эдмунд. Что случилось?

Богусь мнется.

Эдмунд. Ну, говори, кому еще ты скажешь, если не мне? Я — твой духовник.

Богусь. Меня все задрало.

Пауза.

Богусь. Я сегодня проснулся и это почувствовал. Это как СПИД, просто меня сжирает. Весь день хожу и громлю телефонные будки. Но не помогает. Внутри все горит.

Эдмунд. Сходи к врачу.

Богусь. Был, сегодня утром. Но он меня так вывел, что я ему всю машину раскурочил.

Эдмунд(указывая внутрь храма). Войди, почувствуй его силу.

Богусь. Я не хочу скандалить. Я пришел сказать, что не буду больше служкой.

Эдмунд. Хорошо, не хочешь, не надо. Но все-таки войди.

Богусь колеблется.

Эдмунд. Ты мне обещал.

Богусь. Вот только не надо сейчас.

Эдмунд. Войди.

Богусь. Вот только не надо!

Эдмунд(берет его за руку, тянет к дверям, ведущим в храм). Легче?

Богусь(вырывается). Я уже все знаю. Они свиньи. Ненавижу свиней!

Эдмунд. Богусь!

Богусь(указывая на татуировку). Я сыт по горло этим враньем, не видишь?

Эдмунд. Каким враньем?

Богусь. Враньем, которым ты пичкаешь это быдло. Я в него не верю.

Эдмунд. Хочешь, давай об этом поговорим.

Богусь. С тобой? Чтоб ты мне опять навешал лапшу на уши? Да я пять лет тут и пять лет смотрю, как ты им каждое воскресенье впариваешь туфту. Я не верю ни в загробную жизнь, ни в Апостолов, ни в Новый Завет. А эти — просто свиньи. Выйди на стоянку: большинство приезжает сюда прямо из супермаркетов.

Эдмунд. Эти люди много работают.

Богусь. Но штаны и жратву могли и в субботу купить. Что это за религия, в которой нет принципов, которая ничего не требует?

Эдмунд молчит.

Богусь. Знаешь что? Знаешь, почему ты всегда был плохим ксендзом?

Эдмунд. Ну!

Богусь. Да потому что твой Бог сдох, причем очень давно!

Направляется к выходу.

Эдмунд. Это всё? Да?

Богусь кивает.

Эдмунд. И ты не поможешь мне ремонтировать костел?

Богусь, улыбаясь, отрицательно качает головой.

Эдмунд. Бог есть, дурень, я знаю, по собственному опыту.

Богусь. Слышал я эту историю — бред сивой кобылы.

Эдмунд. Я видел, как Он приходит…

Богусь. Да ты вечно, как перепьешь церковного винца, это рассказываешь.

Эдмунд. Шел третий месяц голода, конец…

Богусь(разворачивается и подходит к нему)…и ты уже знал, что это конец, правда? Но Он пришел, да? Сильный и светлый — и подошел совсем близко, вот как мы сейчас с тобой. Он есть, Богусь, он есть… Так это было?

Эдмунд. Поверь, это было так.

Богусь. И именно поэтому тебя перевели в наш микрорайон?

Эдмунд молчит.

Богусь. Ну, рассказывай дальше. Не зря тебя называют здесь «Секретным агентом».

Эдмунд. Он есть, Богусь. Он — реальный, настоящий, как мы с тобой. Он существует.

Богусь(делает пару шагов к Эдмунду, будто желая его ударить.) Только в твоем больном воображении, гребаный ты поп!(Разворачивается и уходит, громко хлопнув дверью.)

Слышны шаги по мокрому гравию и звон разбитого автомобильного окна. Богусь бейсбольной битой разбивает машину ксендза. Срабатывает сигнализация.

Голос Богуся. Гребаный поп!

Слышно, как Богусь убегает.

Сцена 3 — День. Автостоянка

Богусь держит в руке выломанное боковое зеркало машины. Осматривается. К нему на инвалидном кресле, крутя руками колеса, подъезжает Эмиль. Богусь бросает зеркало.

Эмиль. Эй, ты! То, что ты сделал, является преступлением!

Богусь поворачивается и смотрит на Эмиля невидящим взглядом.

Эмиль. За данное правонарушение положено наказание в виде лишения свободы на срок от шести месяцев до двух лет, условно — на три года. Статья двести шестьдесят восемь, параграф один. Вот.

Богусь. Чё, серьезно? Ты здесь работаешь?

Эмиль. Я — охранник, а что?

Богусь. На хера тебе тогда Уголовный кодекс?

Эмиль. Я собираюсь стать юристом.

Богусь(подходит к Эмилю, наклоняется над ним). А мне насрать на закон. Меня все задрало. (Поднимает зеркало и бросает его в сторону.)

Слышно, как в одной из машин разбивается стекло.

Эмиль. Портя чужое имущество, ты придаешь своим действиям преступный характер. У меня нет выхода. Я вынужден передать тебя в руки правосудия.

Богусь. Да ты сам — преступление. Ты на себя посмотри. Кто тебе вообще работу дал? Какой-нибудь стуканутый юрист-инвалид.

Эмиль не отвечает.

Богусь. Если б все твои друзьи, блин, скурвились, ты бы то же самое чувствовал.

Эмиль молчит.

Богусь. У тебя друзья есть?

Эмиль не отвечает.

Богусь. Есть или, может, были, хоть какие-нибудь?

Эмиль. У меня есть сестра.

Богусь. Какая-нибудь давалка? Королева ночной смены?

Эмиль. Ты, козел. У меня идеальная сестра.

Богусь. Много ты понимаешь про идеалы! Сам еле передвигаешься, калека.

Эмиль. Неправда. Я даже на большой скорости виражи закладываю. Убедишься, когда я тебя поймаю и сдам ментам.

Подъезжает к Богусю и пытается его схватить.

Богусь(отбегает, прыгает на кучу металлолома). Бай, бай, чувачок.

Эмиль. Я тебя узнал! Ты служка в костеле! Татуировку, что ли, себе сделал?

Богусь. Да, сегодня утром. Как только узнал, что Бог сдох, решил это отметить! (С бейсбольной битой в руке идет по стоянке вдоль машин.)

Эмиль едет за Богусем.

Богусь(поворачивается к нему). Все скурвились в этом блядском обществе. Все, даже самые лучшие, самые крутые. Крутые, понимаешь? Один мой приятель — мы вместе учились в ПТУ — получил работу в «Макдональдсе». Я его сегодня встретил. Он радовался как ребенок. Сам, идиот, не понимает, до чего докатился. Пора с этим кончать. Нужен переворот. Все это расхерачить! Может, тогда эти дебилы прозреют.

Эмиль. А это все… Законно?

Богусь(с меется). Да забей на закон, присоединяйся лучше.

Эмиль. К чему?

Богусь. К бунту.

Эмиль. Против кого?

Богусь. Против всех.

Эмиль. Ну, не знаю, как-то это все неконкретно.

Богусь. Достали уже, хочу бороться. Ты, что, не видишь? В воздухе висит. Достали, труба. Заразили агрессией, вот оно — СПИД XXI века. Я сегодня утром встал и почувствовал это в себе, а завтра и ты почувствуешь. Давай со мной, вставай на борьбу, будь одним из первых. Ну что, просек?

Эмиль пожимает плечами. Богусь наклоняется над одной из машин и лупит битой по лобовому стеклу. Срабатывает сигнализация.

Богусь. А сейчас?

Эмиль. Перестань!

Богусь. Ну, просек?

Эмиль. Кончай!

Богусь. Просек?

Эмиль. Да, просек!

Богусь. Громче! (Поднимает над головой биту, делает несколько шагов и разбивает лобовое стекло еще в одной машине, потом в следующей.)

Воет сигнализация.

Эмиль(нервно крутится на инвалидной коляске). Просек, просек, просек!!!

Богусь оглядывается, видит неподалеку дорогую машину, подходит к ней, бьет по лобовому стеклу и капоту. Срабатывает сигнализация — более громкая, чем в других автомобилях.

Эмиль(останавливается, кричит). Я тебя поймаю, придурок.

Богусь уходит. Эмиль бросается за ним в погоню, но едет слишком быстро, и на повороте коляска переворачивается.

Богусь(останавливается, подходит к Эмилю). Я дам тебе совет. Вернись сюда завтра и скажи — «Харэ». (Разворачивается и уходит.)

Эмиль. Будь у меня коляска получше, я бы тебя — как миленького!

Но Богусь уже далеко.

Сцена 4 — Улица микрорайона. Вечер

Подъезжает белый «Пежо», останавливается у одного из домов. Из машины выходит Фази и быстро скрывается в подъезде. За ним — Гжесь и Карина.

Гжесь. Карина!

Карина. Я иду с Фази.

Гжесь. Ты никуда не идешь! Давай назад! Видала их новые патрульные машины? И чё-то как-то они теперь быстрее ездят! По-быстрому проехали, и домой. Экспресс, бля, только за бензин ты платишь, из своих налогов.

Карина. Гжесь, я иду с Фази.

Гжесь. Никуда ты не идешь, я чё — неясно сказал? У меня на районе такие же ездят. Когда-то был классный, спокойный микрорайон. А теперь? Какую ни увидят драку — сразу линяют.

Карина. Пойду посмотрю, что он там делает.

Гжесь. Я фигею от такого патрулирования. Вся охота прикалываться пропала. Бля, чуть не подавился пончиком… Я, короче, за возврат дружинников. Ты вообще на выборы ходишь?

Карина. Нет.

Гжесь. А зря. Основным инструментом политической борьбы в демократическом, правовом обществе является избирательный бюллетень. В газете прочитал. Я когда-то дальнобойщиком был. Тридцать шесть часов стоишь на границе. Остается только спать или газеты читать. Газета — вещь хорошая. Ее читать можно, есть на ней можно, задницу подтирать. Лучше, чем радио. Попробуй радио жопу подтереть в машине! (Пауза.) А тебе чё, бля, не смешно? А? Куда там — два высших. Да пошла ты!

Карина(идёт в подъезд, возвращается). Номер квартиры скажи.